дешевое искусство

у олега в голове отчётливое: ты-дурак-ты-дурак-ты-такой-дурак-олег зачем ты поступил настолько хуево, что она теперь видеть тебя даже не хочет? зачем ты снова разбиваешь ее сердце на миллионы кусочков? зачем ты сначала притягиваешь, а потом уходишь бесследно? почему ты такой дурак? А Шепс даже и не знает ответов, даже не догадывается о причинах поступков, даже не пробует себя оправдать. потому что реально долбаеб Катя варит красно-бурый борщ, хотя Олег его терпеть не может, пусть и пускает шутки на съёмочной площадке. Кладёт сметану и даже нарезает тонко колбасу, как он и любит. Она мечется по светло-зелёной кухне: что-то рассказывает, варит компот из вишни и даже успевает смотреть старое кино по телевизору. прям гай юлий цезарь ей богу — Олег, а тебе добавку оставить? нет, мне не оставить я вообще борщ, сука, не люблю или ты, блять, не запомнила за четыре года такую маленькую деталь? — Я вообще борщ не люблю. — бурчит, откидывая ложку на стол. звон в ушах стоит до сих пор Катя стоит, как вкопанная, непонимающе глазами хлопает, рассекая воздух нарощенными ресницами, (смотри, ща взлетит) и даже не замечает, что с половника капает вишневый компот на отдраенный до блеска пол. мыть придётся опять А Шепс встаёт из-за стола, прихватывает пачку сигарет с подоконника и уходит из квартиры, пытаясь не слышать крик с кухни: — И куда ты? И с какого момента ты начал курить? с такого блять тебя это н е к а с а е т с я

***

Олег добирается до места через пятнадцать минут на такси, быстро впихивает трехзначную купюру в морщинистые руки старичка и бежит к подъезду, даже не понимая, что заплатил тройную цену. Он ждёт какую-то молодую мамочку, которая выходит из дома погулять с малышом. Шепс учтиво ей придерживает дверь и сам скрывается в темноте, ожидая лифта.

***

Звонок скоро под его пальцем продавится, но единственное, что спасает от поломки — тихий голос за дверью: — Кто там? У Олега воздуха не хватает, он сжимает руки в кулаки: — Артём? Этот дядя Олег, пустишь? Мальчик секунду колеблется, но всё-таки поворачивает замок и открывает дверь. шепс застывает в проходе — Здравствуйте, а мамы нету. Медиум моргает и даже улыбается, проходит в квартиру, пытаясь не замечать пару карих глаз (такие же, как и у Иры), которые следят за ним. — Если хотите, то можете подождать маму тут. — Артём руки скрещивает на груди и мило дует щеки. у олега улыбка шире — Спасибо.

***

с сыном иры интересно Это единственный вывод, который сделал Шепс за час, проведённым с ним. Артём — мальчик умный, в третьем классе учится, а знает даже то, что не знает и сам Олег. Рассказывает о сказках, которые читает мама на ночь, рассказывает о магии, о пяти мужьях Игнатенко, но вот о своём отце — Андрее старается молчать. артем — копия иры Темные волосы, бледная кожа, длинные пальцы и такие же большие янтарные глаза, в которых тонешь при каждом взгляде. А ещё повадки, черты характера, поведение — все, блять, от Игнатенко. только вот мальчик не умеет фальшивить и врать с ним гораздо проще — А Вы знаете, что нравитесь маме? у олега в бошке пустота нихуя он не понял — Это она сказала? Артём хитро глаза косит и только начинает что-то говорить, но его прерывает звонок в дверь. блять ну зачем ты вернулась такой интересный момент был

***

— Мамочка, а у нас дядя Олег. у иры снова сердце барахлит пора точно делать экг лучше с нагрузкой — Что? — куртка на дьявольских рогах не держится. — Дядя Олег тут, он ждёт тебя в гостиной.

***

игнатенко ни слова не говорит просто варит горький кофе Олегу на кухне уютно. И дело даже не в семейных фотографиях и не в милых кактусах на подоконнике, которые появились после его последнего прихода. — Минтай запечённый будешь? чего, блять? — Извини, что? — хлоп-хлоп ресницами. Игнатенко закатывает глаза и снимает турку с плиты, обжигая пальцы. — Блять. — тихо, сжимая мочку уха., а олег срывается с места — Сильно обожглась? — смотрит напряжённо, а Ира в ахуе, совсем забывает о вечернем кофе. — Давай я тряпку намочу. Шепс отходит, мочит розовую ткань в холодной воде, выжимает и прикладывает к чужой ладони. Игнатенко даже не дёргается, лишь губы поджимает и смотрит куда-то в пол, упрямо не поднимая глаза. Тряпка сохнет, почему-то, в момент, и Олег не придумал ничего лучше, чем просто поднести ее руку к губам. прохладный воздух всё-таки приносит облегчение а потом губы на губах руки на талии и холодный кофе на столе Олег запутывается настолько, что боится даже признать это, а распутаться не получается Ира стонет в поцелуй, а потом дует ему в ухо, смеясь. Шепс морщит лицо и ещё сильнее прижимает к себе. игнатенко улыбается она так много улыбается рядом с ним Ее лицо бледное, под глазами не замазанные консилером синяки, на веках просвечивающиеся сосуды, и Олег даже замечает не идеально выщипанные брови, прыщик на носу, все шероховатости кожи и все мелкие детали внешности, которые делают из Иры — Иру, и ему опять хреново от того, насколько он любит ее.

— так минтай будешь? — буду — останешься сегодня? — навсегда?

и ира просто улыбается (рыбу олег просто обожает)