С чистого листа

— Что за... — Гермиону прижали к холодной стене из плитки. — Малфой, какого чёрта? Но он лишь шикнул на неё и затащил в одну из кабинок. Одним взмахом волшебной палочки он избавил девушку от верхней одежды и, убрав палочку в карман, коснулся её щеки, убирая прядь непослушных волос за ухо. Гриффиндорка смущенно посмотрела в его глаза; он был совсем не таким, как утром. Девушка опешила, когда Драко резко впился в её губы, сминая и покусывая их, касаясь нёба языком... Мята... Мерлин, этот вкус сводит Гермиону с ума. Малфой обхватил ладонями груди девушки, нежно поглаживая. Она тяжело дышала, поддаваясь к нему чуть-чуть вперёд. Книга выпала из рук девушки и с шумом ударилась о плитку душевой. Гермиона страстно обхватила Драко за плечи, а затем стала снимать с него верх формы для Квиддича. Нехотя Драко прервал поцелуй и скинул с себя форму, демонстрируя свой изумительный торс. Гермиона с непривычной жадностью стала оставлять поцелуи на его плечах, ключицах. Малфой едва мог дышать; он стащил с гриффиндорки кофточку и лифчик, отбрасывая в сторону, затем коснулся её подбородка и поднял его, посмотрел в глаза. Такие шоколадные... Девушка, сейчас такая, кажется, беззащитная, обвила его шею руками, а он поцеловал её, проникая языком в её рот. Страстный поцелуй продолжался, когда Драко с помощью заклинания избавился от брюк гриффиндорки и, в сопровождении её тихого стона, просунул руку к ней в трусики. Затем он вставил два пальца внутрь. Гермиона ахнула. — Тебе больно? — спросил Драко, не глядя в глаза гриффиндорки. — Н-нет. — прошептала она, а через мгновенье чуть ли не крикнула, когда на смену пальцам пришёл член. Чтобы не дать девушке призвать своим криком-стоном сюда учеников, Малфой заглушил её поцелуем: настойчивым и страстным. Мята, вишня...корица, груша, шоколад... *** Гермиона сидела за Гриффиндорским столом в Большом зале. У неё абсолютно не было аппетита, поэтому, одним ухом слушая повествование Гарри, она устремила свой взгляд на стол змеиного факультета. Его не было. Прошло три дня с того момента, когда гриффиндорка шла с важным известием к друзьям, а он затащил её в душевую. Все эти дни он старался скрываться: не ходил на приемы пищи, не бывал в библиотеке и крайне редко совался во двор. В основном Гермиона натыкалась на его платиновую макушку в коридорах Хогвартса. Было очень непривычно видеть школу такой пустой, ведь почти все разъехались кто куда на каникулы. Из гриффиндорцев с их курса остались только она, Гарри и Рон, который вместе с Джинни в последний момент решил остаться, чтобы помочь Гарри, из пуффендуйцев один лишь Захария Смит, который хотел поупражняться в полетах, чтобы не потерять прекрасных навыков, из когтевранцев осталось четверо девчонок, которые были увлечены чтением и обсуждением каких-то книг. А вот со змеиного факультета никуда не уехали трое: Забини, Малфой и Паркинсон. Какого черта она решила остаться, Гермиона не понимала. С Драко и Блейзом было все логично, а с Пэнс нет. К тому же, Грейнджер раздражало то, как слизеринка постоянно крутится возле Малфоя, потому что помимо беловолосой макушки в коридорах она видела рядом черноволосую голову Паркинсон. Ладно, у Гермионы был план того, как вывести Малфоя на разговор. У Гарри продолжались видения, из-за которых он почти не спал, что служило последствием его темных кругов под глазами. Поттер не рассказывал ей последних видений, но девушка понимала, что это что-то серьезное. *** Драко пытался держаться из последних сил. Слава Салазару, Блейз всегда был рядом и поддерживал. Но, к сожалению, рядом была