Глава 42. Dinner Guest.
8 сентября 2021 г., 08:11
Глава 42. Dinner Guest.
Гарри развалился на диване, прислонившись к теплому плечу, и смотрел фильм по своему новому телевизору. Он лениво потянулся за крендельком в шоколаде на кофейном столике, заваленного закусками. Когда перед его губами появилась ложка мороженого с шоколадной крошкой, он с жадностью проглотил ее.
– Боже, как я скучала по этому, – простонала Гермиона. – У нас так давно не было свиданий, – пожаловалась она.
– Да, конечно. Ты просто не могла больше выносить, когда твои родители душили тебя своей заботой и любовью еще одну лишнюю минуту, – с юмором сказал Гарри.
– Фу, расскажи мне об этом. Я люблю их, Гарри, правда. Но ты не представляешь, как трудно так долго жить в школе, и вдруг они нависают над тобой изо дня в день. Моя мама сводит меня с ума, – сказала девушка, прежде чем снова погрузиться в ведерко с мороженым.
– Я действительно скучаю по тебе. У нас так давно не было никаких пикантных разговоров.
– И это все, на что я гожусь? За кого ты меня принимаешь, за профессора – «Как доставить удовольствие мужчине 1000 и 1 раз»? – запротестовал он с притворным раздражением и схватил со стола маленький стаканчик с теплой янтарной жидкостью. Он поморщился, сделав глоток.
– Я не могу поверить, что ты пьешь эту дрянь, – сказала она, забирая стакан из его руки, а затем сделала глоток сама. – Черт, – она поморщилась, заглянула в стакан, сделав еще один глоток, – Черт, эта штука очень крепкая, – прохрипела она.
– У меня кончилось Сливочное пиво, и это все, что у меня осталось. Северус иногда пьет это, но я нахожу, что он больше ценитель вина. Это неплохо подходит, если вы хотите получить хороший кайф. Сев ненавидит, когда я это говорю. Я думаю, это напоминает ему о моем возрасте, – сказал Гарри с ухмылкой.
– Он действительно огненный, – сказала она, задыхаясь. Гарри чуть не выплюнул свой крендель. Гермиона хихикнула, увидев шокированное выражение лица своего дорогого друга.
– Я знаю, знаю, но он как бы прорастает в тебе. С тех пор как я увидела, как вы целовались на каникулах, и Рон сказал, как сильно он присматривал за тобой и беспокоился, пока ты был в лазарете, я начала думать о нем по другому. Ты выглядишь таким счастливым, таким довольным.
Ни один из них не заметил мерцания в огне, когда Северус заглянул, чтобы посмотреть, один ли Гарри. Они уже обсуждали, как быть более открытым с друзьями Гарри, но Северус был честным человеком, и ему пока было не слишком комфортно с ними, ведь они у него учились. Он признал, что не стал бы устраивать фейерверк, пока его друзья были рядом, как они делали для остальной публики. К его счастью, его никогда не было рядом, пока Гарри был со своими друзьями. Он снова заглянул, а друзья в это время вышли из комнаты. Они так уютно прижимались друг к другу, что он сомневался, что она ушла бы так поспешно. Внимательно прислушиваясь, он едва различал голоса, доносившиеся из кухни.
– Я думаю, тебе нужно еще выпить, – подбодрила Гермиона.
– Ты знаешь…, – Гарри снова отхлебнул из своего стакана, на этот раз не морщась. – Ты думаешь, что сможешь повлиять на меня, потому что я выпил? – О, перестань, Гарри, пожалуйста, – взмолилась она. – Я просто хочу увидеть это один раз. Клянусь, я никому не скажу.
– Нет, он бы этого не оценил, я уверен. – Гарри говорил не так уверенно, как пытался показать. Она знала, что алкоголь работает в ее пользу. Северус, все еще внимательно слушавший, не беспокоился о верности своего возлюбленного, но все еще был очень заинтересован узнать о том, что ведьма хотела от парня.
– Пожалуйста, ты можешь использовать заклинание, которое ты выучил, то, которое заставляет картинку появляться в воздухе. Заклинание проекции, – сказала она, садясь обратно на диван со свежей миской попкорна. – О, давай быстрее, это хорошая часть.
Гарри вернулся и обнаружил, что Гермиона уставилась в телевизор остекленевшими глазами. – Ты такая романтичная, – сказал он, когда главный герой на экране телевизора обнял героиню и крепко поцеловал ее. Она фыркнула, как будто Гарри сам не был романтиком. Не успели пойти титры , как Гермиона снова набросилась на него. Не совсем прислушиваясь, Гарри услышал отчетливый звук из кухни. Киран и Сев учили его быть особенно внимательным к своему окружению, и он практиковался в прослушивании различных вещей. Он был уверен, что Северус только что аппарировал на кухню. Он подождал, пока его возлюбленный войдет в кухонную дверь, и понял, что мистер Шпион еще не объявил о своем присутствии.
