Принцесса Гриффиндора

Я уже использовала Персик, чтобы запустить мельницу слухов, поэтому подумала, что было бы лучше подтолкнуть игру в новом направлении из другого источника. Видя, что Дасти уже была заинтересована в высокой цели, я без труда убедила ее придумать идею и посмотреть, сможем ли мы играть с Министерством в целом, а не только с отдельными Пожирателями Смерти. Однако это была другая девушка, Жасмин, у которой была идея как дестабилизировать рынки. Ее родители-маглы были увлечены фондовыми рынками, поэтому она хорошо знала, как слухи могут разрушить стоимость акций компании. Она применила те же принципы к Министерству и вскоре заставила нас распространять слухи, направленные на создание финансового хаоса. Основы сильно отличались от мира маглов, но результат был таким же. Люди начали вытаскивать свои галеоны из Гринготтса, и гоблины были недовольны. Волдеморт тоже. Я узнала об этом от Северуса. Он появлялся чаще, всегда замаскированный и обычно по воскресеньям, но редко мог задерживаться дольше пары часов, самое большее. Чаще — меньше. Нам нужно было обменяться таким количеством информации, что занятия любовью превратились в бурное и яростное дело, которое мы либо быстро убирали с дороги, либо начинали отчаянно, когда понимали, что у нас закончилось время. Он держал свое обещание никогда не требовать этого от меня, но глаза его требовали. Много раз мы даже не успевали добраться до кровати, набрасываясь друг на друга, как только он устанавливал свои сложные защиты. Он был подобен наркотику, которым я не могла насытиться, но даже несколько безумных мгновений с ним давали мне силы, необходимые для того, чтобы пережить еще одну неделю. Распространение информации потребовало привлечения дополнительных людей, чтобы инициировать слухи, не становясь слишком очевидным их источником. И после долгих консультаций с Северусом он согласился с моим решением. Я рассказала Персик и Ангел, что у меня есть сочувствующий чиновник Министерства, который предоставляет мне информацию. Сначала они не обрадовались, ставя под сомнение мой источник, мое здравомыслие и мое суждение. Но по прошествии нескольких недель без каких-либо последствий и признаков разоблачения нашей игры, а также некоторых доказательств того, что информация, которую я получила, правдива, они стали доверять мне достаточно, чтобы помочь распространить то, что я знала, среди других девушек. В этот момент хаос усилился. Северус мастерски использовал свои способности, чтобы разгадывать секреты и мелкие мотивы тех, кто работал в Министерстве. Силовые базы всех Старейших Пожирателей смерти рухнули, когда из двигателя правительства были удалены различные винтики. Все больше и больше старейшин приводили к Темному Лорду, некоторых даже сопровождали их сыновья, чтобы те предстали перед судом. В некоторых случаях Снейп вступался, приводя аргументы в пользу снисхождения и испытывал неудовольствие своего Хозяина. Это только повысило его репутацию в глазах молодых людей. Северус укрепил свое положение среди молодых Пожирателей смерти, возлагая на них обязанности и вознаграждая за хорошо выполненную работу. Превратив их в почетный караул, он поставил их лицом к лицу с безумием Темного Лорда. Они по очереди стояли у стены и смотрели, как их Хозяин становится все более нестабильным, пока фундамент выбивается из-под его гниющего дома камень за камнем. Что еще важнее, Снейп прислушивался к растущему беспокойству парней наедине, как сделал бы будучи главой их факультета, заставляя их чувствовать себя понятыми, пока сам смотрел им прямо в глаза. Потом Северус давал мне список тех, над кем нужно работать, а кого нужно будет позже отбраковать. Это был поздний вечер пятницы, когда я выходила из ванной, но Персик толкнула меня обратно. Она поднесла палец к губам, затем быстро закрыла дверь и включила душ. Схватив меня за плечо, она наклонилась к моему уху. — Я думаю, произошло кое что, что ты должна знать. Я думаю, это все меняет, и мне страшно. — Скажи мне. — Нотт забронировал ночь со мной, он сейчас спит, но… о, Принцесса, он плакал! Его отец был убит сегодня вечером Сами-знаете-кем. Он рыдал, как младенец, у меня на руках, и когда я пыталась его успокоить, он сказал, и я цитирую: «Я убью его!». Я встрепенулась и посмотрела на нее. — Это то, о чем я