Стальные Медведи

       — Лёша! Я рук не чувствую! — Прокричал Роджер, облокотившийся на пенёк с мученическим видом. Глядя на это, Шей устало вытер пот со лба и отвлёкся от рубки дерева.        — Если ты не встанешь, то щас их у тебя не станет… — Буквально прорычал Воронов, беря топор в обе руки.        — Да ща я встану. — Угроза лишиться рук тут же придала Сергею новых сил и недавно “умирающий” парень тут же подскочил на ноги. — Уже и пошутить нельзя…        Тихо прошептал он, становясь возле дерева и начиная рубить его методичными ударами в одно место. Шей же сел на месте Роджера, уже не боясь расцарапать спину о кору — парень слишком сильно заебался за сегодня.        Когда только Роман обрадовал их перспективой строительства моста, все сразу пришли к решению тянуть жребий. Разделились на четыре команды — двое рубили деревья, двое занимались их обработкой, ещё двое пытались сделать из полученных брёвен достаточно прочный мост. Так получилось, что перспектива рубить деревья выпала Шею и Роджеру, чему парни сразу были не рады.        Единственный, кто не тянул жребий — Джокер, но и ему нашли работёнку. Парень в одиночку патрулировал местность вокруг переправы и в тоже время Симиэль не отставала от него ни на шаг. Хотя последнее, по мнению Лёши, не очень сильно расстраивало парня.        По крайней мере, штатный медик группы с радостью бы поменялся с ним местами, особенно после целой бессонной ночи в полевом госпитале. Порой парень жалеет о своём медицинском образовании… Вот почему из всех вариантов альтернативного мира им повезло оказаться именно в глубоком средневековье, где даже ебучую микстуру от кашля хрен достанешь? Вот и пришлось ему пол ночи скакать по местным полям да лесам, ища хоть какие-нибудь лечебные травы…        — Шей, я вот что подумал… — Роджер вывел Лёшу из своеобразного транса, немного притормозив с темпом ударов. — Почему этим мостом занимаемся именно мы?        Шей вопросительно посмотрел на запыхавшегося коллегу, думая над услышанным и надеясь на пояснения. Однако Роджер молча наносил новые удары по стволу дерева.        — Не понял вопроса. — В конечном итоге парень решил сдаться и напрямую узнать суть вопроса.        Некоторое время Роджер ничего не говорил. Видимо, он сам до конца не мог сформулировать суть своего вопроса. Это начинало бесить и без того затраханного наёмника. Винить его в этом было трудно — у Шея всегда были проблемы с общением.        Однако Воробьёв знал вспыльчивый характер заместителя Дыма и потому думал максимально быстро. И в конце-концов, парень всё таки сформулировал мысль:        — Ну, почему нам просто не запрячь в это дело местных? Вместе мы уж точно закончим быстрее, нежели сами по себе.        — Может и быстрее, но лучше сделать всё самим, нежели потом вытаскивать хамви из реки…        — Да ладно тебе… — Сергей ненадолго замолчал, сделав ещё пару ударов по стволу, а затем усмехнулся. — Нельзя же быть более хреновым строителем, чем тот же Граф…        — Соглашусь… — Шей тоже издал несколько слабых смешков, что для него уже было чем-то необычным. — Но проверять всё равно не хочу. Скоро уже?        — Ага, закончил. — Воробьёв издал тяжёлый вздох, ненадолго откладывая топор в сторону.        В тоже время Воронов встал с земли, отряхнул грязь с штанов и пошёл к месту, где лежала верёвка. Второй конец был привязан к стволу дерева. Алексей взялся за свободный конец и показал Сергею большой палец.        — Ну, с богом. — Жизнерадостно произнёс наёмник, подбирая топор.        Он встал в стойку и нанёс четыре последних удара по стволу. Вместе с этим, Шей стал тянуть верёвку на себя, стараясь придать направление будущему падению дерева. Само дерево заскрипело и начало падать в ту сторону, куда и тянул Шей. Видя это, наёмник быстро бросил верёвку и отскочил в сторону.        Поскольку это было далеко не первое поваленное дерево, все действия были отработаны до автоматизма и пока Шей поднимался на ноги, Роджер взял топорик поменьше и принялся рубить ветки. В то же время Алексей взял с пояса рулетку и стал отмерять нужную длину ствола.        Наконец, бревно было готово к переносу до места строительства и парни решили сделать небольшой перекур. Роджер сел на бревно и достал пачку сигарет, предложив своему коллеге также закурить. Шей, как всегда, отказался.        — Ну как знаешь… — Ответил ему Сергей, деловито поджигая конец сигареты спичками.        Парень некоторое время молча сидел и затягивался сигаретным дымом, однако затем произошло неожиданное — заговорить решил Лёша.        — Я тут ещё подумал над твоим вопросом и знаешь чё? — От удивления Воробьёв аж поперхнулся дымом, чем заставил Шея поморщиться — парень никогда не мог терпеть сигаретный дым.        — Чё? — Только и смог он сказать, отойдя от первого шока.        — Кроме нас-то некому мост строить… — Задумчиво ответил Алексей, смотря в никуда. С таким взглядом Шей нередко рассуждал о всякой всячине и потому Сергей даже не пытался гадать, сразу прося наёмника пояснить. Лёша тяжело вздохнул, в очередной раз поражаясь тугодумию своих товарищей, но всё таки не промолчал — Ты местных вообще видел?        — Ну… вполне обычные люди, вроде как сельские.        — И всё? — Шей продолжил вести мысль Воробьёва в правильном направлении, благо этот одноглазик вроде и так уже знал правильный ответ, хотя и не понимал этого.        — Ну, да. Вполне обычные старики да дети с женщинами… — И тут до Роджера дошло. Он издал удивлённое “ааа” и понимающе закивал головой.        — Б, блядь... Ладно, хер с ним. Готов тащить?        Сергей утвердительно кивнул и встал с бревна, морально готовясь. Нести эту хрень до самого моста было тяжело. Возможно, даже тяжелее, чем рубить. Но делать это было необходимо, тем более что это могло быть и вовсе последнее бревно. По крайней мере, так им сказал командир.

***

***        — Ну что, сдаёшься? — С не самой приятной улыбкой сказал Граф, держа в руках всего две карты.        Дым его вопрос проигнорировал, ещё раз посмотрев на свои три карты. Король червей, дама пик и десятка бубен, по совместительству являющаяся козырной. За этим, без преувеличения, напряжённым поединком наблюдало порядка десяти человек. И пускай из этих десяти суть происходящего понимали только трое с половиной (кое что Симиэль всё-таки поняла из объяснений Джокера), но сам факт…        — Сдаваться будешь здесь только ты… — Сказал Роман, бросая на стол козырную десятку. Глядя на неё Граф прекратил улыбаться и сурово посмотрел на капитана.        — Ну допустим… — Граф взял эту десятку, оставляя Дыма всего с двумя картами. Его это приободрило и потому на стол почти сразу же упала пиковая дама.        — Серьёзно? — Только и смог сказать Граф, иронично усмехнувшись и кинув поверх дамы полученную на предыдущем ходу десятку.        Роман ничего не сказал, примерно понимая что именно собирается сделать Егор. Тем не менее, сказать “а может не надо” ему не позволяла гордость. Его же оппонент всё ещё ждал этих слов. Спустя минуту он понял, что ничего не произойдёт и с лёгкой улыбкой положил на стол козырного короля.        Рома его взял, так как отбиваться уже было нечем и тогда Граф, с всё той же непринуждённой улыбкой крутанул в руках последнюю карту, показывая её Дыму. Бубновый туз.        — У тебя изначально не было ни шанса. — По прежнему улыбаясь, Егор встал из-за их импровизированного “стола”. Наёмник потянулся и затем расслабленно добавил — С тебя пиво.        После этого парень ушёл к машине, где рассчитывал немного поспать. Как раз в момент, когда наёмник устроился в салоне поудобней, со стороны моста пришли Кот и Глаз.        — Кэп, мы закончили. — Отрапортовали бойцы. Дым устало вздохнул, убирая колоду карт в коробку.        — Вот и хорошо. Джокер, Граф! — Прокричал он, и оба бойца почти моментально встали перед Ромой. — Местным час на сборы и выдвигаемся. Бегом.        — Есть! — Бойцы отсалютовали и пошли к лагерю местных.        Рома молча проводил их взглядом, всё ещё недовольный своим проигрышем. Настолько он был вовлечён в свои мысли, что даже не заметил подошедшую к нему Симиэль.        — Ох ты ж… — Испуганно выкрикнул парень, чуть не сбив эльфийку. Та тоже вскрикнула по эльфийски, но затем извинилась уже на имперском, побежав вслед за Даней и Егором.        Глядя ей в след, Рома мысленно усмехнулся и направился к машине.        “Надо бы напомнить парню о предосторожности…” — Подумал Рома, начиная загружать ящики со снаряжением в машину.

