Райский подъем

— Прошу, не отпускай руку, Цезарь! — ДжоДжо выкрикнул это уже тринадцатый раз, в то время как его пытались аккуратно затащить на край колонны. — Ни за что! — Цезарь, потерявший всякое терпение, резко дернул тело под сто килограммов на себя и завалился на спину. Джозеф от такого толчка заскочил на горизонтальную поверхность пола, по которой успел соскучиться за время адского подъема по колонне, и рухнул аккурат между бедер своего товарища. Придавив того всей своей тяжестью. Голова приземлилась на часто вздымающуюся грудь. — Ни за что, — уже шепотом опираясь на локти и пытаясь сложить дрожащие от перенапряжения руки на спине спасённого, проговорил Цеппели несколько раз.       Джозеф тоже пытался успокоить дыхание, но ему это давалось в разы сложнее из-за маски. Про себя он еще раз чертыхнулся: «Да что ты о себе возомнила, чертова стерва?! Я ей отомщу, обязательно отомщу». Ехидная улыбка на мгновение расплылась на его физиономии, даже скрытая половина лица не могла помешать разглядеть, что он что-то задумал. Но стоило ему поднять голову на шепот, доносившийся сверху, почувствовать чужие горячие руки у себя на спине и встретиться взглядом с изумрудными глазами, как его лицо сразу разгладилось. Цезарь еще унимал свои руки и дыхание. Он казался немного обеспокоенным, однако в ответ на взгляд друга устало, но все равно счастливо, улыбнулся и опустился корпусом на пол. — Долго вы собрались валяться и пачкать пол маслом? — Лиза Лиза одарила учеников ухмылкой — Тут есть душевые, там вы найдете все необходимое, — мастер хамона указала лестницу, уходящую еще выше, под самую крышу башни. — Живо отмывайтесь, у нас полно работы. Я буду ждать вас на балконе, — она смерила их взглядом и спешно удалилась, стуча каблуками. — У, стерва, — пробурчал Джостар с такой недовольной гримасой на лице, будто его окатили помоями. Он буквально выскользнул из объятий товарища, поднялся и расправил плечи. Потоптался на месте, словно привыкая к тому, что ему теперь надо ходить, а не карабкаться по гигантской масляной колонне. Теперь уже Джоджо протянул руку помощи широко улыбаясь под маской. — Отличная работа, Цезарь-чан! — Ты тоже неплохо справился, дурень, — итальянец подмигнул и крепко ухватился за протянутую руку. Поднявшись, он провел рукой по волосам собирая и стряхивая масло. – Фу, мы и правда, как парочка залежавшихся во фритюре пончиков. Откуда они вообще его столько взяли? — Зато оно отлично подчеркивает мои прекрасные мышцы, — для подтверждения своих слов Джозеф встал в «модельную» позу: согнул правую ногу в колене, оттопырив зад, а согнутые в локтях руки закинул на затылок. Кроп-топ потянулся вверх вслед за руками, оголяя сильнее идеальные кубики пресса, по которым стекала маслянистая жижа. При этом молодой культурист придал своему лицу самый серьезный вид, какой только мог, будто он и правда позирует для конкурса бодибилдеров. Цеппели хоть на мгновение и залюбовался прекрасным телом, контуры которого не просто сверкали в лучах солнца, а ослепляли, отражая свет прямо в глаза смотрящего, но не удержался и прыснул от смеха. — Да… к такой фигуре рожу бы посимпатичнее и все награды в конкурсах красоты были бы твоими. — Ха-ха, — Джостар сдвинул брови и смерил друга грозным взглядом. — Мог бы сказать что-нибудь поприятнее. Ладно пойдем скорее в душ.       Они поплелись в сторону лестницы немножко пошатываясь, руки у них практически болтались. Сказывалась напряженная физическая нагрузка, которая даже для таких атлетов — тяжкое испытание.       Душевая комната — достаточно тесное помещение, разделенное на две зоны: три душа, разграниченные стенками без каких-либо шторок и раздевалка с несколькими скамейками и крючками для одежды. На скамейках лежали две аккуратно сложенные стопки сменной одежды и два полотенца. — Надеюсь, вещи отстираются. Это мои любимые штаны, — блондин с горечью в голосе огладил себя по бедрам, присаживаясь на край скамьи. Он неспешно снял обувь и перчатки, стянул с себя подтяжки, а затем и вовсе их отстегнул. Вдруг за своей спиной Цезарь услышал плеск воды, обернувшись на который он увидел по полной намыливающегося Джозефа полностью в одежде. — Нет, ДжоДжо, ты дурак или да? Ты как с себя стянешь теперь сырые, пропитанные маслом вещи? ¬– А что мне перед тобой голой задницей щеголять? Знаю я таких ловеласов как ты. Пристанешь еще, — парировал чудик весь в пене. — За вещи не беспокойся, они так и постираются заодно, — Он попытался подмигнуть, но мыло попало в глаза, так что брюнет взвизгнул и заметался в душе подставляя лицо под струи воды. Блондин же только тяжко вздохнул: –Pirla.