Он бы немного повеселился с Северусом и научил его быть вежливым и приветствовать Гарри и его друга, вместо того, чтобы проверять Гарри на его способность осознавать и контролировать свое окружение, несмотря на то, что на его доме, вероятно, была лучшая защита от проникновения нежелательных лиц, чем в самом Министерстве Магии.
– Я догадываюсь, но говорю тебе, мне пришлось долго ждать, чтобы увидеть это. Я не понимаю, почему ты этого заслуживаешь.
У Северуса были пугающие мысли о том, что девушка хотела, чтобы его Гарри показал ей. Он собирался войти в гостиную и заявить о своем присутствии, но прежде чем он смог пройти через прихожую, Гермиона наложила заклинание на Гарри, как они и договаривались, в результате чего в воздухе перед ними возникла сцена.
Там, больше, чем в жизни, было лицо Северуса. Очень короткая сцена повторялась снова и снова. Он улыбался. Это было все лицо, глаза светились улыбкой. Почти без фона, кроме голубого неба, было очевидно, что Гарри помнил, как он летал на лошади Хагрида. Северус не знал, что кто-то наблюдает за ним так высоко в небе. Теперь он стоял прямо за диваном. Лица двух других одновременно смотрели на повторяющуюся сцену перед ними; ни один из них, казалось, не осознавал, что он был там, у них за спиной. Или он так думал.
– Гарри, он выглядит совершенно другим человеком. Это все равно, что знать, что что-то существует, но ты никогда этого не видел и задаешься вопросом, правда ли это. Ты понимаешь, что я имею в виду?
– Я знаю, что ты слишком много выпила, – засмеялся он, но знал, что это правда; Северус действительно выглядел совсем по-другому с широкой улыбкой. – Это было в первый день, когда Сев взял лошадь Хагрида для полета вокруг замка, – сказал он, все еще глядя на Северуса, который был больше, чем жизнь, улыбаясь.
– Как ты думаешь, ты мог бы как-нибудь прокатить меня?
– Я? – растерянно спросила Гермиона. Северус ухмыльнулся, довольный тем, что Гарри знал, что он здесь, и не был застигнут врасплох.
– Я думаю, он имел в виду меня, – промурлыкал Северус ей на ухо, заставив бедную девушку подпрыгнуть выше, чем ее рыжая кошка на волшебной кошачьей мяте. Гарри усмехнулся, наблюдая, как она подпрыгнула и закружилась так быстро, что практически приземлилась ему на колени. Гарри держал ее за руку, чтобы справиться с внезапным головокружением, которое она испытывала.
– П – п – профессор Снейп! – пробормотала она и быстро попыталась взмахнуть палочкой, чтобы огромное изображение его улыбки исчезло. Северус рассмеялся бы над ее реакцией, если бы не думал, что вид его смеха не заставит бедную девушку упасть на задницу и отбить себе копчик. Другая причина, по которой он не был удивлен, заключалась в том, что ее пьяное размахивание палочкой заставило ее взмах и щелчок почти выбить Гарри глаз. К счастью, он не носил контактные линзы, и поэтому его очки приняли на себя большую часть удара.
Гермиона уже собиралась рассыпаться в извинениях за свою плохую меткость, но остановилась как вкопанная, моргая. Северус перегнулся через спинку дивана; он осторожно снял очки Гарри, его большой палец ласкал маленькое розовое пятнышко там, где очки оставили след на его лице. Его прикосновение к коже Гарри было таким нежным и заботливым, что она чуть не захныкала при виде открывшегося перед ней зрелища. Она действительно слишком много выпила.
Гарри улыбнулся: – Я в порядке,– успокаивающе прошептал он Северусу.
– Прости, Гарри, – сказала она, снова обретя дар речи. Она встала, чтобы извиниться и уйти.
– Куда ты идешь? – уныло спросил он ее. – Не уходи.
– Я должен согласиться, – сказал Северус, удивив их. – Судя по тому, сколько из этой бутылки вылилось, если бы вы сейчас отправились домой, вы бы не успели приземлиться дома, прежде чем вас стошнило на ковер в гостиной ваших родителей.
Гермиона уже собиралась возразить против того факта, что у ее родителей не было ковра возле камина, когда поняла, что трезвый человек, вероятно, пропустил бы это мимо ушей. Северус предложил ей ограничиться употреблением алкоголя, который не был разлит в бутылки до ее рождения, и стал болтать о том, что приличная бутылка скотча была потрачена впустую из-за их неразборчивого вкуса.
