Латте с сиропом

— Ты же говорила, у тебя отгул?       Ева вздохнула, прекращая зашнуровывать кеды. Как бы ему всё помягче объяснить… звучит невыполнимо на самом деле. Оставаться наедине с чужим человеком всё-таки было напряжно, и пусть она подноготную его знала, это всё было на экране, а это реальная жизнь. — Я не на работу. Я отдыхать. — От работы?       В голове мелькнула странная мысль; может, стоит взять его с собой? Это уже не находиться сутками вместе в бетонной коробке, когда в его присутствии только о непонятном будущем думать и получается. Им обоим не помешает развеяться. Ева махнула рукой в сторону его новой обуви. — Могу поспорить, торговые центры ты ещё не видел.       Дейдара с искренним любопытством осматривал всё, что только попадалось ему на глаза — за этим было даже приятно наблюдать. Ева почти не переживала, когда он отходил поглазеть на ещё что-нибудь; в основном его внимание привлекали неоновые вывески и карты, рассеянные тут и там по городским улицам. Один раз он даже остановился перед одной такой, пытаясь сориентироваться, и почти удачно вывел их к остановке (правда, чуть не попал под машину, но ему простительно). В конце девушка знаком показала ему завернуть на парковку, села на асфальт и закурила. — Подождёшь? — Куда денусь, — он пожал плечами, но долго молчать не смог. — А сигареты у вас такие же, как у нас, хм? — Понятия не имею. Попробовать хочешь, что ли? — Никогда не курил, — признался Дейдара с лёгкой улыбкой, — но если не жалко, давай.       Еве не жалко.       Глядя на его тщетные попытки сначала поджечь фильтр, а потом, послушав её ненавязчивый совет перевернуть сигарету, подкурить её на расстоянии от себя, она не сдержала смеха — наверное, самого спокойного за последние дни. — Вот так, — она придержала фильтр и сама щёлкнула огоньком, сразу же получая дым в лицо и слыша плохо сдерживаемый кашель. — Не курил никогда, да? — Я же сказал, — Дейдара согнулся чуть ли не пополам от резких ощущений, но, кажется, он тоже смеялся. Следующая затяжка у него прошла спокойнее. — И зачем это? — Не нравится, так и скажи.       Ева бросила окурок на землю, размазывая ещё горячий пепел подошвой по парковочной разметке, и парень с интересом на неё покосился. — Если ты всё, то теперь ты меня ждёшь. — Ну да.       Не очень понятно, что он этим хотел сказать, но и не так важно. Ева точно-точно не пялилась на то, как он быстро приспособился к курению, втягивал дым и- — Пошли, — Дейдара вырвал её из своих мыслей, растаптывая остатки по её примеру. — Но больше мне эту херню не предлагай.       Разговор как-то стушевался и затих, будто на этой парковке что-то произошло, и Ева почти начала переживать; но стоило парню увидеть несколько этажей торгового центра, как у него снова загорелись глаза. Больших усилий стоило пообещать ему когда-нибудь во все места тут заглянуть, и он согласился идти дальше без экскурсии только потому что она проболталась, что покажет свою работу. — Так ты в кафе работаешь? — Это кофейня, — поправила она, махая в ответ узнавшим её коллегам. — Есть предпочтения по кофе?       …Вечерело, в стёклах небоскрёбов уже начинал отражаться редкий огненный закат, а Дейдара только сейчас вытаскивал её из метро с максимально недовольным видом — «да было бы из-за чего устать». Как будто не он весь день таскал её по всем интересным местам подряд, комментируя всё, что только заметит. И откуда столько энергии? Ева, уставшая донельзя, закрылась одним наушником и почти весь путь до дома провела в полусонном состоянии. Хотела ведь выходной потратить на мирное попивание кофе и прогулку до дома без автобуса, но нет, чёрт дёрнул с собой взять… этого. Впрочем, жалеть было особо не о чем: подобного всплеска дневной активности у неё не было очень давно.       Дейдара и сам притих; вряд ли устал, скорее задумался — сложив руки за головой, он не отводил взгляд от неба, как ей казалось. — За нами наблюдают. — Что? — Ева вытащила наушник, хоть и расслышала всё прекрасно. — Тебе кажется, наверное?       Парень нахмурился, вглядываясь куда-то наверх, но это серьёзное выражение лица слишком быстро сменилось обычным. — Показалось, хм. Нервно просто. — Нервно? — Заебался от неизвестности.       Ева подняла бровь и, подхватив его под руку, завернула в следующий от своего двор; назревал какой-то разговор, и точно уж не хотелось дать случайным соседям из окон подслушать его. Парень выглядел расслабленным, но оттого не менее серьёзным, и таким она его ещё не видела. Глупо, конечно, утверждать что-то подобное, они знакомы всего ничего, но это ведь не в его духе? Точно не в повседневной жизни?       Ловко вытянув сигарету из пачки, она столкнулась с вопрошающим взглядом напротив, усмехнулась, протянула и ему. — Говорил не давать больше. — Мало ли что я говорил, — пробурчал он, на этот раз справляясь с подкуриванием сам и передавая ей зажигалку. Но, к сожалению, больше он проявлять инициативу не собирался. Пришлось действовать самой. — «От неизвестности»? — повторила Ева его слова, склоняя голову — так вроде готовность слушать показывают.       