Death Eater Takes a Holiday/Каникулы пожирателя(Черновик)

Глава 47 Past Times at Privet Drive В свой день рождения Гарри проснулся рано. Отдохнуть ему не удалось, так как его всю ночь мучили кошмары. Он был просто рад, что наступило утро и что приступ кошмаров, наконец, закончится. Несмотря на то, что он очнулся от ужасов, Гарри был поражен незнакомым видом своей спальни. Проснуться в любом другом помещении, которое не было спальней в общежитии или комнатой Рона, оклеенной оранжевыми плакатами с «Пушками Педл», было бы страшно. Единственным другим местом, где он когда-либо спал, была комната в доме Дурслей. Гарри перестал просыпаться от кошмаров в панике при виде своей новой спальни после первых нескольких недель в собственном доме, до прошлой ночи. Он винил во всем воспоминания. Он пока не хотел разбираться с этим, да и говорить об этом с Севом, но, черт возьми, у судьбы, видимо, был свой собственный план. ___________________________ Северус учил его снимать одежду с помощью заклинания, которое он использовал на Гарри. Практиковаться было весело, и Гарри отлично освоил эти чары. Проблема возникла, когда Гарри попытался применить обратное заклинание, снова надев одежду. И теперь, когда Гарри лежал в постели рядом со своим спящим возлюбленным, он поежился от воспоминаний о прошлой ночи. ~ ~ ~ ФлешБэк ~ ~ ~ Гарри стоял в ногах своей кровати, смеясь над глупостью того, как они с Северусом снимали друг с друга одежду с помощью заклинания. Независимо от того, сколько раз Сев делал это, у Гарри все равно был бы бесценный шокированный взгляд (по словам Северуса), когда одежда удалялась без предупреждения. Северус сказал ему, что он никогда не устанет наблюдать этот взгляд. Когда парень спросил его, как и где он стал так хорош в такой полезной магии, Сев признался, что до того, как они с Гарри встретились, большая часть его времени, проведенного с другими мужчинами, была быстрой и по существу. То есть они встречаются, удовлетворяют друг друга и расходятся по своим делам, так называемый быстрый перепих, как выразился Сев специально для Гарри, и тот не смог скрыть смешка, когда Сев рассказал ему о нескольких своих подвигах, которые привели его к изучению заклинания быстрого одевания. – Итак, скажи мне, ты разбил сердца всему Лондону, до того, когда мы стали встречаться? – поддразнил его Гарри. Дразнился тот или нет, Северус знал, о чем спрашивал Гарри. – Я просто перестал появляться в местах, где я встречался с «определенными знакомыми», – сказал он успокаивающе. – Я уверен, что никто и не заметил, что меня не было рядом, – сказал он, поцеловав Гарри в нос. – Я бы заметил, – сказал Гарри, уткнувшись Северусу в шею. – Ты так говоришь только потому, что хочешь быть лучшим для меня, – Северус взмахнул палочкой, и его брюки мгновенно вернулись на место. – Твоя очередь, – сказал он, одевая футболку на Гарри. – О, и будь осторожен, не пытайся проделать это с одеждой, которая тебе не подходит. Для большинства волшебников заклинание не сработало бы, если бы предмет был слишком маленьким, но ты могущественный волшебник, и заклинание сработает для тебя. Больно, но это сработает, – сказал он с ухмылкой. Северус предпочел не говорить, откуда ему это известно. Некоторые вещи были слишком неловкими, чтобы ими делиться. – Хорошо, я постараюсь не одеть тебя в свою одежду по ошибке. – Гарри попытался наложить заклинание на футболку, но смеялся и не мог сосредоточиться. Сначала было забавно видеть, что футболка была надета неправильно, с одной рукой, выходящей из отверстия для головы, но Гарри вскоре понял, что пройма, плотно обернутая вокруг его шеи, стесняет его дыхание. Даже с их одеждой, разбросанной по всему полу, Севу потребовалось всего мгновение, чтобы найти свою палочку. Гарри откинул голову назад, пытаясь сделать вдох, и слегка откинулся назад. Рубашка зацепилась за насест Хедвиги, отчего стало только хуже. Гарри повис там, отчаянно пытаясь освободить шею, чтобы вырваться, но одна рука была прижата, а другая была ограничена. Северус успокаивал парня, но Гарри, казалось, не заметил, что футболка внезапно исчезла. Он задыхался и боролся, продолжая царапать ногтями шею в отчаянной попытке освободиться. Северус вдруг вспомнил то время, когда он был подростком на этих пасхальных каникулах. Он увидел Гарри во власти кошмара, мечущегося в постели и делающего те же самые жесты. В то время он не знал о шраме от ожога у Гарри, но теперь все это имеет для него гораздо больше смысла. Гарри объяснил, как он