Your Daddy Knows (You're A Flame)

Среда, 2 июня 2005 года

Но этому не суждено было случиться. Следующие три дня были кошмаром огромных размеров, из-за которого Гарри, закончивший свой день только в полночь, выглядел уставшим. Для партнеров-Авроров на их девятичасовой встрече с Робардсом все пошло под откос. Валлиец с едва скрываемым волнением записывал донесения Рона и его колени. — Борода Мерлина! — громко крикнул он, несмотря на крошечную комнату для совещаний. — Мы пошли и сделали это, ребята! Только получил кровавую зацепку на члена Confrerie de la Magie Verte. Они с Роном прочитали отчет за считанные минуты. Он написан Джоном Олвин-Джонсом — зельеваром аврората — и касалась некоторых редких ингредиентов, которые Гарри и Рон каталогизировали в прошлую пятницу. Одна фраза привлекла внимание Гарри, и он подчеркнул ее желтым, скребя своим не смазывающимся пером по пергаменту. — Ядовитые листья щупалец, конфискованные помощниками Авроров Поттером и Уизли во время пятничного рейда, — вслух прочитал Гарри своему напарнику, — были обработаны консервирующим раствором зелья, часто используемым в Confrerie de la Magie Verte. Это действительно потрясающая новость. Аврорат уже больше года искал способ проникнуть в закрытые и секретные ряды этой международной преступной группировки, и это первый раз, когда у них был хотя бы намек на успех. Эта крошечная зацепка имела потенциал, чтобы полностью раскрыть банду. Гарри почувствовал, как сердце ушло в пятки, и с трудом подавил желание громко и многократно выругаться. Не будет ни Айседоры, ни Драко до тех пор, пока они с Роном не проверят каждую ниточку, которую смогут извлечь из улик. И не рассказать Драко о втором ребенке. Гарри помрачнел, зная, как много дел будет в ближайшие дни. Тем не менее, именно на это Гарри и подписался, когда согласился на роль заместителя главного аврора, и он знал, что в этом вопросе не было выбора. Следующие два дня прошли как в тумане. Гарри и Рон пропустили прием пищи, провели несколько допросов в Азкабане и поместили в думосвод больше заявлений, чем они считали возможным для человека. Гарри даже не пытался вернуться домой на площадь Гриммо и задремал лишь на несколько ускользающих секунд в неподвижной кладовке. Единственный раз Гарри увидел свою дочь в течение нескольких минут во вторник утром сквозь шипучие зеленые языки пламени камина. Айседора помахала крошечным пухлым кулачком, и Гарри ощутил почти физическую боль одиночества. Во вторник вечером у них с Роном был большой перерыв. Их жительница из Азкабана, измученная постоянными визитами команды Авроров и их жесткими, неумолимыми вопросами, допустила ошибку во время одного из своих допросов и призналась, что ее завербовали в Confrerie de la Magie Verte, когда она еще училась в шестом классе в Шармботоне. Это была чрезвычайно интересная информация для Аврората. Они давно подозревали, что профессор зелий во французской магической школе замешан в межконтинентальной контрабанде — его имя снова и снова всплывало в материалах дела — но до этого момента у них никогда не было причин совершить набег на его офис. Работая вместе со своими французскими коллегами, Гарри и Рон ворвались в кабинет профессора незадолго до рассвета в среду утром. Это было само определение успешного рейда. Быстрым Экспеллиармусом Гарри в считанные мгновения забрал палочку профессора, а Рон магией надел на него пару нерушимых наручников, прежде чем тот успел сбежать. Дневники, манифесты и письма без малейшего сомнения связывали преступника с Confrerie de la Magie Verte. Во время рейда не было выпущено ни одного проклятия, и Робардс заявил, что он чрезвычайно доволен. — Такому боффину тюремная камера не понравится, — прогремел Робардс, хлопая Гарри по спине. — Я это уже тысячу раз видел. Он заключит сделку с Визенгамотом и станет стукачом. Вся банда сдастся быстрее, чем пьяница, играющий в долбаный покер. Ставь на это свою чертову метлу! Тащите свои задницы обратно домой, парни! Документы могут подождать, но ваши чертовы браки — нет. Гарри не нужно повторять дважды. Он послал Патронуса к Драко, прежде чем быстро попрощаться с Роном и аппарировать домой. Только в середине утра Гарри вернулся на площадь Гриммо. В гостиной тихо, и когда Гарри снял пальто и ботинки, он набрал полную грудь сладкого, пахнущего гиацинтами воздуха, который доносился из открытого окна. Он задумчиво выдохнул. Именно так пахло в доме, и именно тогда не было другого места в мире, где Гарри предпочел бы находиться. Гарри включил чайник, весело фыркнув от смеха. Отсутствие бредящего, вне себя от радости громовещателя в течение последних трех дней привело Аврора к выводу, что Драко все еще не понял причину его ноющей нижней части спины, его необузданных эмоций и того факта, что он внезапно превратился в Спящую Красавицу. Гарри не мог дождаться, когда его муж наконец-то поймет это, чтобы осыпать его миллионами поцелуев и дразнить его за невнимательность. Гарри тихонько убрал свой комплект Аврора, быстро придя к выводу, что Айседора, должно быть, дремлет. Он видел ее пустую коляску, припаркованную в коридоре, и радио тоже молчало. Чарующая музыка для волшебных младенцев, радиопередача, которую Драко любил делить с Изой, обычно играла примерно в это время дня. Но это не имело значения. Гарри знал, что у него будет целый день, чтобы заново познакомиться с дочерью. Драко не читал и не занимался садоводством, так что Гарри решил, что его возлюбленный воспользовался случаем, чтобы перекусить вместе с дочерью. Гарри смотрел на кипящий чайник около трех секунд, прежде чем выключил его, решив, что не может ждать больше ни минуты, прежде чем увидит Айседору. Все, чего он хотел, — это взглянуть. Взмахнув волшебной палочкой, Гарри наложил на себя заглушающее заклинание, прежде чем взбежать по лестнице и приоткрыть дверь всего на дюйм. Иза крепко спала в своей кроватке, единственным звуком в комнате было ее тихое дыхание и почти неуловимый гул охраняющих ее магических заклинаний. — Я люблю тебя всем сердцем, — прошептал Гарри. Ему очень хотелось заключить ее в объятия, но он не поддался искушению. Разбудив Айседору во время дневного сна, он бы вызвал гнев Драко. — Я так скучал по тебе последние несколько дней, — прошептал он, посылая ей воздушный поцелуй. Закрыв дверь, Гарри решил пропустить свой чай. Он скучал по Драко, и мысль о встрече с мужем была слишком соблазнительной. Он не станет его будить. Это было бы несправедливо. Он просто ложился рядом с ним в постель.