(Друг) по переписке

Год. Ровно год с момента последней правки и постановки финальной точки. Тэхён в свою книгу всего себя вложил, тратя на неё бессонные ночи и наполняя свой организм кофеином бессчетное количество раз. И вот наконец, спустя год, пройдя все финансовые тонкости и бюрократию, найдя дизайнера для обложки и небольших иллюстраций, Тэхён был готов к публикации. Всё это время он ни на что не надеялся, просто писал историю, героем которой когда-то оказался сам. «Друг по переписке» — белыми буквами на красной плотной бумаге, всё это и вправду кажется теперь только историей. Тэхён рассматривал свою книгу, то и дело возвращаясь к идеально отрисованной обложке, нужно будет непременно отблагодарить дизайнера, думал Ким. — Хэй, Ким Тэ! — за спиной послышался знакомый голос, от неожиданности которого Тэхён невольно вздрогнул, прежде чем обернуться. — Так и знал, что найдём тебя тут, о, — Чимин покосился на яркую обложку в руках парня, — Неужели ты наконец получил финальный вариант книги? Вот улёт! Когда презентация? — Спасибо, — мягко улыбнулся Ким. — Если честно, я ещё не уверен, думаю, на следующей неделе можно будет устроить встречу в торговом центре, останется только разрешить пару вопросов с организацией. — Это большой шаг, дружище, мы действительно рады за тебя, — Юнги, стоящий рядом с Чимином, подошёл к Тэхёну и похлопал его по плечу. — У тебя просто невероятный талант в писательстве. — А ещё в блоггерстве, — подхватил Пак. — Вон сколько на его странице в инсте подписчиков, — он продолжал листать инстаграм Тэхёна, тыкая на отдельные части экрана. — А комменты, ну ты у нас знаменитость, Ким Тэ, столько людей ждут твою книгу. Не забудь упомянуть нас с Юнги, когда будешь получать оскар. — Оскар выдаётся за актерское мастерство или режиссуру, — закатил глаза Юнги, а Тэхена практически пробивало на смех с этих двоих. — Да пофиг мне, главное, что у Тэ есть шанс стать известным, кстати, от Чонгука так ничего и не слышно? Имя Чонгук Тэхён под плотным слоем земли похоронил, он старался не думать и не упоминать это имя целый год. Работая над книгой, он сам себя убеждал, что всё хорошо, ему нет дела до того, кто сначала использовал, а потом бросил. Но врать себе — дело не из простых, Чонгук его спас в конечном итоге, а самого себя лично в могилу зарыл. Ну а Ким, пусть никогда себе не признается, этой книгой возвращал в глубину души лучик совсем крошечной надежды, надежды найти его. — Ты совсем идиот? — прилетело Чимину локтем в ребро от Юнги. — Тэхён не говорит об этом уже целый год, он наконец-то смирился и живет полной жизнью без этого психа. — Всё хорошо, — фальшиво улыбнулся Ким, услышав возмущения Мина. — Нет, я ничего о нём не знаю, да и как-то всё равно, если честно. Лукавить у Тэхёна выходило поразительно правдоподобно, так, что даже друзья уверялись в его неподдельной искренности. Да и сам он таким образом убеждал себя в том, что всё прошлое теперь только прошлое, его жизнь чудесна и всё пережитое теперь останется только на страницах книги. Вот только имя, то самое имя, от которого внутри трепетало когда-то, Тэхён так и не научился произносить вновь. Прошёл ровно год с того самого дня, когда Чонгук вновь появился в его жизни и снова покинул её. «Я скучал по тебе, малыш» у Тэхёна из памяти вряд ли выкинуть получится, как бы сильно он ни старался. После этого он искал Чона, правда, он отчаянно верил в то, что Гук жив, однако больше Тэхён не получил ни единой весточки. Может, это была чья-то злая шутка? Может это Сокджин, который числится пропавшим уже как 2 года, решил поизмываться над бедным парнем? Тэхён всё перебрал в голове, все варианты. Пусть на миг, но его сердце точно почувствовало его, живого. Но более ничего не происходило. Прошло два года с последней встречи, глупо было на что-то надеяться.

