The Lion King: Bloodline

       Витани стояла у входа в пещеру и нервничала как никогда. Исправить дело с Налой было легко по сравнению с этим. Забавно, она сумела поговорить с мамой, которая её бросила, но не с другими членами гвардии. В конце концов, они были ее сестрами по битве, а она взяла и оставила их. Знак на её плече, возможно, вернулся, но она чувствовала, что на самом деле не заслужила его обратно.        Внезапно она почувствовала на себе лапу. Посмотрев вниз, она увидела нежные глаза Малаики, смотрящие на нее.        — Не волнуйся, мама. Все будет хорошо.        Затем она почувствовала на себе еще одну лапу и заметила, что это Бхати.        — Да, мы твоя семья, и мы тебя поддержим.        Витани тепло улыбнулась их словам. Она рассказала дочери и невестке о Львиной Гвардии. Малаика взволнованно отреагировала на то, что её мать была лидером целого отряда. Сама Бхати пошутила насчет того, что её покойный брат в самом деле заполучил кого-то в вершине королевской семьи. Витани посмеялась над этим.        Слова семьи достаточно ободрили её и на этой ноте она направилась в пещеру. Она подумала, что они уже вернутся из своего патруля, так что её отряд должен был быть внутри. В тот момент, когда она вошла внутрь, львица услышала набор голосов, которые становились только ближе к ней, и как только она добралась до центра, голоса стихли.        Несколько голубых глаз, похожих на её собственные, но отличающихся от нее, смотрели на прибывшую львицу. Сначала была Тазама, та, у которой были отметины вокруг глаз, и самый зоркая. Потом была Имара, гладкошерстная и сильнейшая. Следующей была та, у которой на голове был воротник — Каси. Самая быстрая. И, наконец, Шабаха, с темным пятном на голове. Она была самой храброй. Их всех объединял знак гвардии на плечах.        Все они смотрели на нее, и Витани могла только выплюнуть:        — Привет, девочки. Скучаете по мне?        Выражения шока были очевидны на их мордах и на мгновение бывший лидер пожалел о том, что вошел. Тазама первой двинулась, всё ещё глядя на неё.        — Витани, — пробормотала она.        Прежде чем рыжая львица успела что-то сказать, Тазама бросилась к Витани, опустившись ей на плечо.        — Ого, Тазама, — удивлённо воскликнула она, пока другие члены её гвардии не сделали то же самое, что и самая зоркая.        — Витани! — кричали все.        Львицы окружили своего лидера; их прежнее потрясение сменилось радостью.        — О, черт возьми, ты вернулась! — воскликнула Имара.        — Мы не можем поверить, что ты вернулась! — Каси выразила то же самое.        — Да. Я… просто сделала это. Слушайте, мне жаль, что я оставила вас всех и…        — О, Витани, не беспокойся об этом. Мы знаем, почему ты ушла, — сказала Тазама.        — Вы знаете? — в замешательстве спросил лидер.        — Да, слухи быстро распространились по Прайдленду, — объяснила самая зоркая.        — Эмм… простите?        Львиная стража посмотрела на источник высокого голоса и увидела, как маленькая Малаика пыталась проникнуть внутрь. В тот момент, когда она это сделала, все взгляды обратились на нее.        Витани могла сказать, что ее дочь нервничала, и успокаивающе положила лапу на неё.        — Знакомьтесь, это Малаика. Моя дочь.        — Дочь? — в унисон произнесли все трое.        Тазама заговорила первой.        — Так, подожди. Значит, ты забеременела и родила?        — И ты не удочерила? — спросила Имара.        — О да, — Витани усмехнулась. — Роды — это не то, что ты можешь забыть. Честно говоря, это, наверное, самое трудное, что я когда-либо делала или сделаю ещё.        Как только эта правда была сказана, все три стража полностью обратились к Малаике.        — О мой Бог, она такая милая! — воскликнула Тазама.        — Мех и глаза разные, но у нее твоя челка целиком! — подметила Имара.        Малаика улыбнулась гвардейцам и слегка поклонилась.        — Приятно познакомиться со всеми вами!        Увидев это, они коллективно бросили умилённое «о-о-оу».        — Она так хорошо воспитана, — похвалила её Имара.        — Что ж, не только Витани вырастила эту девочку. Я помогла, — сказала Бхати, показывая на себя. В тот момент, когда все взглянули на лису, она сама уверенно улыбнулась. — Привет всем. Я Бхати. Невестка Витани.        Услышав это, три львицы смущенно посмотрели на своего лидера.        — Бхати удочерена, — объяснила она. Казалось, это все прояснило.        Три стража столпились вокруг Малаики, показывая явный интерес в их глазах.        — Так ты ребенок Витани, а? Эй, Малаика? Держу пари, ты не сможешь заставить меня сдвинуться с места, — сказала Имара, протягивая лапу.        Чувствуя себя игривой, львёнок набросился лапу, изо всех сил пытаясь пошевелить ею. Через несколько секунд Малаика сдалась.        — Вау, леди, да ты сильная!        — Эх, ничего, ты должна увидеть, как она двигает камень больше, чем она сама, — сказала Каси.        — Лев не может сдвинуть такой большой камень, — недоверчиво произнесла Бхати.        — Да, но держу пари, что так не говорят о львице с волшебным рыком, — отметила Тазама.        Вспомнив, как рев Витани разогнал бурю, прежде чем они добрались до Прайдленда, Бхати кивнула.        — Хорошая точка зрения.        Витани усмехнулась, наблюдая, как ее сестры по гвардии счастливо болтали с её дочерью и невесткой. Все, кроме одной из четверых. Подняв глаза, она заметила, что Шабаха смотрела на нее. Лидер гвардии хотел произнести её имя, но она развернулась и направилась глубже в логово. Извинившись, Витани последовала за ней.        — Шабаха, подожди! — позвала её львица. Шабаха продолжала идти, не обращая внимания на своего лидера. Витани был настойчива и позвала снова. — Шабаха, пожалуйста, подожди!        Самая храбрая из земель прайда остановилась, все еще удерживая себя подальше от неё.        — Пожалуйста. Я просто хочу поговорить, — умолял лидер.        Шабаха сначала ничего не сказала, постепенно заставляя Витани нервничать. Затем, наконец, она заговорила.        — Итак, ты вернулась. Я вижу, что все встретили тебя по-истине пятизвёздочным обращением, учитывая, что ты теперь королевская особа.        Витани не могла отрицать горечи в голосе подруги.        — Ну, формально я не принцесса.        — Да, но я думаю, они все польщены, что ты общаешься с простачками. Извини, если я не сделаю реверанс. Я усердно работала, выполняя «свою» работу, — воскликнула смелейшая; в её голосе всё ещё слышалась горечь.        — Послушай, Шабаха, я знаю, что ты, должно быть, рассердилась на меня, но ты должна понять…        — Должна понять? О, я всё понимаю! Ты просто взяла и бросила нас, Витани! — ядовито сплюнула львица.        — Я…        — Я еще не закончила! — прервала её Шабаха. — Помнишь, когда Зира угрожала убить тебя? Тебя, её дочь, её хорошую приемную дочь. — сказала она, поправив последнюю реплику. — Я была одной из первых, кто перешла на твою сторону. Я поддержала тебя! И когда ты попросила меня присоединиться к тебе для защиты Прайда Света, я согласилась, не задумываясь. О, мы так много сделали вместе, но однажды ты вдруг узнаешь, что ты внебрачная дочь королевы, и уходишь. — смелейшая покачала головой и слегка рассмеялась. — Я все время повторяла себе, что ты вернешься через день, два. И я ждала. Теперь я просто понимаю, насколько я была наивна. Два дня превратились в неделю. Одна неделя превратилась в три, а затем прошел целый месяц, а затем еще и так далее. — и вот, наконец, Шабаха обернулась, и именно тогда Витани увидела гневные слезы на ее глазах. — И знаешь, что? Все смотрели на меня. Они спросили меня: «что нам делать?». И я понятия не имела! Ты знаешь, как я была напугана? И все потому, что ты оставила нас!        — Мне очень жаль, — ответила львица.        