… — Мерлин, — прорычал Гарри, входя в спальню. Драко не спал. Вместо этого Драко был очень бодр и лежал в их кровати, ожидая его. Волшебник позировал на покрывале их кровати, одетый только в пару кружевных, красных трусиков и одну из официальных рубашек Гарри. Драко выглядел совершенно фантастически, длинные, гибкие ноги и темные, возбужденные глаза, и Гарри почувствовал, что его тело начинает реагировать на это зрелище, как неизбежное очарование. — Ну и видок у тебя, — пробормотал Гарри, шагая по ковру к кровати. — И ты выглядишь потрясающе. Зачем все это нужно? Драко соскользнул с кровати и встал перед Гарри, его бедра двигались мягко и вызывающе. — Три дня — это слишком долго, Поттер, — промурлыкал Драко, целуя Гарри в губы самым нежным и целомудренным поцелуем, — и я ждал, что ты вернешься домой, любимый. — Драко покачал бедрами, бессмысленно потирая красные шелковые трусы о бедра Гарри. — Не могу перестать думать о тебе. Мое тело взывает к тебе. Гарри наклонился, и они начали целоваться. Губы Драко раскрылись для Гарри, и он начал исследовать горячий, влажный рот своего возлюбленного. Язык мужа скользнул по его языку, кокетливо и сексуально, и Гарри почувствовал, как его кожа покрылась мурашками от этого прикосновения. Эта теплая, текучая чувственность была такой знакомой. Секс всегда был важным способом для них двоих выразить свою преданность друг другу, но когда Драко был беременен Айседорой, их любовные ласки стали еще более возбуждающими. Вся эта дополнительная кровь, бегущая по телу Драко, и все эти дополнительные гормоны сделали его почти ненасытным. Гарри мужественно принял вызов. Вид изменяющегося тела Драко показался Гарри очень привлекательным, и он ощутил первобытный трепет при мысли, что это его ребенок растет у него в животе. Он просунул руки под подол рубашки и положил их на округлый изгиб талии Драко. Там уже появилась новая мягкость, и Гарри почувствовал, как его член реагирует в ответ на ощущение кожи мужа под его пальцами. Гарри нравилось, как полно жизни было беременное тело Драко и как он сиял, плодовитый и красивый. — Твое тело восхитительно, — прошептал Гарри, прерывая их поцелуй. Он вынул руки из-под рубашки и отступил на полшага. — И я так сильно хочу тебя. Гарри расстегнул пуговицы на рубашке Драко, стянул ее с плеч и швырнул на пол. Драко выглядел великолепно. Его маленький животик выпирал поверх трусиков, и головка его выдающейся эрекции торчала из верхней части кружевного материала. — Мммм, — сказал Гарри, его глаза скользнули по фигуре Драко, во рту пересохло от возбуждения. — Как думаешь, Иса еще долго будет спать? — О, я думаю, что да, — ответил Драко, его голос был дымным, как у Амортенции. Его длинные, изящные пальцы поползли вокруг того места, где они лежали на заднице Гарри, и он погладил большую выпуклость, которая едва сдерживаема его шерстяными рабочими брюками. — Я уложил ее спать, как только получил твоего Патронуса, Гарри… Цирцея, пожалуйста, мы можем трахнуться, милый? Кажется, я не могу думать ни о чем другом. Я очень хочу тебя. — Боги, да, — сказал Гарри, его пальцы внезапно стали неуклюжими, когда он попытался расстегнуть пуговицы своей рубашки. В своем отчаянии он растворил его в порыве беспалочковой магии. — Хочу тебя так сильно. Мне кажется, что это целая вечность. Я заставлю тебя чувствовать себя великолепно, обещаю. Подарю тебе прекрасный оргазм. Драко занят тем что, расстегивал застежки на брюках Гарри и опуская их на пол. Прошло всего несколько мгновений, прежде чем оба волшебника оказались в таком же состоянии раздетыми, и Гарри мягко подтолкнул своего мужа обратно к кровати, целуя и прикасаясь к нему, когда они двигались. Гарри уже собирался повалить Драко на одеяло и изнасиловать его до потери сознания, как делал всегда, когда внезапно понял, что это не выход. Беременность у мужчин наиболее уязвима в эти первые короткие недели, и Гарри не собирался рисковать ни своим мужем, ни ребенком. Он прервал их поцелуи, стянул боксеры и швырнул их на пол. — Ложись, дорогой, — сказал Гарри, извиняясь. — Я тебя подготовлю. — МММ, ты совсем не такой негодяй, как я ожидал, — пробормотал Драко, откидываясь на спинку кресла и позируя с похотливой улыбкой на лице. — Я пришел насладиться твоими нерафинированными любовными ласками. — Просто любуюсь видом, — пробормотал Гарри, роясь в прикроватной тумбочке в поисках смазки. Его пальцы сомкнулись вокруг презерватива, но в этом уже не было особого смысла. Он бросил его обратно в ящик. — Сегодня ограничимся заклинанием, — сказал Гарри. — Это было так давно, любимый. Я хочу чувствовать тебя рядом, когда кончу. Драко не ответил, хотя Гарри заметил, что его глаза слегка расширились от удивления. Противозачаточные чары были далеко не так надежны. — Черт, но ты же сексуальный, — пробормотал Драко, прежде чем произнести заклинание, и Гарри заполз на кровать. Гарри просунул большие пальцы в шелковистую ткань и одним плавным движением натянул трусики на бедра Драко. — О боги. Ты хоть представляешь, как сильно я тебя люблю? — пробормотал Гарри, чувствуя, как сильная пульсация желания пробежало по его спине. Беременность сделала волосы его возлюбленного блестящими, а кожу нежной. Соски Драко гладкие, дерзкие и уже заметно темнее, чем были всего несколько недель назад. Гарри осторожно уложил Драко на спину, желая только поклонятся и дарить ему наслаждение. — Ты никогда не выглядел лучше, дорогой. Ты должен знать, что я одурманен. Гарри процеловал линию вниз по груди Драко, обводя языком набухший сосок возлюбленого и тонкие шрамы, покрывающие его грудь. Двигаясь вниз, Гарри провел губами по пупку Драко и вниз, к небольшой выпуклости его мужа. — Нет ни одной части тебя, которую бы