Как сжить со свету Бьерна Лодброка

***

— Ивар, расскажи, пожалуйста, что с тобой вчера случилось? — попросил Бьерн утром следующего дня, стараясь быть как можно более вежливым и осторожным.       Вместо ответа младший демонстративно отвернулся, всем своим видом показывая нежелание говорить. Блондин тяжело вздохнул: — Слушай, мелкий, это не тот случай чтобы вредничать, — как можно более спокойно произнес Бьерн, присаживаясь на край кровати, где сейчас и лежал недовольный брат, — Мне нужно знать, что произошло вчера. Если честно, то я испугался и я должен знать, что мне делать, если подобное повториться. — Да что вчера случилось то?! — раздраженно воскликнул Ивар, резко переворачиваясь на спину. Парень насупился и недовольно уставился в потолок, — Мы пили кофе, а потом меня на тебя стошнило… Черт! — Ты ничего не помнишь? — понял Бьерн и обеспокоенно посмотрел на младшего брата, — Ты вчера снова доводил меня, а потом, я ушел в свою комнату, дабы не прибить тебя, а ты, кажется расстроился из-за того, что я не ударил тебя… — стал рассказывать блондин, — Потом я ушел на работу, а когда вернулся, то нашел тебя на том же месте. У тебя была какая-то фигня типо ступора, — продолжал парень, — Ты ни на что не реагировал, и я не знал, что делать. Я позвонил Уббе, но он не отвечал. Потом тебя начало сильно трясти, я решил отнести тебя на кровать, и в этот момент тебя вырвало. Потом ты долго плакал, а затем, кажется устал и заснул. — Блять! — процедил Ивар сквозь зубы, сжимая руки в кулаки. — Ты знаешь, что это было? — продолжал расспрашивать Бьерн. — Знаю! И я не хочу с тобой это обсуждать! — отрезал младший, — это мое дело! — Здрасьте! Ты живешь в моем доме, — резко возразил Бьерн, — Значит, это и мое дело тоже. — Квартира съемная — значит это не твой дом, — усмехнулся Ивар и, сощурив глаза, посмотрел на старшего брата, — значит это не твой дом. — Сути это не меняет, — отрезал Бьерн, — Мне нужно знать, что делать если такое повториться. Расскажешь сам, или я спрошу у Уббе? — Он ничего не знает, и ты ничего не узнаешь, — ответил Ивар, снова начав разглядывать потолок. — Слушай, я итак все знаю. Тебе только осталось разъяснить мне что к чему, — сказал блондин. — Ладно, — младший с выражением крайнего недовольства на лице приподнялся на руках и сел, облокотившись на подушку, — Считай я делаю тебе одолжение. Тебе рассказывать все, как есть, или чтоб ты все понял? — Чтоб я все понял, — кивнул Бьерн и забрался с ногами на кровать, приготовившись слушать. Парень внимательно посмотрел на младшего брата, отмечая, что тот выглядит больным и изможденным: лицо осунолось, а под глазами залегли фиолетовые тени. — У меня эта штука с детства. Меня лечили… Таблетки, психиаторы и прочая подобная фигня, — начал Ивар, — Годам к тринадцати приступы прекратились и все было хорошо, но после смерти мамы… — парень сделал паузу и судорожно сглотнул, пытаясь избавиться от образовавшегося в горле кома, — После… эти приступы вернулись, но они бывают редко, — продолжил брюнет, — Скорее всего это из-за того, что я вчера рано уснул и забыл про таблетки.       Бьерн мрачно кивнул, показывая брату, что понял его. Блондин знал, что самоубийство Аслауг стало тяжелым ударом и крайней неожиданностью для всего семейства Лодброков. Чего уж и говорить об Иваре, который был очень близок с матерью и который нашел ее в ванной с перерезанными венами.        