Трофей

Учитель оглаживает грудь, целует и снова отходит. Ему нравится, как ты плачешь, как мычишь и дергаешь руками, что уже затекли от такой позы, а запястья горят от веревки. Он берет несколько предметов, и ты снова кричишь. Зажимы для сосков причиняют боль, оттягивают вниз, не дают дышать спокойно, они тяжелые, боишься, что это навредит твоему развитию, вдруг грудь потом болеть будет или что еще хуже. Дергаешься, однако все бесполезно, тебе не выбраться. — Ну что ты, сладкая, стой спокойно. Я же только начал. От этих слов становится страшнее, слезы накатывают новой волной, смешиваясь на подбородке со слюной и капая на грудь. Тебе противно от самой себя. От Яна. От этой комнаты. И пока ты ненавидишь в мыслях весь мир, парень приставляет вибратор к твоей промежности. Пытаешься свести ноги, но распорка крепко держит, а если согнуть колени, то не дотянешься до пола пальцами. Рук уже не чувствуешь, от вибратора ощущения яркие, но отчасти болезненные, потому что Ян Валерьевич не останавливается даже после ярких вспышек и звездочек в глазах. Мучает, смотрит, как ты извиваешься, и, наконец, развязывает тот конец веревки, что на крючке потолка, оставив кисти связанными. Падаешь на пол без сил, слыша, как парень смеется. Он поднимает тебя за волосы и снимает кляп и зажимы. — Сиди вот так. Слушаешься его, потому что делать уже нечего, все равно не убежать. Остается только ждать, когда он наиграется. Учитель вынимает ремень и спускает собственные штаны, расстегивает пуговицы рубашки, все еще держа в руке аксессуар, а затем подносит свой член к твоему лицу. — Знаешь что делать, или мне объяснить? Он кивает на ремень в руке, мотаешь головой и связанными руками берешь его член, а затем проводишь по нему языком, жмурясь от страха и отвращения. — В рот бери! Вздрагиваешь и тут же выполняешь приказ, берешь на половину, втягиваешь щеки, однако историку этого недостаточно. Он хватает тебя за волосы и сам входит по самые гланды, от чего давишься, кашляешь, хочется блевать, дышать тяжело, а ему весело. Он смотрит на тебя с улыбкой, сильнее оттягивает волосы и увеличивает темп. Не так противно, когда кончают в рот, чем когда кончают на лицо, попадая на глаза, от чего слипаются ресницы, пока ты кашляешь так, что внутри все болит. — Сучка. Даже сосать не умеешь. Он кидает в тебя полотенце, чтобы ты вытерла лицо, а затем за волосы дергает, кидая на кровать. Ты надеешься, что сейчас он отымеет тебя и отпустит, но не все так просто. Он ставит тебя на колени и наклоняет лицом в матрас, холодная, вязкая жидкость капает чуть ниже копчика, а затем ты чувствуешь его длинный палец в себе. Анальный секс?.. Это больно, противно, парень просто больной извращенец, чья фантазия на этом не закончилась, потому что вслед за пальцем чувствуешь второй, а потом что-то большое, разрывающее тебя внутри, заставляющее кричать от боли. — А тебе идет хвостик. Но вот еще кое-чего не хватает. — учитель выдерживает паузу. — Твоя кожа такая белая! Давай ее раскрасим? Он замахивается ремнем и больно ударяет по ягодицам. Поднимаешься на руках, кричишь и пытаешься уползти, но Ян тянет за хвост, становится снова больно, и ты падаешь обратно на кровать. Еще четыре удара, Ему надоедает, он отбрасывает ремень и переворачивает тебя на спину, входи резко. Противно! Как же противно! Парень дерет тебя, входит до матки, ему плевать на твои болезненные крики. Важно лишь самоудовлетворение. Он кончает минут через двадцать терзаний, поливает тебя своей спермой, встает за телефоном и делает несколько фото. Все тело болит, хочется просто стереть это из памяти, уехать на другой край планеты или вовсе сброситься из этого же окна. Учитель уходит и возвращается через полчаса, оставляя тебя отдышаться, отойти от произошедшего. — Я провожу тебя до ванной, там висит новая одежда. Держу пару платьев на такие случаи. Спасибо за вечер. Захочешь еще, звони. Но захочешь об этом рассказать кому-то, тебе будет плохо. На тумбочке, рядом с бельем лежит карта. На ней обещанная сумма. На листике пароль. Снимай все сразу и переводи на свой счет, иначе я ее заблокирую через неделю. У тебя есть час, чтобы искупаться, одеться и свалить из дома, потому что я уже заказал такси. С Новым Годом, сладкая. Ты хочешь плюнуть ему в лицо, отрезать яйца этому подонку, но сил нет. Он развязывает руки, снимает ремни с ног и провожает в ванную. После душа надеваешь платье, берешь карту и уходишь из дома, сразу замечая такси. Не гордая. А такие деньги никогда не бывают лишними. Особенно после того, что он сделал. Всю оставшуюся жизнь ты будешь помнить свою первую любовь, из-за которой ненавидишь новый год, ненавидишь свечи, платья, большие дома и дорогие машины. И не известно, сможешь ли вообще полюбить кого-то, довериться и позволить заботиться.