Возвращение из Тартара

Дереку нравился Хотч. Он не только уважал этого человека, но и любил его как личность и как лидера их команды. Он был суровым руководителем? Конечно. Был ли он почти всегда болезненно серьёзен? Кто не был бы с такой работой, как у них? Будет ли Дерек относиться к некоторым вещам по-другому? Можете даже не сомневаться. Тем не менее, в конце концов, Дерек не мог представить себе лучшего начальника подразделения ОПА. После всего сказанного у Дерека возникло отчетливое желание придушить своего босса по телефону. Видит ли он её? Да, спасибо, было бы приятно узнать, что она уехала и не вызвала никакого подкрепления. Кипя от злости, он вышел из машины с телефоном в руке. — Да, — прорычал он. — Мы в одной улице от дома Миллера, она в пределах моей видимости, но поторопись с подкреплением. — Мы приедем как можно скорее, — пообещал Хотч, как всегда практичный. Дерек повесил трубку и последовал за детективом Деккер, ругаясь себе под нос. Быстрыми шагами он догнал её. — Детектив, — прошипел он. — Что вы делаете? — Расписки недостаточно для судебного приказа, — тихо ответила она. — Но мы должны убедиться, что женщины здесь. — Конечно, но приходить сюда в одиночку опасно, — резко возразил он, всё ещё чувствуя боль от того случая с амбициозным агентом Джилл Моррис, чьи опрометчивые действия чуть не убили её. Он был совершенно уверен, что детектив Деккер более осторожна. Он знал, что у неё есть ребёнок, что она привыкла работать с напарником, даже если детектив Коллинз чаще всего подчинялся ей; и она не взяла его с собой сюда, что было необычно и тревожно. Однако амбиции, похоже, не двигали её мотивацией. Она явно не была счастлива работать с ФБР, но это могло быть её территорией, а не потому, что она боялась, что они припишут заслуги себе, если дело пойдёт хорошо. В отличие от Эспинозы, она, похоже, считала, что полиция Лос-Анджелеса прекрасно справится с этим делом. Это могло быть правдой, хотя помощь ОПА, конечно, не помешала. Это всё ещё не объясняло, почему она пришла сюда одна. Это говорило о некоторых глубоко укоренившихся проблемах, когда дело доходило до потери контроля. — Я справлюсь. Этих людей нужно остановить. Дело было не только в потере контроля. Очевидно, она считала, что только она может справиться с ситуацией. — Послушайте, моя команда уже едет сюда вместе с детективами Эспинозой и Коллинзом. Эти Субъекты процветают за счёт контроля, и прямо сейчас они сходят с ума, потому что откусили больше, чем могут прожевать. Они, не колеблясь, убьют женщин, как только поймут, что мы действительно на них напали, — сквозь стиснутые зубы объяснил уроженец Чикаго. — Или они снова их переведут, и мы не только не найдём ничего, кроме трупов, но и не будем иметь никаких доказательств, чтобы арестовать этих людей, — возразила она. — У нас есть доказательства ДНК. Они не уйдут, детектив. — Нет, не уйдут, — подтвердила она и продолжила идти к дому. Ругаясь себе под нос и не желая отпускать её в одиночку, он расстегнул кобуру пистолета, но не стал вынимать оружие. — Их пятеро, а нас двое, — прошипел Дерек. — Давай будем осторожны. Они подошли к дому, и Дерек, отбросив все сомнения, сосредоточился на работе. — Полиция Лос-Анджелеса, мистер Миллер! Откройте дверь, — приказала детектив Деккер, постучав в парадную дверь. — Мы хотели бы поговорить с вами, — ничего не произошло. У них не было ни ордера, ни чего-либо ещё. Это было опасно. — Мистер Миллер? — Не тот дом, сука, — раздался голос у них за спиной. — Прескотт был более чем готов обменять свою дерьмовую собственность на мою. Руки вверх и медленно повернитесь. Там стояли двое мужчин, и на лбу у них с таким же успехом могло быть написано «Покорный». Миллер, казалось, говорил о большой игре, но язык его тела кричал о неуверенности. Другой парень, единственный из всей стаи, кого ещё не опознали, был скрытен. Тем не менее, они оба держали оружие, поэтому Дерек был осторожен, чтобы не делать резких движений. — Любое лишнее движение, и я продырявлю вас насквозь, — пригрозил Миллер, а затем велел им положить оружие на землю и перейти улицу, не поднимая шума. Они привели их в дом, где их ждали трое мужчин в масках. Дерек глубоко вздохнул. Это были хищники. Одно неверное движение — и они нанесут удар. Учитывая динамику стаи и волнение, которое пришло с ней, могло случиться всё, что угодно. К счастью, у них был особый тип, и детектив Деккер к нему не относилась. Дерек почувствовал на себе чей-то взгляд и напрягся. Неизвестный парень жадно разглядывал его. — Продолжайте, — сказал один из людей в масках. — Я знаю, что ты хочешь схватить кого-нибудь за задницу, пидор. — Я не понимаю о чём ты говоришь, — пробормотал неизвестный парень, вздрогнув. Человек в маске бросился вперёд и оттолкнул другого человека в сторону, однако, прежде чем Деккер или Дерек успели сделать хоть шаг, на них был направлен ещё один пистолет. — Ну же! Ты думаешь, я глупый? Думаешь, я не заметил, как ты на меня смотришь? Ты бесполезен. В любом случае, когда-нибудь думал о какой-нибудь милой полицейской заднице? Это твой шанс. Дерек почувствовал, как ускорилось его собственное сердцебиение. Только сегодня он разворошил осиное гнездо, которое было его прошлым с Бьюфордом — будь он проклят, если кто-нибудь снова прикоснётся к нему без согласия. — Мы знаем, кто ты, Флетчер, — пригрозила Деккер, и Дерек в отчаянии закрыл глаза. Он знал, что она надеялась запугать их этим, но на самом деле она только что подписала себе смертный приговор. — Полиция прибудет в любой момент и арестует вас. — Я думаю, они будут слишком отвлечены, пытаясь спасти тебя и двух шлюх, — сказал один из двух других мужчин в масках. — К тому времени, как они прибудут, нас уже не будет. Он был силён; он резко толкнул детектива Деккер в гостиную, где у них, вероятно, был ещё один подвал. Дерек не мог пойти за ней, чтобы помочь. Ещё не опознанный Субъект подошёл ближе, и агенту ФБР захотелось ударить его прямо в челюсть, но он не мог, если не хотел рисковать быть мгновенно застреленным. Мерзавец прижался всем телом к Дереку, и в ответ невольная дрожь сотрясла всё его тело. — О, тебе это нравится? — прошептал мерзавец. — Ты такая же шлюха, как и цыпочки. Дерек был так возмущён, что его чуть не вырвало в ответ. К счастью, Флетчер знал, как мало у них времени, и резко оттащил Субъекта, бросив его на землю. — Он мой! — заскулил Субъект, быстро поднялся с земли и неумело попытался схватить своего доминирующего партнёра. Дерек просто знал, что это не закончится хорошо. — Довольно! — скомандовал Флетчер. — С меня хватит, — и он просто застрелил его. За этим последовала оглушающая