Гарри просто рассмеялся, потому что никогда не видел Гермиону с таким выражением лица. Вид у нее был совершенно непонимающий, так как она едва поняла хоть слово из того, что сказал Северус. Гарри был уверен, что Северус бросил несколько лишних слов, чтобы заморочить голову своему пьяному возлюбленному.
Три собеседника, которых вряд ли кто в Хоге мог представить вместе, мирно разговаривающими, вели беседу в течение следующего часа. Гермиона изо всех сил старалась вести себя как можно более трезво и по-взрослому. Гарри просто расслабился; наслаждаясь первым разом, когда он провел время со своим возлюбленным в компании одного из своих друзей. Он на мгновение задумался, как бы прошел вечер, если бы Рон тоже был здесь. Он действительно не думал, что Северус вышел бы из кухни, если бы в гостиной был кто-то еще. Это был медленный процесс, через который Северус не спешил проходить, хотя было всего несколько избранных людей, которые могли знать о них и не представлять опасности тем, что проговорятся об этом.
Когда Гермиона все-таки ушла, Северус признал, что с ней можно было разговаривать, когда она не конкурировала с другими за предоставление информации. Гарри хотел возразить, что Северус наслаждался ее обществом больше, чем показывал, но сейчас у него были другие мысли. Он был в игривом настроении и напал на ничего не подозревающего Северуса, бросившись в объятия мужчины. Северус видел, как он приближается, но был не готов к ногам, которые обвились вокруг него еще в воздухе, заставляя их обоих упасть обратно на диван.
С силой атаковав его рот, Гарри обхватил ногами талию своего возлюбленного, сжимая их вместе. Агрессивный язык Гарри продолжал ласкать рот Сева, пока раздражающий шуршащий звук не заставил его отстраниться. – Извини, – весело сказал Гарри, вытаскивая пакет с конфетами из-под диванных подушек. Северус посмотрел на него с любопытством, заметив, что он редко видел, чтобы Гарри ел так много нездоровой пищи. – Родители Мионы – дантисты. Лучшая сладость в ее доме – это овсяное печенье, подслащенное фруктовым соком, – объяснил Гарри, скорчив гримасу. – Ей нужна была доза.
– Если бы мне понадобилась доза, вы бы также исполнили мои желания в истинно гриффиндорском стиле, в избытке? – прорычал Северус.
– Это зависит от твоих пожеланий, – ответил он и прикусил челюсть Сева. – Может, я и гриффиндорец, но слизеринская часть меня хочет быть уверенной, что мне это понравится. Гарри крепко поцеловал его, доминируя в поцелуе. Так же быстро, как он прильнул к губам Сева, Гарри снова отстранился. – Эй, у меня есть желание, как у всех остальных?
Северус усмехнулся. Он не привык, чтобы Гарри был навеселе, и находил его очень забавным. – Скажи мне,– промурлыкал Сев. – Чего ты хочешь?
– Хм, чего... я... хочу...? – Гарри медленно протянул, обдумывая свой ответ. Он извивался на Севе, прижимая их бедра друг к другу. – Я хочу быть сверху,– сказал он с озорной ухмылкой.
– Это так? И что, скажите на милость, заставило вас поверить, что я позволю такое? – самодовольно сказал Северус. Гарри выглядел ошеломленным, затем возмущенным. Северус больше не мог сдерживать ухмылку; она превратилась в улыбку, в результате чего он получил удар от Гарри, когда тот понял, что Северус дразнит его. – Ты называешь это ударом? Ты забываешь, что я тренирую тебя четыре дня в неделю с начала лета. Я знаю твои слабости, – сказал он со злорадной усмешкой.
– Ты меня не напугаешь, – сказал Гарри. Он снова пошевелил бедрами, прижимаясь к Северусу. –Ты просто пытаешься отвлечь меня, потому что не хочешь, чтобы я был сверху. Его слова были слегка невнятными.
– Тебе следует бояться. - Северус расстегнул брюки Гарри, расстегнул рубашку, скользнув пальцами под хлопчатобумажную футболку. Глаза Гарри расширились, когда длинные, тонкие пальцы, которые как обычно, доставляли ему много удовольствия, слегка пробежались лаская, по его бокам. Он практически кричал от возбуждения и щекотки.
– Нет! Не смей меня щекотать! – взмолился Гарри. Он извивался, пытаясь вырваться, заставляя Северуса стонать от трения.
– Я должен заставлять тебя чаще извиваться, – прорычал он. Гарри затаил дыхание; благодарный, что пальцы теперь нежно гладили его бедра. Не годилось бы злиться на своего любовника, особенно когда он пытался уговорить его позволить ему быть сверху.