получил шрам, но Северус до сих пор не связал это с тем сном, свидетелем которого он был. Ничто из того, что делал Северус, не помогало. Он не думал, что сможет комментировать квиддич, как это делал Рон. Он выругался себе под нос, пытаясь придумать другой способ, но не смог. Итак, не имея других вариантов, Северус Снейп начал петь. Он спел песню, казалось, почти давно забытую. Это была песня, которую его мать пела ему, когда он был совсем маленьким ребенком. Он чувствовал себя очень глупо, напевая колыбельную, и даже если Гарри не понимал французского, чтобы понять, о чем он пел, это, кажется, все-таки сработало. И к счастью для него, Гарри успокоился и погрузился в какой-то нереальный сон. Он даже не задумался о том, что сделал Северус. Он просто верил ему. Теперь, когда утреннее солнце пробилось сквозь щель в ночных шторах Гарри наблюдал за спящим Северусом. Гарри стало стыдно, что он несколько раз будил этого человека ночью, когда ворочался и метался во сне, и явно бормотал что-то во власти своих кошмаров. Гарри вспомнил, как Северус сказал, что они поговорят об этом позже. Он не собирался больше откладывать это. Сев не позволил бы... Гарри покраснел от нелепости того, что его пришлось спасать от собственной рубашки. Он не был уверен, можно ли считать прошлую ночь полноценным воспоминанием или приступом паники. Но на самом деле это не имело значения. Он просто отвлекал себя от этой проблемы. Снова вспоминая прошлую ночь, Гарри наслаждался тем, как длинные руки успокаивающе обнимали его. Присутствие Северуса сильно помогало Гарри, когда тот просыпался от своих кошмаров. Конечно, Гарри требовалось несколько секунд, чтобы понять, где он находится, но как только он осознавал, что его обнимают надежные руки любимого, ему уже не хотелось покидать объятия Сева. Он сдержит свое обещание поговорить с Северусом, когда они встанут. Гарри злорадно ухмыльнулся, подумав, что технически Северус еще не проснулся, и если бы мужчина временно отвлекся от разговора, это не означало бы, что он не сдержит своего обещания. На Сева было приятно смотреть, когда он так мирно спал. Он лежал немного на боку, но большую часть ночи он спал в основном на животе, при этом умудряясь крепко обнимать самого Гарри. Сейчас его темные волосы рассыпались по лицу, скрывая его от посторонних глаз. Он спал, засунув одну руку под подушку, и Гарри подумал, была ли там его палочка. Длинные ноги, в основном обнаженные, оказались на виду, как только Гарри медленно стянул простыню с тела своего возлюбленного. Гарри снова лег рядом с Севом, лаская его спину легким прикосновениями, едва касаясь кожи. Легкое, как перышко, прикосновение спустилось вниз к пояснице Сева и пробежалось по его бедрам. Гарри улыбнулся, когда Сев одобрительно промурлыкал во сне. Протянув руку так далеко, как только мог, не изменяя своего положения, Гарри сел и продолжил ласкать Сева, его едва заметные прикосновения ласкали его длинные стройные ноги. Делая это, Гарри подполз к изножью кровати, открывая себе лучший доступ. Легкие ласки сменились более сильными и конкретными прикосновениями, затем последовали теплые прикосновения языком и множество поцелуев. Когда губы Гарри поцеловали и облизали того до колен, он вспомнил, что Северус был непреклонен в том, чтобы у него было время подготовиться, прежде чем Гарри достигнет вершины. Очевидно, чистота была его пунктиком. Гарри теперь был рад, что Сев спал, когда он попытался дотянуться до своей палочки и чуть не упал с кровати, делая это. С большим трудом и какими-то глупыми на вид, неуклюжими движениями ему удалось дотянуться до своей палочки туда, где он ее оставил. Одно «очищающее» спустя, и ухмыляющийся Гарри, вернулся к своему прерванному занятию. Чтобы продолжить лакомиться и доставлять удовольствие, несомненно, проснувшемуся Северусу. Сонный мужчина издавал одобрительные стоны, как и раньше, вдохновляя этим еще больше. Хотя это были стоны и сплошные чувства, они были более понятными, чем могли бы объяснить даже самые правильные слова. Гарри ухмыльнулся и, слегка прикусив щеку, пробрался к упругой заднице. – Ох, – пробормотал Сев. Так, может быть, это был не такой уж и легкий укус? Гарри загладил свой проступок, облизав теперь красные следы зубов на левой ягодице Сева. Любая боль, которую причинил Гарри, вскоре была забыта, поскольку его лечение продолжалось. Он начал ласкать языком звездочку ануса, а затем смазал маслом пальцы. Он хотел убедиться, что его возлюбленный хорошо подготовлен, не желая