Красный взгляд на истерзанном теле

Можешь даже не смотреть на меня. Ведь в данную минуту от твоего проницательного взгляда всё будет гореть…

      Горло до ужаса пересохло, руки неприятно свело от долгой неподвижности. Несколько едва пробившихся лучей солнца упали на лицо, из-за чего медленно распахнула глаза. Моя голова лежала на мягкой подушке, а ноги, до сих пор трусящиеся, были накрыты холодной тканью. Я с насторожённостью поморщилась, испытывая всем телом неконтролируемую слабость. Открыла окончательно глаза и встретила непроглядную тьму, к которой нужно было время привыкнуть. Медленно вдохнула едва ощутимые нотки корицы и удовлетворённо прикрыла глаза, ощущая себя в безопасности.       Глаза постепенно привыкли к темноте. Я повернула голову и поняла, что в оказавшемся месте никогда ещё не была. Заинтересованный взгляд упал на деревянную полку, находящуюся рядом с кроватью. Она была небольшой, но разные цветные обложки книг привлекли моё внимание. Рядом находился чёрный комод, на нём стоял стеклянный стакан с прозрачной жидкостью.       Повернув голову в другую сторону, я увидела зеркало, направленное и отражающее лежащее моё тело в кровати. Девичьи ноги были прикрыты холодной атласной тканью. Подушечками пальцев незамысловато провела по ней, невероятно приятной на ощупь, и невольно улыбнулась, радуясь, что не лежала на холодном полу в центре школьного коридора.       Взгляд, заинтересованно разглядывающий тёмную комнату, скользнул в самый дальний угол, откуда послышался шелест. Раскрытая книга с фиолетовой обложкой находилась в воздухе, мужская рука легко придерживала её. Издалека виднелись незамысловатые татуировки, идеально ровные и красивые, отчего сердце взволнованностью замерло, понимая, кто сидел там. Я услышала ненавязчивый, возможно, случайный шелест крыльев. В темноте негаданно вспыхнули знакомые красные глаза, которые сразу же стали разглядывать, проникать в саму душу.       Я почувствовала его движение кожей — книга закрылась и легла на кожаную часть кресла, на котором вальяжно рассиживался дьявол. Направился ко мне такой медленной и подкрадывающейся походкой, что стало тяжело дышать. Сердце забиться сильнее, дыхание перехватило, когда он присел рядом, оглядел с любопытном все моё тело. Я сделала медленный выдох, когда встретилась с его глазами Не видела, но чувствовала промелькнувший между нами ток до самых кончиков пальцев. Сжалась от неприятного ощущения, пугающего неизвестностью.       Люцифер наклонился ближе, заставляя замереть, давая вдыхать полной грудью запах корицы. Его рука потянулась к лицу и в собственническом жесте убрала непослушную прядь волос, случайно выбившуюся из растрепанной причёски. Взгляд демона, балансирующий между серьёзностью и задумчивостью, прошёлся по волосам, слегка волнистым и переливающимся от пробившегося лунного света.       Стараясь успокоить заполненное до краев тревогой сердце, посмотрела в сторону зеркала и увидела в отражении широкую спину демона. Величественные бордовые крылья, такие мощные и огромные за спиной, были прижаты к телу, и я даже удовлетворенно залюбовалась этим идеальным отражением, его соблазнительными очертаниями мужского тела. Даже через чёрную ткань рубашки виднелись рельефные мышцы, способные свести с ума.       Сделав тяжелый глоток воды, поданной любезно дьяволом, я откашлялась. Пересохшее горло неприятно отдало слабой болью. Скривившись, поставила стакан обратно и встретилась с алыми глазами.       — Что с тобой происходит? — он выгнул бровь и слегка отстранился. Выражение лица было спокойным, но голос казался требовательным, даже каким-то приказным. Он так смотрит… Я готова сгореть в огненном взгляде его глаз…       Я молчала, ощущая волнение, окатившее голову полностью, без шанса на успокоение.       — Не знаю… — отвела взгляд в сторону, делая успокаивающий вдох обжигающего почему-то воздуха.       