Be my teacher

      Время неутомимо шло своим чередом. За мгновение, казалось, пролетели праздники, наступил Новый Год. Январь во всей красе явился в город, радуя снежной и не чересчур холодной погодой. Всё было в меру. Сокджин по совету Тэхёна прошёл ещё одно обследование у врача, ему прописали лечение. Здоровье парня начало поправляться, и Тэ радовался, что смог уговорить его на это, хотя было тяжело. Он не понимал, почему Джин не хочет поправить здоровье сам, почему не хотел этого раньше, но давить не стал, видя, как ненавидит Ким эту тему, любое упоминание о ней. Тем не менее, Тэхён вытащил его из этого состояния. Продолжал жить с ним. Зимние вечера сопровождались уютным просмотром какого-либо фильма, заканчивались иногда уже в спальне. Прогулки по окрестностям стали почти что традицией. Оба всё ещё не исчерпали колодец тем для разговоров, каждый раз обсуждая что-то разное часами. В канун праздника Тэхён подарил Джину виниловую пластинку с песнями одной из его любимых групп. Джин же, зная об увлечении парня рисованием в некоторой степени, подарил одну большую коробку со всевозможными инструментами, такими, что можно было почувствовать себя настоящим художником... — Тэхён, это обязатель?.. — Джин не договорил, потому что парень напротив закрыл ему рот, приставив к губам свой палец. Тэхён сосредоточенно одевал на голову Киму новогодний колпак, по привычке прикусив губу. Поправил всё на голове, а потом отодвинулся, отъехав немного назад на полу, чтобы как художник посмотреть на своё творение. Если бы не удручённо-скептический вид Сокджина, всё было бы просто идеально. — Эй, ну ты улыбнись хотя бы, мы не для похорон колпаки покупали, — Тэ обидчиво скрестил руки на груди, поджав ноги под себя на тёплом полу. Джин закатил глаза, но улыбнулся. Выглядело это забавно, Тэхён рассмеялся от души. — Так ты и смеёшься надо мной ещё? Наглый ребёнок, кто тебя воспитывал! — Сокджин~а, хватит называть меня ребёнком, когда ты злишься, всё равно смешно в итоге, — прыснул Тэ в руку. Встал на колени и достал со стола два бокала шампанского, один себе, другой Киму, — Держи лучше. — Хочешь отключиться до наступления Нового Года? Если так начнёшь, вряд ли будешь всё остальное время бодрствовать... — Джин! — Тэхён опять рассмеялся. Парень, хоть и ворчал серьёзно довольно, но в колпаке красном выглядел крайне мило. Ким отставил свой бокал и подвинулся к Тэ ближе, обхватив его своими длинными ногами. — Когда подарки будут? — вздёрнул бровь в манере своей, а потом сделал глоток шампанского из бокала Тэхёна. Тот даже растерялся немного. — В Новом Году, — улыбнулся, отобрав свой бокал, — О, совсем забыл, — он быстро вскочил с места, выключил свет в просторной комнате и подбежал к маленькой искусственной ёлочке, которую они с Джином недавно сюда поставили, хоть старший Ким и возражал. Взял проводок какой-то и сел обратно, ближе к парню, — Я тут немного поковырялся с освещением, развесил тут всё... — поймал сердитый взгляд Сокджина, — Не кипятись, уберу всё, просто сегодня это то, что нужно, — на этих словах Тэ нажал кнопку на включателе, и вся комната погрузилась в приятный глазу сиреневый цвет гирлянд. Они висели и на потолке, и на стенах, не то что только на ёлочке. Тэхён довольно улыбнулся, заметив удивление парня. — Красиво... Можешь не убирать пока, мне нравится, — заключил Джин, ещё раз пройдясь глазами по маленьким огонёчкам по всей комнате. — Мне тоже понравилось. И твоя реакция понравилась, и ты сам, — Тэ опять погрузился в какую-то нежность, и обнял Сокджина, тёплого. От его волос всё ещё немного пахло шампунем, и кожа была приятной на ощупь, хотелось постоянно трогать его. Тэ легонько поцеловал парня в шею, еле касаясь губами. — Тэхён, прекрати... — Джин сказал это слабо так, будто не хотел, чтобы парень его слушал, но потом всё-таки отстранился: видно было румянец на щеках, даже при слабом свете. — Прямо так и прекращу. Это