***

       — Земля в иллюминаторе, земля в иллюминаторе видна. Как сын грустит о матери… — Напевал в общий эфир скучающий Шей. Продолжалось это всю дорогу и менялся только репертуар медика, но это не сильно спасало остальных.        — Ром, можно сменить канал? — С скрываемой надеждой спросил Граф, которому уже физически было больно от этих песнопений.        — Связь флажками поддерживать будем? — Издевательски спросил Дым, который мечтательно откинулся в кресле и смолил в открытое окно машины.        Граф покосился на него с немым вопросом, но Роман этого не заметил. Тогда Егор тихо зарычал, закатывая глаза и с грустью смотря на плетущуюся впереди колонну местных.        С одной стороны он им сочувствовал, ведь они бежали с насиженных мест из-за доблестного экспедиционного корпуса, бойцов которого называли “демонами”. И из этого вытекала вторая эмоция, которую Егор испытывал по отношению к этим людям — неприязнь.        Егор никогда не славился особым человеколюбием, да и скрывать этого не пытался. Но сейчас он испытывал особую неприязнь, которую хотелось спрятать глубоко в себе, которую до этого он испытывал только к одному, конкретному, человеку… И это раздражало наёмника ещё сильнее, ведь перед этим он был бессилен.        Периодически он бросал взгляд на едущих в впереди идущей повозке людей и тут же отводил взгляд в сторону. Каждый раз он невольно замечал искалеченную девушку с перевязанным лицом и полными скорби голубыми глазами. Наёмнику казалось, что она смотрит прямо в его душу и в этих ледяных глазах читалось только презрение лично к нему.        Бред полнейший, ведь обладательница этих глаз давно мертва и Граф даже присутствовал на её похоронах, но разве можно объяснить это воспалённому двухдневным бодрствованием мозгу? Нет, ну или Смольников просто чего-то не знал.        От распоясавшийся фантазии его спасло то, колонна резко остановилась, а беспрерывно певший Шей наконец соизволил заткнуться.        — Шей, доклад. Приём. — Быстро отреагировал на остановку Роман. На задних рядах остановка тоже была замечена и все заметно напряглись, кроме Симиэль — она как раз таки ничего не понимала.        — У городских стен бой. И, кажется, не в пользу гарнизона. Приём...

***

       — Умри! — Прокричал очередной бандит и замахнулся своим мечом.        Девушка в броне паладина Сумеречной Гвардии вытащила меч из трупа предыдущего и парировала удар. Лязг металла о металл был заглушён звуками творящегося вокруг ада.        Бандит потерял равновесие из-за неожиданного блока и попытался отступить, но у паладина были другие планы. Она сблизилась с противником и нанесла два рубящих удара в грудь. Парень вскрикнул и завалился на спину. Девушка же нанесла ему контрольный удар в область шеи и затем еле успела выставить новый блок.        — Сдохни сука! — Слышит она сквозь лязг металла и лишь озлобленно рычит. На осмысленную речь сил уже не осталось.        Новый замах, но уже со спины и тёплое от свежей крови лезвие касается нежной кожи девушки. Она тихонько вскрикивает и уже готовится прощаться с жизнью, как вдруг стоявший перед ней враг распахнул глаза от ужаса.        Пользуясь его заминкой, девушка замахнулась мечом, пробивая дешёвую кирасу наёмника и сразу же разворачиваясь к второму врагу… которого уже раздавил огромный волк, закованный в чёрную латную броню, переливавшуюся в лучах солнца.        Это животное с наслаждением разрывало каждого встреченного бандита на куски, из-за чего его доспехи местами покрылись кровавой коркой. За его спиной, в специальных ножнах, висел почти что не применявшийся двуручный меч. Несмотря на поистине животный вид существа, в его глазах читалась ясность ума и только это заставило девушку расслабленно опустить меч. Впервые за последние два часа…        — Ты вовремя, Беовульф… — Устало выдохнула девушка, смотря как отряд оборотня расправлялся с остатками той группы бандитов, что ловко заманили её в ловушку.        — Я заметил. — Без энтузиазма ответил ей старый волк, выбрасывая растерзанную тушку убитого негодяя. — Это было слишком глупо, даже для тебя, Диана.        — Лучше момента выбрать не мог? — С сарказмом сказала паладинша, в ответ на что Беовульф презрительно фыркнул. Наверняка он хотел было что-то ещё сказать, но этому было не суждено произойти из-за появившегося на поле боя гонца.        — Миледи! Враги захватили западные ворота! — Прокричал парнишка двенадцати лет отроду в кожаных доспехах и с коротким кинжалом на поясе.        Диана не успела даже обдумать услышанное, как Беовульф грозно рыкнул и тошнотворно сладко прошептал:        — Предоставь это мне… — Волк плотоядно облизнулся, из-за чего гонец резко побледнел, нервно сглотнув. — Отряд! Прикрывать принцессу!        Разнёсся громогласный крик Беовульфа, вызвавший у Дианы только раздражение. Находившиеся неподалёку бойцы Сумеречной Гвардии быстро сгруппировались вокруг своей новой цели и приняли защитные стойки, недобро поглядывая на окружавших их бандитов.        — Я с то… — Диана не считала что ей была нужна защита и потому хотела пойти вместе со своим старым товарищем, но и тут он показал свой характер.        — Нет. Ты остаёшься здесь и командуешь войсками. Ты здесь старшая по званию и умирать тебе нельзя, как бы сильно ты этого не хотела…        Диана не успела ничего возразить, ведь Беовульф закончил говорить, как тут же сорвался с места и на полной скорости побежал к городской стене. Достигнув преграды, волк достал свой меч и метнул его примерно в середину стены. Используя его как опору, тот в два прыжка смог преодолеть стену и скрыться на узких улочках Илоса, вселяя неподдельный ужас как в прорвавшихся бандитов, так и в остатки гарнизона...        — Принцесса, мы ждём указаний! — Сказал кто-то из рыцарей Гвардии, которого Диана видела пару раз на официальных церемониях.        Диана обвела взглядом поле боя, стараясь проанализировать ситуацию. Кольцо окруживших её паладинов было редким и каждый из его участников едва мог стоять на ногах от перенесённых ран и изматывающего боя. Ополчение находилось не в сильно лучшем состоянии.        Можно было понадеяться на ополченцев, но... Диана не могла найти хотя бы одного. Либо они все уже погибли, либо отступали за ворота, не в состоянии продолжать бой. Всё говорило о том, что обороняющиеся находятся в меньшинстве. Это было очевидно всем, даже Диане.        — Отступаем к воротам! — Отдала она единственно верный приказ, который тут же стал переходить из уста в уста. Где-то вдалеке затрубили горны, сигнализирующие отступление.        Гвардейцы начали медленно отходить, стараясь прикрыть хаотичный побег остатков ополчения, а застрельщики на стенах стали активнее поливать врагов стрелами, камнями и прочим метательным оружием.        Всё это не позволяло отступлению перерасти в кровавую баню, но за каждую секунду подобной тактики Сумеречная Гвардия платила огромную цену. К сожалению, ничего другого в этой ситуации сделать было невозможно.        Да и то, отступление было мерой временной и из-за этого бессмысленной. Подкрепления не будет и рано или поздно стены Илоса падут, а за ними уже будут ждать сотни тысяч бандитов и дезертиров, которым и так нечего терять…

***

       — Двести метров до цели, запрашиваю разрешение открыть огонь. Приём. — Прозвучал в эфире запрос Роджера без привычных весёлых ноток. Сам пулемётчик сейчас нервно улыбался и поглаживал рукоять своего пулемёта.        Впереди стоял большой город, который в данный момент осаждала целая армия из мародёров и убийц. Не то что бы Сергей любил проливать кровь, но и особых угрызений совести не питал. И тем более по отношению к дезертирству и прочему отребью…        Но вот, до поля боя оставалось совсем ничего и в эфире прозвучал один единственный приказ:        — Огонь.        Недолго думая, Роджер вжал гашетку своего пулемёта. Тяжёлые пули вылетали из ствола с чудовищным грохотом, от которого даже активные наушники полноценно не защищали. Стрелять длинной очередью парень не мог, так как не хотел чтобы ствол повело от перегрева, но даже так урон от его атаки был поразительным: задние ряды мародёров теперь представляли собой кровавое месиво, нашпигованное свинцом. Передние ряды услышали гром выстрелов и их уверенность в собственной победе резко закончилась.        