Шабаха снова засмеялась.        — «Мне очень жаль»? Это все, что ты хочешь сказать?        — Послушай, это было нелегко для меня. Я имею в виду, что ты не знала, через что я проходила, когда узнал правду, — рассуждала Витани.        — Да ладно! Жизнь в Чужеземье — отстой, но ты выдержала ее лучше, чем все мы! — спорила смелейшая.        — Что ж, то, что я была нежеланной дочерью Скара, было не совсем хорошо для моего психического состояния! — крикнул лидер в ответ. — То есть, ты понимаешь тот факт, что для меня это походило, будто моё рождение было ошибкой? Что меня отдали сумасшедшей просто из-за того, кем был мой отец? Я чувствовала себя мусором! Как я могла защитить земли прайда, прекрасно зная, что я была случайным происшествием?!        — Но ты была самой свирепой! Когда Нюка умер, ты продолжала идти! Когда Кову покинул Зиру, ты продолжала идти! А потом ты бросила вызов Киону без Рыка Предков! Ты сделала все это, но потом… о, нет! Нала моя мать, она не хотела меня! Так что я просто оставлю все позади и начну новую жизнь! И ты сделала это, ты пошла и начала новую прекрасную жизнь без нас! — ярость Шабахи росла еще больше.        — Что я должна была делать? — умоляюще спросила Витани.        — Ты могла бы прийти к нам! Ты могла бы поговорить с нами! Мы бы помогли тебе. Черт возьми, мы были больше, чем твои товарищи по команде, мы были твоими друзьями! Мы бы помогли тебе пройти через это! И ты бросила нас! — львица выпустила слезы. — Ты только что… ушла. — она рыдала.        Вся эта сцена обеспокоила лидера. Она никогда не видела Шабаху такой. Даже когда они были детенышами, она была отважной. Никогда не показывала слабости. Это одна из причин, по которой Витани выбрала её самой храброй. И вот она, плачущая развалина.        — Шабаха, мне очень жаль. Мне искренне и искренне жаль. Я знаю, что, вероятно, сейчас это не так много значит, но это так. И я знаю, что этот уход был очень эгоистичным, — действительно, то так и было, хрупкое её эмоциональное состояние или нет. — И бог знает, что я хотела вернуться ко всем вам. Я продолжала повторять себе это, но что-то внутри меня продолжало убегать. Я знаю, что я трусиха, и я не виню тебя за то, что ты меня ненавидишь. Это было бы непростительно.        — Я не… я не ненавижу тебя, — призналась Шабаха. — Я просто зла. — когда она смотрела на своего товарища по гвардии, слезы больше не текли, но добавили блеск ее глазам. — Я просто посмотрела на тебя и когда ты ушла, я не знала, что делать.        Вздохнув, Витани подошла к подруге и положила лапу ей на плечо.        — Ну, теперь я здесь. И я здесь, чтобы остаться, — Шабаха посмотрела на нее со скептицизмом в глазах. — Я не жалею о жизни, которую я прожила, находясь за пределами прайда, но это помогло мне понять, где я должна быть, и это прямо здесь. — она пристально посмотрела ей в глаза: — И я обещаю, что никогда больше не уйду.        Шабаха оглянулась, но, несмотря на боль, которую она чувствовала, сумела улыбнуться.        — Я не знаю, полностью ли мне нравится то, что ты сделала, но хорошо, что ты вернулась Тани.        — Миссис Шабаха? — обе львицы обернулись и увидели, что к ним шла маленькая Малаика. — Пожалуйста, не ненавидьте маму. Ей очень жаль. — сказал львёнок, глядя вверх невинными зелеными глазами.        Шабаха засмеялась и похлопала детеныша по голове.        — Не волнуйся, милая. Я не ненавижу твою маму, — всё ещё улыбаясь, она обратилась к Витани: — У тебя милый ребёнок.        — Спасибо, — Витани благодарно улыбнулся. — Она получила лучшее от своего папы.        — Тем не менее, я удивлена, что ты реально общалась с самцом. Просто мы все думали, что ты… понимаешь? — изумленно сказала Шабаха.        — Я «что»? — смущенно переспросила Витани.        Львица внимательно обдумала свои слова.        — Ну, это просто. Мы все думали, что ты… не любишь мальчиков.        