Проклятая школа Госпожи Чон

      Донхёк и Джено заснули в обнимку, так и не открыв книгу. Сегодня суббота, а это значит, что у них выходной. После завтрака, школьники вернулись в комнату и, заперевшись изнутри, Джено достал книгу. Он зачем-то осмотрелся по сторонам и лишь потом открыл её. — Что это? — спросил Хёк, сидя напротив. — Это история школы, — ответил Джено, внимательно пробегая глазами по тексту. — Она была открыта в 1843 году, одной богатой американской помещицей, — Госпожой Мирисой Чон. Её мать была коренной уроженкой Техаса, а отец преступник в бегах, родом из Кореи.       Мать растила её одна, но когда девочке было шесть, она умерла от сердечной недостаточности. Несколько лет Мириса жила одна, не желая оказаться в приюте для сирот. В восемнадцать лет встретила первого мужа, с котором прожила до двадцати трёх лет. Детей не было, так как мужчина любил выпить и они еле сводили концы с концами. После того, как они расстались, она не состояла в отношениях с мужчинами вплоть до тридцати шести лет. За это время она успела сколотить неплохое состояние, торгуя недорогой одеждой, выпечкой и необходимыми в хозяйстве вещами. Благодаря недорогой, но качественной и вкусной продукции, быстро заняла лидирующие позиции, среди других акул предпринимательства. В тридцать шесть лет родила дочь — Стеффанию. Кто являлся отцом, женщина так и не призналась. В 1907 году переехала в Сан-Антонио, где и растила свою дочь. К сожалению, когда девушке было шестнадцать, она была изнасилована и убита.       Мириса была убита и несколько месяцев её никто не видел и не слышал. Ходили слухи о том, что она сошла с ума и повесилась, что не могло не радовать её конкурентов. Однако, в этом же году, Чон переехала в Корею и начала строительство школы для мальчиков. Через два года заведение открыло двери для мальчиков и парней всех сословий и материальных положений. — Слушай, ты уверен, что это важная информация? — Донхёк лениво смотрел на старшего, крепко сжимающего книгу в руках. — Не знаю, — ответил тот, пожимая плечами. — Я солидарен с Донхёком, — голос Джехёна раздался в комнате, словно гром среди ясного неба. За ним стоял Джон и не выражал абсолютно никаких эмоций. — Это не самое важное, что вам нужно знать. — Как вы сюда вошли? — Но незаметно напрягся. — Не важно, — Чон сел возле младшего, а Джон, заперев дверь снова, сел рядом с Хёком. — Нет, это важно! — Джено зло прожигал Юно взглядом. — Мы заперлись изнутри, как вы вошли?! Не можете же вы через стены проходить! — У меня есть ключ. — спокойно ответил студент. — Поверь, сейчас это не самое важное. — проговорил быстро Джехён, видя, что Ли хочет ещё что-то сказать. — В этой книге много фотографий, чисел учеников, имён и фамилий учителей и дофига событий. Главное, что вы должны узнать — Мириса не была такой невинной. Она построила это место не из благих намерений. Она, благодаря своим связям, узнала, что над её дочерью надругались выходцы из Кореи. Она выбирала парней случайным образом и мучила их: запирала в подвале и морила голодом, заставляла стоять босиком, в лёгкой одежде на морозе или дожде, избивала тростью или чем-то другим, более тяжёлым. Потом у неё появилась «комната ужасов» Был пыточный стул с шипами, оковы, чтобы подвешивать парней в воздухе. Ещё она насиловала их. Ну, вы поняли в каком смысле. — Но они не были виноваты в смерти её дочери, — произнёс Донхёк предельно тихо. — Её это не волновало, — ответил Юно. — Но почему никто не говорил об этом? — Джено, на метр отсевший от Хёна, не понимающе смотря в пол. — Боялись. Те, над кем Мириса издевалась, боялись