Он выгнул сильнее бровь и усмехнулся. Лицо немедленно бросило в жар, когда рука демона легла на ткань, мучительно долго стягивалась с женских ног ткань. Моя рука мгновенно потянулась вниз, пытаясь отдернуть чёртовый подол короткого платья, но от прикосновений горячих рук дьявола замерла. Было тяжело даже сделать попытку двинуться, когда он держал за запястье, не давая этого сделать. Другая рука Люцифера опустилась на лёгкую ткань платья, медленно оголяя правое бедро, а моё дыхание в ужасе замерло, чувствуя горячую руку в той области. Демон слегка отодвинул кружевную ткань трусиков в сторону, оглядывая маленький шрам, отличающийся цветом кожи.       Его прикосновения вызывали неожиданный узел внизу живота, я начала медленно задыхаться. Попросту не хватало воздуха, без которого беспомощно и верно умирала, чувствуя долгожданные горячие руки, трогающие кожу, покрытую мурашками. Она вспыхивала моментально, стоило демону только прикоснуться, провести уверенным движением пальцев.       — Всё ты знаешь, — он опустил ткань платья, скрывая бедро. — Знаешь.       Крепкая рука Люцифера, всё ещё удерживающая мою, подняла её слегка вверх, осматривая ещё один заживший порез, находящийся на запястье. Глаза демона почему-то вспыхнули, и я вжалась всем телом в кровать, ощущая его дьявольскую энергию, медленно теряющую терпение.       — Твоя энергия едва чувствуется, ты постоянно с затуманенным взглядом, — его голос был тихим, но разборчивым, отчего меня клонило необъяснимо в сон. — Твой парнишка решил тебя убить?       Моё сердце замерло так внезапно, словно перестало подавать признаков жизни. Желанно хотелось исчезнуть, лишь бы эти любопытные и очаровательные глаза демона не смотрели в мои, скрывающие слишком огромную тайну. Мысли уверенно и невозвратно уносились в беспокойство, а по телу иголочками пробегало противное волнение. Я медленно умираю рядом с ним. Сейчас он передо мной, полностью спокойный, и интересуется мною… Своей частичной. Вечной, только его. Душа разрывается от его взгляда, мне хочется отчаянно плакать… Я, зная ужасающую правду, смотрю в его глаза и медленно сгораю…       — Ты скажешь, кто он или нет? — он снова оглядел меня, останавливая взгляд на запястье, где находился шрам. — Мне кажется, он хочет тебя убить. Твоя энергия с каждым днём чувствуется всё тяжелее и тяжелее.       Он наклонил голову набок, продолжая смотреть проницательно мне в глаза. Облизывая пересохшие губы от волнения, заметила его желанный взгляд, резко скользнувший на них. Люцифер нехотя прикрыл глаза и выдохнул, будто ему стало тяжело. Снова посмотрел на меня, вернув фальшивое безразличие.       — Я не знаю, кто он…       Сердце забилось очень сильно. Настороженно покосилась на дьявола, боясь, что он услышит бешеный стук, но он будто загипнотизированный смотрел только на меня, не обращая внимания ни на что. Даже если бы в эту секунду вбежали все учителя, ему было бы абсолютно плевать.       — Не знает она, — демон наигранно усмехнулся. Его ладони резко оказались по обе стороны от моей головы, глаза — напротив. Слишком близко. Я замерла и перевела встревоженный взгляд на его пряди, падающие на лоб. — Кого ты пытаешься обмануть, Непризнанная? Меня? — он сомнительно усмехнулся. — Скажу сразу, не выйдет.       Мне стало катастрофически тяжело дышать, сонливый взгляд голубых глаз остановился на его губах, таких идеальных и манящих необъяснимыми нитями. Волнение окатило с головой, тело безумно сильно тянулось к нему, женские руки — к его очерчивающим скулам и играющим желвакам. Но в воображении. В этом жалком до невозможности воображении…       — Я не хочу говорить, — отвела взгляд в сторону, боясь смотреть на него, уже теряющего терпение и спокойствие.       Его палец коснулся кожи, властным движение развернул лицо к себе и снова впился в мои глаза уничтожающим взглядом. Это были уничтожающие гляделки, где демон постепенно и уверенно вырывал из рук трепещущую победу. Пожалуйста, не смотри… Моя душа распадается на несколько частей, когда твой взгляд готов уничтожить в один лишь миг. Мне плохо, твоё тело угрожающе нависло надо мной… Мне плохо, воздуха катастрофически мало…       — Ты скажешь, обязательно скажешь, — его взгляд остановился на моих сжатых губах. — Или я вытащу эту информацию по-другому.       