тишина, прежде чем один из людей в маске завопил: — Какого хрена ты делаешь, чувак?! — Расслабься, кузен. Всё под контролем, — с этими словами он выстрелил и в Миллера, заставив Уорда вздрогнуть, а Вудса громко выругаться. — Я только что устранил возможные утечки. Ты можешь сдать нас, сынок? Потому что теперь мы убиваем копов. Сначала эти двое, потом мы разберёмся с сукой, которая подписала Ларри смертный приговор, а потом уйдём. Вудс внимательно посмотрел на него и кивнул. Он убрал ковёр, открыл люк и велел Деккер спускаться. Когда она отказалась, Уорд и Вудс грубо схватили её и бросили на землю. Дерек знал, что лучше не сопротивляться. Флетчер просто пристрелит его. Он спустился по лестнице и увидел, как Деккер, уже покрытая синяками и явно страдающая от боли, встаёт и проверяет двух прикованных женщин. Ничего себе, эта детектив может вытерпеть такое! Потребовалось много силы воли, чтобы встать после этого падения и немедленно вернуться в режим полицейского. Люк закрылся так резко, что Дерек едва успел пригнуть голову. Он осторожно подошёл к двум женщинам, Сандре Уилкинс и Кларе Хардинг, представившись агентом ФБР. — Вас тоже схватили? — хрипло спросила Сандра, её щеки пылали, а глаза опухли, как будто она плакала до изнеможения. — Мы выберемся отсюда, — спокойно заверила её детектив Деккер. Она хромала, но, похоже, сильно не пострадала. Они услышали грохот сверху и отчетливый звук разливаемой повсюду жидкости, некоторые капли падали сквозь щели. Запах было невозможно спутать. — Они поджигают дом, — выдохнула Деккер, широко раскрыв глаза. Она схватила свой телефон, который, как ни странно, они не забрали ни у одного из них, но, конечно, там не было приёма. — Они хотят сжечь нас заживо. — Нет, мы — средство для достижения цели, — возразил Дерек. — Отвлекающий манёвр, чтобы они могли уйти, — он взял рацию, связь на которой была лучше, чем на обычном сотовом, и с облегчением услышал Хотча на другом конце, хотя треск означал, что только часть его сообщения будет передана. — Хотч, мы в доме Прескотта. Миллер — один из преступников. Они заманили нас в ловушку и поджигают дом… Ревущий звук пылающего огня и грохот небольших взрывов почти оглушили его; Сандра и Клара отчаянно закричали. — Мы живы, но они уходят. Скорее! — Всё, что он получил в ответ, было статикой, и он молился Богу, чтобы его послание прошло. Детектив быстро взобралась по лестнице и попыталась открыть люк, но это было бесполезно, так как он был заперт снаружи. — Дерьмо! — прошипела Деккер, но она всё ещё сдерживалась, удивительно спокойная перед лицом опасности. Дерек подошёл к двум женщинам, которых детектив успешно освободила. — Всё будет хорошо. Помощь уже в пути, дамы, — спокойно начал он. Паника их никуда не приведёт. — Эти стены прочные. Это может звучать плохо с точки зрения побега, но это защитит нас от огня. Этот люк сделан из цельного дерева, так что пройдёт некоторое время, прежде чем он прогорит. Вдыхание дыма было бы более значимой проблемой. Это действительно говорило о стремлении его младшего коллеги поделиться информацией, что голос Рида всплыл в его голове, объясняя ему, что огонь поглощает кислород и выделяет угарный газ, который был более чем смертельным. Важно было сохранять спокойствие и дышать как можно реже. Они не могли пробиться сквозь стены подвала. Всё, на что они могли надеяться, это то, что Хотч получил его сообщение, и что пожарные прибудут вовремя. Они слышали, как над ними ревел огонь, и дым начал проникать сквозь щели. Чтобы успокоить двух травмированных дам, он начал расспрашивать их о том, что произошло. Не то чтобы разговоры о похищении и ужасе изнасилования были более забавными, но теперь им грозила неминуемая смерть, и его интервью могло создать у них впечатление, что всё под контролем. Честно говоря, он использовал эту слишком знакомую рутину, чтобы оставаться спокойным. Детектив Деккер присоединилась к нему для допроса, а затем пробормотал ему на ухо, что, даже если они смогут открыть дверь, они окажутся в ловушке. Огонь потрескивал над ними, и кислород начал медленно заканчиваться. У него болело горло, а в лёгких было что-то вроде иголок и булавок от вдыхания дыма. Потом он услышал что-то ещё. Может быть, голос? — Мы здесь! — крикнул он, и три женщины тут же подхватили его крик. Люк открылся и закрылся в мгновение ока, и Дерек почти подумал, что в воздухе так мало кислорода, что у него начались галлюцинации, но тело другого человека рядом с ним говорило совершенно о другом. Это был Люцифер: он сбросил пиджак, но всё ещё был одет в дорогую белую рубашку и чёрные брюки. От него пахло серой и дымом. В тусклом свете подвала его глаза выглядели такими тёмными, что казались чёрными. — Вы не можете уйти этим путём, — сказал он небрежно, указывая на дверь, через которую вошёл. — Этот огонь голоден и родился из истинно злого умысла. Он не остановится, пока дом не рухнет. Его дыхательные пути не казались обожженными или как-то иначе повреждёнными, даже его рубашка казалась прекрасной, и Дерек внезапно почувствовал себя очень, очень глупо. Пока всё происходило с Бьюфордом, он умолял Бога о помощи; помощи, которая так и не пришла, поэтому в четырнадцать лет он решил, что Бога нет. Тем не менее, работая с ОПА, с Гидеоном и Росси, верящими в высшую силу, часть Дерека всегда задавалась вопросом, будет ли такая вера утешать или опустошать его, если годы работы научили их чему-то, чего он ещё не знал. Отрицать существование божественного было бесполезно перед лицом самого дьявола, но Дерек всё ещё не был уверен, утешает ли это его или разрушает весь его мир. Излишне говорить, что Люцифер Морнингстар был не дьяволом из католицизма, а более старыми версиями, о которых говорил Рид: олицетворением справедливости и падшим ангелом Света, почти суровым и жестоким в своей попытке оттащить женщину от края смерти. Дерек видел это вчера на балконе, но ему так отчаянно хотелось поверить в оптическую иллюзию. Агент ФБР, родившийся в Чикаго, знал, что ему, вероятно, следует бояться, но всё, о чем он мог думать, был тот игривый, кокетливый взгляд, который мгновенно стал серьёзным, как только Дерек дал малейший намёк на дискомфорт. Этот человек-ангел-личность перед ним может быть скор на гнев, но он не набрасывался на людей. — Агент Морган? — тихо спросил Люцифер (да, тот самый Люцифер). — Клянусь, я не причиню вам вреда. — Хорошо, — услышал Дерек свой хриплый ответ. Последовавший за этим приступ кашля напомнил ему, что у него нет времени паниковать. — Ладно, как нам выбраться? Ты не можешь просто… потушить его? Что, чёрт возьми, он только что сказал? «Ад реален.» Этой мысли