мой самый лучший Новый Год без преувеличений... ... Неприятностей больше не случалось сильных, оба парня даже удивлялись этому. А вдруг, это затишье перед бурей? Никто не думал так, домашний уют, вся атмосфера, которую они приобрели, стала невероятно успокаивающей и родной. Тэ, кстати говоря, полностью переселился к Джину, больше не пересекаясь с отцом. С мамой виделся периодически, она интересовалась, как дела у него. Тэхён рассказывал ей почти всё. Даже признался в своей необычной любви и в том, что к этой любви переехал. Их разговоры не было долгими, наполненными грустью, наоборот. Казалось, это просто некая физическая необходимость в них, никакие другие факты не связывали больше Тэ с матерью, и уже тем более с отцом. Вскоре вновь началась учёба, и отдохнувшим как следует в каникулы парням пришлось покидать свой уголок и выходить в свет. Уже с первого дня в школе началось что-то интересное. Первый урок, понедельник. Литература. Тэхён уже сидел на своём месте, дожидаясь других одноклассников и учителя. Все постепенно подтягивались, и он перекидывался короткими разговорами о хорошо проведённых праздниках. Класс собрался, учитель пришёл тоже. Тэхёну так нравилось видеть Джина в этой строгой рубашке, она неописуемо точно выражала его характер, сущность. Сам он грел постоянно холодные ладони в рукавах зелёного свитера. В класс зашёл новенький. Какой-то парень дерзкой внешности, в чёрной толстовке. Он присел за последнюю парту, сразу заведя с кем-то беседу, довольно громкую, что не понравилось Джину. — Вы новенький? — обратился он к нему, вздёрнув бровь. — Да, — парень поднялся с места, — меня зовут Чон Чонгук. Сокджин пробежался по нему глазами быстро: — Пересядь пожалуйста на первую парту. — Вы не можете меня как следует разглядеть, учитель Ким? — нахально поинтересовался он, перенося рюкзак к парте Тэхёна. — Я не могу разглядеть возможности обучаемости, если такие имеются у тебя, конечно, — ответил Джин, а Тэ улыбнулся, смеясь про себя. Его новый сосед по парте притих после этих слов. Тэхён тогда и подумать не мог, что Чон Чонгук так сильно изменит его жизнь. Всё началось с простой перебранки в очередном классе. Ким решил полить цветы на подоконнике, чем и занялся незамедлительно. Отчуждённый пока ото всех Чонгук тоже находился в классе, в своих мыслях. — Что делаешь? — новенький вдруг резко оказался рядом, напугав Тэ. — ... Не видно? — не поворачиваясь, он продолжил поливать растения. Чонгук хмыкнул. — Что это за ромашки? — парень провёл рукой по листьям, немного грубовато. — Какие это ромашки тебе, издеваешься? Если такой биолог, то можешь помочь, — Тэхён поставил лейку в угол, на пол, — Я староста в классе. — Это я уже понял, приятно познакомиться. Кстати, тут должен учиться мой друг, Юнги, ты не знаешь, почему он сегодня не пришёл? Слова Чона удивили Кима, и он обернулся к нему. Приятное, но смешанное с лёгкой наглостью лицо, чёрные волосы, тёмно-карие живые глаза. Откуда этот тип знал Мина? — У врача, говорил. Давно ты с ним дружишь? — Давно, с самого детства, просто в школы другие попали, — Чонгук залез на подоконник и опасно высунулся в окно, — Я из другого города приехал сюда недавно, из Пусана, если уж точно. Но тебе должно быть без разницы, как и всем, собственно. Тэхён пожал плечами. — В любом случае, будем знакомы. И растут здесь герберы, а не ромашки, мало ли пригодиться в беседе ботаников, — Ким отряхнул брюки и сел на своё место, услышав звонок. — Ага, очень приятно... А как тебя зовут-то? — Тэхён. Чон зачесал волосы назад и сел на последнюю парту подальше ото всех, кивнув. Замолк, будто в другого человека резко превратился. Позже Тэ узнал, что он и Юнги действительно были очень давно знакомы, с самого раннего детства, и сейчас намереваются возобновить все утраченные пробелы в жизни их дружбы. Также Мин зачем-то поведал Тэхёну историю о том, что Чонгук недавно потерял обоих родителей. Те