Противный визг шин о сухой асфальт Соник услышал почти сразу. Подпрыгнув, он обернулся, ища чьей-то поддержки. Сердце трепетало в груди, билось, как большой барабан, отдаваясь гулом в пятках и висках, такое ощущение, что оно вот-вот выпрыгнет. В следующую секунду что-то бесформенное, пушистое и серое, отлетело и упало в нескольких метрах от нашего синего ежика. Судорожно ёж огляделся, взмахнув иглами, почему-то казавшимися сейчас такими густыми и тяжёлыми.
— Ч-что? — он от неожиданости похлопал глазами, как только пыль опустилась на грунтовую дорогу, где она и лежала всегда. И он смог увидеть что это...
Маленькое тельце лежало с краю пыльной дороги. Невидимая машина удалялась, даже при этом не подумав остановится, впрочем Сонику сейчас это было без разницы. Сердце, совершив ещё один болезненый удар, ёкнуло и опустилось куда-то непонятно вниз. Ёжик, ни думая ни секунды, сорвался с места и побежал туда, к этой серой кучке. Ноги, обутые в его любимые красные кеды с белой полоской, сейчас будто налились свинцом и не слушались своего любимого хозяина. Каждый шаг давался с большим трудом. Казалось, он не приближается к этому, а наоборот: все дальше и дальше отдаляется. Или это лежало действительно так далеко? Кобальтовый видел, как дрожит воздух вокруг него, напоенный жарой. Деревья застыли в скорбном и тихом молчании, шевеля своими зелёными кронами.
— Нет! Не-е-ет! — Соник, споткнувшись, проехался на коленях, разбив их в кровь и даже не поморшившись от резкой боли. Её он не почувствовал, смотря только в одну точку. Маленькая кучка оказалось кошкой. Кошкой...
Её некогда красивая блестящая серая и пушистая шёрстка свалялась в клочья и была покрыта слоем грязной и мерзкой пыли. Глаза были закрыты, словно она прилегла отдохнуть и просто спит спокойным сном. Зелёный ошейник, с золотым бубенчиком у нее на шее, трепетал на лёгком ветру.
— Э-эй, что же ты? Вставай, сейчас я отнесу тебя к доктору... — пробормотал тихо Соник, подползя вплотную к кошке. Только сейчас он заметил, что из-под неё во все стороны прыснули муравьи, а мухи, блестя чёрными брюшками, разлетелись с живота киски, недовольно шурша своими крыльями. Картина была отвратительной, ужасной и безжалостной для Соника.
—НЕЕЕЕЕЕТТТТТ!!! — крикнул Соник, запрокинув голову наверх к небу. Глотая собственые слезы, потекшие двумя маленькими ручейками по его пухленьким персиковым щекам, синий поднял на руки маленькое тело, свесившееся с его рук и почему-то ставшее таким тяжёлым, как неимоверно тяжёлый груз весом в тону. Лазурный яростно смахнул оставшихся муравьёв с закрытых глаз серенькой . Прижал её к своей персиковой груди и начал громко рыдать, не думая ни о чем больше. Горько, прерываясь на истеричные вскрики и заунывные стоны, исходившие из него. Казалось, что деревья вокруг сжимаются в кольцо, как будто разделяли его боль, взбалмошный ветер, пробежав мимо, колыхнул его лазурные иглы, спавшие на лицо. И солнце, солнце неустанно жгло горячим огнём на него, будто издеваясь над ним. Ёжик сам собой упал на колени и не заметил, как всё тот же скрип шин возвращается, становясь всё громче и громче с каждым разом...
***
— А-а-а!!! — закричал Соник и... проснулся открыв резко глаза. Холодный пот потёк по его спине. Простыня так же стала влажной и липкой из-за этого. Неприятно.
Лазурный повёл одним и другим плечом, разгоняя затёкшие мышцы и сбрасывая дурман своего адского кошмара.
— Где это я? — эту квартиру Сон явно не помнил и видел впервые в жизни. Что вообще произошло с того самого момента, как его накачали анестезией, чтобы вправить вывих без боли? Обычная доза почему-то не действовала на него, поэтому Тейлзу пришлось вогнать ему особую, немного пренебрегая некоторыми правилами. Особую, чёрт бы её побрал.
— Мяу, мурр? — серая кошка, точно такая же, какую он видел во сне, прыгнула к нему и прошлась плавно по его ногам. Остановилась на уровне пояса и села умываться, устраиваясь при этом по неудобнее. Соник, находясь в неслабом шоке от всего этого, как в тумане дотронулся до неё, желая убедиться, что она настоящая, легкая, живая. Кошка на его ласку лишь довольно заурчала и подставила голову, чтобы он продолжил делать так и дальше. Внезапно Сон засмеялся и притянул удивлённое животное к себе по ближе, зарываясь носом в её шерсть и понимая, что сейчас расплачется от счастья и радости, что это всего лишь сон. Ну и пусть подумал Соник. Кошка мяукнула, не ожидая такой прыти от него, но высвободиться не пыталась, наверное понимая важность сего драгоценного момента.