причинять тому никакого дискомфорта, но был прерван, когда Сев дал понять, что готов. – Этого достаточно, – сказал тот с придыханием. Гарри хотел поспорить с этим фактом, он наслаждался собой, но командный тон Сева говорил о многом. Гарри задумался, если бы он проигнорировал его и продолжил приготовления, стал бы Сев умолять или проклял его? Гарри усмехнулся, услышав прерывистое дыхание Сева, которое он вызвал. Ему это действительно нравилось. Гарри попытался устроиться поудобнее и почувствовал облегчение, когда Северус подложил под себя подушку, приподняв бедра на более удобную высоту. Мысли о том, что это на самом деле является заключительной частью потери его девственности, внезапно вылетели из головы Гарри, когда Северус подался к нему и резко насадился на него, в ответ на его нерешительность сделать этот шаг. Гарри хватал ртом воздух, как будто в комнате внезапно не стало кислорода. Ничто не подготовило его к ошеломляющему ощущению, которое он испытал, войдя в Северуса. Рот Гарри открывался и закрывался; и не было слышно ни звука. Его губы сложились в форму буквы «О», когда он продолжал дышать короткими вздохами. Когда Гарри почувствовал, как напряглись и расслабились мышцы Северуса, напомнившие ему, что он может двигаться, он понял, что из этого впечатляющего опыта еще многое может получиться; он постарался запомнить эту мысль, и начал медленно двигаться, в конце концов, найдя темп, который им обоим был удобен и приносил наибольшее наслаждение. – Сев, – выдохнул он. – Ты потрясающий, – сказал он, задыхаясь, у плеча Сева. Ему потребовалось некоторое время, чтобы найти правильный угол, чтобы коснуться простаты Сева, но он был уверен, что ему удалось это сделать, когда Северус издал сдавленный крик, покачивая бедрами ему навстречу. Гарри держал Сева за бедра, занимаясь с ним любовью, и сквозь собственный туман пытался вспомнить, что ему нравилось в действиях Сева, когда тот был сверху. Когда в прошлом он был близок к кульминации, Сев ласкал его до полного завершения. Гарри хотел протянуть руку, чтобы доставить удовольствие Северусу, но не думал, что ему удастся сохранить удовлетворяющий ритм и равновесие тоже. – Поласкай себя, – простонал он, задыхаясь от наслаждения. Когда его кульминация приблизилась, Гарри подумал, что ничто не может быть лучше. Но как только он излил свое семя, Северус тоже кончил, сжавшись вокруг него. О-о-о! Он ошибался, думая, что, ничего не могло быть лучше нахождения в Севе . Он вздрогнул, когда волна удовольствия вновь захлестнула его. Как только он отдышался, Гарри поцеловал Сева между лопаток и рухнул на него. В тишине Гарри чувствовал, как поднимается с каждым неглубоким вдохом Сев. – Я слишком тяжелый? – он спросил. Его слова обдали теплым дыханием спину Сева. – Да, – просто ответил он. Гарри соскользнул со спины Сева и лег рядом с ним. – Почему ты сразу не сказал об этом? Северус притянул его к себе для медленного поцелуя. Прошло очень много времени с тех пор, как он позволял кому-то быть сверху, и кто потом действительно остался и лег с ним, не торопясь уходить. Он не хотел портить этот момент, и предпочел насладится этим сполна. Когда их поцелуй прервался, Гарри просто пристально посмотрел на Северуса. Он увидел какое-то новое выражение на лице возлюбленного, которое видел всего несколько раз до этого. Он действительно не знал, что это было, но все равно продолжал наблюдать за Северусом. Казалось, он смотрит не только на Гарри, но и сквозь него. Северус провел пальцем по лицу Гарри. Он проследил путь вдоль знаменитого шрама и других, не столь хорошо известных отметин, которые он обнаружил у парня. Когда длинный палец провел по его губам, Гарри улыбнулся в ответ. – У тебя снова этот взгляд, – сказал Гарри, наконец набравшись смелости сделать это. – Ты выглядишь грустным, как будто раздумываешь, сказать ли мне что-то, и я беспокоюсь, что это будут какие-то ужасные новости. – Ты шутишь, – сказал Северус с ухмылкой. Теперь Гарри чувствовал себя немного глупо. – В первый раз, когда я увидел этот взгляд, ты казался несколько удивленным, как будто ты только что вспомнил, что оставил кипящий котел. И в самом деле, ты ушел вскоре после этого. С тех пор я видел такое несколько раз. Я всегда жду, чтобы узнать, собираешься ли ты уйти, когда ты так смотришь на меня. - Гарри прикусил губу. – Мы же..., все еще проводим весь день вместе на мой день рождения..., верно? – Я не должен был тратить так много времени, чтобы сказать тебе, – Северус на мгновение запнулся