Теперь настала очередь лидера растеряться.        — Почему это мне не нравятся мальчики?        — Мы все просто думали, что ты знаешь, что у тебя есть определенные вкусы, когда дело касалось партнера.        Витани все еще не понимала.        — Забудь! Просто забудь, что я сказала! — сказала Шабаха, не обращая внимания на всё. Она сама покраснела от смущения.        Не обращая внимания на это, Витани пришлось спросить:        — Так были ли какие-нибудь серьезные проблемы, пока меня не было?        — Ничего особенного, хотя у нас были стычки с дикими собаками. Знаешь, они часто бывают здесь. Причиняли беспредел и прочее, а охота была у них больше, чем следовало бы, — объяснила Шабаха.        Это было забавно, ее сводный брат Кион часто имел проблемы с кланом Джанджи, прежде чем он реформировался и присоединился к клану Джасири, и что-то подсказывало ей, что эти дикие собаки могли быть просто её «Джанджей». Но говорить об этом было еще рано.        — Теперь, когда я вернулась, думаю, мне придется познакомить их с моим ревом.        Шабаха засмеялась.        — Не то, что я хочу видеть!        И поэтому стражи воссоединились с остальной частью своей гвардии, только теперь с добавлением дочери самой грозной и её приемной невестки. Вещи все еще нуждались в починке, но со временем они зажили.        Витани и Шабаха делали первые шаги.

***

       Витани подошла к Нале и спросила:        — Как ты думаешь, остальные члены прайда должны знать о том, кто я на самом деле?        Нала на мгновение поколебалась, прежде чем осторожно ответить:        — Тебе бы это понравилось?        — Наверное, — ответила Витани. — Остальная твои… наша семья знает, как и Малаика, и я не хочу, чтобы она росла, храня такие секреты, как ты и я.        Нала почувствовала легкий укол стыда, но её тронула самоотверженность дочери. Это было рискованно для репутации обеих львиц, но ради чистого листа оно того стоило.        — Я попрошу Киару созвать собрание в Скале Предков.

***

       Львы и несколько других животных собрались у подножия Скалы Предков, с любопытством бормоча о том, почему королева Киара вызвала их. Конечно, это было не для представления ее наследника, потому что там почти не было никаких животных, кроме львов, а детеныш не должен был родиться ещё пару недель.        — Интересно, связано ли это с возвращением Витани? — прошептала Зури Тиифу.        Веснушчатая львица, которая тоже ждала детеныша, просто пожала плечами.        — Возможно. Я просто надеюсь, что она снова возьмет на себя ответственность за стражу. Бедная Шабаха была так расстроена, когда она ушла…        В этот момент Витани подошла к королеве на уступе Скалы Предков, а затем и Нала. Киара прочистила горло и начала говорить.        — Прайдлендеры, — объявила юная львица, — сегодня для нас особенный день. Наконец-то наша сильнейшая из Львиной Гвардии вернулась в Прайд Света. Я слышала, почему она так внезапно покинула нас, и прошу вас проявить такую ​​же любезность с непредвзятым мнением. . Витани?        Киара повернулась к сестре и кивнула, приглашая её подойти. Витани так и поступила и никогда раньше в своей жизни она не нервничала так сильно. Даже больше, чем когда она столкнулась с гвардией. Но она знала, что это было то, что нужно. Пришлось начать с чистого листа. Она хотела, чтобы прайд знал, кто их защищал.        — Каждый, — начала Витани, — я знаю, что бросила вас так внезапно и меня не было очень долго. Я знаю, что некоторые из вас могут чувствовать себя преданными и не понимают, почему я ушла. Но я думаю, что вы все заслуживаете правды. — львица замолчала, затягивая момент перед продолжением. — Я уверена, что многие из вас знают меня как дочь Зиры, но давно я узнала, что Зира только вырастила меня, но она не была той львицей, которая дала мне жизнь.        