погибли в страшной автокатастрофе, из-за этого он и переехал в другой город, к ближайшей родственнице своей, сестре мамы. Становилась понятна его немного отчуждённая от людей натура. Он, может, пытался проявить себя крутым, устроить место хорошее в школе, но на деле почти всегда выглядел не очень свежим в моральном плане. Юнги стал приглашать его на прогулки и тусовки. ... Вечер. После одной из многих собраний компании в торговом центре на просто поболтать, парни расходились домой. Тэхён собирался ехать к Сокджину скорее, ибо и так уже прилично задержался, а Джин этого не любил. — Эй, ромашка! Он обернулся, увидев Чонгука. Тот догнал его, остановив посреди дороги. — Хочешь покажу что? Вообще чума... Парень не договорил, так как на улице раздался хлопок салюта. Цветные огоньки рассыпались в небе и растворились, привлекая внимание прохожих. На тёмном небе без туч их было очень хорошо видно. — Вот блин, началось уже... — Чон поморщил нос, — Короче, иди сюда, — схватил Тэхёна за руку и повёл к пожарной лестнице, находившейся с боку одного дома. — Куда ты тащишь меня, я домой спешу! — негодовал Тэ, пытаясь вытащить свою руку из крепкой хватки нахального парня. — Да ты такого нигде не увидишь больше, вот сюда только зайди, и всё, — Чонгук с лёгкостью преодолел огораживающую калитку-проход на лестницу, перепрыгнув через неё. Потянул за собой Кима, и ему тоже пришлось прыгать. — Ты просто идиот, отпусти! — уже без сил говорил он, шагая за тем по ступенькам. — Вот, отсюда лучше видно, — Чонгук не слушал его, устремив глаза на небо, где очень вовремя прозвучал второй залп салюта. Выглядело действительно красиво, казалось, что ты ближе к этому зрелищу, что можешь дотянуться до одного из огоньков, но они испарялись ещё до встречи с землёй. Шумно, но завораживающе. — А по какому поводу салют? — поинтересовался Тэхён. — У фирмы какой-то день рождения, — пожал плечами Чон, — Это не важно, мне лично просто салют нравится. Такая красивая трата денег, супер просто. Тэ хмыкает, и когда звучит последний хлопок, спускается с пожарной лестницы. — Мне Юнги говорил, ты нечасто с парнями время проводишь. Родители не разрешают? — не успел Ким оглянуться, как Чонгук снова оказался подле него. — Мои родители развелись, и я живу отдельно от них, — пробурчал Тэхён в ответ, спрыгивая на асфальт, а потом выходя обратно на дорогу из переулка. — Мы такие салюты часто тут видим, именно здесь смотрим, было бы на крыше ещё прикольно. Странно, что ты не наблюдал это раньше... Ладно, не хочешь разговаривать, я отстану, ты только скажи. Тэхён испугался. — Нет, нормально всё, говори, я не против. Просто у меня в планах было скорее попасть домой... Извини, и до завтра, наверное? — сказал он. — Да, точно, до завтра... — Чон немного смутился, забегав глазами, — Увидимся, — он бодро помахал рукой и ушёл, в противоположную от Тэ сторону. Спонтанный, резкий, наглый, странноватый немного — такой тип людей Тэхёну ещё не встречался. Он был, наверное, полной противоположностью Джина. И если в глазах учителя было таинственное космическое пространство, пустое, глубокое, то в глазах Чонгука был просто океан всевозможной жизни. Тэхёна это зацепило. Он стал чаще общаться с Чоном, больше стараясь его поддержать, понимая, что после резкой потери обоих близких людей, человек способен на необдуманные опасные поступки. Чонгук, хоть и был ужасно спонтанным, суицидальными наклонностями, слава Богу, не отличался. — Эй, ромашка, я нашёл тебе ромашку, — этими словами Гук встретил один раз Тэ в начале урока, кинул ему... Реальный живой стебелёк с цветком... Это был урок литературы. Джин сидел за своей работой, но по его часто заморгавшим глазам и по лицу со скептическим выражением было понятно, что он немного в культурном шоке. — Где ты её раздобыл? — удивлённо спросил Тэхён, а Чонгук, прямо перед носом учителя, шутливо толкнул того в плечо и уселся рядом. — В кабинете