и погрустнел. Он ненавидел неуверенность, которую видел в глазах Гарри. Он хотел быть тем, кто заставит его чувствовать себя в безопасности. – Гарри, я люблю тебя, – нежно сказал он. Гарри сделал медленный, ровный вдох. Он мог бы привыкнуть к этому голосу, заявляющему о любви к нему. – Как это я мог спутать взгляд любви с забытым зельем? – спросил он с усмешкой. – Не каждый день мерзкий Мастер Зелий влюбляется. Я должен был убедиться, что я в здравом уме, прежде чем говорить такие вещи. – Есть ли зелье для этого? – Гарри снова практически лежал на Севе, покусывая его за ухо. – Всегда есть зелье, – высокомерно ответил тот. – Если такого еще не существует, чтобы удовлетворить эту потребность, я могу это исправить. Гарри кивнул, как будто думал о проблеме, которую ему нужно было решить. – В данный момент у меня нет никаких потребностей, но если они возникнут, я обязательно дам вам знать, Мастер. Это значит, что ты остаешься, верно? – Да. Я собираюсь приготовить тебе завтрак. Затем мы сядем на диван, я обниму тебя, и у нас будет долгий разговор. И даже не смотри на меня так. Если бы ты не откладывал это так долго, нам не пришлось бы делать это в твой день рождения. Кроме того, когда это будет сделано, ты сможешь наслаждаться оставшейся частью дня. Позже, я выйду, чтобы забрать несколько вещей, которые мне нужны, чтобы приготовить для тебя праздничный ужин сегодня вечером. – Мне нравится, когда ты готовишь для меня. Я умираю с голоду. ___________________________ Одним сытным завтраком позже, Гарри и Северус сидели на диване с большой миской винограда и Северус как и обещал, одной рукой крепко прижимал Гарри к себе. Сегодня им предстояло затронуть две важные темы, и Гарри выбрал для начала меньшее из двух зол (по его мнению). Он действительно не думал, что было так много тем для разговора в отношении шпионажа Сева. – Я был очень несправедлив к тебе, когда испугался из-за Рона. Я видел, что ты выглядел таким самодовольным, и все, о чем я мог думать, это о том, как сильно ты напоминал мне Люциуса, наслаждающегося хорошим сеансом пыток или изнасилования. Когда позже я узнал, что ты придумал способ инсценировать изнасилование, и в то же время я понял, что у Рона был способ уйти оттуда без твоего участия, у меня защемило сердце. Я не могу обещать, что не буду плохо реагировать, когда что-то случится, но я постараюсь не делать поспешных выводов, прежде, чем поговорю с тобой. – Я ценю это, Гарри, но меня беспокоит не то, что ты можешь неправильно понять. Что, если бы я действительно изнасиловал Рона? Можешь ли ты сказать мне, что наши отношения выдержат такое напряжение? Я шпион. Я делаю то, что должен, чтобы получить информацию для Ордена. Были времена, когда мне приходилось принимать тяжелое решение: либо раскрыть свое прикрытие, либо спасти человека. Я должен был решить, считаю ли я, что их жизнь важнее информации, которую я мог бы получить со временем, будучи шпионом. В тех редких случаях, когда я решал спасти чью-то жизнь, мне удавалось тогда уберечься от неприятностей. Я не могу обещать, что так будет всегда. – Ты имеешь в виду, как тогда, когда ты отправил меня в окно? – спросил Гарри, отправляя виноградину в рот. – Да. На самом деле комната, в которой ты приземлился, все еще находится в ремонте. Когда я впервые увидел разбитые окна и большое количество крови, я, признаться, засомневался в правильности своего решения использовать этот метод, чтобы уберечь тебя от падения. Вот причины, по которым я долгое время не позволял себе ни с кем сближаться. Когда Рона схватили, все, о чем я мог думать – это о том, как помочь ему сбежать. Я разозлился, что мое суждение о ситуации изменилось, потому что я влюбился в тебя. Мне только много позже пришло в голову, что у Рона была возможность уйти оттуда в любое время, когда он захочет, но он решил остаться, чтобы помочь тебе. Вы оба очень находчивы, и я должен помнить, что вы не всегда нуждаетесь во мне, для вашего спасения. – Не нужно меня спасать? Как в тот раз, когда ты дал мне дополнительное зелье, в котором я нуждался после видения, или когда я задохнулся на кухне на каникулах, или, может быть, когда меня душила моя собственная футболка? – сказал Гарри с пренебрежительным смешком. – Ничего из этого не случилось бы, если бы мы с тобой не были вовлечены в любовную игру. Это из-за нашего секса у тебя в первую очередь закончились зелья. Это Филиус упомянул, что я занимаюсь сексом, что и заставило тебя поперхнуться. Нам даже не нужно обсуждать