Чувствуя, что мне тяжело дышать, демон нехотя отстранился и принял в прежнюю позу, поправляя непослушные складки рубашки. А я, не теряя времени, запасалась очередным спокойным воздухом, предчувствуя ещё внезапные приближения к себе.       — Начнём с самого начала, — он снова посмотрел на меня, но более серьёзно. — Зачем ты пришла в библиотеку?       — За книгой, — слегка привстала на руках, в сидячем положении упираясь в спинку кровати. — Об эмоциях.       Он устало выдохнул.       — Не ври мне, — его требовательный взгляд скользнул по мне, проникая в душу, в самые потаённо спрятанные мысли. — Тебе нужна была книга о родственных душах.       Уже не было сил сопротивляться этим горящим глазам, запаху корицы, не дающему нормально мыслить, и я неподвластно впадала в отчаяние. Стоило поднять испуганные глаза, как сразу всё неконтролируемо сжалось.       — Да, нужна была она… — я посмотрела на него, губы Люцифера слегка дрогнули в довольной улыбке.       — Хорошо. Следующий вопрос. Зачем она тебе? — слегка приблизился ко мне, наклоняя голову набок.       Меня окатило ледяной водой, а сердце подступило к горлу. Уже становилось плохо от этого невыносимого взгляда, его медленных приближений к лицу.       — Узнать, что со мной происходит…       — Хорошо. Последний вопрос, — он придвинулся ещё ужасно ближе. Рука поднялась в воздух, и пальцы властно коснулись подбородка, ненавязчиво поглаживая кожу. Я реагировала на любое его действие с невыносимым испытанием, боясь показать того, что его присутствие и прикосновения действовали невообразимо. — Кто этот придурок? Интересно, зачем он медленно высасывает из тебя жизнь. Всё. Это была последняя капля, испарившаяся от жары в этой комнате. Я не могу его слушать, мне больно, он бездушно больно прокручивает нож, который незаметно воткнул в моё уже неживое сердце. Наслаждаясь беспомощностью, прокручивает, окончательно выводя меня из себя.       К глазам подступили слёзы, наполненные безысходностью, горячий воздух накрыл лёгкие, не давая нормально вздохнуть. Не хватало оставшихся сил, я слаба, ничтожна слаба по сравнению с ним. Плевать. Плевать на слёзы, стекающие по щекам, плевать, что показывала себя как полное ничтожество. Невозможно было держать всё в себе, удушающая тайна уверенно утягивала на самое дно. Я ощущала сильную власть над собой, не хватало сил сопротивляться самой судьбе, так жестоко и безжалостно распорядившийся моей жизнью. Плевать, что он может уничтожить меня окончательно…       Не выдерживав всего этого, поддалась необходимому порыву во всем теле и наклонилась без страха вперёд. Стараясь найти хоть какое-то утешение, я прижалась к его широкой груди. Люцифер, явно удивившись, замер, даже не соизволил двинуться, лишь продолжал слушать ничтожные всхлипы в своё тело. Уткнувшись носом в напряженную грудь, я вдыхала внутрь сильный запах корицы. Измученные лёгкие переставали невыносимо гореть, дышать становилось неожиданно легче.       Дьявол молчал, ужасающие молчал и вообще не двигался. Мои слёзы продолжали стекать по щекам, впитываясь в ткань рубашки, но было абсолютно плевать. Я уже показала себя как полное ничтожество, больше не было сил держать на плечах этот нелёгкий груз правды, вечно падающий на мою голову и оглушающий болезненно уши. Нет сил. Его крепкое тело обжигает и одновременно охлаждает. Мне не хватает банального тепла, мне не хватает его… Бездушного демона, который ненавидит всё живое. Катастрофически не хватает его взглядов, горячих касаний к коже. Его полностью не хватает в моем жалком существовании… Если родственные души не дарят любовь друг другу, то медленно сгорают в пламени, безнадежно задыхаясь в своих чувствах.       Люцифер спустя мучительно долгое молчание неожиданно обхватил мои плечи тёплыми руками и отстранился, вглядываясь спокойно, без каких-либо эмоций в заплаканные глаза. Наверное, в моих глазах читалось нераскрытое до конца демону огорчение, но только так намного лучше, ведь появлялась возможность дышать спокойно, не чувствуя болезненного жара, обволакивающего грудную клетку.       — Твоя родственная душа вообще какая-то больная, — он тяжело выдохнул, словно ему было тяжело говорить. — Нужно учителям сообщить об этом, — демон снова внимательно, даже требовательно посмотрел на меня. — Скажи, кто он? Опять. Опять этот невыносимый взгляд в мою сторону, он решил окончательно добить меня…       Люцифер решительно встал с кровати и выжидающе смотрел на меня, выгнув демонстративно бровь. Я поняла, он не отступит и любой ценой добьётся ответа, от которого сам же пожалеет…       — Ты… — мой голос хрипел и невозможно было разобрать, что я сказала.       — Кто? Тебя еле слышно.       Моё сердце замерло, в груди всё сильно сдавило, а первый порез начал невыносимо гореть. Словно сама судьба решила поиздеваться, делая момент раскрывающейся правды болезненным и волнительным. Я приложила руку к животу и недовольно скривилась.       — Тебе настолько неприятно произносить имя? Могу листочек дать, напишешь… — он оглядывал меня странным взглядом, будто не замечая ничего.       Я слегка завыла, порез начал ещё сильнее болеть. Демон удивлённо посмотрел на меня и снова присел на кровать.       — Люцифер! — неожиданно выкрикнула, почти крича от боли.       — Что? Да скажи, блять, имя! — я ощутила раздражение. Он резко посмотрел в мою сторону, наконец-то заподозрив что-то неладное. — Что с тобой?       — Ты, придурок! Ты моя родственная душа! — выкрикнула я, и боль моментально исчезла, будто с самого начала и ждала этих разрушающих слов.       Гробовое молчание, казалось, безвозвратно забирало последний остаточный воздух. В комнате становилось всё жарче и жарче. Дьявол замер, смотря на меня с нескрываемым удивлением и шоком, но выражение его лица быстро изменилось. Люцифер зарычал и недовольно скривился. Я почувствовала невероятный жар, исходящий от его тела.       Люцифер со всей силы вцепился руками в ткань, разрывая чёрную рубашку. Пуговицы полетели в сторону, звонко ударяясь о пол. Я бросила взгляд на грудь, бешено и неразменно выдыхающую. Его рука со всей силы сжала одеяло, послышалось приглушённое рычание, скрывающее невыносимую боль. На его рёбрах образовывался идеально ровный порез, но почему-то очень глубокий, не такой, какой я ожидала. Из-за увиденного бросило в неконтролируемую панику.       Я встала с кровати и подошла к демону, который, сжимая холодную ткань, сдерживался, чтобы не метать всё на своём пути. Прикоснувшись к напряжённому телу подушечками пальцев, ощутила невероятный жар и быстро отстранилась.       — Отойди! — он почти рычал, глаза Люцифера загорелись ярче, и я мысленно взмолилась, чтобы демон в порыве злости и непонимания не задушил меня.       Всё-таки спустя несколько попыток получилось насильно потянуть его на себя. Рука крепко переплеталась с его, и он, не чувствуя этого, больно сжал хрупкие пальцы, моментально начавшие болеть и неметь от безжалостной хватки. Терпи… Сама виновата.       Открыла дверь в ванную комнату и немедленно затолкнула демона в душ. Залезая за ним, подняла кран вверх, и холодная вода быстрым и резким потоком потекла по нашим телам. Воздушное платье моментально намокло, прилипая беспощадно к коже, но я старалась это игнорировать, не отнимая взволнованного взгляда от мучений Люцифера. Он закрыл глаза, пытаясь привыкнуть к непривычно холодной воде.       По его телу стекала вода, смешанная с кровью, и моё сердце сжалось в комочек, когда последствия моих слов виднелись на идеальном теле дьявола. Трясущаяся рука невольно прикоснулась к его коже, поглаживая рядом с глубокой раной, пытаясь хоть как-то облегчить мучения. Он вздрогнул от неожиданного прикосновения, но продолжил стоять с закрытыми глазами. Заворожённая, не смирившаяся со своим необдуманным поступком, подошла ближе, почти вплотную, стараясь успокоить сердцебиение, но почему-то становилось ещё хуже от своих слов и существующих последствий.       Люцифер, всё это время никак не реагировавший на прикосновения, резко, со всей силы схватил меня за руку и прижал к холодной стене душа. Фиолетовое крыло случайно задело включатель, и теперь холодная вода сменилась тёплой, согревая тело. Руки начинали с каждой секундой неметь от смертельной хватки, взгляд демона прожигал душу. Только его глаза, наполненные неконтролируемым гневом и злостью, парализовали тело.       