я не обожал, — благоговейно произнес Гарри. — Эти последние три дня… Когда меня нет рядом с тобой и Изой, я чувствую себя плохо. Чувствую, будто часть моего сердца пропала. Он посмотрел на Драко. Щеки мужа вспыхнули, и он с нежностью посмотрел на Гарри. — Какие красивые слова, — сказал Драко, проводя кончиками пальцев по растрепанным волосам Гарри. — Мы тоже по тебе скучали… Ты поцелуешь меня? Мне нужно чувствовать тебя рядом. — Его голос был открытым, ранимым и полным любви. — Я мечтал об этом моменте с тех пор, как ты сбежал. Гарри так и сделал, лежа рядом с Драко, чтобы не давить на живот мужа. Его рука нашла член Драко, и он перекатил крайнюю плоть через его головку, наслаждаясь откровенным жаром и возбуждением длины своего мужа. Как и в случае с Айседорой, тело Драко в первом триместре было сверхчувствительным. Гарри осторожно провел большим пальцем по головке, распространяя скользкий преком по всему стволу своего любовника. Их любовные ласки все еще казались такими же напряженными и мощными, как и в самый первый раз. Рядом с ним тяжело дышал его любовник, уже приближающийся к оргазму. Зрачки Драко расширились, и Гарри понял, что нужно быть осторожным, иначе их веселье закончится еще до того, как начнется. Он отпустил член Драко и положил руку на бедро любовника. Им не нужно торопиться. Однако Драко не был в восторге от такого поворота событий и всхлипнул. — Гарри, пожалуйста… Мне это нужно. Я нуждаюсь в тебе, — прошипел Драко с неприкрытой жаждой в голосе. — Прикоснись ко мне. Растяни меня, дорогой. Я же не стеклянный. — Я собираюсь, — пробормотал Гарри. — Но нам не нужно спешить. Я хорошо о тебе позабочусь, Драко. Заставлю тебя чувствовать себя хорошо. Следующие несколько минут Гарри провел, целуя Драко и давая ему возможность отдышаться. Драко лег на спину и раздвинул ноги, призывно и очень чувственно. Драко не нужно использовать слова, чтобы сказать Гарри, что он готов быть распахнутым и приветливым в умелых руках своего мужа. Гарри отвинтил жесткую крышку от смазки и зачерпнул немного, разбрызгивая влагу вокруг входа Драко. — Так чертовски красиво, — прошептал Гарри, ткнув пальцем в пылающий жар Драко. Попка его возлюбленного крепко сжимала его руку, и Гарри воспользовался случаем, чтобы взглянуть на маленький живот своего мужа, уже немного заметный. Они с Драко всегда знали, что их тела созданы для удовольствия друг друга, и беременность только усилила их близость. Драко хотел секса еще более регулярно, что не было намеренным подвигом, но для Гарри было непреходящим удовольствием держать его удовлетворенным. Ему приходилось находить все более творческие способы, чтобы справиться с шишкой Драко, особенно когда белокурый волшебник достиг третьего триместра, а его живот стал круглым и тяжелым, как котел. Он уложил мужа на бок, закинув ногу ему на бедра, и они трахались, как две ложки, нежно и интимно… — Опять думаешь, Поттер? — спросил Драко, открыв свои серые глаза и нахмурившись. — Что-то случилось? Твои руки… Они сбавили скорость. Если ты устал от работы или… — Вовсе нет, — перебил его Гарри, снова набирая скорость. — Клянусь Мерлином. Просто поражен твоим видом. Ты действительно можешь винить меня? — Может быть, и нет, — согласился Драко криво улыбнувшись. — Теперь ты можешь добавить еще пальцев, дорогой? Я действительно хочу почувствовать растяжку. Гарри кивнул и добавил второй, а затем и третий палец, завороженный бессознательными звуками наслаждения своего мужа. Драко был ошеломляющим, и устроил настоящее шоу для Гарри, сжимая ладонью его постоянно протекающий член, в то время как пот бисеринками выступал на его лбу, его бледная кожа была покрыта красными пятнами там, где его пульсирующая кровь была близко к поверхности. Гарри дал Драко время на акклиматизацию, не желая причинять ему боль. — Думаю ты готов, милый, — сказал Гарри, вытягивая пальцы, довольный тем, что Драко смог ему помочь. Он наклонился и запечатлел похотливый, непристойный поцелуй на губах Драко. — Ты готов? — Более чем, — прошептал Драко. Драко скользнул между бедер Гарри, широко расставив ноги, открытый и великолепный. Гарри выровнял свой член и медленно вошел внутрь. Даже сейчас этот момент Гарри наслаждался больше всего. Его все еще переполняла чистая интимность пребывания внутри Драко. Нуждающиеся низкие звуки вырвались из горла Гарри, когда он впервые крепко сжал тело Драко. — Я люблю тебя, — повторил Гарри, прижимаясь бедрами к ягодицам своего возлюбленного. — Я люблю тебя. Ты мой, Драко. Я люблю тебя. Каждую частичку тебя. Гарри не хотел, чтобы их секс был слишком грубым. Часто их любовные ласки были необузданными и дикими, но сегодня Гарри не хотел торопиться. Он медленно вращал бедрами, делая каждый из своих толчков глубоким и осторожным. Эффект немного отличался от обычного, но Гарри не возражал. Каждый раз с Драко фантастично. Медленный и страстный был так же удивителен, как жесткий и неистовый. По изгибу губ мужа Гарри понял, что при каждом точке задевает простату Драко. Тело блондина сжалось вокруг его члена, такое податливое совершенство. Гарри знал, что он мог бы легко кончить вот так, и он позволил себе потеряться в страсти момента, поглаживая рукой твердые мышцы бедер Драко… — Трахни меня сильнее, Поттер! — пробормотал Драко, прерывая его размышления. — Что, черт возьми, с тобой сегодня не так? Ты трахаешь меня, как будто я какой-то драгоценный, гребаный, антиквариат Гарри! — Его серые глаза вспыхнули раздражением и отчаянием. — Обычно ты бы уже пригвоздил меня к этому чертову матрасу. Гарри потерял свой ритм от реакции Драко, поэтому он вышел, чтобы сделать передышку. Он не просто хотел рассказатьих великую новость, но каждая частичка души Гарри говорила ему, что он должен быть осторожен. Теперь речь шла не только о нем и Драко, но и об их новом ребенке, и о том, чтобы они были в безопасности. Дело в том, что Гарри понимал, что ему следовало рассказать Драко о ребенке до того, как они переспали. Сказать ему сейчас, казалось бы, что Гарри намеренно хранит секреты. — А тебе не нравится? — спросил Гарри. — Дело не в этом, — пробормотал Драко, проводя пальцами по темным волосам, обрамлявшим грудь Гарри. Его щеки слегка покраснели, и хотя и выглядел немного смущенным, продолжит. — Это просто… Ну, обычно ты не можешь устоять передо мной! Я мечтал о твоем члене с той самой минуты, как ты ушел, — Драко вызывающе посмотрел на Гарри со своего места на кровати.