футболку. - В этот момент Северус не смог удержаться от смешка. – Может быть, мне следует разрезать виноград пополам для тебя? – Ты такой мерзавец, но… ты мой мерзавец. Северус улыбнулся, зажав виноградину между зубами, и притянул Гарри к себе для быстрого поцелуя. Гарри прервал поцелуй с усмешкой, жуя половинку виноградины, которую он взял из зубов Сева. – Мой мерзавец, – повторил он, вытирая рот тыльной стороной ладони. – Знаешь, это лучший день рождения, который у меня когда-либо был, – серьезно сказал Гарри. – Я никогда не ел так много в свой день рождения, – сказал он, кладя в рот слишком много винограда за один раз. Он знал, что разговор о его семье должен был состояться. Это был его способ расслабиться. – У меня сложилось впечатление, что Альбус праздновал твой день рождения в прошлом году, когда ты был на его попечении, – сказал Северус. – Он делал это, – сказал Гарри, уставившись на свои колени. – Прошло некоторое время, прежде чем я смог съесть приличное количество еды за один присест. К тому времени, как наступил мой день рождения, я смог съесть небольшие порции большей части подаваемой еды и даже небольшой кусочек торта. Этого было достаточно, чтобы большинство людей не придавали этому большого значения. И так бы произошло, если, конечно, ты бы не сидел рядом с Роном, который так много ел, что мои порции казались бы очень маленькими по сравнению с ним. Гарри улыбнулся, подумав о зверском аппетите своего друга. – Что случилось, Гарри? Почему никто не знал, что происходит? – задумчиво спросил Северус. – Долгое время я думал, что некоторые люди действительно знают. Там были подсказки, например, адрес на моем письме из Хогвартса был написан как «чулан под лестницей». Я не думал, что кого-то это действительно волнует. С другой стороны, никто в моей маггловской школе не смог заметить, что я недоедал или переутомлялся. Почему волшебный мир должен быть другим? К тому времени, когда я узнал его получше, я боялся что-либо сказать из страха, что для меня не будет другого, лучшего места, куда можно пойти; я боялся попасть в детский дом. Сириус был в бегах. Я не думал, что смогу вынести еще одну общую черту с Риддлом. Ты знал, что он умолял разрешить ему провести лето в Хогвартсе, чтобы он мог держаться подальше от приюта, в котором вырос? Северус покачал головой. Он не знал этого, как и того, что Гарри когда-либо боялся возможности быть отправленным в сиротский приют. Гарри сделал паузу, размышляя о последних нескольких годах, приводя свои мысли в порядок. – Почти каждый год лето заканчивалось для меня плохо. Это всегда было фиаско. Каждый год какая-то часть дома Дурслей разрушалась, или что-то плохое случалось с членом семьи из-за магии, как раз перед моим отъездом. С каждым годом мне становилось все труднее возвращаться к своим «любимым родственничкам» на следующее лето. Северус вспомнил, что слышал о решетках на окнах спальни, летающей машине, увеличенном языке двоюродного брата или, о случае раздутой как воздушный шар и летающей тети. У Гарри действительно было красочное личное дело, которое можно было прочитать как приключенческий роман с элементами ужасов, если кто-нибудь когда-нибудь захочет это сделать. Северус недавно просмотрел его вместе с медицинскими записями и фотографиями в конверте с пометкой «Улики». Благослови назойливое, в своем стремлении примирить их с Поттером, сердце Альбуса за то, что он оставил досье Гарри на своем столе в тот самый день, когда заставил Северуса ждать его в своем кабинете больше часа перед встречей. Это было достаточно познавательное и «интересное» чтение. – Лето, последовавшее за моим четвертым годом, было трудным. Я винил себя во всем, что произошло на Турнире Трех Волшебников. Моему душевному спокойствию не помогало то, что мои родственники всегда обвиняли меня во многих вещах. Я был несчастен, и если они хотели обвинить меня в том, что в сухой сезон их трава горела, я был не в том положении, чтобы спорить. Тем летом кошмары усилились в десять раз. Вернон не бывает счастливым человеком, когда прерывают криками его сон. Я должен был сказать кому-то, что тогда, летом, все было плохо, но я думал, что заслужил все это, и промолчал. – А как насчет Блэка? – спросил Северус. – У тебя были какие-нибудь контакты с ним? – Вернон был осторожен, и старался не оставлять следов, которые могли бы быть видны. Ближе к концу лета Сириус встретил меня в парке, и я сказал ему, что обстановка в доме "родственников" становится все сложнее и хуже для меня. Он угрожал