Видя сомнения своих врагов, обороняющиеся перешли в контратаку, оттесняя перепуганных бандитов. Тем временем пехота выгрузилась из автомобилей и также открыла огонь по отступающим бандитам. Даже Симиэль вылезла из машины под недовольным взглядом Джокера и стала стрелять по бегущим прочь из лука.        Со стороны города к машинам приближались несколько рыцарей, которые тут же попали на прицел пулемёта Сергея. Однако, нажать на гашетку он не успел, так как в эфире прозвучал голос Дыма:        — Союзники на шесть часов. — В подтверждение своих слов, Роман вышел вперёд к рыцарям, ухватив автомат за цевьё и подняв его над своей головой, второй рукой махая им. Ответной реакции от туземцев не последовало и тогда Роман снова заговорил. — Граф, будешь переводить.        — Понял.        Нужный боец очень быстро поравнялся с командиром, уже опустившим автомат. Остальные же продолжили поливать свинцом отступающих засранцев и вскоре их стали поддерживать те самые рыцари. Но бой был ещё далёк от своего завершения и приказ Дыма в эфире это только подтвердил:        — Граф, Джокер, Шей, берёте машину и отправляетесь к западным воротам города. Задача — оказать поддержку местным, выбить противника и занять оборону. Вперёд.        — Так точно! — Почти синхронно выдали бойцы и быстро погрузились в командирский внедорожник. Также к ним присоединилась и Симиэль, которую сперва хотели вытолкать из машины, но чуть погодя смирились. Дым этому не мешал и потому вскоре названные наёмники уже въезжали в город под удивлённые взгляды гарнизона…

***

       — Да, блять! — Выругался Шей, ударив по тормозам. Причина остановки была в очередной баррикаде, перегородившей очередную улочку.        — Я говорил что нужно было ехать по главной… — Устало выдал Граф, проверяя крепление подствольного гранатомёта.        — Вовремя ты мораль почитать решил, ничего не скажешь. — раздражённо ответил Алексей, собираясь сдавать назад. Однако ему снова пришлось нажать на тормоза, так как из-за поворота, откуда недавно выехали наёмники, выскочили подкрепления ополченцев.        — Делай что хочешь, а я пешком… — Сказал Граф, потирая ушибленный затылок. Не дожидаясь ответа Воронова, Егор открыл дверь и вышел на улицу, направившись прямо за баррикаду.        С минуту Алексей был сбит с толку таким поступком Графа, но затем рассерженно ударил по рулю и сказал:        — Джокер, машина на тебе. — Прежде чем Даниил успел что-то возразить, Шей вылез из машины и помчался следом за Графом.        А тем временем Граф уверенно двигался по узким улочкам, и держа автомат наготове. Город представлял собой обычное такое средневековье — грязь, теснота и самый настоящий ад урбаниста в виде хаотичной застройки. Такие условия были просто идеальными для засады, но Граф не особо вглядывался в окна домов. В конце концов автоматов у местных аборигенов не было, а от случайного горшка мог защитить и шлем, чего не скажешь о ножах и мечах.        Вскоре, предчувствие не подвело наёмника и на него выскочила группа из трёх человек. Двое из них, особенно крепких, тащили какой-то сундук, а третий смотрел по сторонам, опираясь на свой посох. Быстро распознав в третьем парне мага, Егор выстрелил и снёс ему голову. Кровавые ошмётки разбросало по переулку, а двое громил бросили свою ношу, схватившись за мечи. Вот только атаковать наёмника не успели — выстрелы скара оказался быстрее.        Сундук с грохотом рухнул на вымощенную камнем улицу и его содержимое рассыпалось по переулку. Все трое были мертвы. А выстрелы наверняка отпугнули других потенциальных нападающих и потому Егор решил заняться актом мародёрства. В конце концов, не станет же владелец этого сундучка поднимать шум из-за одного пропавшего ожерелья?        