- И я все время становлюсь наполовину твердым, просто мечтая о тебе. Мне пришлось дрочить три раза с понедельника! Я чувствую, что снова превратился в чертова подростка или… Гарри подарил Драко долгий, ободряющий поцелуй. Все, что описывал муж, было типично для гормонов, переполнявших кровь Драко, и все это очень знакомо по его предыдущей беременности. — Все в порядке, — заверил Гарри, поднимая Драко на ноги. — Никогда не стыдись просить то, что тебе нужно. Вот для чего я здесь. — Он опустил руку Драко на свой собственный очень возбужденный член. — Видишь, что ты со мной делаешь? Это я не могу устоять перед тобой… Извини. Это твоя больная спина? С воскресенья? Я знаю, что ты не чувствуешь себя на все сто процентов, и я не хотел, чтобы тебе стало еще хуже. Ты же знаешь, как я волнуюсь. Драко, казалось, принял чистую ложь Гарри. Он восхитительно погладил длину Гарри, сжимая ее в крепком захвате именно так, как, как он знал, Гарри нравилось. — Тогда, может быть, закончим? — спросил Драко, похотливо подмигнув Гарри. — Иза не будет спать вечно… Как мы были? Гарри отрицательно покачал головой. Он не хотел прерывать их любовные ласки в постели. У него была идея получше. — Нет, давай, любимая, — сказал Гарри, убирая руку Драко со своего члена и переплетая их пальцы. — Я знаю, что нам обоим понравится. Гарри встал и повел Драко за руку в их ванную комнату. Он включил душ и взмахом волшебной палочки заколдовал его до нужной температуры. Шарм заклинание расширения размеры кабины для приспособления их обоих удобно. — Я собираюсь трахнуть тебя там, — ответил Гарри. — Я знаю, как сильно ты наслаждаешься теплом воды, льющейся на тебя. И он, и Драко любили секс в душе, когда Драко был беременен Изой. Горячая вода, стекающая по его ноющим мышцам, была утешением и бальзамом для Драко, пока они ласкались и целовались, не в силах насытиться телами друг друга. Гарри действительно наслаждался заботой, которую жаждал его муж, мыл шампунем волосы Драко и нежно мыл его набухшую талию, пока их твердые члены пенились и скользили между ними. Волшебники забрались в кубик и на мгновение целовались под струями горячей воды. Гарри намылил руки и провел ими по бокам Драко. Его пальцы скользнули по крошечному животу мужа, но не задержались. Теплые ручейки, быстро бегущие по их телам, пробуждали воспоминания о мышцах, делая их обоих очень возбужденными и действительно очень расслабленными. — МММ, — восхитился Гарри. — Ты выглядишь просто великолепно. Повернись ко мне, милый. Позволь мне поставить тебя в хорошее положение Драко так и сделал, положив руку Гарри на бедра. У Драко всегда кружилась голова, когда он был беременен, и Гарри не хотел, чтобы он поскользнулся на плитке. Белокурый волшебник прислонился к мраморной стене и поставил свой зад так, чтобы Гарри мог легко войти в него. Его мужу не требовалось никакой дополнительной подготовки. Гарри выстроился в линию и, не сопротивляясь, протолкнулся в трепещущую задницу Драко. — Совершенно верно, — пробормотал Гарри, погружаясь в любовника под бурлящей водой. — Я люблю тебя. Буду присматривать за тобой. Я заставлю тебя чувствовать себя так хорошо. — Годрик, да! Черт, это великолепно, — простонал Драко, покачивая бедрами на источнике наслаждения. — Обожаю трахаться в душе! Гарри держал Драко и целовал его везде, куда только мог дотянуться, слизывая воду с шеи мужа и с угловатых линий его плеч. Они двигались вместе, их тела были синхронизированы, и на какое-то мгновение Гарри почти забыл, что они два разных человека. Драко охнул и заскулил, запрокинув голову и громко завывая. В его действиях было столько доверия, и Гарри почувствовал, как его тело содрогается от желания и гордости. Этот секс был именно тем, в чем они оба нуждались. Он был достаточно глубоким и твердым, чтобы Драко действительно мог его почувствовать, но далеко не настолько яростным, чтобы Гарри боялся причинить вред их ребенку. Удовольствие поднималось в Гарри, когда он трахал своего возлюбленного. Он ласкал член Драко в соответствии со своими толчками, издавая низкие стоны с каждым рывком. — Посмотри на себя, — пробормотал Гарри в самое ухо Драко. — Принимая каждый дюйм моего члена и наслаждаясь каждым мгновением. — Заставь меня кончить, — всхлипнул Драко. — Он мне нужен, Гарри. А! Он так сильно в нем нуждается… Гарри уступил требованиям своего возлюбленного, коротко поцеловав Драко, прежде чем погладить его по краю. Гарри сильно прикусил губу, удерживая вес Драко, когда его возлюбленный кончил от шепота имени Гарри на его губах. Расписали стену душевой. Весь мир сжался перед ними обоими, когда голова Гарри поплыла, а кровь застучала в ушах. Гарри почувствовал, как его яйца подтягиваются ближе к телу, когда он пульсировал глубоко в заднице Драко, огненная влага хлестала, когда он тонул под волнами удовольствия. — Цирцея и все божества, — засмеялся Гарри, вытаскивая свой истощенный член. Он подхватил измученного Драко на руки и поцеловал в макушку. — Я не так многословен, как ты, любимый, поэтому не могу описать это иначе, как «потрясающе». Ух ты. Это был утренний душ, который я не скоро забуду. Драко был расслаблен и ленив в безопасности рук, полностью блаженствуя от своей собственной кульминации. Его глаза блестели, а кожа раскраснелась, и Гарри не мог припомнить, чтобы он когда-нибудь выглядел более восхитительно. — Спасибо, — прошептал Драко прерывающимся голосом, проводя дрожащими пальцами по мускулам плеча Гарри. — Мерлин, но мне это было так нужно, любимый — …Я чувствовал себя так, как будто меня накачали любовным зельем или как будто я получил дозу адской сексуальной пыльцы! Ты мне снился прошлой ночью, Гарри. Мне снилось, как ты трахаешь меня, а потом я не мог выкинуть эти образы из головы. Что-то во мне изменилось в