было почти достаточно, чтобы довести его до истерики, но он был профессионалом, чёрт возьми — «чёрт возьми, ха–ха, очень забавный Дерек» — и он будет держать себя в руках. Позже. Он подумает об этом позже. — Да, но это убьёт тебя, — ответил Люцифер небрежно, как будто говорил о чём-то обыденном и скучном, как программа какого-то малоизвестного телевизионного канала. — Огонь — это Свет, и Вы — Свет, или… — продолжал он, — объясните это с точки зрения физики: чтобы остановить огонь, мне нужно лишить здание кислорода, и вы задохнетесь в процессе. — Как же нам выбраться? — Я слышу воду. Вон река, которую слышала мисс Тревор, — сказал он, указывая на южную стену подвала. — Но в этом направлении есть туннель, — продолжал он, указывая на противоположную стену, выходящую на улицу. — Там есть вода. Канализация, наверное. Я мог бы разрушить стену. Если он был хотя бы наполовину столь же хорош в разрушении стен, как и в разрушении мировоззрения Дерека, то они были в полной безопасности. Тем не менее, ему пришлось спросить: — Послушайте, я не знаю, как много вы знаете о строительстве объектов… — Ничего, мой дорогой агент, и любой совет был бы в ваших интересах. Как он мог говорить так бодро? Но затем натренированные глаза Дерека, единственная его часть, которая не дрожала где-то в углу, заметили нерешительность в глазах владельца клуба, как будто он был так же напуган его реакцией, как Дерек был близок к истерике. И эта мысль напомнила ему, что дьявол владел клубом в Городе Ангелов, но тогда Люцифер был ангелом… Можно ли это назвать иронией или он в буквальном смысле живёт в единственном городе, который должен его приветствовать? Очевидно, так оно и было, так что… — Агент Морган, скажите мне, что следует учитывать, — подсказал ему дьявол, и в его голосе послышалась лёгкая настойчивость. — Я знаю, что вы напуганы, и я знаю, что это слишком тяжело, но вы также страдаете от недостатка кислорода, и вам нужен свежий воздух. Пожалуйста, помогите мне спасти вас. На этот раз слова дошли до Дерека. — Конечно, — медленно произнёс он. — Хорошо, так вы видите эти два прогона? Если их выбить или дестабилизировать, крыша обрушится и погребёт нас под огромным количеством горящих обломков. Если у вас есть хоть какой-то контроль над тем, что вы убираете, тогда я бы сделал отверстие, едва достаточную для того, чтобы мы могли пролезть через неё, желательно здесь, в центре. — Спасибо, — ответила Морнингстар откровенно мягко, словно ожидая, что Дерек вот-вот окончательно сорвётся. Затем он вытащил из кармана старинную монету, и теперь, когда Дерек обо всём узнал, вероятно, она была древней. Дьявол резко щелкнул пальцами, и монета вылетела из его руки, сверля стену. Дерек зачарованно смотрел, как она с пугающей легкостью рассекает камень и бетон. Глаза Люцифера были прикованы к монете, но, кроме этого, единственным примечательным было почти гипнотическое, ласкающее движение, когда он потёр большой палец о средний. Звук был приглушенным, но он отчетливо напомнил Дереку шум, производимый каменотёсом. — Как поживают дамы? — спросил Люцифер, всё ещё очень тихо и едва слышно за шумом горящего дома и монетой, сверлящей камень. — Боюсь, я немного напугал детектива Деккер. Впервые с того момента, как Люцифер раскрыл себя (можно ли это назвать откровением, если человек признался в этом с самого начала?), Дерек вспомнил, что он не один. Он обернулся только для того, чтобы увидеть детектива, вооруженного чем-то похожим на кусок дерева, защищающую двух женщин, которые — из-за очевидного обезвоживания, шока и вдыхания дыма — были едва в сознании. Зрачки детектива Деккер расширились от страха. — Всё в порядке, — успокоил её Дерек. — Он здесь, чтобы помочь нам. — За какую цену?! — истерично спросила она. — Альтернатива — верная смерть, детектив, и я не думаю, что он захочет торговаться с нами, когда ситуация настолько ужасна, — спокойно сказал агент ФБР, заставляя себя не думать об альтернативах. Он очень мало знал о Люцифере, но ни разу Дерек не был свидетелем жестокости или садизма, и он был обучен обнаруживать такие черты у психопатов, которые были очень искусны в сокрытии своего истинного «Я». Напротив, владелец клуба был почти до боли честен; у него не хватило духу отказаться от своего слова. — Разве это не правда? — не мог не спросить он. — Конечно, агент Морган, — ответил Люцифер. Он казался удивлённым и обиженным, и Дереку внезапно захотелось успокоить его, но прежде чем он успел это сделать, грохот наверху напомнил ему о серьёзности ситуации. С расстроенными Дьяволами он разберётся позже. К счастью, Люцифер, казалось, согласился, потому что он вернул монету обратно в руку и положил её в карман. Затем он приложил пальцы правой руки к тому месту, где резал, и осторожно нажал. Этого было достаточно, чтобы стена поддалась. Судя по тому, что видел Дерек, Люцифер просверлил стену дома в бетоне канализационной системы, открыв почти круглую дорожку диаметром всего в несколько дюймов и длиной почти в десять футов. — После вас, — улыбнулся дьявол, и Дерек не мог не улыбнуться в ответ. Он подошёл к дамам и помог обеим жертвам подняться на ноги. — Идёмте, детектив, — сказал он, и, к счастью, она слушала, но не сводила глаз с Люцифера. Как только она вывела женщин, убедившись, что они не спотыкаются, Дерек откинулся назад и воспользовался моментом, чтобы предупредить Люцифера. — Ты напугал её, и я не знаю, что она будет делать, когда мы выйдем. Впервые с тех пор, как они вошли в подвал, в глазах хозяина клуба блеснула уже знакомая весёлая игривость. — Спасибо, агент Морган, я ценю предупреждение, хотя у меня достаточно опыта, чтобы распознать тип с вилами и факелами, когда я их вижу. Я бы никогда не открылся детективу Деккер, если бы ситуация не была такой ужасной. Но вилы и факелы мне не повредят. Дерек усмехнулся, но это закончилось приступом кашля. Его глаза горели. — Идёмте, — сказал владелец клуба, в его глазах было беспокойство. — Этот воздух не может быть полезен для вас, — его рука зависла над плечом, но на самом деле не коснулась Дерека. Кашляя, агент ФБР повернулся и похлопал высокого мужчину-дьявола-ангела по плечу, прежде чем последовать за женщинами. Дерек глубоко вздохнул, как только ступил в туннель; здесь, конечно, не пахло розами, но всё же было облегчением дышать этим влажным, свободным от дыма воздухом. Однако он продолжал кашлять. — Первый выход — лестница, всего в нескольких футах отсюда, — раздался за спиной голос Люцифера. Было жутко темно. Дерек не мог даже руки перед своим лицом увидеть. Он повернулся только для того, чтобы внезапно увидеть пару тлеющих красных глаз. Они