Среди кучи золотых монет, украшений и прочего добра наёмник заметил неплохую серебряную цепочку с большим голубым сапфиром в форме слезы. Камень выглядел красивым, да и сама цепь была добротной. Граф решил остановиться именно на этом украшении и потому очень быстро спрятал его в свою административку, после чего продолжил путь к западным воротам, отстреливая встречавшихся нападающих и попутно напевая про себя детскую считалочку.        И если у Смольникова дела шли замечательно, то вот Шею везло значительно меньше. Он также шёл по улочкам Илоса, попутно отстреливая из подствольного дробовика всё, что пыталось его атаковать. Однако Алексей умудрился заблудиться в перипетиях плотной средневековой застройки и потому просто шёл наугад. Раздававшиеся вдалеке звуки боя служили для него своеобразным ориентиром, но даже так наёмник умудрялся забредать в тупик. А причиной тому служило чёртово эхо, путавшее парня и заставляющее его углубляться в далеко не лучшие части города.        В одном из таких переулков наёмник столкнулся с отрядом из четверых мародёров, которые грузили свою добычу в небольшую тележку. Двое из них моментально отправились к праотцам, третий тоже не представлял особой угрозы из-за оторвавшегося его руку заряда дроби, а вот на последнего патронов не хватило и тот успел ударить мечом по автомату, выбив его из рук Воронова.        Наёмник отошёл назад, оглядывая своего противника и вытаскивая из-за пояса штык-нож. Бандит не стал долго приближаться к нему, а сразу попытался добить одного из таинственных демонов, разбивших сразу две императорские армии за один месяц…        Он нанёс рубящий удар в плечо Алексея, но тот смог увернуться. Меч высек искры из каменной стены, задев её своим концом. Это не заставило парня потерять равновесие и он попробовал нанести новый удар, но на этот раз колющий. Места для манёвра в переулке было немного и потому Шею пришлось отпрыгивать назад, уходя от выпада.        Этот поединок не нравился Алексею, ведь шансов как таковых у него было мало. Только если попытаться выхватить пистолет, но это требует времени, коим парень попросту не обладал.        Пока он бы вытащил ствол из кобуры, пока снял его с предохранителя, пока дослал бы патрон передёргиванием затвора, враг точно бы успел нанести ему хотя бы один удар. А большего, собственно говоря, и не требовалось — это Алексей мог сказать как опытный полевой медик.        “Чёртов Граф, ну прям не мог он немного подождать, индюк напыщенный…” — Подумал Шей, стараясь атаковать своего оппонента. Тот снова продемонстрировал неплохую выучку и успешно отбил короткий выпад, перейдя в защитную стойку.        Это было правильным действием в схватке с другим мечником, но вот только Шей не был мечником. Он решил всё же попытаться вытащить пистолет из кобуры. Мечник не сразу понял намерений наёмника и перешёл в атаку только когда Алексей передёрнул затвор.        Две пули вошли в металлическую кирасу бандита и тот выронил свой меч. Третья пуля вошла ему в голову, заставив ту откинуться назад. Однако мечник успел взять разгон и по инерции продолжил лететь на наёмника.        Тяжёлая бронированная туша пригвоздила Воронова к земле и, как будто только этого и ждали, из очередного ответвления вышли новые противники. Они сразу же заметили застрявшего наёмника и пошли его добивать.        — Нахуй пошли! — Выкрикнул парень, продолжая стрелять по мародёрам.        Правда пистолетного магазина надолго не хватило и когда затвор показал отсутствие патронов, на камень повалилось только два тела. Трое продолжали приближаться к беззащитному наёмнику, а возможности перезарядиться у него не было.        “Это надо же так бездарно сдохнуть…” — Невольно подумал Шей, надеясь дотянуться до припасённой для подобного случая гранаты. — “Спасибо Граф, я тебе, сука, в кошмарах сниться буду...”        Вдруг, совсем рядом раздался громкий волчий вой и что-то большое упало с крыши. Бандиты начали истошно орать от страха, пока их не прервал чудовищный рёв. Что-то большое разрывало мародёров в клочья и это было то самое чудо, спасшее Шею жизнь.        