географии, — довольно улыбнулся Чон. — Только не вытворяй такого снова, пожалуйста, я хоть и люблю цветы, но не ромашки, и не ворованные, — кашлянул Тэ, косясь на Джина. — Эх, а я думаю, надо любить простоту, хотя сейчас она к чертям всем сдалась, — Чонгук потянулся и замолчал, повторяя материал к уроку. ... Сокджин к участившемуся общению Тэхёна с Чонгуком отнёсся нормально, ему самому был интересен этот необычный парень, который мало кому уступал неординарностью. Правда, Ким просил сильно не задерживаться Тэ на прогулках, ссылаясь на грусть. Джину действительно было одиноко без парня, и он не любил далеко отпускать его от себя. Через неделю Чонгук пригласил Тэхёна сходить в бар, выпить. Единственное, он не рассчитал тот момент, что Ким вообще никогда алкоголь не пробовал. — Ты совсем не пил раньше? — удивился Чон, когда бармен поставил перед ним и «ромашкой» два бокала с белым вином. — Нет, ни разу, — Тэхёну душно было в этом месте: всё в дыму, в музыке ужасно громкой, к какой он давно отвык. Повсюду танцующие люди, кто-то пьяный, кто-то ещё нет. Шумные разговоры вперемешку с этим, плюс запах выпивки, пропитавший здесь, наверное, каждый потаённый угол. — Попробуй, — Чонгук тихонько стукнул своим бокалом о бокал Кима, — Спасибо за то, что поддерживал меня, как и все остальные. Айх, время откровений... — сделал несколько глотков, — Мне так тяжело, хоть я и не показываю. Тяжело держать всю эту хрень в себе, ибо она как яд, разрушает изнутри и мешает жить, как змея под сердцем. Я продумывал... — ещё глоток, — Я продумал так много вариантов развития событий, которые могли бы предотвратить эту аварию, но что толку, если всё уже в прошлом? Хорошо, что тут был Юнги, я так был рад его увидеть... Он просто замечательный человек. — Да, — задумался Тэхён, сделав маленький глоток, поморщившись после этого, — Юнги отличный собеседник. — Что там собеседник, — хмыкнул Чон, тряхнув толстовку на себе. Видимо, ему уже жарко, — Ты бы знал, из какого количества дурных ситуаций он вытягивал меня. Я все сейчас даже не вспомню... — Знаешь, меня удивляет то, что ты не потерял блеск жизни в глазах, хотя при такой катастрофе в личной жизни... Легко было его лишиться, — задумался Тэхён. — А ты философ, часто с учителем литературы болтаешь? — это был просто шутливый вопрос, но он уже конкретно смутил Кима, — Про глаза если... Не знаю, просто продолжаю жить, и всё тут. Что мне ещё остаётся делать? Умирать и ставить на себе крест у меня желания нет. Бокал, а потом ещё один, и ещё один... Они завели долгую беседу: с Тэхёном тяжело было провести короткий разговор. Парень всегда выжимал все возможные соки из беседы, и сейчас делал то же самое. Хотя, этот источник немного подвёл из-за алкоголя в горячей крови. — Слушай, мне пора, наверное, меня ждут дома, — Тэ вспомнил вдруг, посмотрев на часы, что обещал приехать к Сокджину уже.. Час назад. Они хотели поужинать вместе дома. — Подожди ты, пойдём, — Чонгук снова бесцеремонно взял Кима за руку и повёл за собой сквозь толпу. Тэхён мягко повиновался, не находя в себе сил противостоять из-за помутившегося рассудка. Крыша. Ветер продувает все кости, такой холод, что зубы стучат, зато отрезвляет сразу, хоть и не полностью. Покрытие под ногами жёсткое, холодное. Тяжело дышать. — Здесь очень красиво просто, здание высокое такое, и попасть просто. Я был тут с одним другом своим, — проговорил Чон немного заплетающимся языком. — Много же у тебя друзей быстро появилось, — хмыкнул Тэхён, кутаясь в куртку и пряча лицо под ворот. — Все друзья Юнги — мои друзья, — парень задумался, — Я вот поинтересоваться хотел, а где ты живёшь? — А, у друга, — отмахнулся Тэ, но потом понял, что так нельзя было говорить. — У друга? — Чонгук удивился, — У какого? — У.. Зачем тебе знать? — Просто интересно, у какого друга ты живёшь уже так много времени. Сам же говорил, что где-то месяц назад развелись твои родители. Тэхён прикусил