The Lion King: Bloodline

       Витани чувствовала, как билось её сердце в груди. По мере того как она продолжала двигаться вперед, оно становилось всё более пылким. Как только она, Малаика и Бхати проснулись, они вышли из логова. Это дало ей возможность успокоиться, зная, что формально шакалы-злодеи исправили свой путь. Она слышала истории о шакалах Чужеземья, в первую очередь о стае во главе с той, которая известна как Рейрей. Хотя она не видела саму Рейрей или ее супруга Гойгоя, тот факт, что их дети смогли исправиться, показал, что не все существа были рождены злыми.        Сама Витани была тому свидетельством.        В прошлом она была маленькой служанкой мачехи. Без вопросов делала все, что приказала Зира. Теперь Витани была сама себе львицей, которая могла принимать собственные решения, и эти решения заставили её сбежать и создать семью. Та часть, на которую она не рассчитывала, но это случилось. Забавно, как жизнь могла так обернуться.        — Что это, мамочка? — спросила Малаика тихим от страха голосом.        Впереди львица видела силуэт Скалы Предков. Когда-то давно она считала его домом врага, но теперь он приобрел совершенно новое значение.        — Это наш новый дом, дорогая, — тепло сказала Витани.        Бхати тихонько присвистнула, глядя вперед.        — Вау! Должна признать, это выглядит довольно шикарно, Витани.        Хищница продолжала смотреть на неё, чувствуя, как участилось её сердцебиение. Стало заметно ее дыхание.        — Мама? Что случилось? — обеспокоенно спросила Малаика.        — Что? — Витани привлекла внимание, заметив взгляд дочери. — Ой, ничего, дорогая. Мама просто нервничает, вот и всё. Просто… Я так давно не была дома.        — Почему ты нервничаешь? Разве ты не рада видеть свою семью? — невинно спросила малышка.        — Дорогая, иногда животные нервничают, когда собираются сделать что-то серьезное, — объяснила Бхати.        — Твоя тетя права, милая. Я ушла так внезапно, и я не знаю, как другие отреагируют, — ответила Витани.        Бхати прыгнула перед подругой и подняла глаза.        — Витани, почему бы тебе просто не найти несколько минут, чтобы собраться с силами? Я посмотрю за Малаикой. Не волнуйся, — предложила она.        Витани обдумала эту идею, прежде чем кивнуть.        — Знаешь что? Это то, что я сделаю! — наклонившись, она уткнулась носом в дочь. — Теперь, вы двое, оставайтесь на месте. Мне нужно немного времени, чтобы подготовиться. Хорошо?        — Хорошо, мамочка! Будь осторожна! — произнесла Малаика, когда её мать умчалась.        При этом Витани не могла не задаться вопросом, правильно ли она поступала. В последний раз, когда она оставила Малаику наедине с Бхати, этот мошенник похитил её, но на этот раз она успокоилась. Львица была уверена, что все получится. В конце концов, она уйдет ненадолго.

***

       Кову подумал: а следовало ли ему взять кого-нибудь с собой? Но иногда одиночество могло быть к лучшему.        Иногда жизнь складывалась забавно. Он был воспитан, чтобы стать преемником Скара, следовать по отпечаткам его лап и убить Симбу, вместе с тем заявить права на Прайдленд для аутсайдеров. Конечно, всем была известна история того, как это обернулось, и теперь он был женат на дочери Симбы, стал новым королём (или принцем-консортом, если кто-то хотел получить техническую информацию) и сам собирался стать отцом. Это было не совсем то, что Зира планировала, но для Кову это сработало. Конечно, он хотел бы, чтобы она была здесь. Она была единственной из его семьи, оставившей свой дом.        Кову часто думал о Витани. Несмотря на то, что они не были родственниками по крови, они все равно росли вместе как братья и сестры. В каком-то странном смысле они были ими. В конце концов, Зира усыновила их обоих и они были связаны со Скаром. В общем, они были семьей. Кову скучал по ней так же, как и по Нюке.        Мысли о последнем заставили льва задуматься: что бы он подумал о мире между двумя прайдами? Он любил своего брата, но Нюка мог быть действительно расстроен. Возможно, это было частично его природой, а частично его воспитанием. Зира так подействовала на своих детей. Но дело было спорным; Его старший брат не дожил до объединения, умирая от желания, чтобы мать заметила его. Это было трагически иронично; Зира относилась к своим приемным детям гораздо лучше, чем к своей плоти и крови.        