последнее время, любимый. Я просто не могу понять, что это такое. Гарри, однако, мог, и он опустил руку вниз, проследив за струйкой воды, которая бежала по округлившимся изгибам живота Драко. Яркие, чувственные сны были частью последней беременности его мужа, и Драко стал будить Гарри, отчаянно нуждаясь в его прикосновении в самые странные часы. — Ну, ты бы знал, если бы у тебя была сомнительная совиная доставка, — спокойно ответил Гарри, выливая галеоновское количество лимонного шампуня в свою руку, прежде чем втереть его в волосы Драко. — Письма в дома Авроров автоматически сканируются на предмет нечестивых заклинаний и зелий. Гарри опустил головку душа и сполоснул Драко. — Так что тебе не нужно беспокоиться о хексах. Ты же знаешь, что это не опасно. Мне нравится, что ты хочешь меня, — заключил Гарри. Он стоял неподвижно, чтобы Драко мог втереть в свою голову лосьон, снимающий узелки. — Я был послан на Землю, чтобы сделать тебя счастливым. Драко усмехнулся над комментарием Гарри. — Вряд ли. Я могу назвать несколько причин, помимо дара регулярных оргазмов, по которым тебя поместили сюда, на землю, — сказал Драко, хмуро глядя на особенно упрямый клубок волос на голове Гарри и пытаясь распутать его пальцем. — В особенности спасение мира. Мерлин. Ты провел последние два дня, валяясь в грязи? Твои волосы превратились в настоящий беспорядок. Гарри хотел ответить, но Айседора выбрала именно этот момент, чтобы прервать их. Их разговор прервал громкий вопль. Это был звук работающего контрольного заклинания, предупреждающего их, что Иза больше не хочет быть вдали от своих пап. Их маленькая девочка готова играть и быть занятой до конца дня, и это было абсолютно нормально для Гарри. Он очень скучал по ней за те несколько дней, что они провели в разлуке. — Я разберусь с Изой, — сказал Гарри, открывая дверь и ступая на коврик. — И у тебя есть еще несколько минут, чтобы закончить, любимый. Я пойду и приведу ее в порядок. — Я знал, что есть еще одна причина, по которой я держу тебя здесь, — улыбнулся Драко. — Самый лучший муж на свете. Люблю тебя, Гарри. Гарри насухо вытер волосы и тело и, прищурившись, посмотрел в зеркало, прежде чем почистить зубы. — Да, — ответил он. — Это чувство взаимно. Мне тоже посчастливилось немного полюбить тебя. Гарри сделал крюк по пути в спальню Изы, натягивая боксерские шорты и вытаскивая свои любимые джинсы Levi из чистой стопки белья. Он наткнулся на них, проходя через холл, и только застегнул последнюю пуговицу, когда открыл дверь своей дочери. Айседора улыбалась, упругая и совершенно отдохнувшая после дневного сна. — Папапааааа! — закричала она, пытаясь поймать его довольно упругие волосы. — А-а, — предостерег ее Гарри, крепко поцеловав и ловко переместив ее вниз к своим бедрам, так что его голова оказалась вне досягаемости. — Ты так же одержима моими волосами, как и твой второй папочка, Иза-бэби. Ну, я могу заверить тебя, что это совсем не весело иметь такие Поттерские волосы, моя маленькая любовь. Я не могу расчесать его с тех пор, как мне было… Может быть, шесть? Гарри пощекотал ей нос, когда нес ее в спальню к себе и Драко. Драко решил оставить ее раздевалку там, потому что это обеспечивало самый легкий доступ к их ванной комнате. — Отлично поработала, присматривая за твоим папой, пока я ловил плохишей, — прошептал Гарри ей на ухо, заставив ее захихикать. — Он все еще не понял, что у него в животе появился новый ребенок. Но я не думаю, что это продлится долго. Гарри заметил, что его возлюбленный уже выбрал наряд для Айседоры после сна, и он расстегнул попперы на ее пижаме, прежде чем заменить подгузник, завернуть его в пузырчатый амулет и выбросить в мусорное ведро. Затем он натянул полосатые зеленые леггинсы на ее брыкающиеся ноги и помог ей надеть джемпер, расшитый грибами и поганками, чтобы завершить ее образ. — Просто прелесть, — похвалил Гарри, заправляя локон ей за ухо. — Такая же красивая, как любая картина. Они вдвоем устроились на двуспальной кровати, ожидая, когда Драко присоединится к ним. Гарри наложил на потолок заклинание полярного сияния, и они оба зачарованно наблюдали, как разноцветные огни скользят и танцуют по каждой поверхности. — Папа скоро придет, — сказал Гарри, доставая пару фиолетовых носков и надевая их ей на пальцы. — Так гораздо лучше. Мы не хотим, чтобы твои ноги замерзли. Драко присоединился к Изе и Гарри всего через несколько минут, его светлые волосы все еще мягкие и взъерошенныепосле душа, а серое пушистое полотенце обернулось вокруг его единственной одежды. Несколько крошечных капелек воды блестели там, где их не хватало его заклинанию сушки. Иза подумала, что это чудесный вид, и ей очень хотелось сказать ему об этом. — Дадададаааа, — пробормотала она, размахивая руками. — Дададаааа! — Моя joli bebe. Какая же ты хорошая девочка. Спасибо, что дали нам с папой несколько минут, чтобы мы снова познакомились, — улыбнулся Драко, его глаза заметно просветлели при виде дочери. Он присел рядом с Изой и нежно поцеловал ее. — МММ. Спасибо, Поттер. — Драко встал и мягко зевнул, серые глаза следили за волнами северного сияния над стенами в течение секунды, прежде чем он снова заговорил. — И еще один сюрприз для моего мужа во второй половине дня. Я счастливый волшебник. Драко подошел к своему гардеробу, и Гарри увидел, как он выбирает тонкую хлопковую рубашку и пару серых брюк. Он окинул их обоих скептическим взглядом и поднял вверх, ожидая одобрения Гарри. — Лазурно-голубой? — спросил Драко, глядя на Гарри. — Насчет этого я никогда не уверен. Как ты думаешь, это делает меня бледным? — Драко поднес его к груди и обернулся. — А что ты планировал на остаток дня? — Спросил он, держа одежду перед собой в зеркале. — Перед тем как получить твоего Патронуса, я планировал пригласить Айзу на прогулку по косой аллее. Я хотел взять немного еды и кое-какие другие припасы, которые нам понадобятся для моего дня рождения в воскресенье. — Драко покачал головой и бросил рубашку в сторону Гарри. — Ты носишь его, — пробормотал он. — На самом деле, ты можешь оставить его себе. Не хочешь пойти с нами? Или ты