— Живая, живая... — бормотал себе под нос кобальтовый, крепче обнимая пушистую кошку. Всхлипывал и беспрестанно разговаривал с нею, кто-то мог принять его за сумашедшего, если бы увидел его таким, но ему абсолютно всё равно. Кошмар, до этого пробегавший по его шерсти могильным холодом, начал постепенно отпускать его, уступая.
Наконец, лазурный отпустил изрядно помятую кошку и свесил ноги с небольшой кровати, задумчиво пошевелив ими в разные стороны. Затем, вспомнив сон, резко поднял ноги обратно и внимательно осмотрел свои колени. Недавних ран, которые он получил в кошмаре, как таковых не было. Лишь маленькая царапинка, уже начавшая заживать, пересекала левое колено. Это осталось от того недавнего падения самолёта. Ёжик расслабился.
Кошка же устроилась на краю кровати и принялась сосредоточенно вылизываться, приглаживая растрепанную серую шерсть после теплых и наверное взаимных обьятий. Волосинка к волосинке. Соник, поглядев на неё, понял, что и ему не мешало бы привести себя хоть немного в порядок. Внезапно он пугливо взглянул на ту руку, которая была поражена стальным вирусом. Она была почти полностью серебряной, что его, честно говоря, удивило, но не шокировало, однако дальше вирус не распространялся. Странно. Однако синька был рад, что не заразил этой фигней кошку.
☆☆☆
— Но всё же где я? На особняк Мстителей это не похоже, на мой дом тем более. — Зеленоглазый посмотрел вокруг для определения его местанахождения: он находился в полутёмной комнате, так как свет почти не проникал сюда из-за плотно задёрнутых бардовых штор. На всём полу был расстелен мохнатый светло-серый ковёр с красивыми узорами. Около кровати стояла маленькая чёрная тумбочка, на ней ничего не было почти кроме катриджей с паутиной, что были одеты на самом Пауке. Внезапно Сон понял, что сидит в незнакомой ему кровати в одном нижнем белье и в темной комнате. Ёжик ужаснулся и с широко раскрытыми глазами побыстрее натянул на себя одеяло так, чтобы оно прикрыло его наготу. Жуть как стыдно. Ёж погладил свои щёки — так и есть, они краснющие, наверное краснее шерсти его друга ехидны. Он ненавидел такую свою дурацкую особенность, которая проявлялась в высокой чувствительности. Некую женственность, сквозящую везде, и птичью фигуру он старался как можно сильнее игнорировать. Пытался улучшить, добиться рельефного живота и солидных банок, отжимаясь и поднимая тяжести что есть силы до самого последнего момента его выдержки. Все попытки прекращались с первыми болями в его руках. Но, чтобы не унывать, считал себя красивым, стройным и подтянутым, тем более, что так говорила и сама тётя Мэй и некоторые из универских знакомых. Хоть какое-то утешение.
Сон посмотрел вновь на серую кошку, что свернулась калачиком у него на коленях. Погладил, почесал за ухом, приласкал. Подумал. Решил, что непременно свалит отсюда в ближайшее время. Но по-прежнему стоял вопрос: кто его сюда и главное зачем принёс? Ведь если с местом все было более менее понятно и ясно, ведь квартира она и в Африке квартира, то тот, который доставил его сюда после инъекции Тейлза оставался загадкой для него.
Ход его мыслей нарушил тихий скрип и шорох шагов со стороны двери. Будто кто-то, одетый в носки, шагал, аккуратно ставя ногу, пытаясь быть тихим и незаметным. Соник не струхнул, а крикнул, стараясь не дрогнуть голосом:
— Я тебя слышу! Кто ты? Выходи!
— Тейлз меня, конечно, предупреждал, что сыворотка чертовски сильна, но об амнезии разговора не было. — дверь открылась, и в комнату прошёл Шэдоу, держа какой-то поднос в руке. Он и вправду был в одних белых носках, синих джинсах и коричневом топике. Ещё сверх того нацепил зелёный шарф с желтыми полосами для разнообразия. Соник прекрасно знал о странной тяге СФЖ к вычурной одежде, но такого от него не ожидал. Молча уставился на не не сказав не слова, продолжая разглядывать и осматривать с низу до верху своего "друга".