– Эй, перестань меня отвлекать. Я хочу, чтобы тебе было также хорошо, как и мне. Он сделал паузу, пытаясь понять, имеет ли смысл это предложение. – Я даже не такой большой, как ты, или это плохо? – Гарри вдруг показался неуверенным в себе.
– Я уверен, что ты почувствовал бы себя божественно, глубоко внутри меня. Я бы просто предпочел получить небольшое предварительное уведомление о твоем желании, чтобы лучше подготовиться. И, возможно, ты не захотел бы напиваться в свой первый раз.
– Лучше подготовлен? Я думал, что это моя работа? – сказал Гарри и скользнул рукой, чтобы дотянуться до задницы Сева.
– Это не то, что я имел в виду, и ты это знаешь.
Гарри хмыкнул от его слов, но не стал спорить, думая, что Северус был прав, но не признавал этого.
– Кроме того, – продолжил Северус. – Ты сейчас как похотливая семнадцатилетняя девчонка с половиной бутылки скотча в себе. Я мог бы дать тебе по голове, и ты, вероятно, потерял бы сознание через несколько минут после этого.
– Я возмущен этим! – сказал Гарри, слегка посмеиваясь. – Кроме того, Миона тоже немного выпила, так что это будет 1/4 бутылки. Я думаю. – Северус усмехнулся и позволил ему продолжить. – Я подросток, у меня есть станина, станима, ну, я могу идти долго. – надменно сказал он.
– Я верю, что слово, которое ты калечишь, это – выносливость, – сказал Сев, стягивая рубашку Гарри через голову. – Возможно, стоит провести эксперимент, – сказал он, облизывая губы.
– Договорились. Гарри вытащил свой эрегированный член, втирая каплю предсемени вокруг кончика. – Если ты дашь мне по голове, и я не упаду в обморок, ты позволишь мне подняться?
– Я не совсем так сказал, но ладно, договорились. Сев притянул его к себе для поцелуя. – Я точно не могу до тебя дотянуться, тебе придется меня отпустить.
Гарри огляделся. Было довольно забавно видеть Северуса, лежащего на спине на диване, свесив ноги через подлокотник, а Гарри устроился сверху. – Я не хочу тебя отпускать. Мне нравится сверху, – сказал он с ухмылкой. Северус снова обхватил Гарри руками за бока и поднял его над собой, пока тот не получил доступ к тому, что хотел. – О, Мерлин, – воскликнул Гарри, когда его проглотили целиком. Его брюки, все еще обтягивающие бедра, мешали ему опустить ногу для равновесия. Северус держал его за бедра, в то время как Гарри держал ноги прямыми в положении отжимания. Это была не та начинка, которую он планировал, но он не стал жаловаться и продолжал впиваться в нетерпеливый рот Сева. Было трудно удержаться в таком положении, но Гарри не хотел, чтобы это ощущение прекращалось даже на секунду. Даже если это означало, что его икры начнет сводить судорогой от такого положения, он не собирался сдаваться. Он собирался возглавить процесс с Северусом. Одна эта мысль приблизила его к завершению.
~*~*~
Гарри проснулся в своей постели. – Сукин сын. – Он даже не помнил, как лег спать. Когда он сел, то глубоко пожалел об этом. Он вспомнил, в каком положении находился, когда Северус сделал ему минет. Это была не очень удобная позиция. Северус не был дураком. Боль в ногах была ничто по сравнению с головной болью, которая вот-вот должна была достичь пика. – Благослови тебя господь,– сказал он, заметив пузырек с лекарством от похмелья на своем ночном столике. Опустошив флакон, он открыл маленькую записку, которая сопровождала милосердное исцеление.
"Дорогой Гарри,
Вежливые, респектабельные мужчины не указывают на чужие несчастья или ошибки, допущенные, несмотря на предупреждения, которые они, возможно, получили. Поскольку я не являюсь ни вежливым, ни респектабельным, позволь мне сказать,
Я же тебе говорил.
Искренне твой,
Северус
PS: Я забираю остаток скотча с собой домой."
– Ты такой ублюдок, – сказал Гарри, смеясь. Он встал и принял душ, с нетерпением ожидая сегодняшней тренировки. Сев и он хорошо подшутили над Кираном.
Киран приставал к Северусу по поводу его любовника. Северус в ответ почти убедил его, что тело в его постели, должно быть, было шуткой, так как этот человек не вышел на свет и шотландец его плохо рассмотрел, что позволило им говорить, что тот парень, скорее всего, закончил школу в июне, и больше не будет беспокоить его. Соблюдая приличия, Гарри изо всех сил старался произвести впечатление, и практически флиртовал, но не получил никакого ответа от раздраженного тренера. Они играли в игру – погоня и невежество – в течение нескольких недель, пока несколько дней назад Киран не пришел в себя и не убедил Северуса признаться в своих чувствах и уже переспать в конце концов. Все это время Киран ни разу не подал виду, что знает, что это Гарри.