***

Ровно через неделю состоялась долгожданная презентация книги, автором которой был Ким Тэхён. Парень приобрёл ошеломительный успех на интернетном поприще, хотя по правде говоря, он никогда к этому не стремился намеренно. Тэхён всегда был интровертом, предпочитал чтение шумным тусовкам. Вот только теперь, когда он стал знаменит, большого количества людей вокруг себя ему не избежать. Но сейчас его совсем не тревожило то, что некоторые узнавали на улице или писали множество сообщений в директ. Тэхёну действительно нравилось на них отвечать и он всегда был искренне рад видеть тех, кто увлечён его персоной и ждёт выхода книги. Всё началось годом ранее, как раз тогда, когда парень начал работу над книгой. Чимин без ведома друга зарегистрировал Тэхёна в инстаграм, аргументируя свой поступок тем, что тэхёново симпатичное личико должно взорвать сеть. По началу было именно так, внешность у Кима и правда была выразительной и необычной, отчего фолловеры стали набираться стремительно, ну а после, Тэхён решил делиться с миром сети тем, что было на душе, он писан развёрнутые рецензии на любимое книги и комиксы, говорил о том, как его привлекает атмосфера городских бульваров и, что на самом деле латте лучше не смешивать со сладким сиропом, а пить в чистом виде. В какой-то момент, он поделился с подписчиками, что пишет книгу, и в тот момент интерес к его персоне ошеломительно возрос. Все в университете теперь знали Тэхёна, многие мечтали с ним познакомиться и дружить. Сначала, парню было некомфортно от такого количества внимания к себе, но после, наконец понял, что есть те, кому он нравится таким, какой есть. Киму было приятно чувствовать себя нужным, он был рад делать других счастливее. Презентация скорее походила на пресс конференцию. Тэхён арендовал небольшую площадку в торговом центре, люди подходили и просили подписать им совсем новые книжки, кто-то хотел сделать фото на память, а кто-то брал сразу несколько, прося подписать вторую для своего друга или девушки. Мероприятие заняло почти два часа, так что под конец Тэхён чувствовал приятную, но при этом сильную усталость, тело ломилось от долгого пребывания в одном положении, а живот всё громче подавал сигналы о том, что нужно скорее поесть. Когда публика наконец разошлась, парень быстро засобирался домой. Вечером ему нужно было отметить сие событие с близкими. Он наскоро накинул пальто и набросил на плечо широкую тканевую сумку, после чего поспешил к продуктовому, ему нужно было всё подготовить к предстоящей вечеринке в своей квартире. Однако жизнь — любительница вносить свои коррективы тогда, когда ты совсем беззащитен. — Я тоже хотел бы приобрести книгу, — крупный мужчина буквально навис над Тэхёном, Ким его не сразу узнал, однако от осознания, кто стоит перед ним, внутри всё похолодело. Сокджин. — Простите, но пока что все распроданы, приходите в другой раз, — Тэхён изо всех сил старался скрыть сильную дрожь в голосе. Выходило паршиво. Сокджин, тот, кто на сердце Намджуна глубокую рану оставил, тот, кто без единого слова пропал на два чертовых года, тот, кто Чонгука в могилу сводил медленно. Сейчас этот человек стоит прямо перед Тэхёном, и парень поклясться готов, что если бы ни сковавший тело ступор, то точно бы раскрасил лицо этому подонку. — Тэхёни, а ты изменился, — на лице мужчины появлялась тошнотворно слащавая улыбка. — Писателем стал, как я вижу, — он перевёл глаза на книгу, которую отчего-то до побеления в костяшках сжимал Ким. — Что ж, мне было интересно, как там Намджун, но, к сожалению, были кое какие дела. — Дела на целых два года? — сквозь ком в горле парировал Тэхён. — Ты бросил моего брата, сейчас ты ему не нужен, уходи, — Тэхён собирался сделать шаг в сторону от Сокджина, но тот перехватил Кима за руку, не давая отойти, и почти припечатал к стенке. — Может мне стоит рассказать ему о том, что в твоей книжке? — снова мерзкая ядовитая улыбка, такие люди, как он, не меняются. — Я тут поразмышлял на досуге, ведь это ты прятался в доме одного из моих дорогих последователей? Вот как он их называл. У Тэхёна внутри океан бурлил от упоминания того самого дома, от воспоминаний о моментах, которые он навсегда готов обратить в пепел, того места, куда больше нет причин возвращаться. — Ты