Бьерн невольно поежился, осознавая, как же хреново приходится брату, если даже пропуск каких-то несчастных таблеток может довести его до такого состояния! А ведь старший из братьев наивно полагал, что проблемы Ивара ограничиваются больными ногами… — С тобой такое часто бывает? — спросил Бьерн. В ответ темноволосый утвердительно кивнул. — У тебя же с собой нужные таблетки? Сейчас примешь? Принести? — поинтересовался блондин. — Я лучше после еды, — сказал младший, и его живот громко заурчал, подтверждая его слова. — Ты же со вчерашнего дня ничего не ел! — воскликнул Бьерн, — Что хочешь? Я все равно буду заказывать, ибо в холодильнике мышь успела не только повеситься и попасть в Вальхаллу, но и переродиться и заново повеситься. — Хм, — Ивар, задумавшись, потер подбородок и хитро сощурил глаза, — Может пиццу или китайскую еду? Я сто лет не ел лапшу в коробочке! Остренькую такую! С креветочками! — Ну зачем ты так?! Нельзя заставлять человека выбирать между пиццей и воком! — воскликнул Бьерн, — Я закажу и то и другое! — И еще сладкое, — добавил Ивар, желая по максимуму воспользоваться ситуацией. — Само собой, — воодушевленно согласился старший из братьев, — Пойду найду свой телефон и закажу.        Только Бьерн начал вставать с кровати, как почувствовал, что Ивар схватил его за футболку: — Бьерни, еще кое что… — тихо добавил младший, глядя на брата своими невозможными голубыми глазами, — мне нужно в душ, а у тебя у ванной слишком высокие бортики! — последнюю фразу младший выпалил не одном дыхании. — А сразу нельзя было сказать! Пошли, чудище, — Бьерн поднял младшего брата на руки, не давая тому времени на то, чтобы возразить и начать сопротивляться.       Ивар воскликнул от удивления, но вскоре пришёл в себя: — Снова катаешь меня на ручках, медвежонок? — ехидно поинтересовался младший. — А что еще мне с тобой делать?! — тяжело вздохнул Бьерн, — Кстати, может расскажешь заодно, что у тебя с ногами? И со зрением? А то я не хочу больше сюрпризов. — А ты разве не знаешь? — Ивар удивленно посмотрел на старшего брата. — Ну как сказать… — задумчиво протянул Бьерн, — Отец говорил, что у тебя несовершенный остео… что-то. — Несовершенный остеогенез? — уточнил младший. В ответ блондин утвердительно кивнул, — У меня не он — диагноз, к счастью, не подтвердился. Хрупкие кости у меня только в ногах, а не во всем теле. Хотя у меня может быть одна из его разновидностей. Хрен его знает. — А со зрением что? — поинтересовался Бьерн, параллельно усаживая брата на стиральную машинку. — Ну до Сигурда мне еще далеко, — усмехнулся младший, — У меня минус два — можно и без коррекции ходить, но в линзах глаза меньше устают. — А с Сигом что? — спросил блондин, — я думал, он линзы носит только чтобы свой зрачок прятать. — Это тоже, — утвердительно кивнул младший, — Он почти не видит левым глазом, а на правом, который здоровый, зрение тоже не очень, но зато восстанавливается линзами до ста процентов. А ты разве не знал?       Бьерн отрицательно помотал головой. Сигурд никогда не рассказывал ему о чем-то подобном. — Может ты пересадишь меня в ванну и наконец уйдешь? — нетерпеливо поинтересовался Ивар. — А мыться ты в одежде собрался? — усмехнулся Бьерн, — Давай, снимай штаны, чего я там не видел?! — Много чего, знаешь ли, — раздраженно бросил Ивар, — уходи. Я и сам справлюсь. — Ага! Упадешь и переломаешь себе все к чертям собачим, — светловолосый продолжал стоять на своем, — Давай сам, а не то я тебя раздену! — Да пошел ты, — процедил Ивар сквозь зубы и нехотя стянул с себя толстовку одновременно с футболкой.       