The Lion King: Bloodline

       Скала Предков была такой же пустынной, как и прежде. С тех пор, как король Скар позволил гиенам наводнить их, они потеряли свою красоту. Тем не менее, жизнь продолжала бороться, особенно для львиц. Одна такая львица лежала и смотрела на пушистый пучок перед собой. Вот он, юный Нюка, её Нюка. Зира почувствовала гордость, когда Скар выбрал её, чтобы родить его ребенка. И действительно, она родила ему сына, которого он и хотел. Но даже она принесла ему неудачу. Что-то в том, что Нюка не угодил Скару. Он был тощим, паршивым и в целом не слишком впечатляющим с виду. Этого было достаточно, чтобы Скар дискредитировал Нюку как своего наследника. И тогда он выбрал другое. Еще одна львица, которая вынашивала ребенка.        Зира не злилась. Нет, её король знал, что лучше. Во всяком случае, это только доказало, насколько она влюблена в него. И при этом она не бросит Нюку, потому что независимо от того, был он наследником или нет, он всё ещё был сыном Скара. Во что бы то ни стало, для неё должно было быть честью лечь со своей любовью и произвести на свет потенциального наследника, который будет следовать по отпечаткам его лап. Отсутствие потенциала Нюки было её ошибкой, а не Скара. Она потерпела неудачу, а не он. Зира была погружена в свои мысли, пока что-то не услышала. Она резко сошла с ума и заметила, что это звучало так, будто лапы об пол. Подняв глаза, львица увидела, что кто-то приближался к ней. И её глаза расширились, когда она увидела, кто это был.        — Ты, — прошептала она. — Что ты здесь делаешь?        Она получила ответ, когда заметила крошечный пучок меха в пасти посетившей её львицы. Она вгляделась в детеныша и заметила характерные тени на его глазах. Детеныш Скара. Молодая мама встала перед ней и осторожно положила детеныша рядом с Зирой.        — Что ты делаешь? — спросила Зира.        Мать посмотрела на нее твердым взглядом.        — Пожалуйста… Возьми ее.        — Прошу прощения? — потрясенно произнесла Зира.        — Я не могу… не могу смотреть на неё. Я не могу воспитать его ребенка, — сказала мать с тоской и отвращением.        Это все, что нужно было Зире, чтобы подтвердить, что это был детеныш Скара, рождённый от его новой львицы.        — Ты бросаешь этого ребёнка?        — Скар отверг её, как львёнка женского пола. Он хотел, чтобы его наследником был сильный сын, — объяснила мать.        Зира вздохнула. Это было правдой; Скар действительно хотел сильного льва. Львица была для него позором. Но Зира почувствовала, как внутри нее что-то поднималось.        — Тем не менее, для тебя большая честь иметь его детеныша!        — Нет чести рожать потомство Скара! — мать плюнула. — Я знаю, насколько ты ему преданна, поэтому я знаю, что ты полюбишь её, независимо от того, является она твоим ребенком или нет. Так пожалуйста… Просто возьми её.        Зира почувствовала противоречие. Она была ошеломлена тем, что делала мать, потрясена тем, что она откажется от привилегии вырастить дочь Скара. Но вот она, другая часть Скара, отданная ей добровольно. Выбор для неё был очевиден.        — Конечно. Я бы и не подумала отвернуться от такой милой девочки. Не волнуйся. Я буду растить и любить её, как свою, — успокоила её Зира, прижимая к себе крохотную львицу.        Мать торжественно посмотрела вниз, бросила последний взгляд на своего детеныша и отвернулась, проронив короткое «спасибо».        Перед уходом она услышала последний вопрос от Зиры:        — Ты дала имя дочке?        Мать остановилась и, не оборачиваясь, ответила:        — Нет.        Зира нежно посмотрела на ребенка:        — Ну, я думаю, нам придется дать тебе имя, не так ли?        Мать все еще стояла там, а по какой причине — она не знала. Может быть, она хотела подождать, чтобы услышать, какое имя будет дано ребенку.        — Да, Витани. Моя дорогая, милая Витани, — сказала Зира. — Ты отлично впишешься.        С этими словами мать наконец-то ушла. Её лик оставался твердым и без слёз.        Несколько лет спустя…        Нала вздохнула при таком повороте событий. Не то, чтобы она была несчастна… Нет, она была очень рада, что вражда между прайдлендерами и аутсайдерами разрешилась, а также между детьми обеих сторон. Да, Симба сделал это официально. Кову и Киара станут парой и будущими правителями Земель Прайда. Многие из аутсайдеров всё ещё приспосабливались к новым условиям, но они доказали, что их верность больше не связана с покойными Зирой и Скаром. Теперь они были одним целым, но она всё ещё не чувствовала себя полностью довольной.        — Где твоя прелестная дочурка, Нала?        — Витани!        Они обменялись этими словами, горькими-горькими, лучше всего предназначенными для врагов. В то время они были такими, но в то время было неловко видеть Витани. В последний раз она видела её, когда… нет, лучше не зацикливаться на прошлом. Во всяком случае, пора было двигаться вперед.        Но все равно…        — Нала.        Нала ахнула и обернулась. Перед ней стоял Симба.        — О, Симба, это просто ты.        Её супруг выразил озабоченность в глазах.        — Нала, ты в порядке?        — Я в порядке, Симба, — ответила львица.        — Нала, пожалуйста, я могу сказать, когда ты врешь, — настаивал Симба. — Скажи мне, что не так.        Нала хранила этот секрет с тех пор, как нашла Симбу в том оазисе. С тех пор, как она родила Киару и Киона. Но теперь она не могла больше сдерживаться.        — Симба, я должна тебе кое-что сказать. То, что я должна была сказать тебе давным-давно, — произнесла королева.        — Нала? — голос Симбы стал обеспокоенным.        Это больше нельзя было сдерживать. И вот, она заговорила…