так называешь людей из своей проклятой секты? — голос начинал вновь обретать твёрдость, Тэхёну уже не было страшно, теперь в нем бурлила боль и ненависть к тому, из-за кого любимый Тэхёну человек долгое время пребывал в агонии. — Есть ещё другое название: смертники. Люди, которые добровольно от всего отказывались, знаешь, мне было плевать на них, но деньги некоторые вносили немалые, — мужчина ухмыльнулся настолько мерзко, что у Тэхёна под рёбрами неприятно сводило от вида этого морального урода. Ему было плевать на людей, они для него были всего лишь способом получения денег и выгоды, всего лишь смертниками, насколько несовместимо бы это ни звучало. От такого оксюморона у любого человека холодок по телу пробежит, не говоря уже о Тэхёне, который лично с одним из таких потерявших себя был знаком. — Кстати, можешь добавить это в свою книжку, — сверкнул глазами Сокджин с нескрываемой издевкой. Ему нравилось выводить из себя других. — Уходи, мне плевать на то, что ты говоришь, — Тэхён уже давно не тот пугливый мальчишка, ему ничего не стоит побороть страх и уйти самому, однако сильная хватка Джина физически не давала Киму высвободить руку. Черт, как всегда в такие моменты даже самые сильные оказываются беззащитны. — Может расскажешь мне ещё что-нибудь интересное о Чон... — Он же сказал, что не хочет с тобой говорить, — резкий голос прервал Сокджина, вырвав руку Тэхёна из руки мужчины. Кто-то стеной встал между Кимом и Джином. Голос, отчего-то он был таким далёким и в то же время знакомым Тэхёну. — Вот это неожиданность увидеть своего смертника живым, — скривил подобие улыбке Сокджин. — Давно не виделись, Лорд. Чонгук? Это походило на безумие, но Тэхён этот голос больше ни с чьим не спутает. Это был Чонгук, не иначе. Но почему именно сейчас? Спустя два года он вновь появился, также неожиданно и без предупреждения, просто ворвался в тэхёнову жизнь, а тот и не знает, как реагировать, что ему чувствовать. Это действительно походило на настоящее безумие, и всё именно тогда, когда жизнь парня стала налаживаться, а раны на сердце наконец стали покрываться корочкой. Но Чонгук вновь тайфуном ворвался в его тихую гавань, сорвал все корки и открыл старые раны. — Почти не изменился, — Сокджин отступил чуть назад и стал обходить Чона, рассматривая его. Тэхён поднял глаза на Гука, что стоял к нему спиной. Одной рукой Чонгук всё еще держал Тэхёна, причём сжимал так крепко, что парню становилось больно, так сильно старался не отпускать, будто боялся, что тот пропадёт, испарится. Ким ощущал кожей, что ладонь Чонгука всё такая же холодная, как и два года назад, а со спины были видны проглядывающие сквозь кофту кости, возможно он плохо ест, или же снова употребляет. Вариантов не много. — Уходи, Лорд, тебя ведь тоже уже ничего не держит, — голос Чонгука резал своим холодом, но Тэхёну удавалось улавливать в нем настоящий животный страх. — Я зашёл попрощаться, всего то, — Сокджин приблизился к Тэхёну, отчего тот инстинктивно сделал шаг назад, Чонгук же наоборот подошёл ближе к Джину, словно стараясь оградить от мужчины Тэхёна. — Можешь передать Намджуну привет, — вновь ухмыльнулся Джин, но заметив изменившееся явно не в добрую сторону лицо Кима, всплеснул руками и отошёл назад, — Ну или не передавай, всё равно плевать, — после чего развернулся и быстро исчез из виду, оставив Тэхёна наедине с тем, кого меньше всего видеть хотелось, и, кого более всех желало сердце. — Чонгук? — парень прикоснулся к плечу брюнета, но тот неожиданно крупно вздрогнул, после чего медленно развернулся. Их взгляды встретились, Тэхён был абсолютно уверен, встреть он человека с такими глазами, которыми на него сейчас смотрел Чонгук, где-нибудь на улице, то он непременно бы разревелся. Глаза у Чона были не просто пустыми, они буквально потухали с каждой секундой, превращаясь в угольки. Рассмотрев лицо Чонгука, Тэхён для себя обнаружил, что тот не только плохо питается или употребляет вещества, но ещё и плохо спит, о чем свидетельствовали огромные темные круги под глазами. — Давно не виделись, малыш. Поздравляю с релизом, мне понравилось название. Чонгук выдавливал из себя подобие улыбки, но глаза выдавали его целиком, он словно погас уже очень давно, Тэхёну было невероятно больно смотреть на