Красный взгляд на истерзанном теле

Иногда жизнь заставляет принять тяжелые решения, но если их проигнорировать — можно остаться во тьме.

      До ушей доносились незнакомые и странные звуки, поэтому, лениво проснувшись, я открыла глаза. Неверующе проморгала, думая, что это моё разыгравшееся воображение, но представшая глазам картина никуда не исчезла. Оперевшись ладонями, приподнялась и дезориентировано огляделась, пытаясь в памяти найти объясняющие обрывки моего нахождения здесь. Кинула растерянный взгляд на открытое утреннее небо и недовольно кривилась, осознавая, что это какое-то издевательство воспоминаний или ещё что-то непонятное.       Поправив складки почему-то имеющейся одежды на теле, точнее лёгкой ночной сорочки, отдёрнула несчастный подол и снова растерянно огляделась, видя глазами открытую местность. Убедившись, что находилась у самого обрыва, настороженно сглотнула, продолжая судорожно искать в памяти хоть мелькающие обрывки. Не имея понятия, как сюда попала, встала неспешна на ноги и сделала несколько осторожных шагов к самому краю обрыва. Наклонившись, аккуратно посмотрела вниз и внутри всё тревожно сжалось, видя невозможную картину черноты, не имеющей вообще завершения. Только убедившись в том, что это никуда не исчезнет, сделала неосознанные шаги назад и замерла, стараясь принять увиденное.       Несколько секунд моргала, щипала себя за кожу, но ничего неизменно — всё оставалось на прежних местах. Из груди вырвался долгий выдох, а вместе с ним почувствовала ненавязчивое прикосновение к себе и, замерев намертво, ощутила, как подступивший страх строго настрого запрещал обернуться. Стоило прикосновениям исчезнуть, облегченно выдохнула, подумав, что показалось, но почувствовала их снова и уже сжалась всем телом. А когда горячее дыхание кого-то опалило открытую кожу, по спине пробежались холодные мурашки неконтролируемого страха.       — Нравится при моём появлении испытывать боязнь?       Услышала над своим ухом знакомый шёпот и недовольно выдохнула, оборонившись и встретившись с уже надоевшими по самое горло ядовито-зелёными глазами.       — Тебе не надоело меня проследовать? Присылать видения? Время в пустую тратишь, — прошипела и попыталась его оттолкнуть, но он стоял неподвижно и нахально усмехался.       — Время невозможно остановить, как бы иногда этого не хотелось. Эта как сильный поток воды — он неизменно направляется и остановиться никак не может, — задумчиво проговорил и наклонил голову в сторону, кидая взгляд за мою спину на непроглядную тёмную бездну. — И существует чёрная дыра, из которой выхода не было и не будет.       — Выход из любой ситуации есть, просто его нужно тщательно искать, — стоило моим словам сорваться с языка, как его взгляд внимательно вернулся, а уголки губ довольно дрогнули.       — В твоих словах есть далёкая истина, — как-то задумчиво и растянуто проговорил, а потом с какой-то ненормальной улыбкой оглядел меня с головы до ног, что стало неприятно. — Но истина бывает очень горькой. Той, которая заберёт сразу несколько невинных душ, — издевательски насмехался, а я тяжело выдохнула, сдерживая себя от того, чтобы сейчас не задушить его.       — Возможно, я никогда не осознаю в полной мере твою боль. Тебя можно понять, честно, но месть сможет вернуть тебе всех тех, кто уже давно в Небытие? Сможет хоть как-нибудь заполнить пустоту уже вековой потери? — тревожно вглядывалась в его глаза, надеялась найти там что-то живое и ещё ждущее, но натыкалась на пики айсбергов, кажется, оставшиеся такими там навечно.       — Я продолжаю существовать ради мести. Во мне ничего не осталось, что было когда-то давно, — он наклонился непривычно близко, что его дыхание стало резко обжигающим. — Я бродил по земле только с мыслью того, что вернусь и отомщу. Моя душа всё это время была неспокойна, она прибывала в мечтах заполниться кровью виновных, — от этих слов по моим плечам пробежали мурашки, но я продолжала, неотрывно, смотреть в его глаза. — Пойми — я не остановлюсь. Просто в эту игру была замешана ты, которая ни в чём не виновата, но я не могу дёргать за другие ниточки. Они никакие.       — Ты хочешь уничтожить Сатану и Люцифера, я это поняла, но что будет после этого?       — Я обрету покой и почувствую возмездие. Мне уже плевать, что после этого обязательно настигнет Небытие. Я просто уйду с чувством выполненного долга.       Прикрыла медленно глаза и повернула голову в сторону, чувствуя, как она начала неприятно побаливать. Не понимала возникшей причины, но и демону этого показывать не собиралась.       — Моё терпение на исходе, а Люцифер продолжает бездействовать, — этими словами он заставил меня взглянуть снова на него. — Я не хотел бы причинять тебе боль, но он вынуждает это делать.       — Можно обойтись без Люцифера, — тяжело выдохнула и почувствовала, как сердце в груди забилось сильнее от одной непрошеной мысли. Словно мой организм противился ей, пытался выплюнуть эту идею, но язык оказался смертоноснее и быстрее. — Я… готова помочь, но взамен хочу лишь одного — чтобы Люцифер остался нетронутым. То, что он сделал с Адрианой… Это был приказ Сатаны.       —Ты бросаешь себя в огонь, чтобы этот бездушный урод остался нетронутым? — он начал заливаться ненормальным смехом, а я уже пожалела, что вообще такое предложила. — Но, знаешь, это подкупает. Твоя связь с ним настолько крепка, что ты спокойно ходишь у обрыва. Вообще не замечаешь, как нога медленно соскальзывает.       — Я всегда хожу у обрыва и, как видишь, полностью цела, — едко улыбнулась и с вопросом поглядывала. Неуверенно, но спросила: — Ты примешь моё предложение?       — Ты готова уничтожить Сатану? — он сделал шаг, а я неосознанный назад. — А что Люцифер скажет на этот неожиданный поворот?       Его вопрос заставил меня задуматься, но я, будто влекомая чем-то сильным и непомерным внутри себя, отбросила это в сторону.       — Поймёт... — неуверенно ответила, а сама, видя, как демон сделал шаг, снова сделала один назад и остановилась, чувствуя всем телом темнейший обрыв позади. — Я жду ответа.       На его лице появилась какая-то странная усмешка.       — Я подумаю над твоим предложением, — наклонился ко мне так, чтобы глаза были на одном уровне. — Можешь сегодня найти меня в коридоре школы, — неожиданно толкнул, и я, почувствовав парализующий страх, стремительно падала и погружалась в непроглядную темноту.       Чувствуя, как тело куда-то непроизвольно падает, распахнула резко глаза и подорвалась. Присев, сонными ещё глазами судорожно разглядывала комнату. Непонимающе несколько раз проморгала, но только сильнее убеждалась. Встречая взглядом свою родную комнату, в непонимании протёрла глаза ладонями и повернула голову в сторону кровати Мими, где она, глядя прищурено на меня, приветливо и издевательски улыбалась. Смотрела с каким-то заметным недовольством, но глазами показывала совершенно другое.       — И долго ты будешь на меня смотреть, словно я какой-то призрак? — она издевательски и растягивающе проговорила, а от её игр мне резко захотелось пульнуть в неё подушкой.       Давно не было этого чувства. Непонимающе покачала головой, на что она показала мне язык. Приоткрыла рот от возмущения и собиралась спросить, но сразу же закрывала, осознавая, почему она себя так вела.       — У меня есть очень весомое оправдание, — извиняющееся глянула на неё, из-за чего она заметно добреет. — Он меня не предупредил о том, что мы полетим в Рим. И не дал собраться.       От моих оправданий она ошарашено открыла рот, глядя на с восхищением и какой-то радостью.       — Стоп. Ты и Люцифер — Рим? Это слишком райское место для моих ушей, — резко ложится на живот. Махая ногами в разные стороны и подперев ладонями подбородок, заинтересованно осматривала меня. — Ну и зачем вы туда полетели?       От её непримечательного вопроса меня прошибло холодным и жутким холодом. Я почувствовала, как каждое фиолетовое перышко за спиной задрожало и затрепетало, словно слова имели физическую силу. Даже стало тяжело сглатывать, а я смотрела на неё и чувствовала, как внутри образовывался внушительный комочек переживаний. Дьяволица сразу заметила во мне заметные изменения и настороженно покосилась, хмуря выразительные бровки.       — Что-то не вижу радости...       — Её и не будет теперь... — я тяжело выдохнула и, поправив волосы, которые небрежно торчали во все стороны, мучительно промычала. — Слишком многое узнала, радости нет никакой... — посмотрела на её слишком требовательный и взволнованный взгляд, что теперь мурашки пробежали по плечам. — Мы были там по поводу нашей связи с Аланом. И узнали, как её разрушить…       — Это же замечательно. Почему тогда такая реакция? — дьяволица настороженно поджала губы, словно понимая поспешность заданного вопроса.       — Есть два способа. Один ужаснее другого, — тяжко выдохнула и, собрав побольше воздуха в лёгких, тихо проговорила: — Первый через смерть. Но есть другой, там нужно создать фальшивую смерть, но есть огромная вероятность не вернуться…       Она резко подорвалась, из-за чего я неосознанно вздрогнула. Неверующе смотрела на меня и качала головой в разные стороны.       — Что Люцифер на это сказал?       — Сначала принял, потом начал яро запрещать, — я опустила взгляд на свои руки, которые неосознанно сжимали мягкую чёрную ткань покрывала.       — Впервые мне нравится его запрет, — я сразу подняла на неё недовольный взгляд, на что она только с сожалением посмотрела. — Девочка моя, это опасно... Ты можешь...       — Почему все всегда решают за меня?! — до меня дошла какая-то неконтролируемая злость. Резко подорвавшись, я встала и теперь смотрела на неё с непониманием, часто и резко разводя руками в сторону. — После каждого его чёртового слова на мне будет оставаться порез! Я не собираюсь этого терпеть, ждать, когда ситуация уляжется в свои руки!       — Вики, но…       — Нет, Мими, нет никаких «но»! Мне надоело жить с постоянным ожиданием следующего пореза. Понимаешь, надоело! И, если вы оба против, да пусть хоть весь мир будет против этого решения — это не мои проблемы. Я хочу существовать в спокойствии... — обессилено проговорила последние слова и запустила пальцы в волосы и крепко охватила пряди, сжала, словно это как-то поможет.       Впервые за всё изливание злости посмотрела на неё внимательней. Её серенькие глазки как-то огорчённо смотрели в сторону, остерегаясь смотреть в мои, а губы, накрашенные привычной фиолетовой помадой, поджались в тонкую и почти незаметную линию. Было заметно, что она не очень обрадовалась моим словам, но молчала, побаиваясь окончательной ссоры.       От её вида на меня накатила раздражительность намного сильнее и, боясь как-то нагрубить ей и сделать неприятно, поспешно вышла из комнаты. Шла и чувствовала, что внутри меня происходило что-то непонятное, но не могла этого объяснить.       Присев на мягкую зелёную травку, находящуюся у самого обрыва, скрестила ноги и чувствовала некое облегчение. Словно моей голове и мыслям это было необходимо. В пальцах беззаботно вертела сорванную травинку и смотрела вниз, где ученики школы разгуливались по своим делам. Мне хотелось исчезнуть и испариться, больше не существовать, лишь бы не испытывать внутри безосновательных сомнений.       Мне казалось, что сейчас я прибывала в мягких облаках, могла охватить их руками и, приблизив к себе, умостить на них голову, но и одновременно казалось, что я какая-то пуская и бездушная. Невольно кривилась, вспоминая разговор с Аланом, который являлся не настоящим, но и так же был реальным. Вспомнила свои сказанные слова и непонимающе разглядывала траву перед собой. Конечно, встреча с Сатаной не было тёплой, но когда в моей голове появилась мысль о мести?       Окончательно запутавшись, опустила голову и закрыла глаза. Почему я это говорила так уверенно и непоколебимо? Что со мной происходит? Сидела в недоумении и будто слышала незнакомый голос, шептавший в моём подсознании. Неразборчивый шёпот перерастал постепенно в чёткие слова, которые я говорила демону тогда, стоя у обрыва, ведущего в бесконечную бездну. Вцепилась пальцами в корни волос и оттянула, надеялась, что они исчезнут, но не прекращали сладостно шептать.       