Наруто Хатаке, дочь Копирующего Ниндзя Naruto

План Минато Намикадзе был практически без изъянов: доверить воспитание дочери своему ученику; оставить им в наследство свой дом и финансовое состояние семьи Намикадзе, запечатанное в различные свитки; спрятанные свитки с описанием техник во все потайные углы и щели, которые откроются только человеку, в чьих жилах течет кровь Узумаки; помощь советника и лучшего друга в делах семьи Хатаке, что сразу даёт надежду на счастливое детство и лучшее воспитание для юной куноичи и быстрое приобретение друга или друзей из клана Нара, как минимум. Но изъян состоял в самом молодом приемном отце. Ведь ему недавно только исполнилось 16 лет, но он два года был в АНБУ, после ушел в обычные джонины, так что с маленькой девочкой должен был справиться. Так и думал пепельноволосый юноша, когда прочитал прощальное письмо своего учителя, отданное маленькой жабкой, последним призывом Минато-сенсея. Для Какаши было странно осознавать, что он сейчас сидит на развороченной земле с новорожденной девочкой в руках, родители которой умерли непонятно от чего и сейчас их трупы лежали рядом, будто решили подремать под лучами заходящего солнца, а не спасти этот жалкий мир от пришествия сильнейшего неуправляемого биджу. У юноши было стойкое ощущение, что два мертвеца встанут, их лица озарятся фирменными улыбками и скажут, что это всё неправда. Но время шло и ничего не менялось, только ребенок начал ворочаться в руках юного шиноби и тихонько хныкать от холода. Парень резко вздрогнул от неожиданных действий младенца, аккуратно переложил ребенка отмеченного самим Богом Смерти на одну руку, а второй стал копаться в сумке по всем печатям, за каким-нибудь одеялом, чтоб донести дитя до деревни в целости и сохранности. Ведь он в ответе за эту крошку, если не он, то никто о ней не позаботится, она так и останется сиротой на всю жизнь. Найдя наконец походное одеяло, Какаши предельно осторожно закутал в него своё дитя, чтобы не было холодно, был доступ кислорода и комфорт. Но только зря волновался, девочка, явно не чувствовавшая дискомфорт во временном лежбище, что-то проагукала, попускала слюни и уснула. Какаши понял, что времени очень мало, скоро надо будет малышку кормить, а для этого требуется молоко или смесь, но где взять, как кормить, сколько раз в день и многие другие мысли сменяли одну другу в одночасье в лохматой голове ниндзя. Но резкий запах живого человеческого тела и ощущения знакомой чакры сильно насторожило молодого отца. Через пару мгновений он понял, кому принадлежит запах и чакра, и, честно говоря, от этого становилось легче, так как он способен найти выход из любой ситуации. — Здравствуй, Какаши-сан. — Раздался тихий, немного печальный голос советника покойного Хокаге. — Вижу самое худшее произошло, к великому несчастью для всех нас. Скажи мне, что ты собрался делать с этой девочкой? — Здравствуйте, Шикаку-сан. Я…- Немного поколебавшись начал юноша. Но посмотрев на сверток на своих руках, уже твердо, без капли сомнений продолжил. — Я собираюсь вырастить Наруто как свою дочь. Дело не в просьбе Минато-сенсея. Она единственная, кто остался от моих самых дорогих людей, заменивших мне родителей, ставшими наставниками и хорошими друзьями. Я желаю, что бы она была счастливой. И я обязан это сделать. Отныне она Хатаке Наруто, дочь Хатаке Какаши. — Решительный прямой взгляд темного глаза встретился со спокойными глазами карих глаз. — Только моя смерть может это изменить. Шикаку сочувствовал этому ребенку, который смотрел на него так, будто одно неверное слово и тот накинется с целью разорвать. Уничтожить. Именно этот ребенок прошел Третью Войну Шиноби, стал легендарным ниндзя, ушел в АНБУ, дабы не светиться лишний раз, ведь свежи в памяти глубокие раны нанесенные собственным отцом в раннем детстве, и всего лишь 6 месяцев назад он взял несколько миссий, сразу после вручения джонинского жилета и добровольного отстранения от службу в АНБУ, он был похож на обычного — не ребенка, нет — взрослого, потрепанного жизнью, но державшийся за свой якорь, коим и был Минато с Кушиной. Они знали об этом и поэтому смогли доверить единственную, горячо любимую ещё в утробе матери дочь. Старого якоря больше нет, но будет новый, та самая девочка, что так яростно защищает приёмный отец. — Отлично, — сказал Шикаку после недолго молчания. — Надо запечатать тела и как положено похоронить, но сначала надо уничтожить твои следы и следы ребенка. Иначе старейшины и Данзо могут попытаться забрать Наруто, даже насильственным способом. — Так точно. Можете немного подержать её? — Тихо произнес Какаши, стоявшему неподвижно главе клана Нара, боясь потревожить сон ребенка. Передав ребенка, быстро прокусил палец и сложил нужные печати: — Техника призыва. На месте призывной печати появился вечно печальный мопс в синем жилете с символом Конохи. Мопс вздохнул и печально произнес без приветствия: -Чем могу помочь, Какаши? — Паккун, надо избавить поляну от моего запаха и следов, а также и от этой малышки, будто её никогда здесь и не было. — Опять грязная работа вся мне досталась, — тяжелый вздох серого мопса, который, осмотрев поляну, что-то прикинул в своей голове и сказал. — Призови ещё двух псов и за пять минут мы всё сделаем. Кстати, Какаши, тебе следует отвести этого ребенка в дом, а то она скоро проголодается. — Благодарю тебя, Пак-кун, — искренне сказал мопсу юноша, выполнив просьбу пса. Забрав своё дитя у Нары, задумчиво произнес: — Чем кормить её? Как заботиться? Что мне делать? — Не переживай мой юный друг, — произнес Шикаку, одобрительно кивнув. — В этом плане можешь рассчитывать на мою помощь, тем более жить теперь будете рядом с кланом Нара. Да и сын у меня растёт, вот и будут вместе развиваться. — Шикаку-сан, искренне благодарю вас за помощь, — легонько поклонившись, с чувством прошептал Какаши. После, Хатаке Какаши немедленно двинулся в деревню. Всё-таки вырвавшийся девятихвостый и так много шуму навёл, да и его огненная чакра моментально разнеслась на километры, чем вызвала переполох в Скрытом Листе. Шикаку на слова молодого отца пожал плечами, также направившись в сторону деревни, думая о совместных тренировках Шикамару с Наруто и с содроганием вспоминая характер Кушины, в тайне молясь, что бы девчушка не пошла характером в мать. Иначе деревня недолго простоит с деятельным и изобретательным маленьким ураганным бедствием.