Дейдара выдохнул дым в небо, создавая необычный контраст летнего заката с пеплом. — Сижу тут сутками без какого-либо плана. Чакры нет, ртов моих нет, никого из знакомых нет, — он чеканил каждое слово, но быстро успокоился — если это можно было так назвать. — И что делать, непонятно. Сплошное подстраивайся-подстраивайся-подстраивайся, мне будто и без этого забот мало. Я не собираюсь тут задерживаться.       Странно, но звучал он спокойно, пока Ева не приглянулась — и не заметила свободную от сигареты руку, сжавшуюся в кулак, и напряжение всего тела, и какой-то совершенно незнакомый ей взгляд. — Обычно я хоть что-то могу сделать, а тут ничего. Полагаться на первую встречную. Я тебя не знаю даже.       Всё верно. Объяснения о том, как работает мир без шиноби и хвостатых, никак их не сблизят и уж точно не прибавят доверия, чтобы он хотя бы расслабиться мог. Ева потупила взгляд в землю, понимая, что до сей минуты не думала об одной простой вещи — Дейдара сейчас такой же обычный человек, как и она. Он тоже переживает, его тоже гнетёт это вынужденное соседство с едва знакомым человеком с другой вселенной. Для того, кто привык всю жизнь быть сам по себе, для участника Акацуки, для преступника высшего ранга — он мучается лишь от факта зависимости от кого-то, ведь, по сути, его успешное будущее может полагаться только на неё, Еву. Это же ей в итоге договариваться насчёт документов и всего прочего. Пожалуй, стоило попытаться понять его раньше. — Эй, ты чего притихла?       Ева вздрогнула, поднимая голову. — Если ты сюда как-то попал, значит, есть способ как-то выйти. Ты не похож на того, кто просто смирится со своим положением и хуй забьёт, а значит, всё, что мы делаем, не зря. Вернёшься когда-нибудь.       Удивлённый смешок и шипение потухшей сигареты послужили ей ответом. Дейдара хотел пошутить, это было видно по его лицу, но вмиг утих, думая над чем-то. — Знаешь, а ты умеешь толкать речи, когда надо. — Недели не прошло, а ты уже в тоску впадаешь. — Я? В тоску?! — он с напускным возмущением пихнул её в плечо и постарался улыбнуться как обычно. — Просто задумался!       Но его можно было понять — Ева на его месте, скорее всего, чувствовала бы то же самое. Самое приятное, что собственные слова смогли подбодрить и её. У них всё равно нет возможности изменить всё сию секунду, значит, смысла париться пока нет — только делать то, что они могут. Ну и, в конце концов, когда ещё она сможет пожить с ожившим персонажем? Плюсы, сплошные плюсы. — Не задумывайся так серьёзно, мозгам вредно, — фыркнула Ева и отвлеклась на мигание фонаря; прямо над ними потух на пару секунд, прибавляя атмосферы. — Давай домой. — Пошли. И даже не думай, что я здесь останусь! У меня получится, — Дейдара приободрённо взмахнул рукой, наверное, в попытке какого-то жеста, но оба застыли на месте как вкопанные; из его ладони, рассекающей воздух, вылетело нечто отдалённо похожее на очень маленькую птицу, не успело отскочить от обычной дворовой скамейки и упасть — и взорвалось. Громко. Ярко.       Ева благодарила рефлексы этого парня, потому что если бы не его рука, подоспевшая под затылок, у неё, вероятно, уже был бы раздроблен череп от такого удара об асфальт. Взрыв «маленький, да удаленький» — дом не задел, а вот их отбросил прилично, если примериваться по реальной жизни, а не аниме. Метров десять точно было, подумала она, с трудом поднимаясь; болело всё. Особенно саднили колени и локти, не говоря уже о явно отшибленных рёбрах. Глаза забились то ли пылью, то ли ещё чем. Едва протерев их, девушка нашла взглядом Дейдару — тот пострадал меньше и уже поднимался.       Дейдара оторопевши разглядывал свои ладони, быстро перескакивал взором на только что подорвавшуюся скамейку, обратно пялился на руки; у него подрагивали плечи, но ни малейшего намёка на слёзы. Кажется, шок. У Евы состояние было не лучше — он только догадался протянуть ей руку, не отрываясь от разглядывания другой. — Цел? — Цел, сама-то? — пробормотал он потерянно. — Жить буду. Погнали отсюда, пока полицию не вызвали.       До подъезда они добежали на чистой силе воли, и отдышаться нужно было не от этой пробежки, а скорее от пережитого потрясения. Ева мысленно клялась, что своими глазами видела, как ладонь Дейдары выплюнула что-то, очень похожее на его обычные творения, и попала прямо в скамейку, которой теперь по несчастливому совпадению не было. В этот раз парень забрался в лифт без лишних вопросов.       Разувались они молча, и тишину нарушили лишь когда сели на кухне с ошарашенными взглядами один в один. — Это была чакра, да? Была ведь? — почти шептал парень, не переставая всматриваться в собственные ладони — и ничего подобного ртам на них не было. Но Еве не показалось, этот взрыв точно принадлежал ему, причём совершенно незапланированный. — Была, — так же растерянно ответила Ева, проверчивая в руках пустую чашку из-под утреннего кофе. — Я же видела. Это ты сделал. — Я не просто видел, я почувствовал, что это мой взрыв.       Дейдара угрюмо поднял руки ладонями к ней, показывая абсолютно нормальную человеческую кожу. Никаких ртов. — И я уже говорил, что здесь нет чакры. И я её больше не чувствую. Она вспыхнула и исчезла, причём совершенно не подчиняясь мне. — Дей, — она прерывисто вздохнула, наливая себе в чашку обычной воды, — мы с этим разберёмся. Сейчас точно ничего не поймём. Туда пока лучше не ходить.       Подрывник склонился над своими коленями, отвечая тихим «да».       Сумасшедший вечер.