Я не сделаю больно

-И так, Евгений. Алексею надо принимать достаточно сильные антидепрессанты. Я вам их выпишу, - Сказал психотерапевт и начал выводить что-то на листочке. Лёша, сидящий всё время в кабинете в своих мыслях, сейчас взволнованно глянул на Женю сидящего у стола врача и вжался в спинку стула. Это заметил только Женя, и понял, что с Лёшей будет не просто. Но они справятся, он его не бросит. В машине Лёша сел на переднее сиденье рядом с Женей. -Так, надо купить тебе таблетки, сейчас посмотрим, сколько стоят и закажем, - Старший включил телефон, озаряя слепящим светом темноту в машине. Лёша кивнул, но продолжил молчать. Егор тоже давал ему какие-то таблетки, от которых становилось очень плохо. Лёша снова боялся. ** -На, пей! - Егор бросил таблетками в парня. -Я не хочу, - Попытался отказаться от очередной дозы Лёша. -А тебя никто и не спрашивает. Пей! - Абьюзер злорадно ухмыльнулся, - Иначе буду применять грубую силу. И Лёша пьёт, зная, на сколько ему будет плохо. И то, что его скорее всего снова изобьют, потому что он просто не сможет ничего соображать. Он глотает лекарство и почти сразу же отключается из-за большой дозы... ** -Хэй, Лёша! Ты чего? - Бочкарёв отвлёкся от мыслей из-за того, что Женя тряс его за плечи. -Я... Ничего, - Соврал Бочкарёв, пряча взгляд. -Но ты плачешь, - Расстеряно сказал юноша, - Тебя что-то беспокоит? Ты же говорил, что будешь мне доверять... -Нет, Жень. Всё хорошо, ты только не волнуйся. -Хорошо, я не буду давить. Но если захочешь рассказать, то я готов выслушать в любое время. Остальное время в машине блондин пытался отвлечь Лёшу от воспоминаний и мыслей, чувствуя, что у него ничего не получается. Но Бочкарёв старался не уходить в себя, и их разговор стал чуть лучше, чем до этого. По пути домой парни уже заехали за антидепрессантами, что послужило причиной новой порции воспоминаний Лёши. -Лёшка, выпей таблетки, хорошо? Сейчас, - Женя кладёт лекарства на стол перед парнем. Они уже дома. -Я.. Жень, я, - Лёша не знает, что сказать, лишь снова вжимается в спинку стула. Он не сможет даже взять их в руки, не то, что выпить. Юноша трясся в приступе ужаса, смотря на таблетки. Воздуха мало. Перехватывает дыхание, дышать почти невозможно, начинается истерика. -Лёша, Лёш. Чёрт... - Женя сразу обнимает, гладит и пытается успокоить. Он что-то успокаивающе шепчет, но Лёша всё равно не может выйти из этого состояния, как бы не пытался. Он кричит в плечо парня, который крепко его держит и не даёт уйти, просит помочь, будто в бреду. Поняв, что не справляется с ударником, Женя отвёл его в кровать и аккуратно уложил, сам же лёг рядом и сразу обнял. Лёша не мог успокоиться, всхлипывая и говоря какие-то бессвязные слова, однако он быстро уснул. Истерика вымотала его достаточно сильно, и он очень устал. *** Проснувшись ночью, Лёша аккуратно выбрался из Женькиных объятий и пошёл на кухню. Антидепрессанты всё так же лежали на столе, но он старался не смотреть на них. Ему надо было на кухню только за заветным лезвием, которое он изо всех сил старался не брать, но сейчас он чувствовал, что не справиться с собой. Лёша нашёл достаточно острый нож и прислонил его к руке, закусив губу. Было немного страшно, и одновременно желанно. Он медленно провёл им по коже, потом ещё раз, и ещё. Теперь на этом месте была большая царапина, из которой текла кровь. -Жень, прости, - Лёша сказал это одними губами, режа себя уже в другом месте. В скором времени порезов стало ещё больше. Когда Лёша закончил, он переоделся в кофту с длинным рукавом и лёг обратно к Жене, однако заснуть получилось не скоро... *** -Лёш, что у тебя с руками? - Женя зашёл в ванную, что бы отдать Бочарику забытое им полотенце и увидел то, что не должен был - Лёша пытался смыть остатки крови, появившиеся ночью. Женя застыл на пороге, грустно глядя на парня. Женя всё понял. -Жень... - Лёша виновато закусил губу и шагнул назад, подальше от парня. -Да что Жень?! Я уже не знаю, как тебя успокаивать! Что я делаю не так? Почему ты этого хочешь? Я же так тебя люблю, я всё пойму, какого хрена ты мне ничего не говоришь блять?! - Заорал Женя. По щекам текли слёзы, ведь он боялся за Бочкарёва. Полотенце всё ещё было в руках, поэтому Женя положил его на стиральную машину и быстрым шагом вышел из ванной. Бочарик чувствовал себя виноватым, ведь за стеной слышались Женины всхлипы и то, как он с кем то говорил по телефону. Лёша понимал, что подслушивать нельзя, но не мог ничего с собой поделать. Он тихо вышел из ванной и прислонился к стене, что бы было не очень заметно его самого, но при этом очень хорошо видно Женьку. -Да Ром, я уже не знаю, что делать! Я так за него боюсь, ты бы только знал. Если бы я встретил Егора, он уже был бы мёртв. Как он вообще мог так обращаться с Лёшей? - Женя снова всхлипнул, обнимая подушку. Лёша разобрал какие-то слова из телефона о том, что всё будет хорошо, но дальше слушать не хотелось. Женя любит, а Лёша не может быть "нормальным" - вот что вынес для себя парень. Бочкарёв зашёл обратно в ванную комнату и включил воду, однако мыться он не собирался, он просто хотел подумать. Как теперь разговаривать с Женей? Врать дальше, что всё хорошо - не вариант. Надо рассказать ему.