Возможно, она считала Нюку слишком слабым, чтобы править? Как и Скар. Нюка был жертвой судьбы со дня своего рождения.        Кову внезапно вырвался из своих мыслей, когда он услышал голоса.        — Я очень надеюсь, что с мамой все в порядке, — раздался голос маленького ребенка.        — Не волнуйся, дорогая, твоя мама крутая, — заговорил более старый голос.        — Да, но она так нервничает из-за того, что снова увидит свою семью, — отметила Малаика.        — Эй, все будет хорошо, дорогая. Просто доверься своей маме и все будет хорошо, — заверила ее Бхати.        — Простите? Маленький детеныш?        Малаика ахнула при виде взрослого льва, уставившегося на неё. Сразу же Бхати встала перед своей племянницей, защищая её.        — Хорошо! Просто отступи! — зарычал лисенок.        — Воу! Воу! Ладно! — воскликнул буро-каштановый лев.        Малаика стояла рядом с тетей, не зная, как отреагировать. Опыт с мошенником заставил ее насторожиться.        — Я не должна разговаривать с незнакомцами! — выпалила Малаика. — Моя мама совсем недалеко.        — Твоя мать оставила тебя одну? — спросил Кову.        — Она не одна! С ней я! — сказала Бхати, всё ещё сохраняя оборонительную позицию.        — Послушайте, успокойтесь, мисс…        — Бхати!        — Хорошо, Бхати. Меня зовут Кову. Я муж Киары, королевы Прайдленда.

***

      В тот момент, когда это имя сорвалось с губ старшего льва, Малаика вздохнула.        — Подождите! Вас действительно зовут Кову? — спросила она.        Кову с любопытством посмотрел на детеныша. Ему показалось странным, что его имя вызывало у нее интерес, но он не обращал на это внимания.        — Да, именно так.        Внезапно детеныш схватился за лапу Кову.        — Дядя! — воскликнула она.        — Ого, полегче, малышка! — воскликнул король.        Как только она поняла, что делала, Малаика отпустила дядю.        — О, черт возьми, мне так жаль! Просто я так много слышала о тебе от моей матери, и я действительно хотела с тобой познакомиться!        — Твоя мама знает обо мне? — спросил Кову.        — Да. Она рассказала мне всё о тебе, — ответила Малаика.        — А кто твоя мама? — спросил зеленоглазый.        Малаика открыла рот, чтобы что-то сказать, но закрыла его. В этот момент она нервничала. Она представила себе встречу с одним из своих еще живых дядей, но теперь, когда это действительно происходило, она не знала, что сказать. Раньше львица не выказывала страха, но теперь он просто подкрался к ней. Затем она почувствовала на своем плече успокаивающую лапу.        — Все в порядке, Малаика. Продолжай, — утешила Бхати.        Улыбаясь, львёнок знал, что делать. Страх исчез, и вскоре она обнаружила, что произнесла одно имя:        — Витани.        Услышав это, глаза Кову расширились.

***

       — Привет, ребят. Как дела? — Витани озвучила фразу про себя, но быстро отбросила ее. — Нет, это не сработает.        Последние несколько минут львица репетировала то, что планировала сказать. Что нужно было сказать их разлученной семье? Кову мог бы быть рад ее видеть, но насчет Киары она не была уверена. Сказала ли ей Нала, что она ее незаконнорожденная единоутробная сестра? И если да, примут ли они ее как семью? Скар оставил темную тень на всем прайде, особенно в отношении Симбы. Он не доверял Кову, который оказался наследником Скара, в то время как сама Витани была его дочерью из плоти и крови. Но Витани также была дочерью его супруги. В конце концов, будет ли сейчас это иметь значение? Всё-таки, она несла в себе кровь убийцы.        Конечно, он все еще не мог отрицать, что они были семьей. Как никак, Симба не отрицал, что Скар был его дядей.        — Так! Скучали по мне? — проворковала она самой себе. — Что? Нет! Это глупо!        Вздохнув, Витани ударила себя лапой по морде.        — Давай, Витани. Ты можешь это сделать. Просто подойди туда, скажи что-нибудь и…        — Ты знаешь, что всегда старалась вести себя так сдержанно?        Витани ахнула, когда она обернулась, защищаясь. Тем не менее, как только она это сделала, ее лик смягчился от удивления.        — Кову! — ахнула она.        Увидев брата, она рванула вверх, стараясь удержать сильную позицию.        