*       Цеппели снял повязку и бережно положил ее рядом с подтяжками, затем встал и одним легким движением стянул с себя футболку ровно в тот момент, когда его придурковатый товарищ промыл глаза и теперь ничто не мешало ему рассматривать торс человека напротив. С золотистых волос стекали, блестя и переливаясь, крупные капли масла на крепкую грудь и скатывались еще ниже. Джоджо уставился в оба глаза и нервно сглотнул: «Идея обмазаться маслом и правда отличная. Неужели я выглядел так же горячо. Черт, Цезарь прекрасен, когда не мучает меня своим занудством». Цезарь же тем временем без тени стыда стянул с себя брюки вместе с бельем, так же ровно сложил рядом с остальными вещами и направился в соседнюю душевую, не замечая уже откровенно заинтересованный взгляд из-под пенной шапки или делая вид, что ему все равно. Стоило только повернуть вентили, как снова раздался вскрик: — Oh my God! Ты мне зад обжог! Да что не так с этими смесителями?! — Сhiedo scusa (прим. Прошу прощения итал.). А вообще поделом тебе, — хихикнул итальянец, растирая мыло по рукам и пеня его. — Как успехи с отмывкой и стиркой?  — Отвратительно. Ничего не выходит, — из соседней кабинки показалась темная мокрая голова. — Масло не оттирается, а теперь я еще и одежду снять не могу. — грустный вздох– Ты был прав. –Ха, глупый ДжоДжо. Тебе следует слушать старших и серьезнее относиться к их советам. Так уж и быть, иди сюда, я помогу тебе. Хорошо, хоть перчатки додумался снять, — как только Джозеф приблизился и поднял руки, Цеппели уверенно подхватил края прилипшего топа и с силой потянул на себя. Вслед за тканью по телу скользили ловкие пальцы и взгляд внимательных изумрудных глаз. Несмотря на остывающую на коже воду, им обоим становилось жарко. Общими усилиями парни наконец-то стянули верх, хотя его владелец еле стоял на ногах от усталости. — Теперь штаны. Почему они вообще такие узкие? — старший оглядел уже расстегнутые и слегка приспущенные брюки, взялся за пояс и стал тянуть вниз. Друг не слишком то помогал, просто дергал ткань из стороны в сторону, так что дважды спасителю пришлось встать для опоры на колено. –Ох, Цезарь-чан, не думал, что ты захочешь перепрыгнуть все стадии отношений сразу до предложения руки и сердца, — хохотнул Джостар и застыл, откровенно разглядывая своего помощника с такого интересного ракурса, он ведь был полностью голый, в масле, да еще и лицом напротив набирающего мощь от происходящего члена. Ему неимоверно захотелось запустить одну руку в золотые пряди, а другой взять за подбородок и заставить посмотреть в глаза. Волна мурашек пробежала по загривку к лопаткам, спряталась где-то глубоко в теле и всколыхнулась в паху. Щеки зарделись румянцем, а член дрогнул. — Почти закончил, — штанины были уже на лодыжках. Сподручный, выполняющий всю работу за хозяина злополучных штанов, будто читая мысли поднял голову и встретился с немного затуманенным взглядом. — Все в порядке, ДжоДжо? — он заметил его румянец и облизнул нижнюю губу. Одним движением Цезарь стянул остатки. Через штаны осталось только перешагнуть. — Вот и все. Теперь ты справишься сам, — с этими словами он встал в полный рост и неотрывно глядя в глаза Джозефу, запустил два пальца под резинку трусов, слегка оттянул и отпустил. Под плеск воды раздался щелчок, но никто не отреагировал. Они застыли на расстоянии ладони, так близко, что можно было почувствовать жар тел друг друга.       