получить больше наказаний, а другие боялись очутиться на их месте. Да и кто бы им поверил тогда? В глазах других она была ангелом. — А как узнали о ней? — Хёк, заинтересовано слушающий рассказ, поджал под себя ноги. — Одному ученику, которого она мучила, удалось сбежать. Предоставив в доказательство свои побои и с ним даже общался психолог, который сказал, что мальчик не врёт. Проверка не заставила себя долго ждать и «комната ужасов» была найдена. К слову, Мирисе на тот момент было семьдесят два года. Школу закрыли. Спустя пятнадцать лет она снова была открыта. Её открыл сын от первого брака. — Но у неё не было детей от первого брака, — Джено недовольно отвёл взгляд в сторону. — Был. Она родила его в возрасте двадцати лет, но отдала другой, более богатой семье. Никто не знал об этом. В общем, школа начала работать снова, но дом Мирисы вошёл в запретную зону школьной территории. Тот, кто заходил туда, через время бесследно пропадал. Тень Мирисы утаскивает в тьму, их которой выбраться невозможно. Никто не знает, как отправить её на тот свет. — А где находится комната ужасов? — Дон уложил голову рядом с плечом Джона. — В её доме. Кстати, Господин Чон тоже использовал её. Так уж получилось, что у него было психологическое расстройство, которое проявлялось в частом проявлении садизма. Он замучил до смерти детей из семьи алкоголиков, после чего закопал в лесу, недалеко от школы. — А как тень выбирает жертв? — Джено было не по себе, но он не позволял подвинуться к Джехёну, который был готов успокоить и утешить в своих объятиях младшего. — Тот, кто её видел, становиться её целью. — Юно увидел, как Ли-старший побледнел. — Что случилось? — Нет, ничего, — ответил тот. Хён схватил чёрноволосого и за воротник свитера притянул к себе. Но схватился своими руками за рукав старшего. — Не ври. — почти прорычал Чон. — Я её видел, — тихо прошептал тот, надеясь, что Юно ослабит хватку, но она стала только крепче. — Когда? — Дже выглядел, словно разъярённый зверь. — Я в первый день зашёлв запретную зону. Меня Чону оттуда увёл. Джхён, отпусти, пожалуйста, — Джено чувствовал нарастающую панику. — Ты видел её и столько молчал? — студент прижал школьника к полу. — Ты хоть понимаешь, что смерть за тобой по пятам ходит?! — Джехён, успокойся, — Джон начал оттаскивать друга от Ли. Джено отполз к Донхёку. — От куда ему было знать, что это? — Зачем ты вообще в это полез?! — не унимался Чон. — Из-за Марка! — Ноно жалостно смотрел на Юно. — Я чувствую, что он ещё живой. Я хочу его найти. Он мне очень дорог. — проговорил Дже, смотря в пол. Он подавил желание заплакать прямо здесь и прямо сейчас. — Мы обязательно тебе поможем, Джено, — с улыбкой сказал Джон. — Правда, Джехён? — Поможем, — ответил тот. — Простите, мне нужно проветриться. — он вышел из комнаты. — Я за ним, — Со встал, но Джено положил ему руку на плечо. — Я сам, — чёрноволосый вышел, оставляя американца и Донхёка наедине. Как только Ноно закрыл дверь, Джон повернулся к Хёку. Последний сжался до крошечных размеров. Американец за руки поднял младшего, смотря прямо в глаза. — Джон, — Ли почувствовал, как пальцы прошлись по рукам, а потом переместились на шею, проводя кончиками пальцев по ней. — Ты поступаешь не логично. Я же сказал, что не готов и не разобрался в своих чувствах. — Прости, — Со отошёл в сторону. — Я пойду. Ты зови, если что. — Хорошо, — ответил младший и американец покинул комнату.       