Quid pro quo, мой маленький ублюдок

- Прошу. Джерард, остановись, - поскуливаю я, пытаясь отстранить от себя Уэя, упираясь руками ему в грудь. Но парень намного сильнее меня, так что мои попытки безумно жалкие и слабые. Мне не хватает напора, мне не хватает воздуха в легких, чтобы закричать. Да и толку? Разве кто-то ворвется в квартиру и поможет мне? Я чертов неудачник, пора было давно признать это. Моя черная рубашка давно валяется на полу. Джерард пытается расстегнуть мои джинсы, на его лице абсолютно никаких эмоций. Он равнодушная тупая сволочь, которая использовала меня. А я еще хотел помочь ему, чтобы не выгнали с работы. Какой я, блять, благородный идиот. Он обманул меня. Он унизил меня. А сейчас он опустит меня на самое дно. Слышу, как ширинка моих джинсов разъезжается, и Уэй тут же тянет штаны вниз. Сопротивляться больше нет смысла, поэтому я отключаю свое подсознание и стараюсь думать о чем угодно, но только не о парне, который сейчас стягивает свою черную водолазку, смотря мне в глаза. Настолько холодный и равнодушный у него взгляд, что по коже пробегают мурашки. - Джерард, - предпринимаю последнюю, жалкую попытку спасти свою шкуру и зад, - прошу тебя, опомнись. Но англичанин только ухмыляется и нагибается к моему уху, томно и немного жестко проговаривая: - Нет, Фрэнки, я слишком долго ждал этого. Я слишком много притворялся и строил из себя идиота. Ты думаешь, что нужен мне? Такой, как ты, абсолютно не заслуживает такого, как я, - Уэй хрипло смеется и оставляет поцелуй за ухом. - Я правда думал, что у меня могут быть к тебе чувства, но, Фрэнки, как у человека вообще могут быть чувства, к такой мерзкой маленькой твари, которая ни с кем не считается, думая, что он лучше всех? И тут меня пробивает. Ведь он прав. Я сволочь. Мне настолько становится противно, что хочется тут же умереть, в его руках. Рассыпаться на миллионы осколков хрупкого стекла. Потому что он прав, как никто. Я – мерзкая тварь. Мозг отключается совсем. Нет ничего. Ни чувств, ни мыслей. В голове пустота. Меня сломали. Меня сломали, словно фарфоровую куклу, кинутую на пол с силой. Сотни осколков въелись в мою кожу, не позволяя чувствовать всю боль, что приносил мне Джерард. Ни физической боли, ни моральной. Никакой. Я не замечал, как идет время. Не ощущал, как Уэй подготовил меня, грубо и быстро. Не воспринимал, когда он начал входить в меня. Да, было больно, чертовски. Казалось, что меня обожгло огнем изнутри. Но боль была только на втором плане. Первый план принимали только очертания моих гадких мыслей и поступков. Я осознавал, какое я ничтожество. И больше ничего. Когда все кончилось, я просто закрыл глаза и мечтал провалиться в сон, а лучше умереть. Ощущение, что меня накачали героином и кинули в лужу, такую грязную и мерзкую, такую же, как и я, в Богом забытом закоулке нашего городка. Уже почти заснув, я едва ощутил холодные касания пальцев к своей груди. Джерард что-то задумчиво выводил на коже, рассматривая меня. Он навис надо мной, заглядывая прямо в мою душу, мою суть. Интересно, что он увидел? Черную дымку, сквозь которую невозможно разглядеть и намека на белые пятна? - Фрэнки, - тихо зовет Джерард. Я лишь чуть двигаю головой, давая понять, что слушаю его, - ты усвоил урок? Маленький ублюдок, - ехидная улыбка озаряет его лицо. Я киваю. Да, я все прекрасно понял. Ощутил на своей коже. Но дальше Уэй удивляет меня. Он очень нежно и трепетно целует меня, зализывая маленькую ранку, на прокушенной губе. Когда я умудрился нанести себе столь незначительное увечье? - Спи. Ты все поймешь позже. А сейчас спи. У тебя был трудный день, - лилейно произносит Джерард, поглаживая меня по шее, и снова легко целует. Очень-очень осторожно, словно я нечто ценное. Это никак не вяжется с тем, что Джерард делал ранее. Но я засыпаю, стараясь забыть все и просто отпустить сознание. - Quid pro quo, - слышу я краем сознания и погружаюсь в сон. Спокойный и сладкий, словно молочный шоколад, который я так люблю.