него такого. — Мы можем поговорить? — нерешительно спросил Ким. — Сколько тебе будет угодно. В кофейне торгового центра на удивление было совсем безлюдно. Тэхён закал себе капучино с арахисовым сиропом (знали бы его фолловеры об этой кофейной измене) и какой-то чизкейк, Чонгук же не заказал ничего, он все то время, что они ожидали заказ, не сводил глаз с Кима, отчего у второго сердце то и дело учащало ритм. — Ты ничего не будешь? — с беспокойством все же спросил Тэхён. В ответ последовало короткое «нет». Тэхёна действительно тревожил вид Чона, он был до безумия осунувшийся, словно оживший труп. Это пугало и заставляло сердце болеть ещё сильнее. Когда принесли заказ, Тэхён не спеша принялся за чизкейк с кофе, попутно спрашивая у Чона, где и как он жил всё это время. Тот рассказал, что с момента их последней встречи он сбежал в другой город, а надпись на пороге дома выцарапал, дабы запутать Лорда и дать понять, что он мёртв. Сам же Гук сначала бродяжничал, а после прибился к какой-то компании торчков, сам не употреблял, зато хотя бы какая-то еда и крыша над головой. Иногда парень находил подработки, но они не приносили особого дохода. В крупных фирмах светиться было нельзя, всё таки Чонгук в розыске. Так и прошли два года. От всего, что слышал Тэхён, кожа льдом покрывалась. Насколько ничтожной была жизнь Гука все эти годы? Киму было совестно от того, что он временами позволял себе уходить в меланхолию и считал, что заслуживает страдать о прошлом. У него хотя бы были рядом друзья, брат и хорошая жизнь с возможностью на развитие. А у Чонгука не было ничего. И он всё равно выбрал жизнь, высвободил себя из пут, держащих его в заключении собственного сознания и наркотиков долгие годы. — Честно говоря, — продолжал брюнет, — Я жив только благодаря тебе. — Чонгук, — Тэхён оборвал его обеспокоенным голосом, — Тебя трясёт. С каждой минутой становилось всё заметнее, у Чонгука руки дрожали, как и всё тело, будто бы ему было очень холодно, а зубы периодически постукивали. — У тебя ломка? — Тэхёну очень не хотелось слышать ответ. — Меня ломает из-за тебя. — Что? — вырвалось полушепотом совсем неосознанно. — Я не употребляю уже как два года, Тэхён, — медленно объяснял Чон, стараясь донести до своего собеседника главную суть. — Просто... — он опустил глаза куда-то в пол, словно каждое слово отдавало физической болью, — Просто я всё это время не могу нормально спать и есть, я не знаю, почему я все эти два чертовых года думал только о тебе, о том, как хотел вернуться. Но я не мог, Тэ, — он перевёл глаза на Тэхёна, а тот ничего не мог ответить, сердце сжималось от вида такого Чонгука, у которого глаза мольбой переполнены. — Я правда в завязке, я могу доказать, видишь, — брюнет протянул Киму свои руки. — У меня почти все шрамы зажили, я больше никогда... А это... — он посмотрел на свои ладони, сводящиеся от дикого тремора, — Я только... — Твоя татуировка, — перебил его Тэхён, всматриваясь в место, где раньше красовалась большая лилия. — Я её свёл, сам. Это была очень знаковая примета, меня бы быстро нашли. Тэхён сегодня точно попадёт в отделение кардиологии, ибо его сердце кровью обливалось каждый раз с новой силой. На месте тату теперь располагались крупные шрамы, за неимением денег Чонгук буквально вырезал весь рисунок. Это казалось Тэхёну ужасным, сколько же боли Чон вытерпел и продолжает терпеть, Ким был готов разрыдаться, всё это слишком внезапно лавинной на него вывалилось. Но одно парень знал предельно точно — больше Чонгука он не оставит. Ким жестом подозвал официанта и заказал ещё один кофе, какой-то шоколадный пирог и несколько булочек. — Тебе нужно поесть, — твёрдо заявил парень, глядя на Чона. — Тэхён, у меня сейчас... — Я заплачу, Чонгук, пожалуйста, — Тэхён накрыл своей ладонью ладонь брюнета, видя, как тот отрицательно замотал головой. — Мне больно видеть тебя таким, сейчас это, — он указал на меню, — Меньшее, что я могу сделать для тебя. Прошу, не отвергай мою помощь. И Гук согласился. Сейчас он действительно был беспомощен и жалок, он почти все заработанные деньги на поездку в Сеул потратил, не ел и не спал нормально несколько дней. Он ненавидел быть жалким, ненавидел ловить эту жалость в глазах любимого, но сейчас он видел перед собой уже не