Вернону, и это помогло с моим дядей, но они нашли лазейку. Мой двоюродный брат Дадли был несовершеннолетним, и мне было столько же лет сколько и ему. Это не считалось жестоким обращением с детьми, если это были просто ссоры двух подростков. Или «грубое обращение» , как называла это моя тетя, когда ее расспрашивали соседи, когда у меня начали появляться синяки. Дадли был недостаточно умен, чтобы ударить меня туда, где этого не было видно. Я перестал рассказывать Сириусу; Я не верил, что он не сделает чего-нибудь импульсивного и не попадется. Я не думал, что смогу вынести, если его отправят обратно в тюрьму из-за меня. Гарри бессознательно потер шрам на шее, хотя большая его часть уже исчезла. – После того случая, когда я "горел", Вернон испугался. Он был уверен, что кто-то, точно, превратит его в жабу за то, что он сделал со мной. На какое-то время они предоставили меня самому себе. Может быть, они думали, что если они будут игнорировать меня, я уйду, – невесело рассмеялся Гарри. – Игнорирование меня означало также и меньше еды. - Гарри отправил в рот еще несколько виноградин. – Примерно в это время прилетела сова с письмом, адресованным Вернону, из всех людей… . – Гарри покачал головой при воспоминании об этом. – Милое письмо от моего декана, в котором говорилось, какие хорошие оценки я получил в том году, и как она гордится мной. И черт возьми, все это… , – задумчиво произнес Гарри. – МакГонагалл предположила, что им, вероятно, следует обсудить со мной варианты выбора моей будущей карьеры, так как в этом году мне придется сдавать экзамены СОВ. Гарри изобразил свой лучший голос Вернона, подражая магловскому комику. – Что эта женщина имеет в виду, говоря «сдавать сов»? Если ты хоть на минуту подумаешь, что приносишь в этот дом больше птиц, ТО ТЕБЯ ЖДЕТ ЕЩЕ ОДНА ПОРКА И ЛЕГКО ТЫ НЕ ОТДЕЛАЕШЬСЯ!!! Северус хмыкнул над большой виноградиной. Его ненависть к этому человеку становилась все более ощутимой. – Моя же наглость состоит в том, что я получаю хорошие оценки. Я не только все еще был волшебником, но и пытался быть весьма преуспевающим в этом деле, – засмеялся Гарри. Северус не рассмеялся шутке. Он знал, что Гарри было трудно рассказывать ему о своей жизни у родственников, и он, очевидно, упускал из виду не только некоторые вещи. У людей не должно быть воспоминаний о нехватке еды и избиении их тучными двоюродными братьями. – На той неделе они получили два письма. Похоже, Даддерс не очень хорошо учился в своем "Гранингсе". Все это "действо" прошло для меня не слишком хорошо. Они обвинили меня в том, что я получил письмо от главы моего дома, чтобы выставить моего двоюродного брата в дурном свете. Вернон разработал план. Он придумал какое-то оправдание, которое он мог бы привести относительно того, как я обгорел, очевидно, какой-то «несчастный случай». Гарри закатил глаза. – Ведь остальное все еще можно было засчитать как «соперничество между братьями и сестрами». Просто два мальчика, которые время от времени ввязывались в драку между собой. – Гарри взял свой холодный лимонад, залпом выпил половину стакана, предварительно вынув оттуда лед, а затем отправил кубик льда обратно в стакан. – Не то, чтобы это имело большое значение, даже если у него и был план. Никто не спрашивал. Никто не стучал в дверь, требуя ответов. В тот год близнецы приехали и забрали меня. Они «позаимствовали» ковер-самолет, который их отец конфисковал и оставил на ночь в своем кабинете. Я думаю, что они намеревались прокатиться и на самом деле не планировали забирать меня, но как только они появились, я полагаю, пути назад не было . Гарри проглотил остаток своего напитка, на этот раз хрустнув кубиком льда, который он засосал вместе с лимонадом. – Мы заключили сделку, близнецы и я. Они помогли бы мне скрыть шрамы до начала занятий в школе и не рассказали бы об этом их маме, а я не сказал бы их маме, что я подслушал, что они делали в последний раз, когда я ночевал у них дома. Гарри ухмыльнулся. – Прости? – спросил Северус. – Что может быть настолько плохого, что они захотят помочь тебе скрыть такую вещь? – Мы с Роном тоже пытались это выяснить, – признался Гарри. Он рассказал Севу, что никогда по-настоящему не слышал, чтобы близнецы что-то делали. Это была отчаянная попытка заставить их замолчать. Гарри был потрясен, что все так хорошо получилось. Через некоторое время Гарри решил, что не хочет знать, что близнецы сочтут настолько плохим, что помогли ему скрыть его ужасные шрамы. – Это было очень по-слизерински с