Не успел Гарри аппарировать в здание, где они проводили тренировки, как услышал знакомый шелковистый голос.
– Хорошо спал?
Гарри одарил его улыбкой.
– Ты такой придурок.
– Прошу прощения? Я выполнил свою часть сделки, – Сев облизнул губы, доказывая свою точку зрения. Он потащил Гарри за небольшую стену из тюков сена.
– Да, я полагаю, но в следующий раз держи другой конец, – сказал Гарри, многозначительно двигая бровями. – М-м-м, – счастливо вздохнул он, когда губы Сева встретились с его губами, и притягивая их к покрытому сеном полу. – Сколько времени пройдет, прежде чем Киран придет сюда?
– Недолго,– Северус произнес эти слова, уткнувшись ему в шею. – Он всегда приходит рано. Он пытается обыграть меня здесь и застать врасплох; это старая игра, в которой он никогда не выигрывает. Северус пососал мочку уха Гарри, вызвав у того всхлип. – Постарайся вести себя тихо, как будто ты не хочешь, чтобы тебя поймали.
– Разве не в этом суть?
– Да, но он очень хорош. Киран узнал бы, если бы мимо прокралась мышь. - Северус строго посмотрел на Гарри, когда тот снова захныкал, но не смог сдержать улыбку. Ему нравилось, каким отзывчивым был Гарри.
Когда Киран аппарировал, его первой реакцией была довольная ухмылка, думая, что ему удалось прибыть первым. Но он мгновенно насторожился, когда услышал, как что-то зашуршало в тени. Он крадучись двигался по комнате, пока не увидел, что или, скорее, кто находится в тени сенного барьера. Когда его глаза привыкли к свету, он смог различить силуэты двух тел в жарком поцелуе. Отблеск света на фоне серебра показал кольцо Северуса на руке, сжимающей тугую молодую попку. Киран ушел, напевая, и испытывая облегчение от того, что они наконец-то были вместе и в этом. Он отчетливо услышал, как накладывается заглушающее заклинание, и был благодарен за это.
– Вот, поверни его десять раз назад.– прошептал Северус Гарри на ухо, протягивая ему хроноворот. Это было не то же самое, что у Гермионы, этот возвращался всего на минуту назад за каждый поворот и был очень маленьким. Гарри крепко поцеловал Северуса и «заскочил» домой. Порывшись в своей одежде, Гарри переоделся во что-то совершенно другое. Он снова причесался и отослал Хедвигу с хроноворотом, вернув его Альбусу, как и обещал.
Когда Гарри «выскочил» обратно, он увидел, что Киран улыбается и напевает себе под нос. – Привет, Киран, – весело сказал он. Скотт вздрогнул при виде него. Окинув комнату взглядом, Гарри спросил: – Где Северус? Разве он не всегда приходит первым?
– Думаю, его задержали,– неопределенно сказал Киран.
Гарри внимательно вгляделся в лицо волшебника, прищурив глаза. –Ты лжешь, он всегда первый. Это что, тест? – сказал Гарри и начал осторожно передвигаться по большой комнате.
– Однажды он опоздал, когда у него была встреча с Альбусом,– объяснил Киран.
– Да, но тогда ты знал, где он был. Он, что, собирается выскочить откуда-нибудь и напасть на меня? – спросил Гарри, насторожившись. Киран выглядел взволнованным. – Ты знаешь, все эти приставания к нему по поводу секса? Я думаю, ты наконец-то его достал. Я думаю, он собирается – пригласить меня на свидание,– уверенно сказал Гарри и продолжил поиски «пропавшего» Северуса. Как раз в тот момент, когда он собирался прыгнуть в укрытие Северуса, его внезапно остановило заклинание, которое едва не задело его голову, посылая красные искры мимо него в тень. Гарри обернулся, чтобы увидеть Кирана с палочкой наготове, но был поражен, когда чья-то рука быстро обвилась вокруг его шеи, вторая рука держала палочку у его головы.
– Не позволяй себе отвлекаться,– промурлыкал Северус ему на ухо. – Тебе следовало проигнорировать заклинание, которое Киран послал мимо тебя, и продолжить свое расследование. Северус отчитал Гарри, ухмыляясь Кирану.
– Я знаю, но я не хотел пропустить выражение лица Кирана, когда я нашел бы тебя валяющегося в сене с другим мужчиной. И подумать только, у меня был бы такой шокированный, обиженный вид, – сказал Гарри, надув губы. К этому времени Киран понял, что его обманули. Северус развернул Гарри на руках и наклонился, чтобы завладеть его сладкими губами. Пока они целовались, Киран выкрикивал в их адрес непристойности.