Послышался случайный писк, молящий всеми нотками отпустить, ведь резкая хватка оказалась почти смертельной. Люцифер несколько мучительно долгих минут смотрел в глаза, разглядывал лицо испытывающе и пугающе, но неожиданно резко отстранился.       — Выйди, — его голос был спокойным, словно ничего не произошло, но я чувствовала, как он боролся с самим собой.       Медленно, но с опаской смотря на него, вышла. Мокрая одежда прилипла к коже, доставляя дискомфорт, капли воды падали беззвучно на пол. Через несколько минут он вышел, на его бёдрах висело обмотанное полотенце, но я перевела опечаленный взгляд на уже затягивающийся порез. Огромный порез, оставленный моими необдуманными словами, делал мне больно, отчаянно больно. Всё это время, я жила в мечтах сделать ему больно. Чтобы он понял, каково это — ощущать невероятную боль от слов, обычных слов, разрезающих нежную кожу. Я сделала это, сказала, что он придурок, но камень с души не спал, а стал ещё масштабнее и тяжелее…       Люцифер бросил взгляд на меня и, заметив слегка дрожащее тело в мокром платье, которое прилипло к коже, направился в мою сторону. Я сделала несколько шагов назад, крылья безнадёжно врезались в шкаф позади, а демон величественно навис надо мной. Закатывая раздражённо глаза, слегка толкнул в сторону, достал свою чёрную рубашку и, протянув мне, отошёл, демонстративно кидая взгляд в сторону окна, давая понять, что смотреть не будет.       Слегка дрожащие руки снимали намокшее платье, и оно упало на пол, оставляя женское тело полностью открытым, только в нижнем белье. Быстро застегнула последние верхние пуговицы на рубашке, атласная ткань прильнула к дрожащей от холода коже. Длины рубашки слегка не хватает, чтобы прикрыть бёдра, но всё равно так намного лучше.       Заметив, что я закончила, Люцифер перевёл свой взгляд на моё тело. Губы дьявола слегка дрогнули в подобии улыбки. Он устало присел на кровать и похлопал приглашающе рядом с собой. Мысленно насторожившись его спокойствием, осторожно присела рядом. Мой взгляд был постоянно на этом несчастном порезе, душившем невидимыми нитями, сжимающим тонкое горло. Было больно смотреть на это идеальное тело с порезом и вечным шрамом от моих слов…       — Повтори. Кто твоя родственная душа? — спросил спокойно, но в голосе чувствовалась усталость и поражение.       — Ты…       Он закрыл глаза, будто эта безжалостная правда только сейчас дошла до его растерянного сознания. Почувствовалось напряжение, его грудь стала чаще подниматься от тяжелых вздохов. Громко выдохнув, он откинул голову назад, пытаясь принять жестокую правду, свалившуюся сверху в виде меня…       Он резко повернулся ко мне, глаза вспыхнули красным пламенем раздражения.       — Уокер, ты ду… — резко замолчал и тяжело выдохнул, осекаясь сказать недоговорённое. — Сколько ты это терпела? Просто любопытно, сколько времени ты мучилась, взваливая всё на себя? Если бы я знал всё с самого начала, то такого бы не было.       — Примерно две недели, по человеческим меркам…       Он усмехнулся и грустно оглядел меня, но с какой-то промелькнувшей гордостью.       — Гордая, слишком гордая…       — Сильно больно?.. — мой взгляд невзначай, против воли возвращался на порез, от регенерации почти заживший.       От моей внезапной заботы демон скривился, я виновато прикусила язык. Люцифер призадумался. Неожиданно повернул мой подбородок в свою сторону и почему-то прошептал:       — Тебе намного больнее было, Уокер, — усмехнулся, осматривая измученное от всего происходящего лицо.       Появившийся ком в горле стал неприятно пульсировать, шрам на животе болезненно ныть. Вальяжно отстранившись, демон тяжело выдохнул.       — Это нужно оборвать, — резко, на одном дыхании выпалил слова, заставляющие сердце издать болезненный удар. Нет… Уокер, тебе послышалось, он не мог этого сказать… Только кажется, что всё хорошо, но нет. С его губ срываются слова, моментально душащие, сжимающие все органы изнутри…       — Это невозможно, — мой голос прозвучал очень тихо, но его возможно было расслышать. — Только через смерть одного из нас…       Неожиданно страх сковал волнением тело, и я боязливо отодвинулась от него. Заметив это, Люцифер резко схватил за запястье и прижал к себе вплотную, не давая шансов или ничтожных попыток отстраниться.       — Заманчивое предложение… — демон медленно прошёлся по мне любопытным взглядом. Увидев задравшуюся рубашку, оголяющее бедро, свободной рукой потянул ткань вниз, заботливо прикрывая кожу, и вернул свой взгляд обратно. — Но нет. Не бойся.       На мгновение губы демона дрогнули в странной ухмылке. Он ослабил хватку, позволяя мне отстраниться.       — Что будет дальше?..       Прозвучал тяжелый выдох. Люцифер, видимо, сам не знал, что будет дальше. Эта безжалостная правда выбила его из колеи.       — Пока не знаю, — перевёл заинтересованный взгляд на меня. — Ты себя хорошо чувствуешь? Да. Не считая того, что теперь виню себя во всём, и за этот чёртовый порез на идеальном, дьявольски шикарном теле… Ошибаюсь, плохо…       — Нормально…       Он кивнул головой.       — Тут останешься или к себе пойдёшь? — испытывающие посмотрел в мои глаза.       Взгляд переместился в сторону окна. Кромешная тьма встретила меня сразу, не давая разглядеть ничего. Я посмотрела обратно и встретила взгляд Люцифера на себе, наполненный каким-то скрытным желанием, читавшимся в глубине зрачков.       — Лучше зде…       — Хотя нет, лучше иди к себе, — на его лице заиграла странная усмешка. — Вдруг проверять будут. Не хочется, чтобы старичок Фенцио увидел тебя в моей постели, — он поднял руку в воздух, лёгким движением очерчивая моё тело. — Причём… в таком виде.       Я усмехнулась от его слов и безобидно закатила глаза.       — Хорошо…       Мне очень хотелось остаться, но я понимала, что ему нужно время на обдумывание всего этого… Выйдя из комнаты, быстро направилась в свою.

***

      Мими сидела и нервно смотрела в окно. Когда моя фигура показалась в дверном проёме, дьяволица резко подорвалась. Увидев меня лишь в чёрной рубашке Люцифера, закрыла рот от удивления. Я мигом подошла к кровати и легла в чём была. Не очень хотелось снимать рубашку дьявола, от неё исходил приятный запах его тела. Мечтательно выдохнув, охватившее волнение начало отступать.       — Так… Я понимаю, вы поговорили? — дьяволица настороженно пересела на мою кровать.       — Можно и так сказать, — я отвела глаза в сторону, чувствуя испепеляющий дотошный взгляд подруги.       — Ну-у, что молчишь? Рассказывай! Мне интересно же! — она легла на мою кровать животом, упирая руками подбородок. — Я готова слушать.       Я слегка фыркнула.       — Это вышло довольно странно и… болезненно, — она обеспокоено оглядела меня. — Для него физически и морально, а для меня — морально.       Подруга облегченно выдохнула.       — Ты его обозвала?       — Он строил из себя… непонимающего. Вот я и не выдержала…       — Придурка? — дьяволица выгнула бровь.       — Именно.       Она слегка рассмеялась.       — А как он отреагировал?       — Ну… почти спокойно, но отстранённо. До него, кажется, только сейчас всё начинает доходить, — огорчённо посмотрела на свои руки. — Ещё и больно ему сделала…       Мими недовольно цокнула и закатила глаза.       — Он тебе тоже больно делал, — дьяволица собиралась продолжить, но я перебила её.       — Одно дело, когда ты знаешь, что причиняешь боль, а другое, когда нет…       Она замолчала, понимая, что её поддерживающие слова ничего не поменяют.       — Между вами что-то произошло? — она кинула на меня хитрый взгляд.       — Мими!       Дьяволица сразу рассмеялась и подняла руки вверх.       — Поняла, поняла, — хитро прищурилась. — Было…       Увидев мою появившуюся злость, она ещё сильнее рассмеялась. Ей смешно, а мне плакать хочется…       — Ладно, я вижу, что этот разговор выматывает… Завтра всё расскажешь, — погладив заботливо по растрёпанным волосам, дьяволица перелезла на свою кровать. Надеюсь, после этой тревожной ночи всё станет намного лучше, ведь правда наконец-то открылась…