Донхёк упал на кровать и тяжело вздохнул. Джено, Джонни, правда о школе разом навалились на него. Его терзало так много вопросов, особенно о Марке. Смогут ли они его найти? И если смогут, то что им будет стоить? А если Мириса утащит Джено и он больше никогда его не увидит? Чтобы не распускать нюни, он решил получше изучить книгу. Вдруг он сможет найти что-то действительно важное?       Джехён сидел на лавочке, смотря в небо. Холод пробирался под куртку, но Чон не обращал внимание на это. Он не рассчитывал на то, что будет так сложно. Юно понимал, что Джено теперь одной ногой на том свете. Если на Минхёна ему было всё равно, то на Джено нет. Он слишком сильно полюбил и привязался к этому мальчишке. В добавок, он втягивает Чону в это, а у него и так не самое лучшее положение. Еим очень добрый и сразу согласился, но вот только Дже видел ошейник, видел успокоительные, которые Ким пил пачками и слышал тихие, кричащие об помощи всхлипы. Но учитель никогда не жаловался. Лишь улыбался всем и иногда, очень редко, плакал в плечо Джехёну, сразу извиняясь за это. — Джехён, — Юно повернул голову и увидел младшего. — Я могу присесть? — Да, — чёрноволосый сел рядом. Вообще-то Чон зря на него накричал и наехал. Он знал о путешествии мальчишки в запретную зону с первого дня и о том, что он мог увидеть Мирису, тоже знал. — Я хотел извиниться, — тихо начал Ли. — Нет. — перебил того Хён. — Ты не должен извиняться. Я знал обо всём, я сам не понимаю, почему так сильно вспылил. Это я очень виноват перед тобой. Ты простишь меня? — Я не обижаюсь, — ответил Но. — Можно вопрос? — Конечно. — Почему ты сказал, что смерть ходит за мной по пятам? — Помнишь, когда ты был в библиотеке, ты выбежал, а я побежал за тобой? — младший кивнул. Так вот. Я только поднялся и зашёл за стеллаж, когда ты бросился прочь. Она стояла за тобой. — Она бы меня схватила? — спросил Джено, стараясь скрыть нарастающий страх. Он не хотел показаться слабым в глазах Юно. — Нет, — чёрноволосый отрицательно помотал головой. — Ты ещё слишком силён, чтобы утащить тебя. — В смысле слишком сильный? — непонимающе поинтересовался Ли. — Мириса хоть и опасна, не сильно могущественна. Она тень, которая свободна только ночью. Сначала она измотает тебя кошмарами, из-за которых у тебя будет бессонница, а потом заберёт твой аппетит. Когда твоя жизнь станет похожей на серое существование, то она будет сильнее тебя и ты не сможешь защищаться. Только тогда она заберёт тебя в тьму, понял? — Да…       Школьник и студент посидели ещё минут двадцать в тишине и разошлись в комнаты.       Джено поделился с Донхёком тем, что ему рассказал Джехён. Его уже мучили кошмары, но объятия Донхёка успокаивали и грели его. Младший мило улыбнулся, расставляя руки в сторону, приглашая старшего в те самые объятия Хёка, прижимая Ли к кровати. Он опёрся руками, нависая над Доном и смотря прямо в глаза. Между ними повисла напряжённая тишина. — Ты очень красивый, — сказал Донхёк, смотря в глубь чужих глаз. — Ты себя вообще видел? Ты словно произведение искусства. — ответид тот, наклоняясь близко к лицу. — Ты так думаешь? — русоволосый переместил свои ладошки на крепкую грудь. — Хёки, ты что, соблазняешь меня? — Может быть… — Ноно сжал чужую ягодицу в ладони, а потом шлёпнул по ней, отстраняясь. — Не шали, Хёки, — Дже показал язык. За это в него прилетело подушкой. — Ты бросаешь мне вызов? — Дон кивнул. Джено вооружаясь подушкой и начался вселенский бой подушками.       После этого, парни сходили на ужин, где перекидывались взглядами со старшими, которые подмигивали не стесняясь других. Когда они покушали, то приняли душ и легли спать. Пожелав спокойной ночи, ребята отвернулись, думая каждый о своём. Каждый засыпал с животным страхом сердце и холодным потом на лбу.