хочешь наверстать свой сон в течение нескольких часов? Гарри стянул рубашку через голову и наложил заклинание пошива без палочки, чтобы она лучше сидела на его гораздо более широких плечах. Ткань была мягкой и прозрачной рядом с его кожей. Даже если бы они были женаты еще сто лет, Гарри никогда не думал, что сможет привыкнуть к роскошной одежде, которую Драко носил, как само собой разумеющееся. — Не-а. Последнее, чего я хочу — это побыть еще немного вдали от вас обоих, — ответил Гарри, поднимая Айседору и укладывая ее на середину кровати. Он встал и положил предохранительные амулеты на каждую из сторон, чтобы она не могла вывернуться, прежде чем протереть его очки краем рубашки. — И мы пойдем обедать в кафе, — сказал он, встав рядом с Драко перед зеркалом, прежде чем протереть его очки с помощью магии. Его муж натянул брюки и позволил талии успокоиться, в то время как он застегивал более тонкую серо-серую рубашку. Гарри воспользовался моментом, чтобы привести свои волосы в порядок с помощью амулета и заправил подол рубашки. Рядом с ним Драко изобразил очень обиженное выражение лица. Он натянул боксерские шорты, которые все еще хорошо сидели, но теперь ему было немного труднее застегнуть пуговицу на брюках. — Я предполагаю, что это твоя работа, — пробормотал Драко, снова пытаясь заставить две стороны встретиться. Он повернулся к Гарри и театрально вздохнул. Маленький животик его мужа торчал между двумя сторонами материи, и Гарри пришлось подавить безумное желание нежно погладить его. — Я уже дюжину раз просил тебя, черт возьми, держаться подальше от этих домашних чар. — Драко застонал и в последний раз попытался застегнуть брюки, но пуговица просто отказалась выполнять его приказ. — ты входишь, размахивая своей палочкой, как будто находишься в самом разгаре кровавого набега Авроров! Помнишь, что говорил Флитвик в школе? Жесткое прикосновение часто бывает слишком сильным! Гарри сосредоточенно рылся в ящике для носков. Он знал, что если посмотрит на лицо Драко или, что еще хуже, на его животик, то наверняка рассмеется. По лицу его возлюбленного было совершенно ясно, что он не оценит ни веселья Гарри, ни новости о том, что ни одна вещь в его гардеробе не будет ему впору после того, как пройдет еще несколько недель. — Так что слегка взмахните своими палочками, и твои чары будут живыми, — закончил Гарри, завязывая пояс и произнося эти слова. — И хотя я признаю, что мои заклинания иногда могут быть немного сбиты и промахиваться, это вряд ли моя вина! Возможно, ты помнишь, что у меня было довольно много других вещей, о которых нужно было думать в школе! Кроме того, после того как я испортил платье Изы, я поклялся тебе, что больше не притронусь к заклинаниям омовения. Клянусь Мерлином! — Он дерзко ухмыльнулся Драко. — И, как ты, наверное, помнишь, я уже несколько дней не переступал порог нашего дома. Этот ответ Драко совсем не устраивал. Гарри наблюдал, как белокурый волшебник спустил брюки с ног и раздраженно сбросил их. Он потянулся к шкафу и вытащил темно-синюю пару, которая все еще плотно облегала грудь его мужа. — Чертовы сиськи Цирцеи, — выплюнул Драко, яростно глядя на свое отражение. — Эти почти так же чертовски плохи! Тьфу. Я знаю, что съел довольно много ирисок с медом и кокосовым кремом, пока Иза спала, но я не думал, что действительно стал толстым. Гарри смотрел, как Драко осматривает себя со всех сторон, уперев руки в бока. Он издал легкий ворчливый звук, совсем не довольный тем, что говорили ему его глаза. — Ты вовсе не толстый, — возразил Гарри, обнимая Драко за талию. — Ни капельки, милый. Твое тело изменилось с тех пор, как ты родил Изу, но это не так уж и плохо. — Он позволил своей руке опуститься к заднице Драко. — МММ. Надеюсь, ты можешь сказать, как сильно я тебя люблю. Драко тонко улыбнулся Гарри, и они вдвоем слушали, как их дочь лепечет и смеется на кровати позади них. Она не могла пролезть через магический барьер и находила свою игру кататься против него чрезвычайно занимательной. — Наверное, да, — угрюмо признался Драко. Он посмотрел на Айседору, и Гарри увидел, как раздражение на его лице начало смягчаться. — Я знаю, что тебе не следует говорить это о своей собственной, но она действительно прекрасна, не так ли? — Она действительно такая, — с готовностью согласился Гарри, желая рассказать Драко о другом прекрасном ребенке, безопасно растущем внутри него, но понимая, что сейчас не время. Все, что теперь мог сделать Гарри — это убедиться, что его гормональный беременный муж чувствует себя лучше и что он наслаждается спокойным днем. — Как и ты! Это не имеет значения для этих брюк, милый, — сказал Гарри, произнося по буквам, чтобы Драко было удобнее. — Просто почини их с помощью магии, или мы можем купить тебе новые позже. Как тебе будет угодно! Жизнь слишком коротка, чтобы останавливаться на таких вещах. Драко покачал головой, вытирая тыльной стороной ладони заблудившуюся слезу. Эти резкие перепады настроения и внезапные всплески эмоций были настолько типичны для беременного Драко, что Гарри едва ли мог поверить, что его муж еще не осознал больших изменений, происходящих в его теле. Эта эмоциональность вряд ли могла быть легкой для белокурого волшебника, не тогда, когда его годы становления подготовили его к жизни жесткой чистокровной респектабельности. Теперь эмоции Драко были переменчивыми и сильными, выплескиваясь из него в неподходящие моменты. — А теперь я рыдаю, как ведьма. Толстая и плачущая. Боги, но я в полном беспорядке, Поттер. Не знаю, как ты меня терпишь. Гарри отцепил руки от талии Драко, прежде чем убрать пальцы мужа от его лица. Он поцеловал тыльную сторону руки мужа. — Тебе не нужно с этим мириться, Малфой. Ты все тот же сексуальный волшебник, каким всегда был, — его палец скользнул по обручальному кольцу Драко, двойнику того, что он носил на своем пальце. — Тот самый, за которого я вышел замуж. Но не пора ли нам идти? — Спросил Гарри, переплетая свои пальцы с пальцами Драко. — Сегодня утром я уже поймал темного мага и трахнул тебя до потери сознания. Я думаю, что заслуживаю кофе и бутерброд с беконом.