Словно пытались довести меня до ненормальной трясучки или нервного срыва. И, по ощущениям, не солгу — мне казалось, что ещё несколько минут, и я залью себя слезами непонимания. Резко захотелось провалиться в сон, чтобы на время отстраниться от этого, но лишь могла терпеть и оставаться в неведении своего состояния. Мысли и идеи в голове менялись по невидимому щелчку пальцев, а я не могла из контролировать.       Лишь обдумывала, противилась, но они казались правильными. Прибывая в непонятном состоянии, впилась ногтями в ладони, оставляя на коже полукруглые красные следы. Чувствовала, как могла случайно надавить так, что образовались бы алые капли, но не могла остановиться. Словно эта боль была единственным спасением от противного и настырного шёпота в мыслях. Находясь в каком-то трансе, не сразу почувствовала ладонь, сжимающую крепко моё плечо.       Испугавшись, резко подняла растерянные глаза наверх и сразу опешила, испуганно сглотнула, замечая мужские серые глаза напротив. Все мысли, беспрестанно крутящиеся и озвучивающиеся, стихли, стоило Геральду остановиться рядом со мной. Меня почему-то напугало его присутствие, но, собрав в себе все силы, постаралась сделать более спокойное лицо.       Он едко усмехнулся, явно очерчивая мои старания. Одним резким движением задрав чёрный плащ, опустился и присел рядом со мной на траву, а я смотрела на него непонимающими глазами и непроизвольно сжала ткань одежды. Удобно умостившись рядом, он посмотрел куда-то вдаль, но, заметив мою заинтересованность, перевёл взгляд, внимательно всматривающийся.       — У тебя плохо получается скрывать свои эмоции, — довольно спокойно проговорил учитель, не отнимая от меня серьёзных глаз, а я нервно сглотнула.       — А что с моими эмоциями не так?       — Ты напугана. И я это прекрасно вижу, — на лице учителя появилась какая-то дерзкая усмешка. Меня она не раздражала, наоборот, захотелось расплыться в такой же. — Что вас тревожит, Вики Уокер? — ненавязчиво спросил, отводя взгляд куда-то вдаль.       Его низкий и спокойный голос показался мне помогающим. Учитель сидел рядом, а его присутствие меня не раздражало. Он внушал какое-то проскальзывающее доверие.       — Слишком много вопросов, проблем… Я чувствую, как всё это давит на меня, — тяжело выдохнула и отбросила травинку, крутящуюся в пальцах, в сторону, словно она меня расстроила. — Мне кажется, что я не справлюсь с преградами. Что под давлением проблем сломаюсь. Что окажусь не такой смелой и решительной, какой надо будет в нужный момент…       — Плохо слушала мои лекции, Вики, — как-то интригующе проговорил, заставляя взглянуть на себя. — Твоя родственная душа — твоя поддержка, — от его слов я испуганно замерла, а учитель повернулся ко мне с хитрой ухмылкой на губам. — Думали, что это незаметно в школе? Я на каждой лекции видел ваши взгляды, для меня, по крайней мере, всё давным-давно очевидно, — дыхание остановилось, а сердце тревожно забилось. — Я никому не скажу. Да и вообще, чего тебе бояться?       — Мой статус отличается от его, это запреще...       — Ты его родственная душа. Тебе всё дозволено, касательно его, — учитель издал смешок, от которого мне почему-то стало спокойнее. — Смотря на Люцифера, никогда не мог подумать, что его родственной душой станет Непризнанная, — заметив, как мои брови сдержались, чтобы не нахмуриться, он снова безобидно усмехнулся. — Хорошо, бывшая Непризнанная.       — Знаете, с вами разговаривать одно удовольствие, — искренне проговорила и встретила его горделивую усмешку.       — Мне тоже, Вики Уокер. Но я подсел не просто так. Ваша мать связывалась со мной, — стоило ему это сказать, я натянулась всем телом, как струна, нервно бегая глазами по выражению его лица. — Она перед вами извиняется.       Я вопросительно глянула на него.       — Почему?       — Я не знаю, мне она этого не сказала. Просто сказала передать вам её извинения. Лишь дополнила, что скоро вы все поймете, — он отряхнул руки, которые упирались в траву, и нарочито медленно поднялся на ноги. — Дам совет: перед тем, как сделать выбор, посоветуйся с Люцифером, а если ему этого знать не стоит, то с теми, кто вам действительно дорог.       