Mortal Creed: Последнее задание.

Ханзо шёл по снежному хребту, над которым сгущались тучи. Путь был непрост: ноги проваливались в снег, дыхание застилал иней. Но ничто не могло свернуть его с дороги. Он чувствовал, что задание, данное ему Старейшиной и Куан Чи, было не тем, чем казалось. Он знал: его обманули. "Хранители Храма Рейдена", — так сказал Куан Чи. "Лин Куэй прячут силу, которую можно использовать во благо", — шептал он. Но правда была иной. У врат Храма, вырезанных в скале, стояла фигура в серо-синих доспехах. Бихан. — Значит, ты тоже принял его предложение, — произнёс он, не оборачиваясь. — Куан Чи… — Ханзо затаил дыхание. — Ты тоже пришёл за артефактом? — Не «за артефактом», — ответил Бихан. — За иллюзией власти. Мы оба стали его орудием. Разница лишь в том, что я это принял. Ханзо подошёл ближе, медленно. — Лин Куэй — теперь псы Куан Чи? — А Ширай Рю — разве нет? Мы оба покинули наши корни, Ханзо. Ты держишься за пророчества, мы — за порядок. И всё это рухнет сегодня. Ханзо сжал кулаки: — Пророчества — не путеводитель. Но и путь, где ты идёшь по лжи — путь в бездну. Мы должны уничтожить артефакт. Не дать ему использовать его. Бихан развернулся. Лицо его скрывала маска, но взгляд был ясен: — Ты ничего не понял. Пророчества устарели. Мир принадлежит не богам и не легендам. Он принадлежит тем, кто действует. Ты остался в прошлом. А я — часть будущего. Они стояли у врат Храма Рейдена. И только один должен был войти. Ханзо выхватил клинки. Бихан не колебался. Их бой был как история их кланов: резкий, бескомпромиссный, полон веры, но и сомнений. Снег превращался в пар от огня Ханзо. Но с каждым взмахом Бихана всё замерзало. Каждый удар — аргумент. Каждый блок — идеология. — Ты стал слепцом! — крикнул Ханзо. — А ты — пеплом прошлого! — рявкнул Бихан в ответ. Ханзо, израненный, сделал рывок, но ледяной клинок Бихана пронзил его грудь. Мир замер. Ханзо опустился на колени. Он не чувствовал боли. Только холод. И — голос. — Папа?.. — Ты ведь обещал вернуться… Поиграть со мной… Перед глазами встал образ Саи — его дочери, стоящей у порога. В её руках — игрушка. Глаза полны ожидания. — Папа, ты идёшь?.. Ханзо с трудом поднял взгляд в небо. Снег больше не чувствовался. Он дышал медленно. Каждое слово — как пепел. — Я… иду… Сая… Жди… И он упал. Бихан стоял над телом. Его клинок был чист. Но душа — нет. Он не чувствовал победы. Он чувствовал… пустоту. "Так умирают те, кто верил. Но ложь ли была их вера — или истина?.. И кто теперь судья?" Он молча повернулся и вошёл в храм.