Подарок

Мисти, как и обычно, под руководством Корделии занимается в оранжерее выращиванием цветов и приготовлением зелий, и не может не заметить полного грусти и подавленности взгляда Корделии. Мисти решается заговорить об этом напрямую, не делая вида, что всё в порядке. — Мисс Корделия, ну как вы? — голос её полон заботы и участия, — всё ещё переживаете из-за Хэнка, да? — Дело не только в Хэнке, Мисти, — тяжело вздыхает Корделия в ответ, — просто, сколько себя помню, я всегда мечтала стать матерью, родить ребёнка… Может, и не судьба, — она грустно улыбается, — возможно, моя мать и права насчёт меня… Не думаю, что теперь уже у меня когда-нибудь будет ребёнок. Увы, не все наши мечты сбываются… О какой-то мечте приходится порой и забыть. Впрочем, ладно, Мисти, не хочу тебя грузить, — она вновь вздыхает. — Не вздумайте отчаиваться! — возражает ей Мисти, — у вас всё ещё будет! — Я так не думаю, — говорит ей Корделия поникшим голосом. — Послушайте, мисс Корделия, не отчаивайтесь! — буквально умоляет её Мисти, — послушайте, но ведь существует множество путей! Искусственное оплодотворение… В крайнем случае, можно усыновить ребёнка… Вы только не опускайте руки! Я верю, что у Вас непременно будет ребёнок! Прекрасный малыш, похожий на вас! — Мисти улыбается тёплой, солнечной улыбкой. — Спасибо тебе, Мисти, — Корделия улыбается в ответ, — правда, спасибо за всё! Может, искусственное оплодотворение — это и выход… — А почему нет? — голос болотной ведьмы полон воодушевления, — какая разница, каким будет способ зачатия — это же будет ваш малыш или малышка! Мисс Корделия, вы станете прекрасной мамой! — она снова улыбается, и улыбка её словно наполняет истерзанную душу Корделии солнечным светом. — Мисти, ты так много делаешь для меня, — с неимоверной благодарностью произносит Корделия, — спасибо тебе! Мисти, — она замечает некую напряжённость и растерянность во взгляде девушки, — ты хочешь что-то мне сказать? Говорит, не бойся, — Корделия мягко и тепло ей улыбается. — Ну ладно, — собравшись с духом, произносит та наконец, — мисс Корделия, помните, я призналась вам, что мечтаю о любви, о такой, как в песнях Стиви… И вы сказали мне, что я обрету такую любовь. Мисс Корделия, — Мисти делает паузу и внимательно смотрит в глаза своей наставнице, — скажите, а вы могли бы полюбить меня в ответ, если бы я сказала вам, что уже полюбила? Полюбила вас… Мисти выпаливает всё это на одном духу, после чего резко осекается. Вот и всё. Случилось то, чего она так долго боялась. Признание произошло. И что же теперь? — Мисти, — тихо произносит Корделия, и во взгляде её девушка прочитывает недюжинное изумление, — ты любишь меня? То есть… Влюблена в меня? — Да, — твёрдо отвечает Мисти, — мисс Корделия, я ещё не встречала никого прекраснее вас! Самой прекрасной женщиной, кого я знала, была Стиви, но вы… Вы первая такая в моей жизни после неё! Вы такая прекрасная, умная, добрая, благородная, нежная! Вы — буквально мой идеал! Мисс Корделия, можно я вас поцелую? — голос её дрожит, — простите, что это со мной… — осекает она сама себя, — я ведь даже пока не знаю, взаимны ли мои чувства! Мисс Корделия, но если они взаимны — я стала бы счастливейшей из всех женщин на земле! Мне никто не нужен. Мне нужны только вы! Наконец, Мисти резко замолкает, ощущая, как сердце её бешено колотится в груди. Теперь Мисти страшно. Вновь страшно перед реакцией Корделии. Корделия внимательно выслушивает каждое слово девушки и смотрит на неё ровным, немигающим взглядом. Внутри у Мисти всё сжимается, сердце уходит в пятки, поджилки трясутся. — Мисти, я не хочу тебя ничем обидеть, — Корделия подбирает как можно более мягкий тон, — но ответить тебе тем же я не могу. Никак. Прости, — тихим голосом произносит она. — Мисс Корделия, что во мне не так? — опустив глаза, спрашивает раненная в самое сердце болотная ведьма, — я слишком простая и необразованная для вас? Дело в этом? — Мисти, это вовсе не так, и не наговаривай на себя! — возражает ей Корделия, — просто тебе всего двадцать, ты живёшь эмоциями… А я — я взрослая женщина, мне тридцать два года, и я должна думать не только о чувствах и собственных желаниях. Да и мой брак с Хэнком ещё не расторгнут, и неизвестно, что будет дальше… Мисти, у тебя это пройдёт, — она осторожно берёт её за руку, — возможно, ты просто так на меня реагируешь, потому что я тебя приняла под свою защиту, потому что была ласкова с тобой… Прости, Мисти, — Корделия тяжело вздыхает. Услышав от неё эти слова, Мисти ощущает накатившую на неё немалую обиду и, в силу присущей ей импульсивности, выпускает коготки. — Вот только не нужно обесценивать мои чувства, ладно? — дерзко бросает она Корделии, — то, что мне всего двадцать, ещё не значит, что я не способна отдавать себе отчёт в том, по-настоящему я влюблена или нет! Вы ничего обо мне не знаете, мисс Корделия! И не судите меня! Произнеся эту гневную тираду, юная бунтарка разворачивается и стремительно покидает оранжерею, оставив Корделию наедине с её чувствами и раздумьями. Мисти абсолютно безоружна перед Корделией, и Мисти серьёзно ранена её ответом. Стоило ли ей в принципе ожидать чего-то иного? Порой Мисти кажется, что всё в этом мире способно разбиться о чертовское упрямство и непреклонность этой невероятно сложной женщины. И тут уж, как ни крути, Мисти бессильна. Бессильна в той же мере, в какой и безоружна.