Под одеждой младший брат оказался совсем не таким, как Бьерн себе представлял. Ивар был очень худым, и, казалось, состоял из выпирающих острых костей и едва обозначившихся мышц. Бьерн мысленно отметил, что брат не сильно-то походил на человека, который «отлично себя чувствует после последней операции».       Ивар злорадно улыбнулся и сложил руки на груди. — А это еще что значит? — строго спросил Бьерн, — А дальше что? — Блондин указал на джинсы брата. — А все. Стриптиз окончен, — объявил Ивар, улыбаясь словно Чеширский кот. — Ты все-таки моешься в штанах? — Бьерн демонстративно вздохнул и развел руками, — Слушай, тебе нечего стесняться. Я же твой брат. Хочешь… — А нахуй сходить не хочешь?! — раздраженно рявкнул Ивар, сжав руки в кулаки. — Просто. Возьми, блять. И посади. Меня. В ванну, — процедил брюнет, чеканя каждое слово, — У меня нет сил, чтобы с тобой ругаться… — парень ссутулился слабо отмахнулся, как бы подтверждая свои слова. В этот момент он выглядел настолько настолько болезненно-хрупким, что у Бьерна в груди что-то сжалось.       Пробормотав что-то себе под нос, Бьерн посадил не сопротивляющегося брата на дно ванной и поспешил покинуть комнату, прикрыв за собой дверь. — Позови, когда закончишь, — бросил он на последок и сразу отправился на балкон. Нужно было успокоиться, покурить и наконец позвонить Торви. Бьерн совсем забыл про нее со всеми этими закидонами Ивара и работой. — Торви, привет! — торопливо начал Бьерн, — Извини, я должен был тебе кое-что объяснить… — Извинения приняты, любимый. Я знаю, что это был твой братик, — голос девушки звучал спокойно, и Бьерн облегченно выдохнул, осознавая, что ссоры не намечается. — Я встретила Харальда вчера вечером, — продолжала Торви, — у него было какое-то дело с моим отцом. После он подошел ко мне и спросил меня, что я думаю про эту историю с фоткой.       Торви была дочерью известного дизайнера и с самого детства крутилась в модельных кругах. Карьера модели была ей не интересна, да и рост у нее был не самый подходящий, так что она работала в компании отца. Торви была кем-то вроде модельного агента: искала в людей с интересной внешностью, помогала начинающим моделям, занималась организацией кастингов. Именно так она познакомилась со своим бывшим — Эрлендуром, который оказался тем еще засранцем. Но сейчас было не самое подходящее время, чтобы вспоминать эту историю. — И что ты ему сказала? — спросил парень, усмехнувшись. — Я сказала ему, что я в полном шоке, и понятия не имею, что все это значит, — ответила блондинка, — Тогда Харальд рассказал, что это еще один твой брат. И как я раньше не догадалась — вы же все так похожи! — воскликнула она. — Да не похожи мы с ним! — возразил Бьерн. — Я имею ввиду, что вы оба очень похожи на Рагнара. Каждый по-своему, — объяснила Торви. Бьерн невольно улыбнулся, услышав эти слова. Иногда Торви была очень проницательной. К сожалению (или к счастью) такое случалось не часто.       Бьерн и сам не знал, что именно привлекло его в его нынешней девушкой. После разрыва с Торунн (который произошел, страшно представить, почти десять лет назад) старшего из братьев Лодброков не было серьезных и длительных отношений — только ни к чему не обязывающий секс со случайными девушками, лица которых Бьерн даже не пытался запоминать. И Торви, тогда бурно праздновавшая долгожданный разрыв с Эрлендуром, оказалась одной из них.       На утро Бьерн намекнул девушке, что не заинтересован в серьезных отношениях, и поспешил покинуть ее квартиру как можно быстрее. Но то ли Торви не понимала намеков, то ли просто была очень настойчивой, но вечером того же дня блондинка сама написала парню и пригласила на свидание. Крайне удивленный Бьерн решил, что это знак свыше, и не долго думая согласился.       