Гарри заметил во время тренировки, что Киран старался проклинать Северуса гораздо усерднее, чем обычно. Он также заметил, что Северусу пришлось добавить несколько страниц в книгу, где они отмечали его успехи. Гарри заглянул Севу через плечо и заметил имя Фоукс, но Северус не стал вдаваться в подробности, почему они выбрали для него это имя в книге. Киран, который все еще обижался на их шутку, сказал ему, что они назвали его в честь феникса, потому что он не умер, но Гарри точно мог сказать, что тот был саркастичен. В конце концов, Киран признал, что это была одна из лучших шуток Северуса, и он был рад, что они были вместе.
~ * ~
Примерно через неделю Гарри получил возможность навестить настоящего Фоукса во время поездки в Хогвартс. Он поднялся по ступенькам, но не услышал знакомого голоса, приглашавшего его войти. Он постучал, не получив ответа. – Думаю, он вышел,– сказал Гарри, ни к кому конкретно не обращаясь, затем сказал свой личный пароль, позволяющий ему получить доступ через кабинет директора в его собственную комнату. Гарри с улыбкой посмотрел на часы и порылся в коробке с бумагами, чтобы найти то, что искал.
Гарри удобно устроился на своей старой кровати, читая какой-то документ. Вот как Альбус нашел его. Гарри снова посмотрел на часы и приподнял бровь. – Ты становишься медлительным, Альбус, ты ведь не стареешь, не так ли? – поддразнил Гарри, вставая, чтобы поприветствовать волшебника должным образом. Альбус обнял Гарри, как он всегда это делал, приветствуя Гарри в их апартаментах в башне Альбуса.
– Ты не застрахован от моего наказания, молодой человек, – упрекнул его старший волшебник. – Что касается моей медлительности, я уже слышал от Хагрида, что ты был на территории и хорошо выглядел, – сказал он, улыбнувшись до самых голубых глаз. Он сел на кровать, когда Гарри жестом подозвал его:
– Как тебе живется в одиночестве?
– Кто здесь один? – засмеялся Гарри. – Рон навещает, когда может, мы с Гермионой тусуемся по четвергам, а близнецы там варят зелья для магазина, которые миссис Уизли не разрешила бы им делать дома. Могу добавить, что на то есть веские причины.
Альбус усмехнулся.
– Я слышал, что ты на третьей паре штор в гостиной.
– Как ты узнал об этом? Иногда ты меня пугаешь, – сказал Гарри с недоверием во взгляде. Альбус наслаждался тем, как комфортно Гарри чувствовал себя с ним. Хотя Гарри иногда забывался и разговаривал с Альбусом так же, как с Роном, попадая в неприятности из-за нецензурной брани.
– Уверяю тебя, здесь нет ничего мистического. Некий Мастер Зелий постоянно разглагольствовал о твоей безопасности с тех пор, как ты позволил близнецам Уизли использовать свой дом для исследований.
Гарри прикусил губу, пряча легкую улыбку. Ему нравилось, что Сев заботился о нем.
– Он не очень рад их присутствию. Я, гм…, оставляю их лабораторный журнал исследований в удобном для просмотра месте, и обычно на следующий день появляются заметки и изменения красным цветом. Я думаю, что проверка Северуса предотвратила множество несчастных случаев. Я почти уверен, что он также добавил в здание дополнительную защиту. – смущенно сказал Гарри. Альбус выглядел впечатленным тем, что Гарри заметил.
– Так ты знаешь об этом? Тебя беспокоит, что он добавил свою личную защиту на твой дом без твоего разрешения?
– О, нет. Я был удивлен, когда мы рассмотрели Защиту в моем классе – «Волшебные обычаи для магглов». – Я не знал, что это такое серьезное дело и что у него могут быть из-за этого большие неприятности, если я буду жаловаться на это. Я просто подумал, что это хорошо, что он достаточно позаботился об этом, – объяснил Гарри. – Я сразу это заметил. Это похоже на ощущение легкого жужжания магии, которой раньше не было. Я чувствовал, что это его магия, понимаешь? – Гарри чувствовал себя глупо и не знал, имеет ли это смысл в данной ситуации. Альбус улыбнулся, и Гарри не так сильно беспокоился об этом. Он не собирался признаваться, что ему показалось, будто Сев с помощью своего волшебства обнял его.
– Большинство волшебников недостаточно осведомлены об окружающей их магии, чтобы распознать магическую подпись другого волшебника, пока они не станут старше или, возможно, не научатся этому. Однажды ты станешь очень могущественным волшебником, Гарри. Это не означает, что ты уже не являешься самым впечатляющим волшебником для своего возраста.