Наконец ДжоДжо пошевелился и, прочистив горло, произнес: –Спасибо, дружище, — ладонь легла на мощное плечо и слегка сжала его. — Как я могу отблагодарить своего спасителя? — ладонь уже поглаживала плечо поднимаясь к шее, с каждым движением лишь подогревая нетерпение своего владельца и утяжеляя член. — Хочешь разомну тебе мышцы, не пропадать же масличку? — С чего такая забота? — Я видел, как у тебя руки дрожали после того, как вытащил меня. Видимо для тебя пока такой вес великоват, стоит потренироваться еще. — Джостар опять просиял насмешливой улыбкой. — Vaffancúlo (прим. Иди в задницу итал.) — огрызнулся в ответ Цеппели. — Я занимаюсь больше тебя. — Остынь, я все равно не понимаю на итальянском ничего кроме: Мама Мия, грациес и белиссимо. И, надеюсь, услышать эти слова от тебя в более интересном контексте. — на этих словах парень стянул с себя трусы гордо демонстрируя свое внушительное хозяйство в состоянии готовности.       Цезарь аж приоткрыл рот от удивления, такого поворота событий он не ожидал, хотя и не был против. В следующую секунду его уже притянули за талию. Пенисы слегка столкнулись, посылая разряд почти как от хамона в головы. Оба парня шумно выдохнули после такого. Рука Джоджо сместилась с шеи на ключицу, а затем и на грудь, второй рукой он оглаживал мускулистую спину. — Как бы я хотел сейчас поцеловать тебя взасос, Цезарь! Гребаная стерва все испортила! — раздосадованно простонал брюнет, когда руки его товарища не церемонясь легли на ягодицы слегка сжимая их. — Согласен. Так бы ты заткнулся хотя бы на пару минут, — издевательски, но от этого не менее соблазнительно итальянец улыбнулся, глядя прямо в глубокие, слегка прикрытые зеленые глаза. — Ха-ха! Зато твой рот ничем не занят. Пока. Но ты можешь испытать себя на моей колонне, — ухмыльнулся и сразу томно выдохнул Джозеф, когда чужой язык прошелся от впадинки над ключицей до угла челюсти.       Они уже откровенно жадно лапали друг друга. Скользя руками по напряженным мышцам, разминая их, делая пластичными как разогретый воск.       Полностью вставшие члены, прижимаясь к животам, истекали предэякулятом от жаркого соприкосновения. Цезарь страстно целовал шею и грудь, слегка прикусывая и посасывая кожу. Джозеф пытался не задохнуться от обуревающих эмоций и ощущений. Одну руку он протиснул между телами и крепко ухватился сразу за два фаллоса, буквально вжимая один в другой. Оба не смогли сдержать стонов удовольствия. Головы отключились окончательно, а ноги стали подкашиваться, стоило сделать первое скользящее движение вверх-вниз по чувствительной плоти. Бархат кожи краснел под крепкой хваткой. К звуку разбивающихся об пол капель добавилось смачное чавканье и мужественные стоны. В дополнительной смазке не было нужды: масло и предсемя отлично справлялись. Блондин положил голову на широкое плечо напротив, а пальцами слега сжал чужие соски, в ответ он получил еще более протяжное: «ааах», чем все, что были до этого. Рука на членах двигалась уже с бешеной скоростью, разливающийся по телам вдруг собрался внизу животов. — Mamma Mia! — Цезарь неожиданно прикусил ключицу, чтобы на звуки его оргазма не сбежались все мастера хамона в округе, и излился на торс Джозефа, который в отличии от него через пару движений кончил, буквально залив собственную руку и чужой пресс спермой, с громким рыком.       Еще несколько мгновений «друзья» простояли в объятьях пытаясь восстановить дыхание. — Будем считать, мы в расчете за оба твоих вызволения, — Цезарь, прикрыв глаза, чмокнул ДжоДжо в маску. — Так много. Сколько ты воздерживался? — Чуть больше, чем 61 час, — не смущаясь ответил брюнет. Цезарь лишь немного удивленно уставился на него. — Теперь сталось рассчитаться с этой стервой, — зло произнес Джостар, наконец отлипая и собирая с животов семя, которое тут же унесло с водой в слив. — Но перед этим надо все-таки отмыться от этого чертового масла. — Похоже оно оливковое. Я распробовал пока тебя облизывал, — улыбнулся Цеппели, заходя в одну душевую с товарищем. — Если поможем друг другу, отделаемся от него быстрее.

***

      Лиза Лиза достала сигарету и нервно затянулась. — Что можно так долго делать в душе?! Чертовы придурки, — беззлобно произнесла сенсей и взглянула на часы. *прим. Придурок итал.