~*~*~

Было слишком трудно добраться до косой алеи, поэтому Гарри и Драко решили идти пешком, Гарри толкал Айседору через тротуар в ее коляске. К счастью, их дом находился недалеко от входа в волшебный Лондон через дырявый котел, и погода в начале июня тоже была идиллической. Драко настоял, чтобы он покрыл Айседору и Гарри толстым слоем солнцезащитного зелья, прежде чем они уйдут, прежде чем гордо водрузить на голову Айзы широкополую шляпу, украшенную вышитым снитчем. Гарри так и не смог привыкнуть к тому, насколько их маленькая семья популярна среди местных магглов, и некоторые из них останавливались, чтобы поздороваться, когда они втроем проходили мимо. — Такая маленькая принцесса, — проворковала Миссис Макглинти из соседнего дома, и Гарри почувствовал, как его грудь гордо выпячивается. Драко тоже казался довольным, хотя он всегда притворялся безразличным к таким замечаниям. Гарри задумался о будущем. Драко придется провести несколько месяцев ‘изучая растения за границей», как Гарри сказал их соседям, когда его муж был беременен раньше. На самом деле Драко провел последний триместр своей беременности, каждый день отправляясь в поместье, чтобы быть под присмотром домашних эльфов каждый день, прежде чем отправиться домой, чтобы быть под присмотром Гарри каждый вечер. Это была договоренность, которая полностью устраивала Драко. Пока они шли, Гарри рассказывал Драко обо всех сплетнях утреннего рейда. — Робардс считает, что профессор зелий быстро расколется, — объяснил Гарри, поворачивая колеса коляски, когда они достигли дверного проема дырявого котла. — Откажится от остальной его шайки. — Драко открыл дверь и придержал ее, чтобы он мог подтолкнуть Изу. — И я чертовски на это надеюсь. Эти Confrerie de la Magie Verte — паршивая кучка преступников. Некоторые из тех контрабандных ингредиентов, которые мы с Роном обнаружили, были далеко не такими сильными, как те, что доступны в лондонских аптеках. Я рад, что ни одна из них не попала в руки общественности. Драко кивнул барному волшебнику, и они втроем направились в заднюю часть бара. — Похоже, аврорат хорошо сделал, что так быстро закрыл это дело, — Драко постучал палочкой по стене и открыл вход в волшебный Лондон. — Ты должен гордиться собой, Поттер, — сказал Драко. — Да, конечно. Именно твоя тщательная каталогизация раскрыла дело, — Драко потер основание спины. — Это напомнило мне, любимый. Может быть, пойдем в аптеку? Возьмем бутылочку этого лавандового бальзама для мышц? Эти мои приступы боли в спине никуда быстро не денутся. Гарри осторожно подтолкнул Айседору по булыжной мостовой. Поскольку это полдень среды, обычные толпы занятых магов отсутствовали, и Гарри не мог не радоваться. Дело не в том, что Гарри не любил Косой переулок. Очарование этого места никогда по-настоящему не покидало его, и, глядя, как Иза указывала пухлыми пальцами на сов и детенышей крупа в зверинце, он видел, что его малышка тоже наслаждается жизнью. Что Гарри ненавидел, так это нескрываемые взгляды других покупателей и льстивое отношение некоторых владельцев магазинов. Сегодня никто не уделял его семье особого внимания, и это вполне устраивало Гарри. — Должен признаться, что я был удивлен насчет Грейнджер, — сказал Драко, когда они втроем вошли в аптеку. Там были целые полки, посвященные младенцам. Гарри заметил зелье от колик, которое им приходилось покупать бутылку за бутылкой, когда Иза была совсем маленькой. Аптека — рог изобилия детских товаров. В ней были Зачарованные манекены, которые сопротивлялись потере, а также зелья для растяжек и для воспаленных сосков. Казалось, не прошло и десяти минут с тех пор, как они с Драко были там, покупая по две штуки из того, к чему их призывали детские книжки. — Я бы поспорил на свое наследство, что Пэнс будет следующей, кто забеременеет, — продолжил Драко, беря пузырек с эвкалиптовой припаркой, которую они использовали на груди Изы, когда она сопела. — Она намекала на это, и я знаю, что она задумала. Она все время спрашивала меня, не собираемся ли мы завести еще одного ребенка в ближайшее время. Знаешь что, Поттер? Она даже сказала, что мы лучшие родители, которых она знала! Гарри задумался, не сейчас ли Драко сказал ему, что он беременен. — И что же ты ответил? — спросил Гарри, выуживая из бумажника два галеона, чтобы расплатиться за покупки. Драко посмотрел на Гарри так, словно у того выросла вторая голова. — Я сказал ей, что мы не обсуждали это! Айзе еще нет и года, Поттер. Мама всегда говорила мне, что нужно наслаждаться детством своего ребенка, прежде чем спешить сделать номер два. Гарри подумал, что для «жемчужин мудрости нарциссы» уже поздновато, но прикусил губу, и они продолжили свой путь в кафе «шоколадный котел». Гарри вытащил Изу из коляски, и Эльф-официант подвел их к сиденью под окном, одним щелчком длинных пальцев трансформировав одно из сидений в высокий стул. Гарри отодвинул стул мужа, чтобы тот мог сесть, и лениво изучал меню. Это совершенно бессмысленно, потому что каждый раз, когда они посещали его, Гарри всегда заказывал одно и то же. — Мы можем заказать латте, шипучий тыквенный сок и два бутерброда с беконом, пожалуйста? — спросил Гарри официанта-эльфа, который все еще держался на почтительном расстоянии от их столика. Он достал бутылку Изы и ее пюре из своей сумки, прежде чем разрушить их заклинание стазиса своей палочкой. Гарри накормил Изу ложкой, прежде чем снова заговорить. — Я люблю Циссу, но не уверена, что согласна с ней. Когда… ну, если, у нас будет еще один ребенок, тогда мы не перестанем ценить Ису. Ее первое слово… Первые шаги, — Гарри вытер пятнышко от морковки с подбородка Айзы, и она громко захлопала в ладоши, вне себя от радости, что в кои-то веки рядом с ней оказались оба ее папы. — Любовь расширяется, не так ли? Когда я рос… — Эти отвратительные магглы… — пробормотал Драко, и по его лицу пробежала дрожь отвращения. Гарри не сомневался, что он сказал бы что-то еще, но в этот момент к их столику вернулся Эльф-официант, неся их обед на левитирующем подносе. — Спасибо, — Драко кивнул официанту и подождал, пока тот отойдет. — Репеллент. Это самое подходящее слово, — сказал Гарри, делая глоток латте. Он и не подозревал, как сильно проголодался, пока перед ним не поставили еду. — Что действительно отталкивало, так это то, что Дурсли заставили меня поверить в себя… Наверное я думал что любовь это ограниченный ресурс… Что он должен быть разделен пополам. Сдержанный и даже нормированный. Но ведь это чепуха, не так ли? Я имею в виду, что люблю вас обоих. -Гарри сделал широкий жест рукой, указывая на Драко и Изу. — Я люблю тебя всем сердцем, и если… когда? — если нам повезет снова забеременеть, то я знаю, что буду чувствовать то же самое. Мы хорошая