Пара рыцарей зашли с другой стороны переулка и помогли наёмнику выбраться из под трупа. Одного из них он узнал — был одним из тех, кто держал круговую оборону вокруг той девушки. Он сказал что-то на местном наречии и протянул Шею руку. Тот принял помощь и уже вскоре принимал свою же винтовку от второго рыцаря.        После этого он наконец-то взглянул на то, что его спасло. Огромный волк в латных доспехах, весь залитый кровью и с хищным блеском в глазах смотрящий на наёмника. Из его пасти торчала недоеденная рука какого-то несчастного. Будь Алексей обычным человеком, то он бы наверняка бы испугался подобной картины, но за свою службу он видел нечто и пострашнее, так что он деловито проверил целостность своего оружия. Шею повезло — удар приняла на себя оптика и сам автомат не пострадал. Аког придётся выкинуть, но хотя бы стрелять можно было.        В тоже время знакомый рыцарь что-то сказал волку и хищный блеск пропал из его глаз. Он утвердительно кивнул и прорычал что-то отдалённо похожее на “пошли”. После этого новообразованный отряд выдвинулся вперёд. Волк двигался впереди, разрывая на части любого встреченного противника, рыцари шли следом и следили за флангами, попутно добивая немногочисленных раненых, ну а Лёша двигался позади и следил за тылом. Таким построением, четверо бойцов добрались до площади перед западными воротами Илоса, где Алексей увидел весьма необычную картину.        Площадь была завалена телами как бойцов гарнизона, так и нападавших. У пробитых ворот толпились нападавшие, которые с нескрываемой жаждой крови смотрели на остатки обороняющихся, которые стояли прямо напротив них. А между ними, на своеобразной ничейной полосе было всего двое: огромный перекачанный варвар с топором и коротким мечом, а также Граф собственной персоной.        Наёмник был без бронежилета и без автомата, зато с длинным мечом, который весьма уверенно держал двумя руками. Стойку он держал уверенно и внешне выглядел абсолютно спокойным, как будто бы каждый день сражается с кем-то на мечах.        Первым желанием Алексея было выстрелить в варвара и закончить этот фарс, но он смог воздержаться. В конце концов, никто из здесь находившихся не спешил встревать в поединок двух парней, а потому и сам наёмник решил молча понаблюдать за происходящим. Тем более что выстрелить он успеет всегда, а вот увидеть как Графа на куски режут — нет...        Варвар грозно зарычал и бросился в атаку на Егора, но тот пока не шевелился. Только в самый последний момент, когда варвар замахнулся своим топором, Смольников резко ушёл влево и замахнулся своим мечом. Спина варвара окрасилась красной полоской и тот зарычал от боли, поворачиваясь лицом к своему оппоненту. В его глазах читалась ярость, а вот Егор всем своим видом выражал своё превосходство над тупым верзилой.        Это ещё сильнее злило варвара и тот вскоре предпринял ещё одну попытку атаковать. Граф уворачиваться не стал и принял удар топора своим мечом. Противник хищно улыбнулся, собираясь пронзить живот наёмника своим мечом, но вдруг получил удар в лицо. Варвар потерял равновесие и Граф поспешил воспользоваться этим.        Одним движением он вырвал топор из рук соперника и отбросил его в сторону. Варвар попытался отмахнуться мечом, но Смольников ударил с разворота по мечу и затем сделал ещё один разворот, ударив варвара в живот.        Тот отпустил рукоять меча и схватился руками за глубокую рану на животе. Из последних сил он посмотрел в глаза своему сопернику и увидел в них только насмешку и презрение. Одним ударом Граф пробил грудь варвара и тот завалился на бок. После этого, наёмник развернулся и с выражением насмешливого презрения посмотрел на нападавших. Те, видя смерть своего предводителя, начали медленно отходить назад, тихо перешёптываясь. А стоило им заметить подоспевшее подкрепление в виде оборотня и как минимум ещё одного “демона”, как они решили не испытывать судьбу.        Паническое отступление неприятеля с западных ворот ознаменовало собой завершение долгой и тяжёлой осады Илоса. Империя победила…