***

       Витани не могла избавиться от дурного предчувствия, которое она держала в животе. Так много всего изменилось за такое короткое время. Но ей не всё нравилось. Конечно, теперь их приняли, как прайдлендеров. Более того, Витани быстро заработала звание лидера Львиной Гвардии от принца Киона и гордо носила знак на своем плече. Тем не менее, она не могла не чувствовать, что всё не так.        — Витани!        Она повернулась и увидела своего брата, идущего к ней.        — Вот ты где. Мы тебя искали.        — Эй, Кову. Или мне лучше сказать король Кову? — ответила она с усмешкой.        — Пожалуйста, не называй меня так. Кроме того, мы с Киарой официально не женаты, — ответил Кову с намеком на смущение.        Витани не могла не улыбнуться этой иронии.        — Это забавно. Мама хотела, чтобы ты стал королем, но её нет рядом, чтобы получать от этого удовольствие.        На этом последнем слове юная львица почувствовала, как в её голосе закралась печаль. Если уж на то пошло, то и Нюки тоже.        Кову почувствовал, как в него вдохнули воздух печали.        — Витани, я тоже скучаю по ним. Ты хочешь поговорить об этом?        Витани покачала головой.        — Я просто хочу побыть одна прямо сейчас, если ты не против, — она начала уходить, но прежде, чем она это сделала, она остановилась и вытянула шею назад. — Ты знаешь, тебе и Киаре повезло иметь друг друга.        И она имела в виду это каждой фиброй своего существа. Как только Витани увидела улыбку на своём брате, она почувствовала удовлетворение и двинулась вперед.

***

       — Ну, это всё, — Нала закончила.        Симба внимательно выслушал рассказ своей жены, и к концу он был шокирован.        — О, Нала. Почему ты не сказала мне раньше? — он вздохнул.        — Что я должна была сказать? Как я могла встретиться с тобой после того, что сделала? — вопрошала она.        Симба не мог подобрать слов. Он не знал, что сказать. Если бы он узнал об этом раньше во время своего правления, это могло бы иметь большее влияние, но теперь это время прошло. Теперь, когда их дети выросли… Честно говоря, Симба не был уверен.        — Нала, — произнёс он, подходя к жене и потёрся о её голову. — Нала, я люблю тебя, несмотря ни на что, но это всё меняет. Ты должна ей сказать.        Львица вздохнула.        — Я знаю. Я держала это так долго. Я думала, что смогу скрыть это, но теперь, когда два прайда стали одним целым, я не могу хранить это в секрете, — с торжественным блеском в глазах взглянув на своего мужа, она сказала: — Я пойду поищу Витани.        Выражение морды Симбы по отношению к жене было выражением неуверенности. Он знал, что это могло означать для прайда, если слухи разойдутся, но некоторые секреты не могли храниться вечно. Он просто надеялся, что это не разрушит счастливую семью, над созданием которой они так долго работали.        Все, что он мог сделать, это надеяться на лучшее, и что Нала знала, что делала.