были ужасны, и он рефлекторно сделал шаг назад. Будучи так близко к Люциферу, профайлер сразу увидел, как выражение этих красных глаз изменилось: от нейтрального и сосредоточенного к смиренной печали. — Ад, должно быть, тёмное место, — пробормотал Дерек, не зная, что ещё сказать, пытаясь сосредоточиться на том факте, что Люцифер сказал, что на данный момент он был помечен для рая. — Темнее, чем центр чёрной дыры, и ярче, чем Сириус, — был ответ, его голос был низким и тихим. — Громче, чем извержение Кракатау в 1883 году, и тише, чем любое другое место в физической Вселенной. Это мир крайностей, агент Морган. Это не должно быть приятным или даже терпимым. Осторожно, у вас под ногами щебень, детектив. Люцифер осторожно вёл их сквозь непроглядную тьму. Когда они подошли, Дерек заметил, что лестница находится в нескольких футах над землей, и испустил вздох отчаяния. — Мы прямо под улицей, — сказал Люцифер и прыгнул, легко вскарабкавшись по лестнице, снимая крышку, как будто она ничего не весила. — Мы здесь! — услышали они его крик, прежде чем он отступил и грациозно приземлился на пол. Дерек помог женщинам подняться, а затем позволил Люциферу помочь ему. Усилие, с которым он тащил своё тело вверх по лестнице, было почти нереальным, и внезапный приступ кашля в самый неподходящий момент едва не заставил его упасть, но две руки удержали его, и он сумел выбраться. Дерек с радостью ухватился за сильную, твёрдую руку Хотча, чтобы сделать последний мучительный шаг, и позволил вытащить себя. Дом всё ещё горел, хотя пожарные прилагали все усилия, чтобы потушить его. К его облегчению, вся команда была здесь. Все они выглядели обеспокоенными и слегка испуганными. Детективы Коллинз и Эспиноза проверяли, всё ли в порядке с Деккер. Медики осматривали её, а две жертвы уже были в машине скорой помощи. Другой медик подошёл к Дереку, но полностью проигнорировал Люцифера, что было странно. — Я буду через секунду, — закашлялся Дерек. — Я клянусь — и я бы не отказался от клятвы прямо сейчас, поверь мне — но есть кое-что, о чём я должен позаботиться в первую очередь. Не могли бы вы дать нам минутку? Женщина неохотно отступила, но осталась рядом. — Агент Морган, — тихо произнёс Люцифер. — Вы должны пойти с откровенно болезненно привлекательным специалистом скорой медицинской помощи, и почему она не попыталась осмотреть меня? Я не возражал бы против её рук на моём теле. Ответил Хотч. — Потому что мы не сказали ей, что вы вошли в дом, температура пламени в котором примерно 866 кельвинов, или 1100 градусов по Фаренгейту, согласно Риду, что… невозможно без защитного снаряжения. Вы его не носили, так что… Рид дал нам список причин, по которым вы не должны были остаться живым, переступив порог этого дома. Тем не менее, вы здесь с людьми, которые были заперты внутри, и Вы выглядите совершенно невредимым. Даже незапятнанным. Вы сказали нам правду с самого начала. Мы просто отказались слушать. Дерек вдохнул стоическое спокойствие, которое определяло всё существо начальника его подразделения, и впервые его сердцебиение вернулось к норме. Всё было хорошо. Даже если последствия того, что он узнал сегодня, были огромны. Он посмотрел на остальных членов команды. Глаза Гарсии были влажными и широко раскрытыми от беспокойства, Рид практически дрожал от желания поговорить с Люцифером, хотя он быстро поймал его взгляд, выглядя не менее обеспокоенным за его здоровье, чем Гарсия. Глаза Джей-Джей были широко раскрыты, и она отступила назад, стоя прямо рядом с Эмили, чей рот был открыт, как будто она не могла набрать достаточно воздуха в свой мозг, чтобы обработать неопровержимые доказательства перед ними. Выражение лица Росси было тем, что сумело пробиться сквозь туман усталости и боли в легких Дерека. Мужчина выглядел совершенно разбитым. Его тёмные глаза были широко раскрыты и блестели. — Dio, mi perdoni, — перекрестился он дрожащей рукой. — Богу нечего прощать, агент Росси, — ответил Люцифер. — Ни одна душа никогда не была проклята связью со мной. Даю вам слово. — Гидеон был прав, — прошептал агент ФБР, словно не слыша его. — Он всегда говорил, что зло — это человеческий недостаток, а не что-то, что влияет на нас. Я всегда верил в свободу воли и в то, что мы сами роем себе могилы, когда дело доходит до фетиша человечества с жестокостью, но я всегда предполагал, что есть уровень выше этого, какое-то зло, которого мы не можем достичь… Это неправильно, не так ли? Всю эту боль наш вид причиняет сам себе. Всё это исходит от нас. Обвинять вас — всё равно что обвинять тюремного надзирателя в деяниях заключенных до их осуждения. — Мне очень жаль, агент Росси, — с сожалением ответил он. — Я никогда не хотел разрушать ваш мир. Будьте уверены, что католицизм не является полностью неправильным, и истинно верный католик так же уверенно направляется на небеса, как и член любой другой религии, которая отвергает зло и поощряет по крайней мере некоторый уровень доброты… или атеист, который соблюдает божественные правила не из страха наказания или из-за какой-то неясной награды в загробной жизни, а потому, что не быть полным придурком кажется более желательным вариантом. Его юмор был оценен по достоинству. Не сумев полностью отвлечь их от самой реальной проблемы — Бог существовал, дьявол существовал, ангелы существовали и кто знает, что ещё — он умело разбавил обстановку. — Детектив! — воскликнул Люцифер, заглядывая Дереку через плечо. — Может, вам лучше убрать пистолет? Хотя он не может причинить мне вреда, рядом стоят очень хрупкие человеческие существа. ОПА развернулся, и Дерек рефлекторно схватил Рида и Пенелопу, чтобы прикрыть их своим телом. Хотч, Росси, Эмили и Джей-Джей потянулись за пистолетами. Глаза детектива Деккер были широко раскрыты, она крепко и уверенно сжимала пистолет, и Дерек на мгновение испугался, ненавидя тот факт, что он безоружен. К счастью, он мог рассчитывать на свою команду. Хотч поднял руки, показывая, что убирает пистолет в кобуру, и встал между Люцифером и детективом Деккер. — Хлоя, — тихо произнес Хотч, очевидно, полагая, что обращение к ней по имени вернёт её с края пропасти. — Я знаю, что вы боитесь. Мы все пытаемся осмыслить то, что только что узнали, но вы должны убрать свой пистолет. Отставить, детектив! — Его приказ прозвучал так же эффективно, как его тихие сочувственные слова смогли остановить её. — Он дьявол! — прошипела она, слегка опустив пистолет, но всё ещё держа его на предохранителе. — Да, и тот факт, что он только что вошёл в горящий дом, говорит мне, что попытка застрелить его не произведёт желаемого эффекта. Но не забывайте… он гражданский и житель города, который