того юного мальчика, с которым его свела судьба два года назад. Чон понимал, спорить с Тэхёном бессмысленно, он так боялся сейчас вновь потерять его, до дрожи в теле не хотел разлучаться с Кимом, поэтому был готов всё исполнить, только бы ещё пару минут провести вместе с ним. — Скажи, что ты имел в виду, когда говорил Сокджину, что его больше ничего не держит? — Тэхён очень не хотел вновь ворошить темы, связанные с прошлым, он боялся сделать Чонгуку больно, снова, но не задать этот вопрос парень просто не мог. — Лорда... — Гук сглотнул подступивший к горлу ком, ему явно до сих пор было физически больно говорить это имя. — То есть Сокджина, его и правда ничего больше не держит в нашем мире, — Тэхён непонимающе хмурился и внимательно вслушивался в каждое слово Чонгука, пытаясь понять. — Мне удалось навести некоторые справки, Джин уже год залёг на дно, я узнал от одного человека, что в секте более никого не осталось. После облавы на мой дом стали вскрываться некие подробности того, как работал механизм нашей веры, хоть и Сокджин был вне подозрений, ему не удавалось приводить новых людей, ну а все те, кто был в этой темноте вместе со мной, они... — Гук крепко зажмурил глаза, словно пытаясь забыть все всплывающие в памяти моменты и лица. — Умерли, — закончил за него Тэхён, взяв Чонгука за руку и плотно сжав в своей. — Всё это закончилось, слышишь? Главное — ты смог выбраться из этой темноты. — Если честно, мне страшно, — на грани слышимости произнёс Чон, поднимая глаза на Тэхёна. — Чего ты боишься, Чонгук? — Снова потерять тебя. Сердце пропускает удар, Тэхён себя не понимая, срывается и, упираясь руками в стол, наклоняется к Гуку, оставляя на холодных щеках брюнета своё горячее дыхание. Он будто растворяется, слыша только то, как бешено бьется его собственное сердце. Тэхён оставляет медовый поцелуй на губах Чона, целует так, словно хочет передать всю свою тоску, рассказать о том, как мечтал снова увидеть его, прикоснуться и более никогда не отпускать. Он поцелуем Чонгуку всё своё тепло отдаёт, забирая себе чужую боль, вбирая в сердце каждую частичку чонгуковой боли. У Тэхёна ведь сердце огромное, он способен не только свою, но и его боль собрать и обратить в пепел. Проходит ещё несколько секунд, кажущиеся вечностью, прежде чем Ким отстраняется. — Я тебя не оставлю, — так же шепотом отвечает Тэхён, а у Чонгука ледяная слеза по впалой щеке стекает. Они молчат несколько минут, Ким первый решает оборвать воцарившуюся тишину. — Сегодня вечером я устраиваю домашнюю вечеринку, там будут только самые близкие, приходи. Я тебе уже ведь рассказывал про Чимина и Юнги, они немного странные, но с ними действительно весело, я познакомлю тебя с Намджуном. — Нет. — Почему? Если тебе будет некомфортно, мы... — Я не могу, Тэхён, — в голосе Чонгука глубокое сожаление. — Почему не можешь? Твоё дело закрыто, тебе нечего бояться. — Посмотри на меня, хоть я и не употребляю, но выгляжу, как настоящий торчок, да и... я... Мне трудно находиться в чей-то компании. Теперь до Тэхёна наконец-то дошло. Чонгук ведь долгие годы находился под сильным влиянием секты и наркотиков, после чего целых два года жил почти что отшельником, для него сейчас сложно вести всем простым людям привычную жизнь. — Прости, я не подумал, — Ким виновато опустил глаза, — Но где ты будешь жить, у тебя есть хотя бы какие-то деньги? Когда мы сможем увидеться? А, точно, телефон, у тебя же есть сотовый? Гук утвердительно кивнул, после чего достал из кармана разбитый самсунг и инстинктивно протянул устройство Тэхёну. — Это мой номер, — быстро набирал цифры Ким, — звони в любое время. А деньги... — Малыш, — оборвал его наконец Гук, а у Тэхёна весь мир замирал, когда Чонгук к нему так обращался. — Я остановился в мотеле недалеко от тебя, у меня есть немного сбережений, что я накопил за эти два года. Не переживай за меня. Внезапно телефон Тэхёна предательски запищал, на экране высветилось напоминание о том, что нужно не забыть купить продукты и алкоголь к вечеринке. — Черт... — прорычал про себя Ким, ему сейчас меньше всего хотелось оставлять Чонгука. — Мне нужно идти, но мы обязательно увидимся скоро, только... — страшно, страшно вновь навсегда попрощаться, — Только больше не исчезай, хорошо? — Не исчезну.