Это вызвало недоумение, особенно у бывших аутсайдеров не из стражи.        — Оказывается, моим отцом был никто иной, как Скар, а моей биологической матерью была королева Нала.        Затем последовали вздохи и возгласы удивления, особенно среди друзей Киары, Тиифу и Зури. Витани подождала, пока они закончили, прежде чем она продолжила.        — Мое зачатие не было согласованным. Скар заставил Налу родить ему ребенка, нравилось ей это или нет, и Нала была так напугана и разбита из-за того, что Скар сделал с ней, что она отдала меня Зире, — вспоминала Витани горечь, которую она почувствовала, когда узнала правду. — Когда я узнала правду, я почувствовала гнев и предательство. Но больше всего я испытала отвращение к самой себе и покинула Прайд Света. — это была правда, она бросила всех. Не то чтобы она сожалела о своей жизни после ухода, но она знала, что поступила неправильно. — За пределами прайда я начала новую жизнь. Я влюбилась и завела семью, но только после смерти мужа я решила вернуться.        Она заметила сочувствие, особенно среди своих собратьев-аутсайдеров при упоминании умершего мужа.        — Но я не могу взять на себя всю заслугу. Моя дочь Малаика была той, кто помог мне осознать, что Нала искренне заботилась обо мне, учитывая все обстоятельства, — Витани смотрела вниз, когда она говорила этот последний кусок. Подняв глаза, она заметила, что ее товарищи-львицы выражали неуверенность. — Послушайте, я знаю, что ушла. Но теперь я понимаю, что это то место, где я принадлежу, будучи частью этого прайда, защищая эти земли и делая их безопасным местом для моей дочери. — прайдлендеры пристально смотрели на самого грозного, а глаза всё ещё излучали неуверенность. По крайней мере, пока Тиифу не выступила вперед.        Беременная львица стояла между Витани и прайдом.        — Все, я прощаю и понимаю причины ухода Витани, — лидер гвардии удивленно запрокинула голову и Тиифу продолжила. — Я знаю, что чувствовала опасения, когда аутсайдеры присоединились к нашему прайде, и особенно когда Витани взяла на себя стражу, когда Кион ушел, но в те месяцы она показала себя способной и честной. Понимаете ли, я думаю, если бы кто-нибудь из нас узнал, что мы — потомки худшего короля прайда, то тоже чувствовали бы себя нехорошо, и тот факт, что Витани вернулась, показывает её преданность своему дому.        Остальные львицы смягчили свои выражения, глядя друг на друга в согласии.        — Этот детеныш, которого я ношу… Я хочу, чтобы он рос в безопасном прайде, и я знаю, что Витани — та львица, которая сохранит этот мир, — повернувшись к лидеру Львиной Гвардии, сказала Тиффу с улыбкой. — Итак, Витани… Я приветствую тебя снова в твоём доме!        В этот момент Зури вышла вперед. К ней присоединился её сын Афуа.        — Я тоже.        Затем вперед выступила другая львица:        — И я!        — И я!        — Я тоже!        И так продолжалось дальше. Каждый член прайда приветствовал Витани. Она сама смотрела на все это широко раскрытыми глазами, трепеща и уважая то, чему она стала свидетельницей. В толпе она заметила, что маленькая Малаика наблюдала за ней, и через мгновение детеныш подошел к ней, уткнувшись носом в её лапу.        — Смотри, мамочка! Я же говорила тебе, что все будет хорошо! — воскликнула Малаика.        Витани ответила на слова дочери, носом уткнувшись в её меж. В толпе она также заметила Львиную Гвардию, свою гвардию. Каждая из них успокаивающе смотрел на нее, даже Шабаха. Она знала, что между ней и храбрейшей еще предстояло разобраться, но Витани была уверена, что в конце концов они всё уладят.        — Я думаю, это официально. И как королева Прайдленда я приветствую свою сводную сестру и племянницу в нашем прайде! — огласила Киара.        Вот и всё. Витани знала, где ей суждено быть. Она будет защищать земли прайда до последнего вздоха и в конечном итоге докажет, что она не такая, как её отец.