вы поклялись защищать. Он не совершил никакого преступления, так что если вы будете продолжать целиться в него, я позабочусь о том, чтобы вы потеряли свой значок. Угроза сработала, потому что подошёл детектив Эспиноза и убедил её опустить пистолет и спрятать его в кобуру. — Никаких преступлений? — недоверчиво повторила детектив Декер. — Все рассказы о добре и зле за всю историю человечества говорят, что он воплощение чистого зла*. Теперь это вызвало реакцию. Люцифер быстро обошёл Хотча и в мгновение ока оказался перед детективом. — Я дьявол! Утренняя звезда — Люцифер Морнингстар, одарённый задачей править Адом, — Дерек содрогнулся перед лицом явного презрения в голосе падшего ангела. — Низвергнут с Небес, чтобы стать тюремщиком и мучителем заблудших душ; единственным судьей, присяжным и палачом Божественного правосудия, хотя у Папы, очевидно, есть право вето, но я не соблазнил никого из вас совершить ни одного проклятого греха с тех пор, как Папа сделал ваши хрупкие, маленькие души, детектив. Он дал вам свободу воли, — резко продолжил он. — Так что смирись, возьми на себя ответственность за свои недостатки и перестань винить меня! Его глаза вспыхнули красным, и детектив Деккер отпрянула назад, едва не упав, если бы не Росси, который как раз вовремя подхватил её. Она была не единственной, кто отреагировал: Эспиноза отпрянул и выругался «Santa Madre de Dios», прежде чем перекреститься, Джей-Джей тоже вздрогнула и отступила. Глаза Эмили расширились, но она осталась на месте, крепко сжимая пистолет. Рид и Гарсия, видевшие происходящее лишь частично, ахнули. Глаза начальника их подразделения расширились, и он тоже сделал крошечный шаг назад. Люцифер быстро сдулся, на мгновение посмотрев в землю, прежде чем поднять глаза с улыбкой, которая не могла быть менее искренней. — Ну, это было не так… — но потом его глаза расширились, и он резко повернул голову к горящему дому. — Убирайтесь оттуда! Обратная тяга! — его предупреждение было не особенно громким, но оно резонировало глубоко в груди Дерека. Его сердце колотилось о рёбра, а легкие болезненно сжимались. Пожарные двигались быстро, не смея усомниться в источнике предупреждения. Раздался треск, и волна обжигающе горячего воздуха вырвалась из дома, в нескольких дюймах от последнего пожарного, выходящего из здания. — О Боже! — окаменев, воскликнула Пенелопа. Волна отступила с молниеносной скоростью, и лейтенант ПДЛА подбежал, чтобы убедиться, что они в порядке, в то время как его люди осматривали друг друга. — Слава Богу, — прошептал он, когда последний из них подтвердил их позицию, и снова вышел за пределы слышимости, выкрикивая приказы контролировать этот «трижды проклятый» огонь. — Да, конечно, — пробормотал Люцифер себе под нос, звуча довольно раздраженно, — это Он тебя предупредил. — Откуда вы знали? — спросил Рид, впервые заговорив, и Дерек узнал этот тон. Обычно это заканчивалось шквалом вопросов или десятиминутной лекцией с перечислением причин, по которым «Доктор Кто» был одним из лучших телевизионных шоу. В хронологическом порядке. По ключевым моментам. — Огонь — это Свет, а Свет — это моя область, — повторил Люцифер, и это прозвучало почти как мантра. — Свет — это жизнь, и, как таковой, непредсказуем. Тем не менее я знаю огонь, и он почти никогда не застаёт меня врасплох. Однако, как показал мне один прекрасный фильм начала девяностых, вы, люди, менее чувствительны к непостоянству огня, а обратная тяга может быть довольно опасна. — Вы узнали об опасности пожара через «Обратную тягу»? — повторила Эмили, и в её голосе прозвучало удивление. — Конечно, нет. Папа заставлял меня использовать огонь в наказание за ошибки человечества на Земле в течение тысяч лет, но мне всё ещё нужно кое-что узнать о хрупкости ваших тел. Я привык мучить души; их не так легко сломить, как человеческое тело. — Знаете что? Это самая страшная фраза, которую вы произнесли за весь вечер, — выдохнул Росси, явно колеблясь между юмором и истерикой. — Не волнуйтесь, агент Росси, я необыкновенно нежен в постели, — ухмыльнулся дьявол. — Я знаю из хорошего авторитетного источника, что с точки зрения ролей дом/под я гораздо лучше в роли подчинённого, чем доминирующего, потому что я ненавижу причинять боль в спальне, даже если этого желают… Это не значит, что они не развяжутся, но обычно они говорят что-то о том, что только что испытали самый сладкий вид секса, который у них был за последние годы. — Приятно слышать, — невозмутимо ответил Росси, глаза его всё ещё были немного дикими, но в то же время явно весёлыми. — Итак, Дерек, что произошло между звонком Хотча и… настоящим моментом? Реальность обрушилась на него, как тонна кирпичей. — Лейтенант Монро, — выдохнул он. — Она в опасности. Господи, Хотч, прости. Совсем забыл. Субъекты… Флетчер убил двух покорных партнёров, но покинул дом вместе с Вудсом и Уордом, намереваясь убить её. Я не могу поверить, что я… — Морган, — тихо перебил его Хотч. — Учитывая обстоятельства, это вполне понятно. Я позвоню ей, — сказав это, он вытащил телефон из кармана, но остановился, когда Люцифер заговорил. — В этом нет необходимости, агент Хотчнер. Лейтенант Монро сейчас в абсолютной безопасности. — Откуда вы знаете? — Потому что она здесь, и Мэйз рядом с ней. Дерек подошёл к владельцу клуба, чтобы было легче смотреть в том же направлении. Там ничего не было. — Где? — Хм? — растерянно произнес дьявол. — О, с другой стороны дома. Неудивительно, что он был верен своему слову, потому что Дерек узнал бы уверенную походку лейтенанта Монро где угодно. Рядом с ней стояла Мэйзикин Смит, больше чем когда-либо похожая на хищника. — Если ты дьявол, то она… — он не закончил фразу, желая услышать это от Люцифера. — Демон, да, — небрежно ответил Люцифер. — Но не волнуйся. Они не владеют живыми и могут брать только тела недавно умерших, что я запретил тысячи лет назад. Всегда такой беспорядок. Экзорцизм — это не что иное, как способ пытать людей с психическими расстройствами до предполагаемой нормальности. Мои демоны послушны и очень сосредоточены на своих соответствующих задачах в Аду. Мэйз — вторая в команде, и здесь только потому, что она поклялась защищать меня до конца времён. Однако она быстро поняла, что Земля на самом деле не представляет угрозы для дьявола, и теперь принадлежит сама себе. Лейтенант Монро, надеюсь, с вами всё в порядке, — мягко обратился он к начальнику отдела по расследованию убийств, которая тем временем подошла к ним с собаками Ларри Уорда рядом с ней. Они послушно сели, как только она остановилась. — Да, мистер Морнингстар, благодаря предвидению ОПА и откровенно впечатляющим навыкам мисс