***

К семи часам вечера квартира была полностью готова к приходу гостей. Но Тэхёну было совсем не до веселья, его мысли были заняты теперь только одним человеком: как он? где он сейчас? может быть ему плохо? Кима осенило, что он совсем ничего не спросил про здоровье Гука, ведь человеку практически невозможно бросить употреблять после долгих лет, а по словам Чонгука, он в заявке уже целых два года, без капельниц и лекарств, насколько же трудно ему было первое время? Тэхён понимал, что в первые месяцы бывшего наркомана ломает и пополам скручивает каждый день, если не проходить специальный курс реабилитации. А ведь у Чона и так здоровье ни к черту, выжженные вены и частые потери сознания, о которых помнил Тэхён. А если он упадёт в обморок где-нибудь совсем один? Голова просто взрывалась, а сердце заходилось сумасшедшим ритмом. Тэхён бы и дальше продолжил себя накручивать, если бы ни звонок в дверь. Первыми гостями стали Чимин и Юнги. Пак, что было ему свойственно, с порога налетел на Кима с пакетом, наполненным водкой и текилой. Следом пришли Намджун и его невеста Юна, которая была новой преподавательницей в университете Тэхёна. Ким старший в Юне души не чаял, да и она не отходила от него ни на шаг, окружающие говорили, что эти двое просто созданы друг для друга. По прошествии часа под влиянием алкоголя и музыки, Тэхён забылся. Друзья поздравляли его с выходом книги, атмосфера в квартире была действительно приятной, скорее даже семейной. Все присутствующие болтали, обменивались новостями, Чимин, изрядно опьянев, без остановки рассказывал свои любимые бородатые анекдоты. Ещё через полчаса в дверь позвонили. — Ты разве кого-то ещё звал, Тэ-тэ? — приобнял парня Чимин, держа в руке очередной стакан с его любимой текилой. — О, может быть это пицца? — Не уверен, — мягко оттолкнул его Ким и направился к двери. — Привет, Тэхён, — на пороге стоял Чон Хосок, держа в руках коробку с тортом. — Хотел поздравить тебя лично, но, кажется, я немного не вовремя, — улыбнулся мужчина, слыша за спиной Тэхёна музыку и громкий смех парней. — Я не ожидал вас увидеть. Пожалуйста, проходите. Хосок слегка улыбнулся и вошёл в квартиру, наполненную музыкой. — О, это же детектив Чон! — Чимин подлетел к мужчине и буквально повис на нём, растягиваясь в пьяный улыбке. — Мы вас так давно не видели, что-то вы всё ещё выглядите как холостяк, а не... — Извините, — Юнги оттащил Чимина от Хосока, уводя парня в сторону дивана со словами «тебе на сегодня хватит». — Вижу, тут несколько некомфортно для вас, — Тэхён улыбнулся мужчине, протягивая стакан с алкоголем. — Как и для тебя, я смотрю, — от бывшего следователя ничего не скрыть. — Когда-то ведь ты меня ненавидел, — улыбнулся Хосок. — Что-то не припомню такого, — засмеялся Тэхён. — Вы ушли из полиции, как я знаю, чем занимаетесь теперь? — У меня своё дело, связанное с автомобилями, точнее, с гоночным сервисом. — Бывший хранитель правопорядка грешит незаконными гонками? — ухмыльнулся Тэхён, допивая содержимое своего стакана. — Раньше грешил, — отвечал Хосок. — Теперь лишь занимаюсь обслуживанием таких автомобилей, не более. Тэхёну и Чон Хосоку было о чем поговорить, они беседовали о книгах и планах на будущее, Киму всегда было интересно, как устроена полиция изнутри, так что он около часа расспрашивал мужчину о различных тонкостях работы детектива. Старые обиды по прошествию двух лет практически исчезли. Тэхён понимал, что все решения касаемо Чонгука детективу дались с большим трудом, так что сейчас Ким довольно положительно относился к Хосоку и старался не ворошить больше прошлое. Спустя примерно час снова раздался звонок в дверь. — Ким Тэхён, — кричал Чимин, опустошая последнюю бутылку водки. — Если это снова не пицца, то я больше никогда не буду приходить к тебе в гости. — Кто будет заказывать пиццу посреди ночи? Совсем дурак... — слышался голос Юнги. Тэхён машинально открыл дверь, даже не посмотрев в глазок. Сердце уже привычно пропустило удар. На пороге стоял Чонгук. — Ты