Мне почему-то захотелось ещё поговорить с учителем, но он развернулся и пошёл в сторону, давая мне смотреть только на его спину и громадные крылья, слегка встрепенувшиеся. Он уходил, а вместе с ним уходило моё спокойствие. Я постепенно стала чувствовать тяжесть внутри. И она изгрызала, доводила до лёгкого бессилия.       Но меня тревожило совсем другое. Почему мама извиняется передо мной? Как это связанно? И почему я должна это скоро понять? Мысли ураганом закрутились в голове, что она уже начала покалывать и побаливать. Я вспоминала все её действия и слова, но не могла зацепиться за какие-то определённые. Может, я искала что-то на поверхности, но надо копать глубже. Снова пальцы потянулись и оторвали очередную травинку, крутя её в пальцах.       Я перебирала все воспоминания, которые оставались в голове, но не видела подозрительных. Но неожиданно перед глазами задержалось то, которое меня слегка насторожило. Я вдруг ясно осознала, что тогда вообще не задавалась вопрос о её поступке. Вспомнила, что из-за её решения сейчас Алан прибывает в школе. Может она что-то узнала о ненастоящей связи между нами и извиняется за ошибку? Но как она, Серафим, смогла её допустить? Да и про Люцифера она ничего нормально не сказала. Словно хотела, чтобы я никому здесь не доверяла…       Я расстроенно выдохнула, понимая, что это останется догадками, ведь не смогла никак с ней встретиться. Слова учителя крутились очень долго в моей голове. Мы редко с ним общались, только если по темам лекций, но я всегда в нём видела того, кто являлся мудрым. Не было никогда сомнений, что его советы не могли навредить. Стоило мне только задуматься, как странный шёпот возобновился, и я недовольно выдохнула через нос.       Мои собственные слова в воспоминаниях резко казались правильными. Я этому удивилась, не понимая, как мои решения и действия бросались из стороны в сторону. Прибывая в каком-то полуживом состоянии, поднялась и снова отбросила травинку в сторону. Мне нужно об этом рассказать. Или я сойду с ума…       Резко наступившая тишина показалась мне какими-то поучительным наказанием за бредовые мысли. Три пары удивлённых глаз глядели на меня как на ненормальную. Недовольно закатив глаза, не получая их поддержки, присела напротив, закинув ногу на ногу, а они продолжали смотреть так, словно я сбежала из небесной дурки. Вообще, если она здесь существует…       — Ребят, наша чертовка поехала головой окончательно… Здесь уже ничего не поможет, — с удивлением и серьёзностью проговорил рыжеволосый, а от его взгляда и голоса мне почему-то стало одновременно обидно и неприятно.       — Ади, с твоими шутками ты преуспел обойти меня это точно, — скрестила недовольно руки и глянула на Мими, которая продолжала хранить раздражающее молчание. — Только не говори, что ты такого же мнения? — я внимательно посмотрела на Сэми и, горько усмехнувшись, вернула взгляд на дьяволицу, потому что ангел смотрел на меня вообще почти выпадающими глазами и явно не одобряющими.       — Вики, как тебе сказать… — дьяволица постаралась подобрать слова, поглядывая на Ади с заметным переживанием. — Ты приходишь к нам и говоришь о том, что хочешь каким-то образом убить Сатану, чтобы Алан тебя больше не трогал.       — Заметь, убить самого Сатану и, на секунду, отца Люцифера, — удивлённо и отрешённо добавил Ади, а Мими согласительно кивнула.       — Ты приходишь, собираешь нас и высказываешь свой план… Как думаешь, какую от нас можно ещё ожидать реакцию? — добавила Мими.       — Но точно не такую, какую я вижу на ваших лицах, — раздражённо рявкнула и прикрыла глаза, стараясь подавить желание сорваться на них с горьким криком безысходности. — У меня нет других выборов… — начала несильно дёргать ногой, следя за ней и стараясь успокоиться. — Любой исход ведёт в Небытие. Лучше этот, чем другой.       — Не хочу тебя расстраивать, но этот самый тупой и нелепый план за всё твоё прибывание здесь, — настолько уверенно высказал Ади, а я, не выдержав бурлящего в себе раздражения, резко подорвалась и подошла к нему.       Он только задрал бесстрашно голову, не разрывая со мной зрительного контакта.       — Вместо того, чтобы поддержать, Ади, ты против меня! — недовольно воскликнула и пальцем тыкнула в его грудь. — Когда-то ты мне говорил, что мы хорошие друзья, но сейчас я в тебе вижу настоящего труса и эгоиста! — отвела взгляд в сторону и нервно выдохнула.       — А в тебе я вижу глупую истеричку, которая не видит элементарных границ, — он резко встал на ноги, отчего мне пришлось сделать шаг назад. — Ты говоришь настоящий бред и думаешь, что мы тебе в этом поможем? — начал активно махать руками перед моим лицом, а у меня появилось желание взять и сломать ему палец. Но я, перебарывая раздражение, продолжала неподвижно стоять и впиваться ногтями в собственные ладони. — Из нас эгоистка здесь только ты.       — Ади, это уже перебор… — неожиданно одновременно заговорили Мими и Сэми, но Ади вытянул руку в их сторону, показывая, что слова не нужны сейчас.       — Я не эгоиста. Я просто думаю о том, как мне спастись, а ты с полным расслаблением следишь за тем, как я иду на дно.       — Может, я этого и хочу? — неожиданно сорвался и повысил тон, а я почувствовала неприятное покалывание в груди от его слов. Меня это сильно укололо, что пришлось поджать незаметно губы, но продолжала молчать и смотреть на него в непонимании.       — Ади, всё, остановись, — Мими встала и одёрнула его за плечо, но он грубо отбросил её руку в сторону и внимательно разглядывал мое лицо, будто выискивая что-то.       — Значит, ты хочешь, чтобы я попала в Небытие? — поджала губы и отвела взгляд в сторону, чувствуя, как слёзы постепенно начинали застилать глаза. Мне становилось обидно от его слов и самое неприятное, я не могла найти им оправдание.       — Именно этого и хочу, — спокойно проговорил. И во мне что-то предвещающе лопнуло.       Вздёрнув подбородок и сдерживая слёзы, сделала шаг к нему. Подошла вплотную и разглядывала глаза, кажущиеся мне теперь каким-то отвращением. Усмехнулась едко ему в лицо, а он продолжал смотреть так, словно до этого не было сказано тех страшных слов, которые сделали мне больно.       — Мне и не нужна помощь такого труса, как ты. Можешь продолжать быть безразличным ко всему происходящему, — со всей силы упёрлась пальцем в его грудь, что он даже пошатнулся, но молча продолжал стоять и изучать меня. — Ты оказался вовсе не тем другом, каким я тебя видела первоначально. Обидно, что твоя внешняя оболочка раскрылась и показала внутреннюю гниль, — скривила губы. — Мерзко от тебя и противно.       Он только усмехнулся от моих слов, а я, сдерживаясь, чтобы не сорваться на душераздирающий крик, развернулась и поспешила в сторону двери, беря все силы в руки и намереваясь совершить то, что задумала. Уже подошла к ней и собиралась выскочить, как раздался его голос:       — Подожди, чертовка, есть для тебя ещё несколько ласковых слов, — с каким-то ехидством проговорил, что это подкупило меня остановиться и обернуться.       Стоило это сделать, как он сорвался с места и через несколько широких шагов подошёл почти в плотную. Немного грубо схватил за запястье, чтобы я только не ушла, и улыбнулся, словно сейчас намечалось какое-то веселье.       — Помнишь одну прекрасную вечеринку, где ты задрожала мне желание, — от его слов невольно сжала челюсть и подняла острый взгляд, а он на меня посмотрел с высоко поднятой головой. — Как ты знаешь, в нашем мире, если ты кому-то должен желание — не имеешь права отказать.       — Говори, рыжик, пока я тебя не уничтожила, — процедила ему злобно в лицо, едва сдерживаясь, чтобы не оттолкнуть и не послать на три веселых буквы.       Его веселое лицо сменилось более спокойным и облегчённым, отчего злость во мне закипела ещё сильнее.       — Ты, чертова Уокер, после всех этих лестных слов садишься послушно на кровать и даже не думаешь о том, чтобы уничтожить Сатану, — почему-то недовольно отчеканил, а я нахмурила брови, чувствуя после его слов какое-то облегчение. — Моё желание означает одно: ты больше никогда не думаешь об этом и даже не задумываешься о возможности этого. Я запрещаю это делать, Вики, и ты не можешь ослушаться.       