Смит. — О, надеюсь, они всё ещё целы, — ухмыльнулся Люцифер, глядя на мисс Смит, выражение лица которой было холодным и непроницаемым. — Конечно, — ответил демон. — Они заслуживают наказания, — что-то в том, как она это сказала, заставило Дерека вздрогнуть. — Не беспокойтесь, — сказала лейтенант. — Они так же хороши, как в камере смертников. Мисс Смит никак не отреагировала; её глаза всё ещё смотрели на её… кем бы ни был для неё Люцифер. — Они будут, — только и сказал он, и его глаза опасно заблестели. — Я с нетерпением жду встречи с ними. — Ну, не сегодня, — твёрдо сказал лейтенант. — Судя по тому, что мне рассказали мои люди, вам всем нужно вернуться домой и отдохнуть. Некоторым из вас сначала нужна медицинская помощь и душ. ОПА будет более чем рад допросить этих троих завтра утром. — Мы с нетерпением ждём этого, — ответил Хотч с почтительным кивком, очевидно соглашаясь с ней, иначе он запротестовал бы. Тогда лейтенант уделила внимание детективу Деккер. — Я надеюсь, вы целы и невредимы. В следующий раз, когда у вас появится важная зацепка, вы свяжетесь со своим отделом или потеряете свой значок, — и в наступившей тишине она оборвала детектива Эспинозу, — и если вы снова прикроете её, вас отстранят от работы, понизят в должности и, возможно, уволят. Это из-за моей снисходительности я позволила вам двоим остаться в одном отделе после того, как вы поженились. Ни на секунду не думайте, что моё терпение бесконечно. Я ясно выразилась? — Так точно, лейтенант, — кротко ответил детектив Эспиноза. Детектив Деккер просто коротко кивнула. — Деккер? — в её голосе безошибочно звучала сталь. — Да, мэм, — покорно ответила она. — Вам лучше запомнить. А теперь, если позволите, мне нужно закончить кучу бумаг, но мисс Смит настояла на том, чтобы прийти сюда. Мисс Смит, пожалуйста, приходите завтра в участок; за головы этих людей не было никакой награды, но мы более чем готовы указать вам правильное направление. Я также оформляю для вас документы на должность инструктора боевых искусств. Часы работы разумные, а оплата на удивление хорошая. То есть, если вы всё ещё заинтересованы. — А, Мэйз, — улыбнулся Люцифер в полном восторге. — Поздравляю! Это звучит как прекрасная возможность для тебя. Губы леди дрогнули, и она подтвердила свой интерес лейтенанту, которая резко кивнула, а затем приказала своим детективам пройти медосмотр и отправляться на ночь домой. Вскоре после этого она ушла, две собаки охраняли её, следуя по бокам от неё. Детективы беспрекословно последовали её строгому приказу, но не раньше, чем детектив Деккер подозрительно посмотрела на Люцифера и Мэйзикин. Детектив Эспиноза тоже не выглядел особенно счастливым. Детектив Коллинз, который провёл большую часть времени, координируя место происшествия, в основном выглядел обеспокоенным. — Молодец, — тихо сказал Люцифер с резонирующей безмятежностью. — Спасибо. Её глаза на мгновение окинули всех людей поблизости, прежде чем с прищуром посмотреть на Люцифера. — Я оставляю тебя вне моего поля зрения на одну минуту и… — Расслабься, Мэйз, я был вне твоего поля зрения в общей сложности два месяца, одну неделю и четыре дня, плюс-минус несколько часов. Я лучше держу свою личность в секрете, чем ты намекаешь, — игриво поддразнил он её. — Что ж, они не собираются причинять тебе вреда, но что, если… — начала она резко, но её перебили. — Они не могут причинить мне вреда, и большинство из них не предпринимали попыток в этом направлении. Это не дало произвело того эффекта, на который он рассчитывал: из ниоткуда внезапно появились два зловеще острых ножа. — Кто тебе угрожал? — Мэйзикин, я не могу позволить тебе причинить вред невинному. Не потому, что я когда-то правил Адом и был, по определению, твоим господином — в конце концов, я очень ценю эту новую взаимную дружбу, основанную на равноправии, которую мы сейчас постигаем — а потому, что это одновременно осудит вас и несправедливо ранит человеческую душу. Её ножи исчезли, хотя трудно было сказать, куда она их положила. Наверное, в этом и был смысл. — А теперь перейдём к более актуальным новостям, — было поистине удивительно, что эти резкие перемены между игривостью, серьёзностью и чистым гневом никого не сбили с толку. Широко улыбнувшись, дьявол продолжил. — Когда ты собиралась мне сказать? Я имею в виду, я знал, что было взаимное желание, но я не знал, что вы обе уже набаловались. Молодец, Мэйз. Она — луч Света и достойная спутница для моего самого старого и самого верного друга. — Как ты… — это явно застало её врасплох. — Ну, она сказала мне, как важно открыто выражать свои чувства людям в моей жизни, и я далёк от того, чтобы подвергать сомнению её знания о межличностных отношениях, — небрежно ответил он. — Нет, я имею в виду, как… — Родственных душ не существует, — ответил он. — Весь принцип «один человек связан с другим на всю вечность»… Я удивляюсь, как такая поистине ужасная идея может быть столь желанной в наши дни. Однако, если две души совместимы более чем на короткое время, я обычно вижу это. Это не значит, что я вдруг поверил в моногамию, но иногда Свет просто очень хорошо сочетается. В частности, две души, которые подходят друг другу, играют в гармонии, так сказать, — он на мгновение замолчал, — как в том фильме «Делай ноги». Исполнение несовершенно, но основные идеи основаны на реальности. — У меня нет души, Люцифер, — резко возразила она. — У тебя есть мозги, — не менее твёрдо возразил дьявол. — У тебя есть сердце. У тебя есть страсть. У тебя есть мечты, желания и стремления. Некоторые вещи доставляют тебе больше удовольствия, чем другие. Мне всё равно, как ты это называешь. Может быть, это и не тот Свет, что даровал Папа, но Адские огни горят холодно, долго и так же сильно, как любая человеческая душа. Барабаны вашего внутреннего огня бьются в совершенной гармонии со Светом доктора Линды, который гудит так же ясно, как колокол, — он остановился на мгновение, чтобы сменить тему. — Не то чтобы вы оба нуждались в моём одобрении, но оно у вас есть. Мэйзикин заметно расслабилась, прежде чем ухмыльнулась. — Итак, у нас есть благословение дьявола? — От этого будет немного пользы, — обиженно пробормотал Люцифер. — Но почему бы и нет? Вы двое приходите к Люкс, и я дам вам своё благословение. — Итак, — начал Рид, и Дерек знал его достаточно хорошо, чтобы понять, что сейчас произойдёт. — На данный момент здесь собралось по меньшей мере три вида, способных к рациональной речи: демон, ангел и множество людей. Демоны бессмертны? А ангелы? Вы стареете? Как это работает? Вы родились взрослыми или стали ими потом? Как вы появились? Это ваши настоящие тела? Все ли ангелы