Подарок

Леденящий кровь панический ужас пронизывает душу Корделии, когда, приехав на болота, она обнаруживает Мисти мёртвой. Внутри у Корделии всё опускается, она даже не находит в себе сил кричать — просто беззвучно трясётся от дикого ужаса и невыразимого горя. Кто, кто посмел лишить жизни столь невинное, чистое создание, у кого поднялась рука на Мисти?! Корделия винит во всём себя — что не уберегла, не защитила… Ведь если бы она не бросила Мисти тогда, та была бы сейчас жива, была бы рядом с ней! Это страшное, гнетущее чувство вины саднит душу Корделии, буквально убивая её изнутри. Корделия начинает себя ненавидеть. Ненавидеть за свою жестокость к той, что любила её всем сердцем и кого не менее сильно любила она сама. Выяснив с помощью небольшого магического обряда, кто причастен к смерти Мисти, Корделия чувствует острый прилив ярости, сменивший на мгновение её горе и самобичевание. Эта ярость и придаёт ей сил. Сил для мести. Для возмездия. Придя в дом к отцу Хэнка — тому, кто убил её дорогую Мисти, — Корделия еле сдерживается от того, чтобы сразу же, с порога не вцепиться ему в глотку. Но она всё же сдерживает себя — не всё так быстро. — Чем обязан твоему визиту, Делия? — словно ничего не понимая, спрашивает отец Хэнка. — Будто ты не догадываешься, — полным ненависти тоном произносит она, — не забывай, кто я, и что мне не составило бы труда в два счёта узнать, что именно ты виновен в гибели Мисти! — Я и не собирался это скрывать, — самодовольно усмехается отец Хэнка, — эта малолетка мешала твоему браку с моим сыном, так что у меня просто не было другого выхода! — Ты всерьёз полагаешь, что я продолжила бы жить с Хэнком, зная о его измене и ребёнке на стороне? — жёстко бросает Корделия ему в ответ, — то есть Хэнку можно всё, а мне — ничего? Только на том основании, что он — твой сын? — Он — мужчина, он имеет право! — непререкаемым тоном говорит отец Хэнка, — ты — женщина, ты должна бороться за свой брак! — Ты себя-то слышишь? — вздыхает Корделия, закатив глаза, — единственный человек, за которого я буду бороться — это Мисти! — твёрдо добавляет она, чеканя каждое слово. — Твоя девчонка мертва! — злорадно отвечает он ей. — А это ещё не факт, учитывая, что мы с ней обе ведьмы, — говорит Корделия, — я не сдамся, пока не верну её! Мисти уже как-то переживала сожжение заживо и воскрешала сама себя. Кто сказал, что в этот раз так не будет, тем более — с моей помощью? А вот ты сейчас сдохнешь без всякой возможности вернуться назад! — Убьёшь меня? — усмехается отец Хэнка, — да у тебя кишка тонка, девочка! — Я так не думаю! — отвечает она и тотчас же направляет на него свою магию. Отец Хэнка в то же мгновение ощущает, как его словно что-то душит, отчаянно пытается избавиться от этих оков, начинает кричать, но всё тщетно — такова магия Корделии. — Будь ты проклята, ведьминское отродье! — из последних сил произносит мужчина, которому всё труднее и труднее дышать. Наконец, он падает на пол, бьётся в конвульсиях, и спустя буквально несколько минут замирает. Сердце его останавливается. Отец Хэнка мёртв. Корделия стоит над его бездыханным телом и улыбается победной улыбкой. — Вот и всё, моя родная Мисти, — произносит она, — я это сделала! Возмездие свершилось!