А потом Лодброк и не заметил, как прошел год. С Торви было удобно: она ничего не требовала, не предлагала съехаться и даже закрывала глаза на измены Бьерна. — И что ты думаешь на счет того, что у меня на одного брата больше? — как бы между делом поинтересовался блондин. — Ну я бы хотела с ним познакомиться. Все твои братья очень милые, — ответила девушка. — Тебя ждет разочарование, — Лодброк сделал «страшный» голос, — Ивар — это дьявол во плоти! — Верю-верю! — рассмеялась Торви, — Кстати, мы давно не виделись… — Да! Может приедешь ко мне сегодня вечером? — сказал Бьерн, хотя в его мыслях эта фраза звучала как: «Срочно приезжай! У нас закончилась еда!». — Ой, любимый, я сегодня не смогу, — ответила Торви, — Я вечером сижу на кастинге. Завтра? — Ага, я где-то в шесть вернусь с читки… — Читка?! — радостно воскликнула девушка, — тебе все-таки дали роль! Почему раньше не сказал?! Я так за тебя рада! — Эм-м, — Бьерн смущенно почесал затылок, — Да как-то забылось… — Понимаю, на тебя столько всего свалилось в последнее время! — посочувствовала блондинка, — Расскажи, хоть кого играешь! А то я просто умру от любопытства! — Ой, это долгая история… — протянул Бьерн, осознавая, что разговор слишком затянулся, и он все еще не заказал еду, — давай, я тебе завтра при встрече расскажу. — Хорошо, тогда завтра в шесть? — уточнила девушка. Бьерн ответил «да» и завершил вызов.       Так. Теперь нужно было разобраться в едой. Не долго думая Бьерн заказал две порции лапши в любимом китайском ресторанчике Хвитсерка (у Ивара и Хвитса, на сколько было известно Бьерну, были очень похожие предпочтения в еде, разве что за исключением того, что Хвитсерк всегда съедал в три раза больше). А вот с пиццей была проблема.       Блондин понятия не имел, что именно предпочитал младший брат. «Может, заказать Гавайскую? С ананасами, — подумал Бьерн, коварно улыбаясь, — мелкое чудище точно оценит!»       Пролистав страничку в приложении до конца, у блондина появилось много вопросов к составителям меню. Например, парню было крайне любопытно узнать, кому пришло в голову, назвать пиццу «Полководец Ефимий»? Шутки ради Бьерн добавил в корзину одну большую. Если она будет несъедобной, то можно будет вызвать Хвитсерка — этот все съест. Еще на всякий случай парень заказал одну «Маргариту». По классике, так сказать.       Тем временем шум воды в ванной комнате стих — Ивар закончил. Бьерн поспешил на помощь брату, искренне моля богов, чтоб те дали ему сил его не прибить.       Открыв дверь, блондин увидел незабываемую картину. На дне ванной сидел младший брат, одетый в вымокшие насквозь джинсы, которые он, очевидно, с невероятным трудом натянул на себя. Брюнет казался уставшим, но при этом крайне довольным собой. Весь его вид будто бы говорит: «Выкуси, медвежонок!» — И в кого же ты такой упертый? — спросил Бьерн, вытаскивая брата из ванной. — Я такой единственный и неповторимый, — широко улыбаясь ответил Ивар.       Блондин отнес брата в комнату, посадил на кровать и завернул в полотенце: — Сиди — грейся, — бросил Бьерн, — принести сухую одежду? — Ага. У меня в чемодане в синем пакете домашняя одежда лежит, — быстро согласился младший, — она сверху — ты сразу ее найдешь.       Пока Бьерн ходил за пакетом, а Ивар переодевался, привезли заказ из китайского ресторана. Блондин отнес еду на журнальный столик, стоящий рядом с диваном, посчитав, что тут будет гораздо удобнее есть.       