похожи на людей? Неужели все демоны похожи на людей? Созданы ли мы по образу и подобию ангелов? Есть ли у ангелов крылья? Как вообще организованы ангелы и демоны с филогенетической точки зрения? Бог — ангел? Вы многоклеточные эукариоты? У вас вообще есть клетки? У вас идёт кровь? Если да, то какова консистенция вашей крови? Или Мэйзикин? Согласно всему, что вы нам рассказали, вы создали звёзды. Как вам это удалось? Вы выглядели так же, как сейчас? — Рид… — тихо сказал Хотч, но Рид продолжал, дрожа от любопытства. — Существует ли эволюция, или это всё разумный замысел, предложенный несколькими религиозными группами? Является ли Земля единственной планетой с разумной жизнью? Как вы путешествуете по вселенной? Что означает расширение Вселенной для такого рода путешествий? Какую роль в этом играет время? Существует ли такая вещь, как судьба, или мы можем выбирать свои собственные пути, или это зацикленный Эдипов комплекс? Кстати, существовал ли Эдип? Являются ли правдой что-нибудь из этих старых историй? Все ли они правдивы? Что… — Рид! — Хотч снова перебил его, твёрдо, но с бесконечной нежностью. — Дай ему возможность ответить, прежде чем ты задашь следующий вопрос. Глаза Люцифера отражали нежную привязанность, которую остальные члены команды чувствовали к Риду. — Короткие ответы, потому что я считаю, что вам всем нужно немного отдохнуть. Демоны бессмертны? Да, но они тоже уязвимы. А ангелы? Да. Стареем ли мы? Нет. Как это работает? Мы — небесные существа, и наша генетическая структура бесконечно отличается от вашей. Вы родились взрослыми или уже стали взрослыми? Мы родились и выросли, но не так, как люди. Как вы появились? Мама и Папа занимались сексом, они создали Вселенную, и энергия, которую она высвобождала, хранилась внутри Мамы, и Она приводила нас во Вселенную одного за другим. Это ваши настоящие тела? Мэйзикин носит гламур, чтобы выглядеть более человечно, но она так же прекрасна в своей демонической форме. Она просто выглядит ещё круче. У меня есть несколько форм, так что я всегда могу ходить среди Папиных творений как один из них. Но у меня также есть форма, с которой я родился. Всё изменилось, — горечь и ненависть к самому себе в голосе Люцифера вызывали тревогу, и Дерек отложил это на потом, когда не будет кашлять. Боль в груди напомнила ему, что лейтенант Монро была права: ему нужно было пройти обследование у профессионалов. — Все ли ангелы похожи на людей? Не все, но большинство, по причинам, изложенным выше. Неужели все демоны выглядят как люди? Нет. Созданы ли мы по образу и подобию ангелов? Нет. Есть ли у ангелов крылья? Да, есть. Как вообще организованы ангелы и демоны с филогенетической точки зрения? Честно, я не могу вам на это ответить, но если кто и может, то это Иофиил. Её область в науке. Она знает. Бог — ангел? Он большой придурок и определённо передал это своим детям, но нет, он не ангел. Вы многоклеточные эукариоты? Я — Свет, юноша, и не думаю, что мой клеточный состав чем-то похож на ваш. У вас вообще есть клетки? У вас идёт кровь? Если да, то какова консистенция вашей крови? Или Мэйзикин? И да, и нет. Не совсем, так что не могу сказать, а анатомию Мэйзикин ей объяснять, а не мне. Согласно всему, что вы нам рассказали, вы создали звёзды. Как тебе это удалось? Вы выглядели так же, как сейчас? Эта тема займёт больше времени, чем у нас есть. Агенту Морган нужен врач. Но позвольте мне сказать вам, что да, эволюция существует, нет никакой внешней силы, движущей её, вот почему я ставил деньги на то, что вы, люди, превратитесь в водное существо, потому что это то, чем покрыта большая часть Земли, но нет, ваши предки хотели завоевать землю. Разумный замысел — забавная гипотеза и в значительной степени неверная. Папа создавал души, а не тела. Адам и Ева — первые человеческие души, а не первые люди. Является ли Земля единственной планетой с разумной жизнью? Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть это. Ха! Мне всегда хотелось это сказать. Как вы путешествуете по вселенной? Что означает расширение Вселенной для такого рода путешествий? Я люблю физику и астрономию и не хочу отвечать на это одним предложением. Существует ли такая вещь, как судьба, или мы можем выбирать свои собственные пути, или это зацикленный Эдипов комплекс? Папа дал вам свободу воли. Что вы будете делать со своей жизнью, зависит только от вас. Эдип — это особый случай. Бедняга. У ангелов жизнь менее автономна, и божественное вмешательство очень распространено. Он отвечал так же быстро, как Рид задавал вопросы. Как он умудрялся запоминать каждый из них, оставалось загадкой, потому что Рид имел обыкновение смешивать вопросы, а Дерек не мог вспомнить и четверти из них, а он работал с этим парнем уже много лет. Рид ловил каждое слово, его глаза были широко раскрыты и блестели, как у ребёнка в рождественское утро. — Значит… — Рид, — перебил его Росси. — Я уверен, что завтра он всё ещё будет здесь. Может, ему и не нужно дышать, но мне-то уж точно, а Морган нуждается в медицинской помощи. Это сделало своё дело. Встревоженные глаза смотрели на него, и Дерек закатил глаза, что было немного подорвано тем фактом, что его попытка вздохнуть закончилась приступом кашля. — Это намёк, — сказал Хотч. — Ну же, Морган, давай проверим тебя. Мистер Морнингстар, я даже не знаю… — Я всё прекрасно понимаю, агент Хотчнер. Не торопитесь. Из надежных источников я знаю, что шок может наступить позже. Даже при тщательной подготовке эти новости трудно воспринять. Утром я буду в своём клубе. Дайте мне знать, если я вам понадоблюсь в участке. Если нет, я буду держаться подальше. Доброго вам вечера, мои дорогие агенты ФБР, и приятных снов. Надеюсь, сегодня ночью вас не настигнут кошмары. Если это так, помните: это всего лишь сны, и самый простой способ избежать их — вернуться к Свету, — с намёком на улыбку он развернулся и ушёл, ведя за собой молчаливую Мэйзикин. В выражении его лица было понимание и доброта. С другой стороны, на неё ОПА не произвёл особого впечатления; этот взгляд говорил о многом. — Нет, мистер… Люцифер, — поправился Хотч, вспомнив о его предпочтениях. — Спасибо — вот что я хотел сказать. За спасение жизни агента Морган и детектива Деккер, миссис Уилкинс и мисс Хардинг. Вы можете присоединиться к нам на завтрашнем допросе в участке. Для меня это не факт, что вы тот, кто вы есть… Это… то, что Вы — Дьявол, подразумевает. Это, ну, то, что прокомментировал доктор Рид, а потом ещё кое-что. Есть некоторые глубокие вопросы, на которые любой человек хочет знать ответ, и это немного похоже на то, как если бы мы только что обнаружили книгу с триллионом слов в глоссарии, отвечающую