твоей стороны, Гарри, – прокомментировал Северус. – Как только ты благополучно вернулся в школу на целый год, почему ты никому не рассказал о том, что происходило летом? Ты все еще думаешь, что заслуживаешь такого обращения? Гарри пожал плечами. – Я так долго жил этой жизнью. Конечно, дела пошли плохо, но я справился. Несколько раз я был близок к тому, чтобы рассказать. Я был уверен, что Альбус догадается об этом, или кто-нибудь узнает, что я использовал чары, но я не рассчитывал на то, что стану более могущественным, и что это позволило мне скрыть шрамы так хорошо, как я это сделал. К концу учебного года я подумал: – Черт возьми, я зашел в своем притворстве так далеко, что зачем кому-то рассказывать об этом? Зачем напрашиваться на неприятности? – Я знал, что если расскажу, история точно как-нибудь выплывет наружу, так всегда бывает. Я был бы во всех газетах. «Мальчик, который выжил, моет полы и работает в саду между избиениями, сообщество волшебников шокировано его неспособностью защитить себя от магглов с мясистыми кулаками», – издевательски прокомментировал, предполагаемые заголовки, Гарри. – Это было мое последнее лето там. Мне нужно было пережить только одно прошлое лето, и никто никогда не узнал бы мой "грязный" секрет, – сардонически сказал он. – Но ты не делал этого все лето, – заявил Сев. – Что изменилось? – К сожалению, ничего не изменилось. – Гарри вздохнул. – Мой дядя понял, что ему сошло с рук то, что он сжег кожу с моей шеи и части моего черепа. Я был гордым идиотом, которому удалось сохранить свой секрет. Мой дядя думал, что всемогущий волшебный мир знает, но, похоже, ему было все равно, и, поскольку чары держались некоторое время, они предположили, что я исцелился. В тот момент у него не было никаких причин сдерживаться. – Забавно, – продолжил Гарри. – Сначала я не думал, что все так уж плохо. Мне не приходило в голову, почему Вернон заставил меня сделать все трудоемкие дела на улице в первую неделю. Как только прополка и посадка были закончены, а свежий слой краски был везде, где это было необходимо, и у меня почти не было причин выходить на улицу. Это сильно затрудняло поиск способов чтобы встретиться с Сириусом. Я думаю, он наблюдал, потому что на третий день моего пребывания здесь когда я возделывал новую клумбу, а знакомая змея подползла ко мне и сказала, что в кустах перед домом что-то есть, оставленное там большой черной собакой... Северус чуть не фыркнул. Почти. – Знакомая змея? – недоверчиво спросил он. – Она был другом моего друга. – Гарри задумался. – Я выпустил змею во дворе в прошлом году. Я научил ее, от каких дворов держаться подальше и как распознавать яды. Из того, что я слышал, моя тетя уже давно не наслаждается своим задним двором. – Что было в кустах? – спросил Сев, понимая, что разговор зашел в тупик. Он не был уверен, сделал ли Гарри это нарочно или нет. – Бутерброд и бутылка воды. Вода была такой холодной, что начала замерзать по краям. Северус наблюдал, как Гарри говорил так, словно нашел сокровище. – Я пытался скрыть это, я действительно пытался. – Гарри говорил тихо, как будто раскрывал секрет. Теперь он смотрел куда-то вдаль, не фокусируясь ни на чем конкретном. – Дадли видел, как я его ел. Это был конец... К тому времени, как он швырнул его в грязь, он уже убежал, чтобы рассказать об этом Вернону. Это была последняя еда, которую я видел после этого... Наверное... , когда бы это ни было, я проснулся в Хогвартсе. – Гарри снова заговорил голосом Вернона Дурсля. – Как ты смеешь говорить своим чокнутым друзьям, что мы тебя плохо кормим! Ну, ты можешь просто позволить им продолжать кормить тебя. Я больше не позволю тебе быть обузой для моей семьи! – он потянулся к миске, отправляя в рот слишком много винограда за один раз. Проглотив горсть, он снова потянулся к миске, но столкнулся с Севом и быстро отдернул руку. – Как будто этот ублюдок снова выпустил бы меня из дома, чтобы взять какую-нибудь еду, которая, возможно, была оставлена для меня. Северус ничего не сказал, но положил виноградину Гарри в рот и подождал, пока он продолжит свой рассказ. – Вернона по какой-то причине легко было спровоцировать. Я не знаю, было ли это потому, что я скоро должен был стать полностью обученным волшебником, с отличным будущим в моем «странном» мире, или потому, что его собственный сын так плохо справлялся с учебой. Однажды вечером, когда они ужинали, а я наливал своему двоюродному брату немного содовой в стакан. Я слышал, как Вернон жалуется на то, что Дадли