Младший из братьев мгновенно появился на кухне, почувствовав запах горячей еды. Он быстро перелез из коляски на диван и, вытянув ноги, удобно устроился на подушках.       Тем временем в дверь снова позвонили. Бьерн сунул Ивару в руки коробочку с лапшой и палочки и пошел встречать курьера. — Сегодня как-то удивительно быстро привезли, — отметил брюнет, поедая содержимое коробки. — Ага! Видимо знали, какой ты голодный, — ответил ему Бьерн, ставя на стол пиццы. — С чем? — поинтересовался змееныш, заранее брезгливо сморщив нос, — надеюсь, ты заказал Гавайскую? — парень выразительно указал пальцем на коробки. — Черт… — процедил Бьерн, мысленно прикидывая маршрут для побега. — Ой да успокойся! Видел бы ты сейчас свое лицо! — рассмеялся Ивар, — такую гадость даже я не ем! Так с чем пицца? — Маргарита и… — блондин сделал паузу, — Полководец Ефимий… — Ефимий?! Обожаю ее! — воскликнул Ивар довольно улыбаясь. Бьерн готов был поклясться, что если бы его брат был котом, то он бы сейчас замурлыкал. — А ты знаешь историю, про то, как Хвитс привез мне пиццу в больницу? — спросил Ивар. — Подожди… Это когда он привез тебе еду из Осло в больницу в Лондоне? — уточнил блондин, — Это что был «Полководец Ефимий»?! — Ага! — кивнул младший, смеясь. — А как вообще это произошло? — Ну… — загадочно протянул Ивар, — Я лежал в больнице в одной палате с Альфредом? Ты же знаешь про меня и Альфреда? — В общих чертах, — ответил Бьерн. — Это был День всех влюбленных, а мы с Альфредом грустили и плакали, как и полагается одиноким подросткам, — начал рассказывать младший из братьев, — Потомы мы как-то подошли к идее заказать пиццу. Заказ доставили, и парень из соседней палаты даже принес его нам… Но тут нас спалила медсестра… Может ты знаешь, у Альфреда астма и еще что-то с желудком — ему и в обычное время такое нельзя, — продолжал он, — Эта стерва накричала на нас, забрала пиццу и ушла. Вот гадина! — парень стукнул кулаком по сидению дивана, — мне была грусно, и я по приколу написал Хвитсерку, чтобы он привез мне пиццу. Хвитс был очень сильно пьян и, не долго думая, решил выполнить мою просьбу. Купил пиццу, билеты и полетел в Лондон. — Божечки! Это лучшая история! — воскликнул Бьерн, еле сдерживая смех. — Эй, я еще не закончил! — возразил ему Ивар, — По приезде Хвитс протрезвел и осознал, что одной пиццы будет мало. По его меркам разумеется — с аппетитом Альфреда нам хватило бы и одного куска! Так вот. Хвитс заглянул в KFS и взял баскет крылышками и мороженку. — Готов поспорить, что мороженка до вас не доехала, — усмехнулся блондин. — Конечно же, он сам ее съел! — подтвердил Ивар, — в больнице его спокойно пропустили. У нашей палаты он столкнулся с этой стервой. Но где наш Хвитси не пропадал?! Он пообещал ей провести с ней вечер, и та убежала собираться. Тем временем наш братец прокрался в палату и принес нам еду. Хочу отметить, что пол басекта он съел сам! — Обожаю Хвитсерка! — воскликнул Бьерн, — И как вам пицца? — Лучшее, что я когда либо ел! Пусть она и была холодная, — ответил Ивар, беря кусок из коробки, — Альфреду тоже понравилось. Его, правда, потом рвало пол ночи. Но он сказал, что Ефимий того стоил. — Да уж… — задумчиво протянул Бьерн. — Такая уж она — больничная романтика! — сделал вывод Ивар, — теперь твоя очередь! — В смысле?! — удивился блондин, чуть не подавившись куском пиццы. — В коромысле! Мне нужна какая-нибудь история про Сигурда, чтобы я мог его шантажировать! Давай, медвежонок! Раскрой мне все его грязные делишки!