на все из них. И вдруг трудно сказать, какие вопросы имеют приоритет, особенно учитывая, что книга — это живое существо со своими потребностями и желаниями и использовать её в качестве простого источника информации морально неправильно. Мы увидимся завтра, надеюсь, более спокойными и немного менее ослеплёнными. Чего бы Люцифер ни ожидал, это была не та реакция, и Дерек не мог не предположить, что это была типичная реакция для падшего ангела, он усмехнулся, чтобы рассеять напряжение, и пожелал им всем спокойной ночи, поворачиваясь с завидной грацией и игривой лёгкостью в своей походке. Они слышали, как он обратился к Мэйз. — Знаешь, принимая во внимание ещё один шаг в нашем соглашении о равноправной дружбе, я должен настаивать на очень человеческой традиции. — И что же это? — Мисс Гарсия, разве вы не сказали бы, что у друзей есть привилегии обниматься? Как будто ожидая разрешения, две руки обхватили Дерека сбоку, и она пробормотала в сторону Дерека: «Привилегии объятий абсолютно необходимы для поддержания дружеских отношений.» Не понимая, как сильно он в этом нуждается, Дерек расслабился впервые после неудачного решения детектива Деккер и обхватил руками этот клубок гениальности, которым была Гарсия. — Видишь? — Люцифер ухмыльнулся. — А эти двое — настоящие профессионалы в дружбе! Они должны знать. Мэйзикин — он отказывался называть её мисс Смит теперь, когда был уверен, что это бессмысленное дополнение — нежно покачала головой, и её руки неуверенно, но быстро обвились вокруг его талии. Его руки заколебались. — Клянусь, если ты обнимешь меня, как ангела, я свободной рукой заколю тебя, — предупредила она резко, но нежно. Он усмехнулся и обнял её за плечи, притянув к себе её макушку, чтобы нежно поцеловать. Откровенно восхитительное зрелище было прервано начальником пожарной части, ругавшимся по поводу непредсказуемых пожаров, которые не знали, когда остановиться. — Вы хотите спасти дом? — недоверчиво спросил Люцифер. — В нём только причиняли боль и страдания. — Чёрт возьми, нет, — ответил мужчина, и Дереку захотелось хихикнуть, услышав его фразу. — Но мы должны избежать распространения. — Понимаю. Все ваши люди вне зоны досягаемости, верно? — Да, — медленно ответил пожарный. — Хорошо. Вы можете собраться на южной стороне здания, там будет последнее пламя, которое нужно укротить. Лейтенант с сомнением посмотрел на Люцифера, но не стал его расспрашивать. Вместо этого он собрал всех своих людей, как и советовали. Владелец клуба повернулся к ним и с озорной улыбкой помахал на прощание. И в тот же миг дом загорелся. Мерцающее красноватое пламя дома освещало ухмылку Люцифера, его красные глаза, и выражение лица Мэйзикин, которое отражало явное ликование. Пламя поднялось высоко и исчезло в мгновение ока, слишком быстро для того, чтобы это казалось естественным. — Хорошо, — медленно произнес Росси. — Так вот откуда взялся термин «дьявольская улыбка». — Вы видели его глаза? — прошептала Гарсия. — Или это была игра света? Дерек открыл рот, но из него вырвался лишь хриплый кашель, который заставил Хотча сказать: — Вот и всё. Все, я… Давайте перегруппируемся. Никто из вас не должен оставаться сегодня в номере один. Я уверен, что есть много вещей, которые нужно обсудить, но я бы предложил вам ограничиться абсолютным минимумом сегодня вечером. Дэвид, мы уже живём в одной комнате. Джей-Джей, Прентис, Гарсия, возможно, вы захотите переночевать сегодня в одном номере отеля. Рид, Морган, держитесь вместе, если это возможно. Медик! Из ниоткуда появился врач скорой помощи. Она явно ждала своего сигнала. — Проверьте его лёгкие, при необходимости отвезите в больницу. Морган, держи меня в курсе. Встретимся завтра в холле в семь. Мы позавтракаем вместе. Есть… некоторые вещи, которые необходимо обсудить, включая полный отчёт о том, что произошло в том доме, Морган. Через полтора часа Дерек и Рид вошли в свой номер. Медики осмотрели его, дали дополнительный кислород, но в больницу его не положили. Они вручили им строгий контрольный список с симптомами, которые потребуют немедленной медицинской помощи. Рид был обеспокоен и довольно тих, потерявшись в ворохе своих мыслей, поэтому они почти не говорили о том, что произошло сегодня. — Я в душ, — сообщил Дерек, как только закрыл дверь, за которой пахло как из дымохода. — О да, — лукаво ответил Рид. — Тебе стоит это сделать, учитывая всё случившееся. Он вошёл в ванную, разделся и встал под душ. Сначала всё было хорошо, и теплая вода успела полностью омыть его, но потом вся тяжесть этого ужасного вечера обрушилась на него. Он едва успел подавить рыдание, когда воспоминание об этом отвратительном теле, трущемся о него, заставило его кожу покрыться мурашками — он даже не знал полного имени этого человека. Он вздрогнул, и годы, когда он мог, будучи внешне спокойным, принять душ с группой детей сразу после того, как Бьюфорд положил на него руки, были единственной вещью, которая удерживала его от слёз. Как всегда, он позволил брызгам воды смыть слезы. Интересно, что именно воспоминание о внезапном появлении Люцифера было его якорем. Однако эта мысль привела ко всем тем выводам, на которые намекал Хотч. Дьявол был настоящим, и он был действительно хорошим человеком. Бог существовал. Бог проигнорировал молитвы тринадцатилетнего мальчика. Был ли священник прав? Испытывал ли его Бог? Заботился ли Бог хотя бы об одной скудной человеческой душе? Если нет, то зачем вообще пытаться оправдать ожидания какого-то жестокого Бога, которому на всё наплевать? Но, с другой стороны, Люцифер, похоже, жил по правилам своего отца; на самом деле, он был исполнителем небесного правосудия, хотя это, очевидно, немного расстроило его. Его мысли всё крутились и крутились в голове, он вышел из душа, оделся и вошел в спальню. Рид сидел на кровати и строчил заметки. — Что ты делаешь? — Записываю вопросы, — ответил гений. — Я не хочу рисковать и забыть ни одного из них. Я решил разделить их на категории: религия, история, физика, астрономия, литература, музыка, но потом у меня возникли вопросы по истории литературы, и я не знаю, куда их определить. Кроме того, религия… Я начал, но потом понял, что моё внимание было сильно основано на христианстве, а потом я вспомнил, что Эмили упоминала богов из греческой мифологии, и я не знаю, как это классифицировать, но… что ты делаешь? — На что это похоже? — парировал Дерек, хватая один из пустых листков бумаги на кровати Рида. — Ты не единственный, у кого есть вопросы. Десять вопросов за десять минут, а потом мы переписываем их все в блокнот. Через полчаса я выключу свет, потому что не знаю, что насчёт тебя, а я устал.