ещё одна персона, причём совершенно нежелательная. Пэнси постоянно лезла к нему, прикасалась, терлась, словно бездомная кошка, которой нахватает ласки. Драко это жуть, как бесило. Не говоря уже о том, что Паркинсон нарушала не только его личное пространство, но и вовсе какие-либо грани приличия, врываясь, например, к нему в душ. Непонятно, как ей удаётся проникнуть туда, но факт остаётся фактом. Отвратительная дура, злоба на которую с каждым днём только разрастается. Что касается Забини, то он делает все возможное. Малфой невыносим, но Блейз понимает друга, потому что ему тоже ужасно тревожно. *** 26 декабря 1997 год. — Что это, Блейз? — резко обрывая смех над очередной шуткой Нотта, Малфой пристально смотрит на друга, только что вошедшего в гостиную и держащего в руках что-то. Выражение лица Забини было странным. Он позвал Драко поговорить наедине. Малфой поднялся с дивана и с нахмуренными бровями зашагал за Блейзом. Только когда они оказались в комнате мальчиков, которая, слава Мерлину, была пуста, мулат шумно выдохнул и швырнул что-то на стол. — Эй. — Драко ободряюще коснулся плеча друга. — Что не так? — Блять, Драко. — Забини вздохнул, хватая со стола то, что отшвырнул пару мгновений назад. — Читай. В руках у блондина оказался конверт, по всей видимости внутри письмо. Развернув записку, Драко принялся читать. — «Блейз, пишу быстро, времени мало, я пытаюсь делать все возможное. Мы с Нарциссой думали, что тут, во Франции, безопасно, что тут можно расслабиться, но... — у Драко перехватило дыхание. Что могло случится? — Цисси...она пропала... — на этом моменте Малфой не выдержал, и «блять» криком вырвалось из его горла. — она пропала, и я думаю, что кто-то схватил её. Я пыталась искать, выследить её, но тщетно. Я пытаюсь до сих пор. Оповести сразу же Драко, сынок! Мы справимся и обязательно отыщем Нарциссу, даю слово. Люблю тебя». Драко шумно сглотнул, сжал пергамент с этими строками, присел на кровать и запустил руки в волосы. В этот момент внутри него как будто надорвалась самая главная ниточка. Мама говорила ему в детстве, что человеческая душа состоит из золотых ниточек добра и любви, которые позволяют человеку чувствовать себя счастливым, но когда что-то происходит и ниточка обрывается, душа постепенно черствеет. И Драко верил в это, он боялся за эти ниточки, а сейчас...Сейчас ему хочется кричать, да так, чтобы сорвать голос, кричать до боли в горле. Но он не мог; не сейчас, не здесь. Да у него вечно «не сейчас, не здесь»; звучит уже как лозунг жизни. Ему хотелось спрятаться и биться о стену головой, но надо взять себя в руки. Драко понимал, что если не он, то никто не найдёт мать. Всем плевать. Люциус мёртв, миссис Забини вряд ли будет рисковать своей жизнью, остаётся лишь он сам. Малфой поднялся с кровати и решительно посмотрел на Блейза. — Что ты задумал, а, Малфой? — поинтересовался тот. — Оу, — фирменная ухмылка проступила на лице блондина. — пока ничего. С этими словами он удалился из комнаты. *** Гермиона была крайне озадачена поведением Драко. Она искренне не понимает, зачем он избегает её или не её? Несмотря на позднее время, гриффиндорка срочно хотела с ним поговорить и выяснить, что, в конце концов, происходит. Она снова, как тогда, решила отправить ему Патронус. К счастью, девушке удалось это быстро, и, вот, она уже ждёт его в старом классе, ходя из угла в угол и скрестив руки на груди. — Что ты хочешь, Грейнджер? — она даже не услышала, как он вошёл, поэтому непроизвольно дернулась, услышав его голос. Она не слышала его несколько дней, а кажется, что месяцев. Дыхание