подумала! Прин… тьфу, Гермиона, я сказала ему не быть дураком! Но он сказал, что есть и другие, кто так думает, и что этот тип — Снейп — может прислушаться к ним! Гермиона, я в ужасе! Что мы наделали? Эти парни просто глупые мальчишки, может хулиганы, но в душе они не убийцы! Они не смогут одолеть Темного Лорда! — Что ты ему сказала, ты рассказала ему что-нибудь о нас? Это могло быть подстроено. Может, они просто хотят посмотреть, как мы отреагируем. Она покачала головой. — Честно говоря, это была моя первая реакция. Но ты не видела его. Он сломлен. Что мне делать? Я чувствую, что у меня есть эта сила, но я боюсь ее использовать. Я знаю, что могу заставить его пойти попробовать сразиться с Темным Лордом, но я действительно не хочу, чтобы он умер! И внезапно я чувствую, что, может быть, наша игра просто может помочь изменить ситуацию. Как будто она больше, чем я думала, и, возможно, мы могли бы слухами проложить наш путь к свободе. Я знаю, что это глупо, но я чувствую, что мы можем это сделать! Я схватила ее за плечи. — На самом деле, Персик, конец не так уж и далек. Но мы не сможем этого сделать, если мы чрезмерно отреагируем. Я хочу, чтобы ты вернулась туда и осталась с ним. Будь нежна, прояви сочувствие. Дай ему почувствовать, что ты единственная, кто понимает. А потом расскажи ему о своих родителях. Она отшатнулась, как будто я ударила ее, и ее глаза потухли. Никто из нас особо не говорил о своих семьях, но я знала, что Персик видела, как ее родителей убили, когда они покупали сувениры в Косом переулке. Я затаила дыхание, надеясь, что она не набросится на меня из-за моей самонадеянности, но затем я увидела свет понимания. — Да. Да, я вижу, куда ты клонишь. Сначала немного… и, может быть, он увидит. — Не позволяй ему делать глупости, заставь его поверить, что ты единственная понимаешь его. И, если он снова поднимет вопрос о Снейпе, скажи ему, что это может быть хорошей идеей. — Правда? Но разве он не второй человек после Сама-знаешь-кого? Тот худой парень, что Макнейр… — ее слова оборвались, когда ее мозг начал работать слишком быстро. — О, волосатые орехи Мерлина, он же твой мужчина, не так ли?! Понятия не имею, что сделало мое лицо, но она приняла это за подтверждение. — О, Цирцея со страпоном, Гермиона, во что ты нас втянула! Он твой источник? Проклятый человек Номер Два за проклятым троном? Во что, черт возьми, ты нас втянула! — ее американский акцент казался более выраженным, когда она паниковала. — Ты сказала, что сама почувствовала это. Свободу. Не бросай меня сейчас, Персик, ты мне нужна… Ты должна вернуться туда и сделать это. Мы так близки, но нам нужно соблюдать осторожность и сохранять спокойствие. Персик, ты не можешь никому рассказать, даже Ангел. Она взяла себя в руки и пристально посмотрела на меня. Затем она обняла меня. — Ты же знаешь, я убью тебя, если это не сработает, верно? — сказала она. Я могла слышать все оттенки в ее голосе: ее попытку казаться беззаботной, в то же время, отголосок надежды человека, который почувствовал ее впервые за долгое время, мстительные планы, которые уже зарождались в ее голове. — Я позволю тебе это сделать, — судя по тому, как она посмотрела на меня, она услышала все оттенки и моего голоса. Она выскочила из ванной, я потянулась и выключила воду. На следующий вечер Нотт пришел рано и снова забронировал Персик на ночь. Обычно он не тратил такие деньги. Я оставалась в Изумрудной Комнате рядом с молодыми людьми, надеясь что-нибудь услышать, но вошла Ангел и схватила меня. — Макнейр здесь. Он просил Персик, но она занята. Осторожно, принцесса, он выглядит напряженным. Я кивнула ей и прошла в другую комнату с привычной улыбкой на лице. Когда он поднял глаза и увидел меня, он подошел, схватил меня за локоть и прошел мимо Ма, которая не смогла произнести свою дежурную реплику. Она казалась обиженной и бросила на меня обеспокоенный взгляд. Он не сказал ни слова, пока мы вместе поднимались по лестнице. Мое сердце забилось слишком быстро, когда я увидела, в какой коридор он направляется. Я отчаянно пыталась освободить свой пойманный разум. Пыталась сбежать в то место, где я всегда раньше пряталась, когда мое сердце ещё не могло чувствовать. У меня не вышло, и я вдруг обнаружила, что с моих губ сорвался всхлип, когда он затащил меня в Коричневую комнату.