команда, Малфой. Пэнси права насчет этого! Мы блестящие родители. — Гарри поставил чашку и взял Драко за руку. Сейчас самое время, решил Гарри. Пора схватить единорога за рога. Пора прыгать на его метлу. — И судя по нескольким вещам, которые я заметил… — О Мерлин! — Драко задохнулся, его рука вылетела из руки Гарри и закрыла ему рот. Драко вскочил на ноги и со скрипом отодвинул стул. Это было громко, очень неожиданно, и все остальные посетители кафе повернулись, чтобы посмотреть на его семью, когда Драко бросился так быстро, как только мог, к туалету. Потрясение от такого переполоха заставило Айседору взвыть от боли, крупные слезы покатились по ее красным щекам. Гарри поднял Изу с ее высокого стульчика и нежно обнял, все время чувствуя себя самым большим придурком в Лондоне. Бекон. Как он мог быть так чертовски невнимателен? Один только этот запах заставил Драко расстаться с содержимым своего желудка когда он ждал Айседору, и, похоже, это была закономерность, которая должна была продолжаться. — О, моя маленькая любовь, — сказал Гарри, позволив Айседоре положить голову на шелковистую ткань его рубашки и нежно укачивая ее. — Папочка Драко не хотел пугать тебя, душистый горошек. Цирцея, но ведь нелегко рассказать ему о беременности, правда? Кажется, что-то всегда происходит. Гарри подозвал официанта-эльфа и попросил его поспешно убрать остатки сандвичей. — С ними вообще не было ничего плохого. У моего мужа… ну, у него легкий маггловский грипп, — заверил Гарри эльфа, когда Драко присоединился к ним, его лицо все еще было немного зеленым. Блондин откинулся на спинку стула и принялся мелкими круговыми движениями растирать живот. Гарри подумал, что он выглядит как самый стереотипный беременный человек, который когда-либо жил, и только хотел, чтобы Драко мог видеть себя таким. — Давай, любимый, — ласково сказал Гарри. — Давай подышим свежим воздухом. — Боги, — сказал Драко, когда они поспешно покинули кафе. Следующей остановкой в их путешествии был магазин Флориш и Блоттс, чтобы купить оставшуюся часть списка Драко. Гарри решил, что после этого они отправятся домой и проведут там тихий день. — Я чувствую себя отвратительно, Гарри. Почему я не могу избавиться от этого? Гарри не ответил, Не доверяя себе, чтобы просто не выпалить правду. Не прошло и нескольких минут, как все трое подошли к Дырявому котлу. Гарри запихнул Айседору в металлическую тележку, приковав ее к сиденью заклинанием прилипания. Их маленькая девочка была очарована яркими цветными бутылками и глянцевыми коробками, которые толпились и качались на каждой поверхности. Она вытянула руки, бормоча, когда попыталась схватить все, до чего могла дотянуться. Драко говорил очень мало, пока они ходили вокруг, сосредоточившись вместо этого на выборе своих покупок. Гарри не думал, что его муж выглядит так уж хорошо. Драко продолжал зевать, прикрывая рот тыльной стороной ладони. Гарри заплатил за покупки и усадил Изу обратно в коляску, пока Драко укладывал их сумки с помощью редуктора. Он сунул их дочери под ноги, и все трое снова вышли на солнечный свет. Они медленно побрели домой, наслаждаясь необычным удовольствием буднего дня, проведенного в компании друг друга, и видом шумных витрин. Новейший «Файерболт-3000» покачивался в витрине магазина все для Квиддича, гладкий и опасный, а манекены в Хогвартской униформе стояли в Твилфитт и Таттинг. Гарри почувствовал, как его сердце неловко сжалось при виде зеленого и бордового. Теперь, когда он сам стал отцом, одиннадцать лет казались невыносимо маленькими, чтобы отправить ребенка жить в школу. — Я рад, что мы еще не достигли такого возраста, — сказал Драко, словно прочитав мысли Гарри. — Все, что я помню с первого года в Хогвартсе — это невыносимое чувство одиночества. Я так хотел, чтобы отец мной гордился… Но ведь у Изы все будет по другому, правда, Гарри? Я никогда не хотел, чтобы она так себя чувствовала. — Мы уже делаем лучше, — ответил Гарри, глядя на Драко, на рубашку, которая слегка прикрывала небольшой выпуклый живот. Он ласково улыбнулся своему измученному мужу. — Ты поспишь, когда мы вернемся. Ты выглядишь изможденным. Я позабочусь о нашей маленькой фее. — Если ты так уверен, — сказал Драко, взявшись за ручки коляски, когда они снова пошли. — Я плохо себя чувствую с тех пор, как учуял этот чертов бутерброд с беконом. Должно быть, он был испорчен или что-то в этом роде. Чертовы Эльфы. Если бы я не знал лучше, то подумал бы, что вся эта компания пытается меня прикончить. Гарри кивнул и наклонился, чтобы поцеловать Драко в щеку. — Конечно, я уверен. Все, что тебе нужно сделать, Драко. В конце концов, ты делаешь тяжелую работу. Вынашивая… -Гарри осекся, внезапно осознав, какими были бы его следующие слова. К счастью, Драко был слишком сосредоточен на тротуаре перед собой, чтобы заметить его маленькую оплошность. — Ношу нашу семью и присматриваю за нами, пока я на работе. Я не часто говорю тебе, как сильно я это ценю, любимый. — Но я бы не хотел, чтобы все было по-другому, — пробормотал Драко, разворачивая Изу вокруг дорожного знака «Флориш и Боттс». Его серые глаза на мгновение остановились на Гарри. — Но быть дома с Изой совсем не трудно. Это моя привилегия. Я имею в виду, я знаю, что много говорю о возвращении на работу — и когда-нибудь, конечно, вернусь — но я наслаждаюсь этими днями. Мне нравится быть уверенным, что Айседора чувствует себя по-настоящему любимой. Пока они пробирались через дырявый котел и покидали волшебный Лондон, Гарри мечтал о том дне, который последовал за их свадьбой. Драко показал ему древний магический учебник, который стащил из библиотеки Малфой-Мэнора, его кожаный переплет был покрыт пылью и потрескался от старости. — Я могу выносить твоих детей, — сказал Драко, скользя пальцами по пергаментному тексту и корявому рисунку чернилами лунных циклов. — Все чистокровные волшебники могут. Если мы займемся сексом с нашим связанным партнером в ночь полнолуния, то наши магические сигнатуры сольются. Если нам действительно везет, то иногда маленькие кусочки отрываются, и это вырастает в утробу, способную выносить ребенка. Я бы хотел подарить тебе семью, Гарри. Ты-любовь всей моей жизни. Гарри ощутил внутреннюю тягу к семье, которую обещал ему Драко, тоску, которая никогда не покидала его. Он знал тогда, что он и Драко будут вместе до того дня, когда один из них умрет. Оба волшебника возвращались по улицам маггловского Лондона в легкой, уютной тишине, погруженные в свои мысли. Это была та самая жизнь, о которой Гарри всегда мечтал, и вскоре их счастье станет больше. Их новый крошечный ребенок уже рос, в безопасности внутри утробы Драко, которую их связь и их магия создали вместе, и Гарри не думал, что его жизнь может стать лучше.