пришёл... — Тэхён сейчас был безмерно счастлив. — Пришёл. — Пожалуйста, проходи, — приглашающим жестом указывал на гостиную Ким. Но Чонгук, кажется, не спешил проходить внутрь. — У меня есть подарок. — Подарок? — Я тоже кое что написал... для тебя. Чонгук протянул Тэхёну небольшую самодельную книгу в аккуратном ручном переплёте. Книга была тонкая, страниц сто с небольшим. Ким бережно, будто боясь увидеть содержание, открыл книгу, застыв на первой же странице. Оглавление, точнее его подобие: в самом центре красивыми, не совсем ровными буквами надпись «160 причин, по которым я всё ещё жив» — Переверни страницу, — тихий голос Чона вырвал Тэхёна из ступора. И тот слушался, Ким перевернул страницу и его глаза моментально наполнили горячие слёзы, он продолжил листать книгу, чувствуя, как всё внутри него сжимается в один большой болезненный ком. На каждой странице, пронумерованной вручную, было написано одно и то же слово, повторяющееся из раза в раз: «Тэхён». — Ты и есть причина, по которой я всё ещё жив, — на грани слышимости произнёс Чонгук, подходя к Тэхёну вплотную. — Извини, Тэхён, — прервал идиллию голос Хосока. — Там Чимин немного, как бы сказать, испортил диван, Намджун материт его, а Юнги сказал, что ты знаешь, где тряпки и... — его взгляд упал на Чонгука, которого он не заметил вначале. Всё внутри Хосока моментально перевернулось, словно он в эту самую минуту погружён был на дно глубочайшей впадины, без возможности сделать вдох, — Чон... — голос так предательски дрогнул. — Чонгук. — Я оставлю вас, мне нужно помочь Чимину, — протараторил Тэхён, понимая, что братьям необходимо поговорить. Когда Тэхён вернулся в квартиру, Хосок и Чонгук остались наедине, стоя подле лестничной клетки. Чон старший сделал шаг вперёд, но боялся начать разговор, сказать что-либо, ведь когда он видел брата в последний раз, тот не хотел более никогда ни видеть его, ни говорить с ним. Хосок будто был парализован, внутри словно пламя жгло его целиком. — Здравствуй, брат, — без единой эмоции произнёс Гук, смотря старшему прямо в глаза. — Здравствуй, Чонгук, — сквозь подступающий к горлу ком ответил мужчина, плотно сжимая кулаки. — Ты бросил курить? — словно ведя обыденную беседу поинтересовался Чонгук, а Хосок совершенно не знал, как реагировать, что ему нужно делать, чтобы только подольше поговорить с младшим. — Как ты понял? — От тебя не пахнет никотином, только несёт алкоголем. — Чонгук, — Хосок больше не может этого выносить, ему нужно, необходимо рассказать Гуку всё, что уже два года лежит на сердце и терзает его изо дня в день. — Пожалуйста, прости меня. Не за то, что я бросил тебя однажды, я знаю, ты меня за это никогда не простишь, однако... — он набрал в лёгкие как можно больше воздуха, подняв глаза на младшего, смотреть на Чонгука Хосоку было невыносимо больно. — Я бросил тебя и во второй раз, я знаю, что ты хотел, чтобы Тэхён жил, ты сделал это для него, не для себя, но... Я снова оставил тебя, и пусть ты никогда не захочешь меня больше видеть, но сейчас, прошу, позволь мне просить у тебя прощение, — из глаз градом хлынули слёзы, но Хосоку было всё равно, он просто невероятно скучал и переживал за своего младшего брата, он не мог отпустить его просто так. — Я все эти два года ничего о тебе не знал, ты просил не искать тебя, так что для меня жить в полном неведении о тебе было пыткой. Я не мог простить себя за то, что... — Ты поступил правильно, хён, — Чонгук обнял Хосока, не дав ему закончить. В этот момент они оба были измотаны жизнью, оба чувствовали, как болят сердца друг друга. У них у обоих на душе были глубокие раны, разные, но при этом одинаково кровоточащие каждый день. Не было смысла вражды и пустых обид, Чонгук только сейчас понял, как важно иметь семью и быть нужным. Каждый из нас совершает ошибки, порой серьёзные и непростительные, но лишь потеряв близких, мы наконец понимаем, что бы они ни совершили, эти люди неразрывной нитью будут с нами связаны, и мы всегда будем в силах простить их.