Его слова имели какое-то невероятное влияние, от которого я почувствовала резкую лёгкость, словно весь тот кислород, который я вдыхала, являлся удушающим. Он заметил мою растерянность и мягко отпустил, смотря каким-то тёплым и уже спокойным взглядом, а я сделала непроизвольный шаг и, ударившись несильно крылья о дверь, схватилась за голову, чувствуя возникшую неприятную пульсацию.       — Я ничего не понял… — раздался тихий голос Сэми, от чего Ади усмехнулся.       — Я просто вернул нашу чертовку в реальность, ничего больше, — я кинула на него непонимающий взгляд, а он только пожал плечами, повернувшись к Мими, которая сверлила его недовольным взглядом. — Я сейчас всё объясню. Какое-то время я увлекался чтением заклинаний, поэтому увидев то, как наша Вики зародилась странными идеями, засомневался в их адекватности. Мне нужно было проверить, являются ли эти эти мысли её настоящими, поэтому пришлось выкинуть несколько обидных фраз, — теперь он посмотрел на меня, которая продолжала смотреть на него с непониманием. — И я подтвердил свои опасения. Ей в голову навязали совсем не её мысли и под их воздействием она реально могла совершить это. Но, любое желание на небесах является к выполнению строго обязательным, это как неозвученный, но известный всем закон.       — Я поняла… — Мими перебила его, и он повернулся к ней. — Твоё желание способствовало тому, чтобы снять с неё заклинание, — увидев его кивок, Мими облегченно выдохнула. — Я, конечно, понимала, что идеи Вики бредовые, но хотела тебя хорошенько треснуть за те словечки.       — Уж прости меня, но я должен был убедиться точно в том, что они были навязаны кем-то.       — Не кем-то, а Аланом... — всё осознав, тяжело добавила и выдохнула, опустила взгляд, чувствуя, как совесть за сказанные демону слова теперь душили меня. — Прости, я не хотела этого тебе говорить.       Он тепло улыбнулся и подошёл ко мне, протягивая ладонь вперёд.       — Те слова для меня ничего не значили, я догадывался о причине их появления и помог избавиться, — искренне улыбнулась и вложила свою ладонь в его, ощущая какое-то дружеское тепло. — Друзья?       — Друзья, — сделала шаг к нему и почувствовала, как тяжесть и переживания окончательно покинули меня.       — Ой, чертята мои, это так мило, — специально писклявым голосом проговорила дьяволица, усмехнувшись в свою ладонь. Притянула к себе ангела и приобняла, а он только недовольно закатил глаза и фыркнул.       Я несколько секунд стояла и наблюдала за тёплой картиной со стороны, но почему-то стала зарождаться чувством гнева и неконтролируемой агрессией. Ненавязчиво убрала свою ладонь из хватки Ади, а он, почувствовав это, вопросительно оглядел меня.       — Вы меня, конечно, извините, но мне нужно сейчас кое-кому мозги вправить, — не успев даже оценить реакцию друзей, развернулась и вышла в коридор, намереваясь найти одного лишь демона.       Мои глаза, встретившись наконец-то с ядовито-зелёными, блеснули незнакомым блеском, а тело уже непроизвольно шло к нему. Алан стоял у каменных перил, упираясь ладонями и посматривая на меня с хитрым блеском. Как же не хотелось его сейчас расстраивать и говорить, что его тупой план провалился, но это надо было сделать.       Подошла почти вплотную и остановилась, вскидывая подбородок вверх. От моего уверенного вида, без каких-либо сомнений, у него появилась довольная усмешка, а потом и ямочка, которая когда-то мне даже нравилась, но сейчас было желание стереть её до дыр.       — Как же я рад, что ты приняла правильное решение, Вики, — уважительно качнул головой и, пройдя мимо меня, двинулся по коридору. — Сейчас поведаю, как лучше всего это сделать, — он резко остановился, заметив, что я продолжала стоять на месте. Повернул голову и посмотрел в глаза с немым вопросом. — Что-то не так?       Я пожала плечами, демонстрируя безразличие, и двинулась в его сторону. Сделала несколько шагов и остановилась почти вплотную, закинула голову назад, чтобы не разорвать озадаченного зрительного контакта.       — Твой шедевральный план потерпел крах, зеленоглазый, пора платить за промахи...