untucked

— Вот почему, почему, блять, я из-за этого… Этой херни липсинковать должен?! Это несправедливо! Это неправильно… Я даже не знаю, на уровне мироздания! — Гилберт стукнул по подлокотнику кулаками. Покрытый с головы до пят пайетками и блёстками красный костюм чертёнка на нём подходил к его багровому от злости лицу гомерически идеально.       Франциск понимающе гладил его по спине, Антонио вдумчиво кивал головой, допивая коктейль за Гилом.       Начиналось все, как говорится, за здравие. Макси-челлендж выглядел как что-то, с чем Гилберт бы справился, не напрягаясь; пение — это то, чем он зарабатывал себе на жизнь уже много лет. Но была маленькая загвоздка: челлендж под названием «заклятые друзья» подразумевал как минимум командную работу (а местом на сцене Гилберт делиться не любил и не умел), и ключевое слово здесь было «заклятые».       Продюсеры посчитали, что дуэт с Эзельшвайн добавит химии и вообще им с Юльхен давно пора было подружиться.       Исход не был зубодробительным поворотом. Даже для зрителей, примкнувших к экранам в девять вечера по местному времени. — Она что думает?! Что я эту суку не переиграю?! Я её не уничтожу?! А я её уничтожу.       Остальные члены «Бэд гурлз трио» согласно закивали.