***

На следующий день каждый присутствующий на вечеринке Тэхёна по-разному переживал утро. Чимина терзало дикое похмелье, ибо он, как обычно, наклюкался больше всех, Юнги, который почти никогда не пьянеет, готовил Чимину лечебный суп, попутно заказывая новый матрас в гостиную Тэхёну, ибо прошлый был испорчен благодаря Паку и его неумению пить. Намджун, как и Чимин, также умирал от похмелья, а вот для Тэхёна этот день, как и все последующие стали настоящей мукой. От Чонгука вновь не было вестей. Он обещал позвонить, но с того самого вечера от парня не было слышно ровным счетом ничего. Хосок также был в неведении и сильном напряжении, он ведь только восстановил связь с братом, и тот снова бесследно исчез. Тэхён каждый день листал книгу, подаренную Гуком, он не понимал, почему Чон так внезапно появился в его жизни спустя два мучительных года, а затем вновь оставил его одного наедине с чувствами и тревогой. Тэхёну так хотелось верить, что они смогут построить будущее вместе. Но сейчас это снова казалось лишь эфемерной мечтой, отдающей под рёбрами ножевыми. Тэхён прошерстил подарок Чонгука от корки до корки, пытаясь найти ответ, но ничего. Только одно единственное слово на каждой странице «Тэхён». Вечером воскресенья в телефоне Кима раздался звонок от неизвестного номера, но когда парень поднял трубку, ему никто не ответил. Через минуту от этого же номера пришло сообщение:

В 20:00 на пляже. Тэхён не знал, кто это и вообще можно ли доверять этому номеру, но отчего-то всё внутри заставляло его отправиться в указанное место, поступить иначе он просто не мог. Когда Ким прибыл на пляж, было уже практически темно и безлюдно, отчего Тэхён чувствовал себя некомфортно, холодный ветер пронизывал каждую частичку тела. Парень поеживался и топтался на месте, пытаясь согреться, минут десять, пока не увидел фигуру, движущуюся прямо на него. Чонгук. Брюнет подошёл совсем близко, смотря Киму прямо в глаза. — Где ты был, черт возьми?! — не выдержал Тэхён. — Я ведь подумал, ты снова ушёл, я думал, что больше никогда тебя не увижу, а ведь ты... — его голос почти переходил в плач. Чонгук оборвал его поцелуем, сначала нежно, а затем более напористо целуя блондина, почти что вгрызаясь в его губы, поцелуем говоря о том, что он здесь и более его никогда не оставит. Проходит ещё несколько секунд, что кажутся вечностью для обоих, прежде чем Чон отстраняется первым, стирая горячую слезу на тэхёновой щеке своей ледяной ладонью. — Я больше тебя не оставлю, — выдыхает Гук, кладя голову Тэхёну на плечо. — Ты можешь пообещать? — как-то по-детски наивно спрашивает Ким, зарываясь рукой в густые волосы брюнета. — Обещаю. Я без тебя не смогу, Тэхён, погибну, — он чуть отстраняется, вновь заглядывая в светлые глаза напротив. — Ведь ты — единственная причина, ради которой мне стоит жить.