Кову усмехнулся. Его старшая сестра всегда старалась быть такой сильной, такой спокойной, такой контролирующей.        Морда Витани стала задумчивой. Это был момент, которого она боялась и в то же время ожидала.        — Кову, я…        Внезапно Витани почувствовала сильное объятие, когда брат обнял передними лапами свою приемную сестру.        — Я скучал по тебе, Тани.        Тани.        Кову не называл ее так с тех пор, как они были молоды. Он забыл об этом, когда они стали старше, но воспоминание в нём сигнализировало о том, как он рад её видеть.        — Я тоже скучала по тебе, — сказала Витани, отвечая на объятия.        Они держались в обнимку. С одной кровью или нет, они все еще были семьей. В конце концов объятия прекратились.        — Послушай, Кову, мне жаль, что я сбежала. Просто…        — Все в порядке, Витани. Нала нам все рассказала, — объяснил юный король.        Лик львицы исказился.        — Всё? Даже Киаре?        — Да. То есть, я знал, что Скар плохой, но то, что он сделал с Налой, было просто… — Кову вздрогнул.        Витани чувствовала, что Нала могла всё раскрыть. В конце концов, теперь, когда правда стала известна, она обязана детям, которых оставила.        — Так много всего произошло. Я не знаю, с чего начать, — выдохнул бывший аутсайдер.        — То же самое и здесь. Мы с Киарой сделали это официально и я собираюсь стать отцом, — сказал Кову, раскрывая свои новости.        Губы Витани расплылись в улыбке.        — Правда? Это невероятно! — львица рассмеялась. — Думаю, мне придется привыкнуть к тому, что меня зовут «тётя» Витани, верно?        — Как будто я должен привыкнуть к тому, что меня зовут «дядя» Кову, верно?        Витани издала резкий вздох.        — Подожди? Вы встретились?        — А как ты думаешь я нашел тебя? — спросил Кову. Витани почувствовала, как она зарделась. — Я не могу поверить в это! Моя старшая сестра — мама.        — Да, — застенчиво ответила львица, испытывая чувство гордости за открытие своей дочери.        — Так где же отец Малаики? — вдруг поинтересовался лев        И эта гордость превратилась в печаль.        — Он мертв, — ответила она.        Глаза Кову расширились:        — О, черт возьми! Мне очень жаль. Я не хотел…        — Нет, все в порядке. Все еще больно, но все в порядке, — ответила Витани.        Она попыталась забыть о последних моментах Фараджи, но вскоре обнаружила, что думала о нем все больше. Эти мысли закончились в тот момент, когда она почувствовала лапу Кову на своем плече.        — Пойдем домой, сестренка. Твоя семья ждет тебя, — произнёс младший брат.        Витани посмотрела в его глаза и обнаружила, что её улыбка возвращалась. Но все же она была неуверена.        — Это меняет то, что ты правильно понимаешь? Между мной, Киарой и Налой.        Кову не мог этого отрицать.        — Да, это так.        — Кову, я хочу, чтобы ты знал, несмотря ни на что, ты всегда будешь моим братом, — успокоила его Витани.        Улыбаясь, Кову заметил:        — Который случайно оказался твоим шурином.        Кивнув и усмехнувшись, Витани последовала за своим братом и шурином одновременно обратно к дочери. Когда она прибыла на место, где она оставила Бхати и Малаику, она обнаружила, что взволнованный детеныш болтал с тётей.        Львёнок оглянулся и, увидев мать, просиял.        — Мамочка! — воскликнула она, подскакивая к матери. — Я встретила дядю Кову!        Кову усмехнулся энтузиазму своей племянницы.        — У твоей дочери много духа. Знаешь, я, возможно, даже посмотрю на твоего преемника в Львиной Гвардии, — полушутя сказал Кову. Конечно, все знали, что нужен Рык Предков, чтобы стать лидером Львиной Гвардии, хотя в любом случае она могла бы стать будущим участником.        — Да, у неё определенно получилось бы, — заметила Витани.        — Один вопрос, мама: что такое Львиная Гвардия? — вдруг спросила Малаика.        — Да, это как-то связано с тем твоим безумным рыком? — вместе с племянницей просияла и лисица.        Витани внезапно вспомнила, что она для удобства оставила часть отряда.        — Что ж, Малаика, Бхати, так и есть. Видите ли, перед тем, как я ушла, у меня здесь была особая обязанность. Я и четверо моих друзей должны были защищать Прайд Света. Мы были известны как Львиная Гвардия и лидер-страж обладает чем-то, что называется Рыком Предков, — объяснила львица.        