– Спасибо, Альбус,– искренне сказал Гарри. Альбус бросил на него понимающий взгляд. Гарри не просто поблагодарил его за комплимент, но и за прямоту. Несмотря на все, чем Гарри был в своей жизни, ему не нужно было, чтобы его опекун говорил загадками. Альбус был Альбусом и все еще иногда давал расплывчатые ответы, но он старался не быть слишком загадочным, и в ответ Гарри был более откровенным. Он уже давно понял, что лучше всего говорить правду, когда Альбус спросил, есть ли что-то, что он хотел бы ему сказать. Все эти годы он отвечал – нет, и ему каждый раз приходилось, расплачивался за это.
– Я вижу, ты читал акт о Годриковой Лощине,– сказал Альбус, увидев документ, который Гарри читал, когда вошел.
Альбус и Гарри продолжили свой разговор за чаем, когда Гарри узнал о собственности и о том, что ему нужно сделать, прежде чем снова отстраивать свой дом. Альбус порекомендовал волшебника, с которым он мог бы связаться для получения информации о деталях строительства и местных процессуальных нормах, и даже упомянул, что Гарри должен поговорить с Филиусом Флитвиком, но не упомянул, почему. То, что поначалу было небольшой передышкой, чтобы забрать бумаги и выпить чаю с Альбусом, в итоге превратилось в ужин в Большом зале с оставшимся персоналом школы.
Гарри сел рядом с Альбусом, так как МакГонагалл в этот вечер ужинала в другом месте. Все были удивлены, увидев Гарри, присоединившегося к ним за ужином, и задали ему много вопросов о его новом доме и о том, чем он занимается. За несколько мгновений до того, как подали еду, Гарри заметил знакомую черную развевающуюся мантию, которая ворвалась в зал. Он продолжил свой разговор с Филиусом, ожидая, что Сев заметит его. Высокий, темный волшебник целенаправленно направился к своему месту за столом, нахмурившись и сев на стул. Гарри на мгновение показалось, что он вспоминает свои школьные годы.
Несколько профессоров поприветствовали мастера Зелий, получив короткий «Вечер» кивком в ответ. Он никогда ни на кого не смотрел, когда здоровался с ними; он был погружен в свои мысли и уставился в свою чашку, ища ответы на мучивший его вопрос. Гарри заметил, что волосы Сева в этот вечер выглядели особенно сальными. До этого момента он не осознавал, что Северус, должно быть, прилагал реальные усилия, чтобы выглядеть хорошо для него, так как большую часть времени с ним он выглядел очень хорошо. Гарри видел этого человека только во время тренировки и когда они были одни у Гарри, поэтому он не видел Северуса в такой «школьной» обстановке с тех пор, как закончил школу. Гарри случайно сказал «привет» одновременно с Хагридом; с таким же успехом он мог быть и немым, потому что Северус не услышал бы ничего, кроме громкого голоса Хагрида. Гарри чувствовал себя, так сказать, мухой на стене. Было интересно посмотреть, как Северус вел себя, когда вокруг не было учеников, и он, очевидно, не осознавал, что Гарри был там.
– Северус варит особенно сложное зелье со вчерашнего вечера, – предположил Альбус. Гарри кивнул с набитым ртом. Он внимательно слушал, как Северус говорил с профессором Спраут о растении, которое ему было нужно для зелья, которое он варил. Северус положил свои карманные часы открытыми на стол и продолжал смотреть на них во время приема пищи. Гарри смотрел, как он быстро ест, и удивлялся, как можно есть и хмуриться одновременно. Вскоре Северус взял свои часы и встал из-за стола, хотя остальные едва наполовину закончили.
– Если вы меня извините, мне нужно вернуться к зелью. Спокойной ночи, – сказал Северус, ни к кому конкретно не обращаясь, но сказал это для Альбуса. Прослушав «Добрый вечер» и другие подобные приветствия от нескольких сотрудников, Гарри подождал, пока не убедился, что Сев его услышит.
– Спокойной ночи, профессор, – добродушно сказал Гарри и тепло улыбнулся, когда Северус быстро, как вспышка, повернул голову, сразу узнав голос. Северус выглядел совершенно потрясенным. Он даже не заметил, что Гарри сидел за столом во время ужина, и теперь разрывался между желанием что-то сказать и необходимостью вернуться к своему зелью, которое не могло ждать. В любом случае, он ничего не мог сказать перед смешанной компанией, поэтому зелье победило. Не сводя глаз с неожиданного гостя, Северус увидел, что Гарри нашел все это забавным, а затем повернулся, чтобы поговорить с Хагридом, давая Мастеру Зелий выход.
