Взгляд на 2000 ярдов

Взгляд на две тысячи ярдов

Усмешка букв над обесчещенным листом.

Лора Бочарова

И всякий корабль - это лишь ожидание кораблекрушения.

Скарлетт Томас. Наша трагическая вселенная

Глава 1

Лондон, август 2019 года

В эскимосских языках, верят последователи Франца Боаса, есть необычайное количество слов для обозначения снега и его описания: безбрежное, кипенно-белое, блестящее на солнце замёрзшее море оттенков и полутонов. Созданиям эфирным и оккультным, однако, издавна было ведомо, что это не более чем миф. Отчего бы Кроули сейчас, на закате английского лета и первого дня их новой, свободной жизни задумываться об оттенках белого?.. Наверное, сказал он себе, косясь на профиль Азирафеля, в нерешительности замершего на ступенях "Ритца", шампанского было всё-таки многовато. Протрезветь, что ли?.. Вся фигура ангела, стоящего рядом, выражала сомнение, и Кроули нахмурился: - Что-то не так? Тебя что-то беспокоит? - спросил он. - Не то чтобы беспокоит... - Азирафель бросил на демона короткий взгляд из-под ресниц и быстро отвернулся. Кроули на секунду показалось, что тот избегает смотреть на него. Это было странно... - Думаю вот, - продолжил ангел внезапно, - куда теперь?.. Ах вот оно что! По правде сказать, Кроули не переставал задаваться этим вопросом с самого неслучившегося Армагеддона, но ответ, как ни странно, всегда был один: за ангелом, куда бы он ни позвал. Вот только позовёт ли? - Ну а куда ты хочешь? Азирафель задумчиво переступил с ноги на ногу, так и не сделав шаг. - Наверное, мне следовало бы вернуться в книжный... Посмотреть, что там да как... Мало ли... - Мало ли - что, ангел? - фыркнул Кроули, начиная раздражаться. - Я же сто раз тебе повторил: нормально всё с твоим магазином - ни пятнышка, ни сажинки. Стоит на том же месте как ни в чём не бывало. Давай уже выкладывай: что тебя так внезапно зацепило? Еще полчаса назад всё было в порядке! Нам было весело! Что изменилось? Да посмотри ты на меня наконец! Кроули взял Азирафеля за локоть и бесцеремонно развернул лицом к себе - тот не сопротивлялся. - Ну? - Что "ну"? Что "ну", Кроули? - как-то отчаянно повысив голос, воскликнул Азирафель и даже ногой притопнул. - Столько всего произошло! Мы оба чуть не погибли, мир... весь мир чуть не сгинул в тартарары! До меня, может быть, только сейчас доходить начало... И мне нужно всё это об-ду-мать. Переварить. Осознать. Пережить. Не могу я вот так резко, как ты... Не умею я так! И вообще... надо решить, как быть дальше. Что если?.. если они передумают и снова придут за нами? - добавил он вполголоса. - Ах, вот с этого и надо было начинать! Эйфория, значит, уже улетучилась! - констатировал демон, может быть, чуть более резко, чем хотел бы. - Если ты всё еще боишься, то так и сказал бы. Но... не знаю уж, успокоит ли это тебя... как показывает практика, бомба дважды в одно и то же место не падает. И к тому же... и те и другие вполне недвусмысленно дали понять, что мстить им не с руки. Нас отпустили, Азирафель. Мы свободны! - Кроули накрыл ладони ангела своими, крепко сжал и продолжил уже мягче, - Знаю... после стольких тысячелетий трудно поверить, трудно перестать вздрагивать от каждого стука и не оглядываться постоянно через плечо... Нам обоим нужно время, чтобы привыкнуть к новым обстоятельствам. Но ты только представь, только подумай, что нас ждет впереди! Безграничное море, нет, целый океан возможностей! Начать хотя бы с того, что мы можем стоять посреди Лондона, держась за руки. И никто. Ничего. Нам. Не сделает. Мы можем поехать в кругосветное путешествие, можем начудесить всем вокруг зеленые волосы, можем... не знаю... собрать твои книжки и мои цветы и рвануть куда-нибудь к морю... Наша сторона, ангел! На-ша! - Звучит заманчиво, я бы даже сказал соблазнительно, мой дорогой. Конечно, кроме зеленых волос, - не поднимая взгляда, Азирафель аккуратно высвободил руки, - но насчёт стороны... ах, я не уверен... - Да что опять на тебя нашло! - теперь настала очередь Кроули топать ногами. - Ангел... Азирафель... Неужели ты не понимаешь, как я тебя... как мне... ох, бля! Да ради кого угодно! Слушай, давай не здесь... не так я хотел... я имею в виду... давай поедем отсюда, пожалуйста! Хочешь в книжный - я отвезу тебя. Можем поговорить там. Или можно ко мне... у меня есть вино. Мерло, которое ты любишь. Ангел, пожалуйста... - в тоне Кроули звучало отчаяние, и он сам с ужасом это сознавал. - Дорогой, спасибо за предложение, - сказал Азирафель рассеянно, погруженный в какие-то свои думы, - да-да, спасибо... очень мило, но я, пожалуй, прогуляюсь. Соберусь с мыслями. Созвонимся на днях? - во взгляде ангела, отраженном в очках Кроули, было что-то пугающе-загнанное, и демон, вздохнув, сдался. Не так он представлял себе окончание сегодняшнего вечера. - Ладно, твоя взяла. Не пропадай, ангел. - Конечно, дорогой. Будь осторожен за рулем! С этими словами Азирафель отвернулся и поспешил прочь. Кроули изо всех сил старался не смотреть ему вслед. Когда стук каблуков ангельских оксфордов стих, он шагнул вниз, одним махом преодолевая последние ступени, отделяющие его от припаркованного у бордюра Бентли. Открыв дверь, Кроули рухнул на водительское сиденье и обессиленно опустил голову на руль. "Шесть тысяч лет..." - прошептал он, - "шесть гребаных тысяч лет... смешно... ха... он и не слушал меня, наверное... я просто жалок..."

***

Азирафель остановился у знакомой витрины и замер: впервые более чем за двести лет стекло сияло чистотой и сквозь него был отчетливо виден привычный интерьер магазина антикварной книги - его любимого детища, тихой гавани, где за пыльными страницами ангел мог спрятаться от стремительно меняющегося мира. Если уж быть до конца честным, - а честным хотя бы с собой, хотя бы иногда быть очень хотелось! - Азирафель считал, что принятие решений - не его конек. Вся история с пламенеющим мечом и предшествовавшие недоапокалипсису дни служили безусловным тому подтверждением... И сейчас его переполняли эмоции - очень разные, намного более интенсивные, чем хотелось бы, и вызванные, вероятно, необходимостью определиться, как дальше жить. Как со всем этим справиться, Азирафель не представлял, поэтому приготовил себе большую кружку какао и достал с полки любимое издание "Счастливого принца" в наивной надежде, что это поможет. Не помогло. Читать было решительно невозможно, в голове звучал голос Кроули, повторяющий одни и те же слова: "Неужели ты не понимаешь, как я тебя..." Как ты меня - что?.. Рассеянно отложив книгу в сторону, Азирафель прикрыл глаза и сосредоточился на своих ощущениях: страх и беспокойное ожидание. Да... какая гадость. Хотя что уж тут говорить, ничего нового уж битых шесть тысяч лет. Безнадежно.