Малаика в шоке открыла рот, просто сказав короткое «вау!».        Бхати удивленно расширила глаза.        — Ничего себе, вау, мой брат наверняка женился на ком-то, кто занимает высокое положение в королевской иерархии.        Кову смущенно посмотрел на Витани.        — Брат?        Витани посмотрела на Кову и ответила:        — Моя покойная свекровь удочерила её.        Лев пробормотал короткое «ну ладно». Это не было шоком, он не был так удивлен. В конце концов, Симбу большую часть жизни воспитывали сурикат и бородавочник.        — Так мы собираемся посидеть здесь и поболтать или встретимся с остальной семьей? — прервала его Бхати.        Этого было достаточно, чтобы вся группа взялась за дело. Они вернулись к Скале Прайда, очень близко подходя к строю. Вскоре они это сделали. Как только они оказались там, их встретили львы. Многие из них выразили удивление по поводу возвращения Витани, некоторые задавались вопросом, почему за ней следовали детеныш и лиса. Но никто не был так удивлен, как одна будущая мать.        — Витани?!        Львица взглянула и увидела, как к ней подскакивала одна беременная львица, но при более внимательном рассмотрении стало очевидно, что она…        — Киара? — удивилась Витани. Затем она вспомнила, как Кову упомянул, что собирался стать отцом.        Младшая львица подошла к сестре, пристально глядя на неё.        — Ты вернулась! — воскликнула она.        Витани смущенно посмотрела на неё, слегка отвернувшись.        — Да, есть такое.        Киара посмотрела вниз, заметив, что взгляд Витани скользит вниз, и именно тогда она заметила Малаику. Заметив черты мордочки львёнка, она быстро сообразила, чей она детеныш.        — У тебя есть детёныш? — поинтересовалась королева.        Витани гордо подняла глаза.        — Ага! Это моя дочь Малаика.        Малаика слегка склонила голову.        — Приятно познакомиться, мисс Киара.        Киара тихонько взвизгнула и уткнулась носом в детеныша.        — Ой, брось эту скучную ерунду, зови меня просто тётей Киарой!        Малаика хихикнула:        — Хорошо, тетя!        Приосанившись, Киара обратилась к сестре:        — О, Витани, она очаровательна.        Львица добродушно усмехнулась.        — Думаю, у меня действительно получаются неплохие детеныши. И я предполагаю, что у тебя тоже так будет, — сказала она, указывая на раздутый живот Киары.        — О! Да, я очень взволнована. Не думаешь, что сможешь дать мне несколько советов о родах, а? — спросила Киара.        — У меня есть кое-что, что я тебе скажу, — сказала Витани, наклоняясь. Как только она подошла к уху Киары, она прошептала: — Будет безумно больно.        Будущая мать побледнела.        — Это именно то, что сказала мама.        — Кроме того, советую тебе не есть слишком быстро, даже если ты очень голодна, потому что тогда тебе придется бороться с приступом икоты. Поверь мне, я знаю из опыта.        — Я буду иметь это в виду… сестренка.        Витани дёрнулась, потрясенная присвоенным ей титулом.        — Ой, извини. Было ли это… — виновато начала Киара.        — Нет, все хорошо, — перебила её Витани.        Киара могла сказать, что это всё ещё был напряженный момент. В конце концов, никто не ожидал узнать, что у них есть сестра.        — Честно говоря, я была бы не против иметь сестру, — с улыбкой ответила Витани.        Киара рассмеялась над этим.        — Ну, со мной росли Тиифу и Зури, но, честно говоря, я всегда хотела сестру из плоти и крови.        Две сестры сложили головы вместе, в знак привязанности. Момент был прерван на мгновение, когда Малаика вскрикнула.        — Уходи! Оставь меня в покое! — воскликнула она.        Посмотрев вниз, Киара и Витани заметили, что темношерстный детеныш, младше Малаики, проявлял к ней интерес, прижимаясь к своему новому «другу».        — Зури! — позвала Киара.        Именно тогда взрослая львица пробилась сквозь толпу и, заметив чересчур ласкового детеныша, вздохнула.        — Афуа, милый, тебе нужно изучить личное пространство, — сказала Зури, потянувшись за своим детенышем. — Мне очень жаль, он просто любит знакомиться с новенькими.        — Хех, ох! Похоже, у тебя есть маленький поклонник, Малаика! — пошутила Бхати.        Малаика лизнула и потерла то место, где Афуа растрепал её мех.        