Северус ворвался в подземелья, злясь на себя, хотя и не был уверен, почему. Он хмуро посмотрел на свои одежды; они были из прочной грубой ткани, сотканной, чтобы уберечь его от случайных попаданий вредных ингредиентов. Он снял съемную переднюю часть (которую он отказался называть фартуком). Это все еще было неприемлемым нарядом для ужина, но он ожидал, что за ужином будут только сотрудники. Он прожил с ними в замке более 15 лет и не особо задумывался о том, чтобы быстро перекусить, пока зелье было в таком состоянии, что его можно было спокойно оставить вариться на медленном огне без присмотра. Сотрудники давно привыкли к тому, что волшебник игнорировал их, предпочитая созерцать результаты своего зелья.
Когда двери в Большой зал закрылись за Северусом, большинство сотрудников уже вернулись к своим разговорам и ужину. Гарри и Альбус повернулись друг к другу, не нуждаясь в словах, и рассмеялись. –Немного отвлекся сегодня? – спросил Гарри, посмеиваясь.
– Это случается, когда человек поглощен работой,– сказал Альбус и сделал паузу, намазывая булочку маслом. – Северус увлечен делом своей жизни. Зелья – большая часть того, кто он есть.
Гарри видел, что это куда-то ведет, но не был уверен, куда.
– Лето закончится раньше, чем мы узнаем об этом, и ты не будешь тренироваться три дня в неделю. Северус снова будет преподавать. Чем ты будешь заниматься все свое свободное время?
Ах, этот надоевший вопрос «Кем ты будешь, когда вырастешь?»
– Я не знаю. Может быть, я еще немного поработаю над своим загаром, и у меня будет свободное время, чтобы организовать свою коллекцию визитных карточек. У меня сейчас около двадцати таких, как у вас, вы знали? – небрежно спросил Гарри. Альбус улыбнулся его шутке и оставил эту тему. Гарри знал, что Альбус не ожидал настоящего ответа, иначе он не стал бы спрашивать за обеденным столом. Это был его способ заставить Гарри думать в этом направлении. Примерно через неделю, когда он снова поднимал эту тему, и Гарри серьезно обсуждал с ним это, заранее обдумав все в спокойной обстановке.
– Альбус? Могут ли уже не учащиеся в Хоге использовать квиддичное поле для тренировок, пока в школе нет занятий?
– Готовишься к своей будущей карьере? – спросил Альбус. – Это не широко известно, но территория Хогвартса открыта для студентов. Однако большинству студентов пришлось бы преодолевать большое расстояние, и это, как правило, непрактично, учитывая ограниченные возможности для молодых людей путешествовать. К тому времени, когда они становятся достаточно взрослыми, чтобы аппарировать, у большинства студентов есть другие места, куда они стремятся добраться,– сказал он с улыбкой.
– Круто,– сказал Гарри, облизывая булочку с маслом. – Мы с Роном сказали Джинни, что поможем ей потренироваться перед испытаниями по квиддичу.
– Ах, последний из учеников Уизли вступает в ряды квиддичистов. Знаешь ли ты, что в команде по квиддичу был по крайней мере один Уизли на каждый год, когда Уизли учились в Хогвартсе?
– Рон упоминал об этом несколько раз,– задумчиво произнес Гарри. – Несколько десятков раз. Если правильно сказать…? Билл самый старший, и он не играл.
– До того, как Чарли возглавил команду, в команде был Роджер Уизли, племянник Артура. Я полагаю, он был охотником, – вспомнил Альбус.
– Как ты помнишь все эти шт...вещи? – Гарри быстро оправился от своего промаха. Альбус поджал губы. – Неудивительно, что тебе нужна пенсия,– поддразнил Гарри, и за его спиной послышался смешок, где мадам Хуч наслаждалась их беседой.
~ * ~
Внизу, в своей лаборатории, Северус стряхнул все крошки от ужина, которые могли упасть в его котел, и тщательно вымыл руки. Вытирая руки, Северус мельком взглянул на себя в зеркало над раковиной, заметив, что его волосы были настолько грязными, что теперь разделились на сальные пряди. Ему действительно нужен был душ, чтобы снять слой слизи, которая, казалось, прилипала к нему, когда он часами или днями стоял над парующим зельем.
Когда Северусу наконец пришло в голову, что он зол на себя за то, как он выглядел перед Гарри, он разозлился еще больше. – Я не человек моды, и если это важно для него, он должен встречаться с Малфоем,– проворчал Северус. Его небольшой приступ гнева был подавлен воспоминанием о Гарри в Большом зале. – Его, похоже, забавляло мое отвлечение от всех. Чудовище, – проворчал он, забавляясь своим возлюбленным. Чтобы компенсировать игнорирование его за ужином, Северус решил предложить Гарри прокатиться на летающем паломино Хагрида. Он отказывался думать, что это как-то связано с желанием, чтобы Гарри увидел его в обтягивающей коже в следующий раз, когда они встретятся.