перехватило, когда гриффиндорка увидела его слегка растрёпанные волосы, расстегнутую на две пуговицы рубашку и небрежно повязанный галстук змеиного факультета. — Мне нужно кое-что тебе показать. — Показывай, да поживее, Грейнджер. У меня мало времени. — процедил слизеринец, облокачиваясь плечом о стену. — Наверняка ты знаешь о Выручай-комнате, — проигнорировав грубый тон Малфоя, начала Гермиона. — так вот, недавно я вычитала кое-что интересное, что может помочь нам... — Стоп, стоп, стоп. — Драко резко отстранился от стены и сделал несколько шагов в сторону гриффиндорки, оказавшись около парты. — Ты тут занималась поиском какой-то хуйни, действовала в одиночку? Да, Грейнджер?! — Но Малфой... — девушка нахмурилась, когда блондин слишком сильно врезал парте кулаком, что та пошатнулась. — Слушай сюда. — опять этот отвратительный пробирающий до мурашек шёпот. — Произошло кое-что ещё... Драко замолчал, не желая говорить о том, что случилось. Он не знал, как выразиться правильно. А Гермиона больше не видела в нем того Малфоя, который поддержал её на Святочном балу, который был достаточно добр к ней в тот день, сейчас это был ужасный слизеринец из сентября. *** Вот они уже направляются в Выручай-комнату. Малфой не рассказал ни о чем ей, потому что жалел о том, что впутал гриффиндорку в весь этот пиздец. Ситуация с каждым днём все ухудшалась, и Драко чувствовал, что может произойти что-то, в чем будет только его вина. И даже при таких обстоятельствах Грейнджер умудряется ему помогать... — Зачем ты это делаешь, Грейнджер? — абсолютно без эмоций произнёс слизеринец. — Делаю что, Малфой? — с уверенностью произнесла девушка, даже не оборачиваясь на него и продолжая свой путь впереди парня. — Не прикидывайся дурой! — зашипел блондин, нагнав её и резко толкнув к стене коридора. Это было больно, но Гермиона оставалась непоколебимой, наблюдая, как Драко склонился над ней. Он тяжело дышал, а его голова была опущена. Девушка потеряла счёт времени, ей сейчас очень хотелось поцеловать слизеринца, зарыться в его платиновые волосы. «Мерлин, Гермиона, прекрати об этом думать!». Спустя ещё какое-то время Малфой поднял на неё взгляд, глаза парня были ледяными. Слегка дрожащей рукой он убрал каштановую прядь волос девушки за ухо. — Черт, Грейнджер... — произнёс Драко, наклоняясь ближе и вдыхая приятный аромат её волос. Через мгновение его губы жадно впились в её. Гриффиндорка почувствовала прилив жара, но все равно несмело отвечала на его поцелуй, позволяя ему проникать в свой рот. — Гермиона? — первые мысли, которые пронеслись в сознании девушки были: застукали. Она моментально чуть ли не отпрыгнула от Малфоя, чувствуя, как он не хотел прерывать поцелуй. Перед собой Грейнджер увидела Гарри Поттера, запыхавшегося, взволнованного и немного растрепанного. Что же случилось? Он нахмурившись посмотрел на Драко, а затем уже смягчившись перевёл взгляд на подругу. — Джинни пропала! — Ч-что? — Гермиона опешила. Как пропала? Почему пропала? Куда пропала? — Мы с Роном обыскали где только можно - её нет нигде, Гермиона! — Но... как это могло произойти, Гарри? — девушка чувствовала себя очень неловко из-за того, что лучший друг обнаружил её целующуюся с заклятым врагом. Поттер вздохнул, устало потёр глаза и поправил волосы. — Я не знаю, черт побери...