Затем внезапно повисла неожиданная тишина. Все львы остановились и выразили своё уважение двум новичкам. Витани подняла глаза и увидела, что это был Симба. Она наклонила голову в легком поклоне, показывая должное уважение их королю, а затем другой, его королеве, Нале. Монархи вышли наружу, чтобы посмотреть, что это за суматоха, но их глаза расширились, когда они заметили Витани.        — Витани? — произнесла Нала удивленно и недоверчиво. Её глаза изучали старшую дочь, впитывая все её черты.        Малаика молчала. Она даже не была уверена, что львица, о которой говорила её мать, тоже заметила её.        Глаза Витани и Налы встретились. Они знали, что этот день приближался, и, честно говоря, обе его боялись. Так много всего нужно было сказать, и теперь, когда к делу добавлена ​​Малаика, все станет еще сложнее. Витани двигалась вперед, Малаика следовала за ней. Нала и Симба остались на месте, позволяя Витани подойти к ним. Через несколько секунд Витани и Нала столкнулись друг с другом.        — Витани, — проронила бывшая королева.        — Нала, — ответила младшая львица.        Симба смотрел между ними, между своей женой и двоюродной сестрой (и технической падчерицей). Король знал, что нужно было сказать, и знал, когда ему следует вмешаться.        Подойдя к ним поближе, Симба вмешался:        — Я думаю, вам двоим стоит зайти внутрь и немного уединиться.        И Нала, и Витани посмотрели на него с благодарностью в глазах. Жестом Нала ввела Витани внутрь, Малаика следовала за ней. Оглянувшись, львёнок посмотрел на Бхати. Лиса в это не вмешивалась, потому что это было делом кровных родственников. Но она успокаивающе посмотрела на детеныша. Этого Малаике было достаточно, чтобы пойти дальше. Оказавшись внутри, Нала и Витани посмотрели друг на друга. Младшая львица почувствовала, что дочка пряталась за ней. Похоже, что она хотела дать своей матери некоторую форму уединения, но в то же время оставаться с ней рядом.        — Я знаю, что тебе есть что сказать, — начала Нала.        — Позволь мне сначала сказать, — прервала её Витани.        Нала ничего не сказала и позволила дочери говорить, в равной степени исполненная ожиданием и страхом.        — Когда я впервые узнала, что ты моя настоящая мать, я разозлилась. Ты понятия не имеешь, каково это было, в Чужеземье. Как мы могли еле идти дальше. Зира не была идеальной, и теперь я знаю, что она приняла меня просто потому, что была одержима Скаром, но все же вырастила меня. Я раздиралась, кого считать своей матерью: того, кто отказался от меня, или того, кто считал меня призом?        — Витани, — произнесла Нала. Услышав об этом снова, она почувствовала себя виноватой. Рана отказа от первенца.        — Потом я подумала о Киаре и Кионе. О том, что у них будто должно было быть такое прекрасное детство. Будто они должны были быть любимыми и защищенными, на самом деле быть семьей. Честно говоря, это заставило меня ревновать, и я ненавидела тебя еще больше за то, что ты выбрала их.        Нала чувствовала, как на ее глазах выступали слабые следы слез.        — Позволь мне спросить тебя об этом, Нала: ты когда-нибудь думала обо мне, пока ты воспитывала их? — спросила Витани.        — Да, думала! Пожалуйста, поверь мне, думала. Как бы я ни хотела, я никогда не могла выбросить тебя из головы, — Нала смотрела на свою дочь перед собой, глядя на её теперь уже взрослую форму. Хотя она могла видеть оттенки Скара, она не могла отрицать свои следы. В основном это были глаза, ее же голубые глаза. — Послушай, Витани, я могу понять, если ты никогда не простишь мне то, что я сделала. Честно говоря, я могла бы даже принять это. Я просто хочу, чтобы ты знала, что словами не передать, как я счастлива видеть тебя. Я молилась королям каждую ночь, когда ты была в безопасности.        Витани пристально посмотрела в глаза матери.        — Знаешь, я изо всех сил пыталась простить тебя. Честно говоря, я думала, что никогда не смогу это сделать, но потом все изменилось, когда у меня появилась собственная дочь, — и тут Нала заметила детеныша, медленно пробивавшегося из-за Витани. — Это Малаика. Твоя… внучка. — указала львица на своего львёнка.        Нала смотрела на детеныша широко раскрытыми глазами. Малаика смущенно посмотрела на бабушку. Столько всего приходило ей в голову, но один вопрос поднимался над всеми остальными.        — Могу я называть Вас бабушкой?        Из Налы вырвался лёгкий смех.        — Конечно, дорогая! О, Витани, она такая прелесть!        Витани пришлось усмехнуться.        — Она моя гордость и радость.        Без предупреждения Малаика бросилась к Нале и они сразу же начали обниматься. Это зрелище только согревало сердце молодой матери. Было ясно, что Нала с нетерпением ждала этого момента. Конечно, если бы Витани осталась в стороне, Киара была бы первой, кто подарил ей радость быть бабушкой.        — Её отец… Был ли он бродягой? — спросила Нала, заметив отсутствие льва.        — Нет, мы были вместе, мы любили друг друга, но он умер, — грустно заметил бывший аутсайдер.        На Нале отразилось сочувствие.        — О, Витани, мне так жаль. Я искренне надеялась, что ты обретешь счастье.        — Да, и наша дочь — достаточное тому доказательство.        Малаика сияла, глядя на мать.        — Так мы можем остаться, мамочка? — спросила она.        Витани не могла удержаться от ответа:        — Не волнуйся, милая, это навсегда останется нашим новым домом.        Услышав это, Малаика обрадовалась.        — Ой, в ней определенно много духа, — гордо ответила Нала.        — Не знаю, откуда она это взяла, — с не меньшей гордостью заметила Витани. — Я не знаю, как все сложится между нами, Нала, но я готова попробовать.        Бывшая королева посмотрела на свою старшую дочь. Она знала, что мгновенные узы прощения не так легко сковать, но некоторые вещи требовали времени.        — Это было бы хорошо, Витани.

Немного позже…

       Витани слышала собравшихся внизу животных. Все пришли на презентацию. Это было не первое её посещение. Она и Нюка были там на презентации Киары, хотя и были скрыты от глаз, чтобы шпионить за новым наследником Симбы. Честно говоря, она задавалась вопросом, что бы почувствовала, если бы узнала, что шпионила за своей единоутробной сестрой. Теперь она снова здесь, официальный член королевской семьи.        И Малаика, и Бхати ушли в земли прайда, как утки в воду. Особенно её дочка. Она хорошо ладила со своей тетей Киарой и дядей Кову, но ничто не могло сравниться с узами, которые у нее были со своей бабушкой Налой. Было приятно видеть, что Малаика испытывала любовь бабушки, учитывая, что её другая бабушка, Джуни, умерла. Потом был Симба. Сначала Витани нервничала по поводу того, как он будет с ними взаимодействовать. В конце концов, она был результатом того, что его ненавистный дядя изнасиловал его тогда-ещё-не-жену, но, к удивлению Витани, Симба всем сердцем принял её как свою кузину и семью. Узы, которые у него были с Малаикой, были родственны дедушке, и Симба попросил её называть его именно так. Конечно, технически он был ее двоюродным братом, но это не имело значения. Он был женат на ее бабушке.        Затем, конечно, был её новый кузен Копа. Киара родила детеныша мужского пола, будущего короля земель прайда. Кову был горд, да и Витани тоже. Возможно, это было не то, что Зира планировала в точности, но окольными путями она исполнила свое желание.        Излишне говорить, что Бхати стала довольно дружелюбной с Тимоном и Пумбой. Сурикат и бородавочник имели много общего с ней: они были почетными дядями детей Симбы, а она — тетей Малаики. Витани все еще верила, что если бы они с Фараджи начали создавать свой собственный прайд, Бхати была бы их мажордомом. Было бы лишним уточнять, что у Малаики была своя доля друзей среди других львиц Скалы Прайда, а также львов. Сын Зури, Афуа, оказался самым большим поклонником Малаики, всегда сопровождал её и проявлял признаки привязанности. Это заставило Витани задуматься, что ждет Афуа в будущем, когда он станет взрослым. Также она думала и о Малаике. Она слышала, что браки по договоренности были обычным делом в королевской семье, а её дочь технически была принцессой.        Она снова обратила внимание, когда королевский маджузи, пожилой бабуин по имени Рафики, довел маленького Копу до края. Собравшиеся животные разразились аплодисментами, когда перед ними предстал принц Копа.        Так долго Витани искала свое место в мире. Теперь она его нашла. Она была дочерью, сестрой, матерью, львиной стражей, а теперь и тетей.        Кровь Скара могла течь внутри нее, но она создала свое собственное наследие.

Конец