губу. Парень был слишком внимательным, и слушал истории на тусовках в оба уха, получается. — Забудь, я хотел о другом сказать, — Чон подошёл чуть ближе, оторвавшись от лицезрения города, — Мне нравится твой взгляд на жизнь. Если бы у меня всё было хорошо, я бы хотел придерживаться такого. Не знаю, не могу объяснить конкретно, в чём он именно выражается, но мне нравится это, ромашка. Ким кашлянул, то ли от холода, то ли ещё от чего-то. — И ты тоже, наверное, нравишься, как человек, — проговорил уже тише Чонгук. — Извини, мне нужно ехать домой, — процедил сквозь зубы Тэ и быстрым шагом пошёл обратно к проходу на лестничный проём. Ветер в ушах до сих пор завывает, вино в крови, может, ему показались все эти слова? Они напились прилично, вот и несли чушь. Тэхён побледнел. Почему он этим себя успокаивает? Встряхнул головой, испугавшись. Решил тут же ехать к Джину, и так придётся объясняться перед ним за своё опоздание, мягко говоря... ... — Где ты был так долго? Тэхён предполагал, что его ждёт тяжёлый разговор, но Сокджин был даже больше, чем просто не в духе. — Я вместе с... — Я знаю, с кем ты гулял. Меня волнует другой вопрос: почему ты не пришёл вовремя? Ты знаешь, сколько время? Почти десять вечера, Тэ, — Джин засунул руки в карманы свободных шортов, тяжело вздохнул. — ... Прости меня, — парень зачесал волосы, ощутив боль в голове после выпивки, вяло повесил куртку на крючок, — Джин~а, мне немного не хорошо, — он прошёл ближе к тому и положил лоб на плечо, зажмурив глаза. Всё кружится... — Дорогой мой, алкоголь — это не шутки. Тем более первый раз если пробуешь, — Ким смягчил тон, положив руку свою на затылок Тэхёну, — Пойдём, я дам тебе таблетку. Поздний вечер закончился мирно. Сокджин, конечно, всё равно был холодным каким-то, сидел на диване, обнимая Тэхёна одной рукой, играясь с волосами его. Иногда задумывался о чём-то, принимая тревожный, грустный вид, но быстро возвращался в обычное состояние. Тэ прижимался к нему, не понимая, что происходит. Не понимал, что происходит с ним, что значат все эти слова Чонгука на крыше и стоит ли обращать на них своё внимание? Ему хотелось спрятаться от размышлений, разгрызающих голову, и он прятался под тёплой рукой Джина. Тот сидел без футболки, не возражая такой близости, поглядывал на Тэхёна мимолётно. Тэ казалось, что он всё понимает. Понимает то, что происходит с ним сейчас. Это душило, давило, и парень сделал бы что угодно, лишь бы избавиться от этого чувства. Немного поднял голову и прислонил губы к щеке Сокджина, мягко поцеловав нежную кожу, медленно, тягуче, спустился к шее аккуратно, прикрыв глаза. Слышит громкий вздох, чувствует его. Чувствует своего Джина. А сомнения по-прежнему грызут душу... ... Утро, Тэхён шёл в школу, решив прогуляться пешком и подышать морозным воздухом. Да и просто он любил природу вокруг, в последнее время нечасто рассматривал её. Светло, глаза болят немного от яркого дневного света, отражающегося от снега повсюду. Тэ обожал такую зиму, прохладу эту освежающую, промывающую голову перед тяжёлым днём. Медленная прогулка, хруст снежинок под ногами. Атмосфера поглощала... — Привет, Тэхён! Ким уже научился различать голос Чонгука, ибо тот хорошо с ним сдружился. После их небольшого разговора в баре и на крыше прошло полторы недели, Тэ всё это время избегал Чона, сам иногда не понимал, зачем, но что-то волновало его сердце... — Тэхён! Я тебя почти не видел на этой и на прошлой неделе, где ты был? — Чонгук поравнялся с ним. Без шапки, в лёгкой парке, вообще не соответствующей погоде, с румяными на морозе щеками. — Я был в школе, просто не пересеклись. Не ходил на некоторые уроки, — пробурчал Тэхён, явно теряя гармонию. — ... Ты из-за того разговора? — Чон догадался сразу, заметно огорчившись, — Прости меня, это всё алкоголь, наверное... Внезапно на тротуар, по которому они шли, заехала машина. Её занесло из-за гололедицы, с визгом она