***

       Витани стояла под одинокой акацией, погруженная в свои мысли. Она искренне предпочитала одиночество, даже когда была посторонней. Конечно, теперь она возглавляла Львиную Гвардию и была правой лапой рядом с матерью, но когда она была одна, она могла просто сидеть и думать. Честно говоря, она не была уверена в том, что произошло. Конечно, она была благодарна за то, что её прайд был свободен от термитников в глубоких частях Чужеземья, но пышная зеленая саванна была для неё внове. По крайней мере, видеть это постоянно было необычным.        Это был её постоянный дом, и после обручения Кову с Киарой она приобрела более широкую семью, хотя она не слишком часто видела брата Киары, Киона. В последний раз, когда она встретила Киона, он ушел к Древу Жизни, даже став его королем. Она полагала, что быть правителем целого королевства означало, что он нес большую ответственность, чем просто быть принцем. Она могла иметь какое-то сходство между собой и Кионом. Оба должны были поддерживать своих братьев и сестер, а не править.        Витани быстро выбросила эту мысль из головы. Это заставило её задуматься о том, действительно ли это делало её королевской особой. Учитывая, что её сестра и зять собирались стать королевой и уже королем соответственно.        Однако ничто не могло поколебать пустоту, которую Витани хранила в её сердце. Это было сосредоточено на судьбе её старшего брата и матери. Нюка так отчаянно пытался заслужить любовь своей матери, заработать хоть что-нибудь. Она часто высмеивала своего брата как некомпетентного, такого нервного и не желающего драться. По крайней мере, до тех пор, пока Нюка не попытался убить Симбу. Если бы он только подождал, его бы не раздавили. Именно в этот момент она осознала, насколько искренне любила своего брата. В конце концов, их родила та же львица, поэтому они были связаны кровью.        Но Нюка был не единственной кровью, которую она потеряла в тот день.        — Витани?        Витани услышала голос. Она почти не отходила от своих мыслей, но обернулась и увидела приближающуюся фигуру Налы.        — Нала? Я имею в виду… королева Нала, — поправила она.        Правительница улыбнулась и покачала головой.        — Пожалуйста, зови меня Нала.        Витани еще не была готова вести себя так непринужденно. В конце концов, она сражалась против этой королевы, но тогда они были врагами. Может быть, союзники? Всё-таки, Витани теперь была высокопоставленным членом прайда, однако рано считаться семьей.        Тем не менее, повиноваться ей, вероятно, было хорошей идеей. Витани, по крайней мере, хотела снискать ей расположение.        — Ладно. Нала, — она ​​почувствовала вкус имени на своем языке, отбросив приставку «королева».        — Я искала тебя. Кову сказал, что ты будешь здесь, — сказала Нала.        — В самом деле? Зачем? — спросила Витани.        — Я просто хотела поговорить, — ответила старшая львица. Затем она быстро пересмотрела свои слова. — Я хотела посмотреть, как ты приспосабливаешься.        — Я в порядке, — признала Витани.        Нала внимательно оглянула её, отмечая любые признаки того, что львица не совсем правдива.        — Витани, тебе не нужно действовать так жестко. Между нами нет плохой крови. Просто скажи мне, что тебя беспокоит.        — Если Вы не против, чтобы я сказала, Ваше Величество, Вы ведете себя очень небрежно с кем-то, кто пытался вас убить, — отметил лидер Львиной Гвардии.        — Если Киара доверяет тебе возглавить ее новую гвардию, это определенно имеет значение, — сказала Нала. — Кроме того, тебя ввели в заблуждение. Вас всех.        Это было правдой. Всем им промыли мозги, все они были движимые идеалами одного льва: Зиры, которая, в свою очередь, последовала за Скаром. Все они были объединены её идеалами; сосредоточены, решительны, готовы взять назад то, что они считали по праву своим. Только теперь они знали, что все построено на лжи. Когда аутсайдеры были интегрированы в Прайдленд, им рассказали полную историю Скара. Как он хладнокровно убил своего брата, законного короля, чтобы захватить трон. Скар никогда не был законным королем; он украл звание короля и превратил земли прайда в пустошь. Только после того, как Симба вернулся, Прайдленд обрел своего истинного короля, и их красота была восстановлена.        — Да уж. Теперь я это вижу, — посетовала Витани. Львица смотрела в землю, глядя на свои лапы. Раньше она почти постоянно сгибала их, но теперь они были расслаблены. — Почему она просто не схватила Киару за лапу? — спросила себя Витани. — Почему она позволила себе упасть?        — Ты имеешь в виду Зиру? — спросила Нала. Вопрос был риторическим. Ей не требовался кивок от Витани, чтобы понять, о ком она говорила.        — Вы знаете, я никогда не расспрашивала свою мать. Я повиновалась каждому её слову, но потом она пригрозила убить меня.        Нала почувствовала некоторую тревогу.        — Витани, ты должна понять, твоя мать была… обеспокоена, — сказала она, на мгновение задумавшись над этим словом.        — Вы имеете в виду сумасшедшей. Как я могла этого не видеть? Как я могла не осознавать, насколько она ужасна? Я имею в виду, она практически игнорировала Нюку всю его жизнь, когда она не оскорбляла его, и сосредоточила всё своё внимание на Кову. Может быть, если бы она тогда уделяла ему больше внимания, то он был бы сейчас тут, с нами, — это было спорно, если Нюка пошел бы вместе с миром между двумя прайдами, но, по крайней мере, он всё-таки был бы жив. Однако сейчас это был спорный вопрос. Нюка был мертв и вернуть его было невозможно.        — Витани, я могу понять, что ты чувствуешь…        — Знаете, Киаре так повезло. Я ей завидую. У неё росла прекрасная семья. Она не была чьей-то маленькой служанкой.        — Я знаю, что ты чувствуешь, но я уверена, что где-то в глубине души Зира любила тебя.        Голос Витани на мгновение сорвался, прежде чем она продолжила снова:        — Хотела бы я поверить в это.        Нала знала, что время приближалось. Витани сейчас была в тёмном месте. Это должно было быть сказано.        — Витани, что, если я скажу тебе, что Зира не твоя настоящая мать?        Претензия была обширной, но привлекла внимание молодой львицы.        — Чего? О чём Вы говорите?        — Я знаю, что тебя вырастила Зира, но она не родила тебя, — объяснила Нала. Юная львица сосредоточилась. После её небольшой вспышки большинство могло бы предположить, что Нала просто пыталась подбодрить её, но что-то в позе старшей львицы говорило об обратном.        — Витани, тебе нужно кое-что знать, кое-что, что тебе нужно было сказать давным-давно, — Нала сделала паузу, прежде чем продолжить. — Когда Скар был королем, он больше всего на свете хотел сильного наследника мужского пола, чтобы он мог продолжить его линию. Зира была его самой преданной последовательницей, поэтому он выбрал её. Официально она не была его королевой, честно говоря, я не думаю, что Скар хотел разделить с ней власть, но они решили уединиться, и вскоре Зира забеременела Нюкой.        Витани расширила глаза. Значит, Нюка все-таки был настоящим сыном Скара. Теперь его претензии на то, что он был более подходящим «избранником», имели смысл.        — Однако, когда родился Нюка, Скар посчитал его слабым и отрекся от него. Он даже отверг Зиру за то, что она родила «недостойного детеныша». Отчаявшись получить наследника, которого он хотел, он выбрал другую молодую львицу, чтобы родить его ребенка. Она отвергла его, сопротивлялась ему, но, в конце концов, Скар навязался к ней в своём безумии. Вскоре она забеременела и родила тебя, — продолжила Нала.        Витани изучала лик Налы и её тело на предмет любых признаков того, что это ложь, но пока что она не нашла никаких признаков.        — Твоя мать была напугана и травмирована тем, что Скар сделал с ней. Она не могла смотреть на тебя, но она не хотела оставлять тебя умирать в саванне. И она отдала тебя Зире.        — Моя мать просто отдала меня? — спросил Витани.        Нала кивнула:        — Она знала, что Зира хочет все, что принадлежит Скару, и что она с радостью примет тебя. Поэтому она оставила тебя с ней, — Нала наблюдала за выражением морды Витани. Это было чистое предательство по отношению к львице, которую она не знала. — Ты должна понять, Витани, твоя мама была так молода и напугана, что не знала, что еще делать. Поначалу, когда она бросила тебя, она подумала, что это правильно, но только когда тебя изгнали вместе с другими аутсайдерами, она поняла, что совершила ошибку.        Витани всё это восприняла, внимательно прислушиваясь к словам Налы. Она не знала, что именно думать. Но ей пришлось спросить.        — Моя мать все еще здесь? Она еще жива?        — Да, — ответила Нала. — Вы уже встречались с ней.        — Подождите, что?! — Витани ахнул.        Нала вздохнула, и тут Витани это заметила. Королева плакала.        — О, Витани. Ты превратилась в прекрасную львицу. Если бы я могла сделать что-то лучше, я бы это сделала. Если бы я знала, как сильно ты страдала, я бы была там.       Витани моргнула.        — Подождите, о чем Вы говорите?        — Но глядя на тебя сейчас, я понимаю, какую ошибку совершила.        Витани внимательно наблюдала, хорошо прислушивалась, и, тем более, в ней росли подозрения.       «Нет…»       Что-то внутри ударило её, и понимание начало расти.       «Этого не может быть…»        — Вы имеете в виду…?        — Ты не знаешь, на что был похож Скар, каким он был на самом деле. Я до сих пор помню его прикосновение, что он сказал при этом. Я хотела, чтобы это закончилось. И когда я увидела тебя, я подумала, что не буду любить тебя и…        — Молчи! — слова Витани пронзили воздух. Её глаза были сосредоточены на Нале, которая смотрела на нее в отчаянии. — Просто заткнись!        Нала подошла ближе, её глаза наполнились слезами.        — Витани… пожалуйста.        — Просто держись подальше! Просто держись от меня подальше!        И прежде чем они успели сказать хоть слово, Витани ушла. Нала смотрела, как младшая львица исчезла, а потом она, наконец, выпустила свою боль, слёзы потекли, и она опустила голову.       Она потеряла дочь во второй раз.