Пососи моей крови

– Это Вы убили всех этих людей? – обречённо спросил Шнайдер – Ага, – отозвался Рихард – Прикинь, какой я злодей! – он оттянул зубами в сторону воротник на рубашке своей жертвы и нежно поцеловал в плечо – Почему же нет улик? – Какой же ты вкусный... – простонал Рихард, игнорируя его вопрос – Как ты ещё не съел сам себя? Шнайдер был избавлен ото всей одежды, которая только мешала ему расслабиться. Рихард снова поцеловал свою жертву, размазывая кровь по губам. – Не хочешь ли минет перед смертью? – с улыбкой продолжил он. Шнайдер посмотрел из под полуопущенных век. Голова кружилась, он уже ничего не соображал. Но, проведя рукой по шее, он почувствовал, что ранка моментально заросла. Рихард спустился губами ниже, целуя его живот. – У тебя классный пресс, – произнёс он, щекоча его пупок кончиком языка. Шнайдер взглянул вниз и увидел, как Рихард берёт в руку его член и лижет его, глядя в глаза. Член моментально напрягся, Рихард взял его в рот, и начал ритмично отсасывать Шнайдеру. Тот изогнулся в пояснице и зашептал: «Нет! Нет! Пожалуйста! Нет!» – Что нет? Отпустить тебя? Не убивать? Не насиловать? – Нет, пожалуйста, не так быстро! Я не хочу слишком быстро кончить! Дайте мне растянуть удовольствие... – Тогда давай, ты мне. Он встал на колени перед лицом Шнайдера и засунул член глубоко ему в рот, прижав его голову рукой ко своей промежности. Кристоф застонал, даже не пытаясь вырваться. Тогда Рихард начал ритмично двигать бёдрами, трахая его в глотку и глубоко натягивая. Не вынимая член из его рта он спросил: «Куда мне кончить? В рот тебе или сначала трахнуть в попку?» Шнайдер попытался ответить, но его рот был занят, пришлось дождаться, пока любовник позволит перевести дыхание. – Хочу ваш член в попку, – ответил он. – Какой бесстыдник! – Рихард согнул его ноги в коленях и раздвинул их, потом нанёс смазку и стал растягивать его дырочку пальцем. Шнайдер начал подмахивать, насаживаясь на палец. – Уже так возбудился? – Вы меня с ума сводите – Я нравлюсь тебе? – Безумно... Рихард поцеловал его и резко въехал на всю длину. Шнайдер закричал от боли, но положил руки на ягодицы Рихарда и стал толкать его в себя, заставляя входить глубже. – Как хорошо, что мы одни в лесу, – промурлыкал ему на ушко Рихард – Можно покричать... – Я скоро кончу, – прошептал Шнайдер – Что, без рук? – Да – Нет, подрочи себе, хочу это видеть Шнайдер подчинился, и скоро его тело сотрясла судорога оргазма. Рихард прижался к нему и кончил внутрь. – Ты чудо, малыш, – сказал он. Шнайдер почувствовал, как сперма вытекает из его дырочки. Рихард откинулся на подушку и стал шарится рукой по тумбочке в поисках сигарет. Он закурил, смотря куда-то перед собой. Шнайдер потянулся губами к сигарете и затянулся. – Если у тебя есть какие-то ещё дела сегодня, то можешь идти, сказал Рихард – Вы же сказали, что убьёте меня – Я пошутил Шнайдер пошёл в душ, но слишком долго там отмокал, пытаясь прийти в себя, за что был наказан прямо в душе. Окончательно вымотанный сексом, он, наконец-то, сам попросился домой. Рихард отпустил его. Дома он принялся за статью, хоть и понимал, что новостной портал не опубликует её. Он предложил материал в издание об ужасах и мистике, не пожалев даже интимных подробностей свидания с вампиром, где его радостно приняли, но, разумеется, никто не поверил, что это правда. Ему прислали скудный гонорар, позволивший журналисту оплатить наконец задолженность по коммунальным платежам. Редактор же новостного портала был им недоволен, а о выплате долга по зарплате не было и речи. Несколько дней Шнайдер был занят статьёй, договорами о гонораре и разборками с начальством, что почти даже не думал о Рихарде. Он боялся думать о Рихарде. Меж тем, с журналистом творилось что-то странное. Его преследовала повышенная температура и головокружение, мысли путались, а к концу третьего дня начались боли в мышцах и ломота в суставах. Оставшись один и получив, наконец, возможность подумать и проанализировать свои чувства, он вдруг понял, что хочет Рихарда до одури, что готов умереть за ещё один день с ним. Он вдруг понял, что всё это время сексуальные образы просто преследовали его, он постоянно видел перед мысленным взором Рихарда в развратных позах, вспоминал ощущение его члена внутри и его укусов в шею, которые теперь вспоминались, как нечто безумно приятное. И если раньше ему было страшно, что вампир приведёт свой приговор в исполнение, то теперь он больше всего боялся, что Рихард успел потерять к нему интерес. Сразу после работы он заехал за бутылкой вина и цветами и устремился к лесу. Он позвонил в дверь, снова ощущая, что сердце бешено колотится в груди.