— Чего пялишься? — спросил резко Шэдоу. Видно, что его немного смутил озадаченный взгляд Сона на его теле.
— Ты всегда так одеваешься?
— Да! — грубо ответил черныш и прошел к кровати синьки. Поставил поднос ему прямо на колени. И, прежде, чем ошарашенный синий успел его поблагодарить, развернулся и ушел быстрыми шагами из комнаты, не сказав ни слова.
— Ну и ну... — протянул лазурный и открыл крышку подноса. Там обнаружил яичницу глазунью с беконом, пару тостов и стакан свежего сока. Классический завтрак. — А не подсыпал ли он мне чего-нибудь туда? — Соник недоверчиво осмотрел еду и потыкал один из желтков вилкой, экспереминтируя и проверяя. С недавней ссоры прошло не так много времени, поэтому ёжик предполагал, что Шэд не забыл обиды на него. Так что варианты от ядов до афродизиаков не стоило исключать из списка предложеных вариантов. Герой понюхал сок, пытаясь понять вкус на запах, недоверчивым взглядом. Ничего необычного. Страно. Пахнет апельсином. Он всё-таки решился. Помня о многочисленных причудах Совершенного, в которые входило подражание кому угодно, а в особенности тем, у кого была "изюминка", Паук отпил маленький глоток сока. Зажмурился, ожидая боли или дикого желания. Ничего не произошло. Никто. Абсолютно никто.
Удивительно...
☆☆☆
— Соник, блин, достал со своими выебонами! Я щас тебе это запихаю в одно место! — в комнату вновь неожиданно заглянул злой Шэдоу, фыркающий и крепко сжимающий край двери в своей руке.
— Шэдоу! Мог бы ты сказать, что подсыпал мне туда? — также озлобленно ответил ему Сон как бы кидая ответочку.
— Поверь, чтобы убить тебя или использовать, как подстилку, мне не нужна помощь посторонних веществ. — и, прежде чем лазурный открыл свой рот , чтобы наговорить ещё немало дерзостей в ответ этому негодяю, как вдруг он с шипением хлопнул дверью и испарился из комнаты, оставляя вместо себя пустой воздух .
Да, не самое удачное начало дня. Поссорились, а вернее посрались, на пустом месте. Оба хороши, петухи хреновы, подумал Соник. Но почему Соник в этом всем сраче чувствует себя полностью виноватым?
« — Он первый начал, придурок грёбаный. » — думал каждый из них, находясь по разные стороны злополучной темной двери. Черный тяжело вздохнув, обессиленно сполз по ней на пол. Синий зарылся руками в собственные потные синие иглы и выдохнул, успокаиваясь и пытаясь прийти в норму.
«— Псих.»
« — Синяя истеричка.»
Соник фыркнул, решив всё-таки перекусить, так как живот ныл и требовал пополнения припасов . Медленно жуя, он обдумывал дальнейшие действия и свои прошлые решения:
« — Ясно, что сейчас он от меня не отвяжется, как ни старайся. Хм..., – ёжик чуть не прикусил свой собственный язык, но вовремя спохватился. Подавился. — Чёрт! »
Он откашлялся, замерев на секунду. В горле неприятно запершило. Посидел так минуту-другую.
Через некоторое время, как только Сон закончил с завтраком, вошёл Шэдоу, нервно сжимая в руках оранжевый мячик со звёздочкой,видимо антистрес, подумал Соник.
☆☆☆
— Ну и ну... Ты готов? — спросил он у синего. В ответ получил нахмуренные брови, сведённые к переносице, а затем и говорящий взгляд: « Ты дурак или да?». — Ну и видок у тебя, Паутиныч. — хмыкнул чёрно-алый, бросив оценивающий взгляд на него. Ёж развернулся на носках и вновь скрылся из виду.
— Лови! — крикнул он спустя небольшое количество времени, и в Соника полетела одежда. Синий ёж, сердясь, поймал её.
— Спасибо, — пробурчал он, одеваясь. Это оказался его чистый костюм. Не задаваясь вопросами, откуда этот безумный ёж его достал, зеленоглазый напялил на себя трико, плотно облегавшее его тело, одел маску, катриджи. Вышел в коридор к Дэдпулу, что спокойно курил, держа тонкую сигарету меж длинных пальцев.
— М? — он чуть повернул голову в его сторону. Пробежался глазами по нему, ухватываясь за мельчайшие детали, в целом остался доволен. — Погнали, пока с меня Старк три шкуры не сдёрнул из-за тебя.
Затушил бычок, кинув его в пепельницу, стоявшую на тумбе, и открыл входную дверь, выпуская Соника вперёд. Тот сщурился от солнца, до неприличия яркого. Шэдоу закрыл дверь на ключ и поманил Сона к гаражу. Около него стояла черная машина без номеров и прочих опознавательных знаков. Чёрный ёж первым открыл дверь и залез на водительское место.