не знаю. — было видно, что исчезновение Джинни его очень тревожило. — Вы с Роном точно везде проверили? Может, была какая-то причина... — Гермионе не дали договорить. — Ты! — Поттер указал на Малфоя. — Я уверен, что ты, чертов ублюдок, как-то в этом замешан! — Поттер, — хмыкнул Драко. — ты очень тупой, раз думаешь, что мне делать нечего, только как прятать где-то твою ненаглядную Уизлетту! — Какой же ты отвратительный, Малфой... — поцедил Гарри, после чего повернулся к Гермионе. — А ты... — она немного помедлила, прежде чем договорить. — Малфой, можешь оставить нас с Гарри наедине? — Пф, разумеется, Грейнджер! — слизеринец развёл руками и покинул коридор. Девушка обернулась к лучшему другу и выдохнула. — Что за...? — Гарри был в недоумении. — Гарри, обсудим это позже. Скажи, ты смотрел на карте Мародёров? — Поттер помотал головой. — Мерлин, Гарри, она у тебя с собой? Тщательно изучая карту, друзья так и не наткнулись на имя Джинни Уизли. Они занервничали. — Есть только одно место, где мы не были... — Запретный лес!... — произнесли Гермиона и Гарри в унисон, смотря друг другу в глаза. — Так, иди за Роном, я за Малфоем. — Зачем нам этот хорёк, Гермиона? Ты не понимаешь? Он же насмехается над нами! — Гарри Джеймс Поттер, мы собираемся в Запретный лес, а не в Большой зал! Малфой нам на руку, он отлично разбирается в темной магии. Тем более, если ты его в чём-то подозреваешь, то сможешь в этом убедиться или наоборот. — отчеканила гриффиндорка и ещё раз глянула на карту Мародёров, чтобы узнать, куда ушёл Драко. *** Друзья разошлись. И Грейнджер быстрым шагом направилась в сторону подземелий. Уже находясь в «зоне слизеринцев» она перешла на бег. Послышались отчетливые, как всегда уверенные шаги Драко Малфоя. Вот в поле зрения показалась его платиновая макушка, и Гермиона, не в силах вдохнуть, бросилась бежать ещё скорее. — Драко! — она старалась говорить громко, но и не кричать, чтобы не напустить беду, ведь было уже время отбоя. — Да подожди же ты! Наконец блондин остановился, но не оборачивался. Гермиона набирала в легкие воздух, пытаясь отдышаться, чтобы заговорить с ним. Малфой выжидал, так и не оборачиваясь, но девушка чувствовала от него ауру раздражения. — Драко... — распрямляясь, на выдохе произнесла его имя гриффиндорка. — Ты должен помочь нам. — Должен? Я никому ничего не должен, Грейнджер. — усмехаясь, обернулся слизеринец, смотря на неё темно-серыми глазами. — Пожалуйста... Драко... — Драко? Какая же ты сука, Грейнджер. Пошла ты. — Ч-что?... — она почувствовала, будто холодным ножом резанули по её горячей плоти. — Глухая? Нужно повторять дважды? — челюсть Малфоя была плотно сжата, а его глаза были чернее тучи. — Пошла нахуй. Ты бы видела своё лицо, когда шрамированный нас застукал. Да ты, блять, лицемерка, оказывается! Ты смотрела и вела себя так, будто я и для тебя тоже враг. Какого хрена я должен помогать тебе? — Это не правда. Ты же знаешь, что это неправда. — Гермионе пекло глаза, слёзы так и напрашивались, но она ни в коем случае не хотела разрыдаться вот тут, в коридоре подземелий, перед Малфоем. — Знаю, но уже не уверен. Я не хочу видеть тебя, Грейнджер. Уходи. — Но мы не можем пойти втроём в Запретный лес. Ты же знаешь Гарри и Рона. Тем более, я уверена, что дело тут серьезное... А если это связано со всем, что происходит, Малфой?! Прошу тебя, Драко!... — Гермиона даже не заметила, что голос её дрожал, когда она пыталась донести до слизеринца, что все серьезно, хотя была уверена, что он и сам понимает опасность ситуации. С минуту он вглядывался в глаза Грейнджер, которая выглядела сейчас нервной и растрёпанной. — Ладно. — на лице гриффиндорки проступила легкая улыбка. — Но только лишь потому, что это может быть связано со всем тем пиздецом. И вот они уже вдвоём шагают на место встречи, о котором договорилась Гермиона с Гарри, смеясь, глядя в лицо опасности.