залетела на пешеходную часть; водитель еле-еле успел вывернуть руль, и катастрофы не случилось. Тэхён и Чонгук успели отскочить в сторону. — Чёрт, опасно... — Ким прошёл дальше, но потом заметил, что его друг так и застыл на месте, уставившись на машину. Сел на корточки, зажмурившись, — О нет... Тэ подбежал к тому, присел, принялся успокаивать Чона, а тот молчал, обхватив коленки руками, голову опустил. Ким понимал, что эта ситуация почти что воспроизвела в его памяти катастрофу с родителями. — Вставай, ну же, всё хорошо, — Тэхён поднял его и повёл рядом с собой, поглаживая по спине, — Всё уже прошло, сейчас нужно только успокоиться, не переживать. Прости, я был чересчур резким при встрече... — Ничего страшного, — перебил Чонгук, — Спасибо. Ты... Ладно, забудь, я в порядке, — немного отошёл от Кима, убирая от себя его руку, — Пора идти, а то опоздаем. — Ты молодец, раз справляешься, это непросто, — Тэхёна немного восхитило такое стремление к позитиву в крайне сложной обстановке. Чонгук просто пожал плечами. Эта ситуация сблизила их ещё больше. Тэхён всё больше и больше времени проводил с Юнги и Чонгуком. Естественно, это не осталось без внимания Джина. И на уроках, и дома он замечал, что Тэ отдалился от него. Больше проникался живыми нравами Чона, которые оказались тоже ему близки и интересны. Тэхён изучал людей, впитывал их образы, как губка, а потом создавал в голове выводы определённые, решал, чему можно научиться, а что чуждо ему. Такому «сканированию» много кто подвергся, и гибкое, широкое мировоззрение парня имело свойство меняться из-за этого. Конечно, некоторые черты не подлежали преобразованию, цемент, никогда не меняющийся от условий. Многогранный характер парня многих приводил в восторг. Сокджин понимал, что не сможет противостоять этому, ведь Тэхён рос морально, а ростки нельзя было обрубать. Они жили вместе, но Джин часто стал чувствовать себя одиноким, замыкался без своего единственного источника любви. Всё терзало, не давало покоя, и он терялся. ... Февраль. Начало месяца, будний день, точнее, уже вечер. Тэхён быстро оделся, крикнул Сокджину, что идёт к Юнги в гости, но не получил ответа. Его вдруг дёрнуло что-то, и он тихонько заглянул в комнату к Киму. Тот сидел на стуле, за рабочим столом, разбирал работы какие-то. Выглядел крайне сосредоточенным. Тэ почему-то почувствовал, как совесть грызёт сердце. — Джин~и? — он тихо прошёл к тому сзади, положил руки на плечи, утыкая нос во вкусно пахнущих светлых волосах. — Да, я слышал, — Ким развернулся к нему, сняв очки, — Иди, всё хорошо. — А мне кажется, что нет, — Тэхён обвёл руки вокруг его шеи. Лучше бы он злился. Лучше бы кричал на него. Тэ бы моментально бросил все эти встречи с друзьями, такие мысли часто посещали его. Пару раз он пытался это сделать, но причин отдаляться от близких людей не находил, и в итоге всё заканчивалось провально. Тэхён не чувствовал прежней связи с Джином, и понимал, что в этом его и только его вина. Он безумно любил своего учителя, готов был на всё для него, но... становился дальше. Боялся сказать, что Чонгук недавно второй раз сказал о симпатии к нему. — Я... Вернусь скоро. У тебя точно всё хорошо? — Что у тебя с Чонгуком? — вдруг спросил Сокджин, заставив Тэ застыть в ступоре. — Н-ничего... У меня ничего нет с ним... — Тэхён... — этот укоризненный тон был узнаваем сразу, от него парень покрылся мурашками, сильнее сцепив руки вокруг шеи Джина. — Я не знаю, я... — он глянул на часы, — Мне нужно идти, Джин~и, я вернусь скоро. Сокджин поджал губы, отведя взгляд. Такой холодный, казалось, кожа у него стала ещё более бледной, чем раньше. Глубокие карие с серебристым отливом глаза наполнились редко появляющимся блеском, непонятном Тэ, смотрели в окно. Почти не дышит. Тэхён поцеловал его в уголок губ, схватил свой рюкзак и вышел из дома. Он не знал тогда, что это будет переломным моментом в их общении. ... to be continued...