Синий ёжик сел рядом, пристегнулся и, подставив руку под голову, хмуро уставился в окно. Дэдпул не обращал на него особого внимания пока вёл машину. В салоне пахло чем-то сладким и одновременно мерзким. Паук открыл окно, чтобы хоть как-то сбить этот слишком резкий запах, раздражающий нос. Черныш всё также не возражал. Казалось, он едет совершенно один. Ни шуток, ни разговоров — ёжики ехали в полном молчании. До самой башни Мстителей никто не проронил ни словечка, чтобы как-нибудь сгладить острые углы отношений.
Чёрно-алый первый выбрался из салона. Подождал, пока его догонит напарник. Дальше лифт, двери, коридор.
— Ребята! — Тейлз, заметив их, оторвался от компьютера, показывающего голограмму сложного устройства, и подлетел ближе. — Соник, как чувствуешь себя?
— Неплохо. — отозвался Соник, спустив маску. — Только вот рука беспокоит.
— Не волнуйся: с помощью сыворотки мы смогли замедлить процесс. — лис перетянул мешавший хохолок на голове черной резинкой и поманил ёжика за собой. Шэдоу остался стоять на месте, опершись на стеклянный стол.
— Вы узнали, что это за вирус, мистер Старк? — поинтересовался синий, залезая в кресло, указанное Старком.
— Ммм... Не совсем. — покачал головой он, натягивая перчатки. — Позволь руку? — дождавшись кивка зеленоглазого, он взял его руку в свою и провел кончиками пальцев по заражённой части. Ёжик ничего не почувствовал — рука в той части совсем потеряла чувствительность.
— Всё хреново? — подал голос Шэд, повертев меж пальцев пустую пластиковую склянку.
— Могло быть и хреновей. — отозвался Тейлз, опустив руку лазурного. — Ясно, что предметы из обработанной древесины, железа и прочих материалов он заражать не может. Зато органику запросто.
Он подошёл к столику и взял оттуда шприц с острой иглой, спирт и отобрал у алоглазого пробирку для забора крови.
— Соник, сейчас мы возьмём пробу ДНК, хорошо?
— Лады. — вздохнул ёж, расслабив руку, чтобы лису было удобнее. Вздрогнул, когда игра погрузилась в плоть, вытягивая странную жижу, больше похожую на ртуть, чем на кровь.
— Неужели больно? — спросил Старк, прищурившись.
— Нет, но ощущения необычные. — признался Паук, с интересом наблюдая, как жидкость струится вниз по стеклу, оставляя капельки, и скапливается на дне пробирки.
— Мерзость. — скривился наёмник на заднем плане. Но никто не обращал внимание на него.
Соник навострил ушки и облегчённо перевёл дух, стоило Старку окончить и протереть место, куда вонзалась игла, ватным диском, обмоченным в спирту. Ёжик тихо разжал кулак, хмурясь. Пахло резко и не слишком приятно — это же этиловый спирт.
— Мне нужно как можно тщательнее исследовать твою кровь, Соник. Не уверен, что результаты получу быстро, однако постараюсь как могу. — лис поднёс пробирочку к свету, взболтав её. Затем хвостом подхватил со стола очки на кожаном ремне. Помогая себе рукой, нацепил их на свою голову. Стянул вниз и опустил лизну для увеличения.
— Я подожду ровно столько, сколько потребуется, мистер Старк. — синий перенёс ноги и собрался было спрыгнуть с кресла, но Тейлз приостановил его:
— А-а-а, я ещё не закончил с тобой. — он покачал кончиком хвоста, призывая зеленоглазого сесть обратно, что тот исполнил, подкусив губы.
Далее Старк возился с ним. Подносил горшки с живыми и искусственными растениями, заставляя Соника касаться их. Всё обстояло ровно так, как и говорил лис: органика за считанные секунды покрывалась серебристой пленкой и становилась будто бы роботизированная. А вот на фальшивые цветы касания ежа никак не влияли. Как были пластиковыми, так ими же и остались. Горшкам тоже никакого вреда это не принесло.
Шэдоу, вконец заскучав от этих опытов, неслышно попятился назад. Осторожно толкнул дверь, выходя в коридор. Впрочем его исчезновения ни Тейлз, ни Соник не заметили.
Чёрно-алый ёж сосредоточено шёл вперёд, почёсывая изредко ухо. Погружался в свои мысли, роящиеся у него в голове. Он и сам не заметил, как влетел в кого-то.
— Ну здравствуй, Шэдоу ёж. Скучал по мне?