исключат из команды по боксу в том случае, если он не сможет поддерживать свои оценки на приемлемом уровне. Затем огромная сова постучала в окно. Когда я пришел в сознание, меня уже заперли в моей комнате. Позже я узнал, что мне предложили должность ловца в сборной Англии по квиддичу. – Они обвинили меня, решив, что бедный Дудеркинс был слишком напуган магией, чтобы сосредоточиться на учебе в школе. Они бы еще обвинили меня в том, что трава высохла во время засухи; должно быть, и я сделал это, чтобы не косить газон. Они обвинили меня в том, что у них на заднем дворе полно змей, хотя... в этом они наверное были правы... С каждым нарушением наказание становилось все более суровым. – Гарри на мгновение задумался. – Ладно, змеи того стоили, – сказал он с усмешкой. – Я начал беспокоиться, когда наказания стали более суровыми. Я отправил Сириусу письмо. Я почти ничего не сказал, но упомянул, что на следующей неделе снова отправлю ему письмо. Он знал, что я чего-то не договариваю, и я знал, что он будет действовать, если не получит письмо, которое я обещал отправить. – Я тогда действительно проголодался. Я уже был наказан за кражу еды, которую на самом деле крал мой двоюродный брат и обвинял меня в этом. Однажды поздно вечером он зашел ко мне в комнату. Я думал, он в своей комнате за компьютером. Я взял с кухни нож, чтобы с его помощью нарезать несколько старых каменных кексов Хагрида на мелкие кусочки. Он ворвался так быстро, что я инстинктивно подняла руки, чтобы защитить голову. Я не хотел его резать, – тихо сказал Гарри. Северус успокаивающе положил руку на руку Гарри, подбадривая его. – Предыдущие наказания показались простым шлепком по запястью по сравнению с той ночью. Когда Дадли увидел порез на своей руке, он завыл, как будто я отрубил ему руку. К тому времени, как Вернону удалось подняться по лестнице, Дадли успел взять нож и порезать меня в нескольких местах. Когда Вернон закончил защищать своего «бедного ребенка» и преподал мне «правильный» урок, я не думал, что доживу до следующей недели, чтобы написать Сириусу. Мне потребовалось несколько дней, чтобы заставить себя двигаться достаточно, чтобы сделать это. Даже тогда мне не удалось встать, но Хедвиг, благослови ее господь, принесла мне со стола лист бумаги и карандаш. – Я почти ничего не видел, и мне приходилось писать левой рукой. Я не совсем уверен в том, что я написал. Я думаю, что, должно быть, сказал ему, что люблю его, потому что в какой-то момент, когда он появился в моей комнате, я помню, как Сири сказал, что он тоже меня любит. Остальное ты вроде как знаешь. Он ненадолго зашел в дом, я думаю, чтобы повидаться с моей «семьей» , а потом вернулся, чтобы вынести меня. Именно тогда мы поняли, что дом подвергся нападению, и он поместил меня в подвал, чтобы я был в безопасности, – Гарри погладил Сева по щеке. – Следующим, кого я увидел, было твое лицо. – Значит, кошмар продолжался? – Как я мог подумать, что увидеть твое лицо было кошмаром? Особенно после того, как ты так «хорошо» относился ко мне все эти годы в классе? – саркастически проговорил он, позволяя настроению немного улучшиться, хотя бы немного. Северус рассмеялся, но ему было любопытно узнать, что на самом деле подумал Гарри. Рон не был слишком уверен в том, что Северус не был настоящим Пожирателем Смерти, когда его схватили. Что подумал Гарри после нападения на его дом в тот день? Ему не нужно было спрашивать, так как Гарри ответил на вопрос за него. – Когда я узнал тебя, моей первой реакцией было поблагодарить Мерлина за то, что я был свободен от того места. Я не знал, что атака закончилась, но я знал, что ты сделаешь все возможное, чтобы вытащить меня. Когда ты легко нес меня по ступенькам, все, о чем я мог думать, это о том, каким жалким я был и что ты, должно быть, думаешь обо мне. Однако все мысли о том, что ты издеваешься надо мной в школе, владея такой информацией обо мне, «вылетели в форточку», когда я понял, что Сириус никогда бы не позволил тебе пойти и забрать меня, если бы он мог сделать это сам. Я мало что помню после этого. Я вообще мало что помню из того, что случилось после моего осознания, что Сири больше нет. – Ты впал в кому прежде, чем я добрался до входной двери. Если бы я не был так поглощен необходимостью выполнить последнюю просьбу Блэка, я мог бы уделить тебе больше внимания и понять, что твои травмы не связаны с нападением Пожирателей Смерти. Северус помолчал, вспоминая те события. – За все годы, что я его знал, я никогда не видел Альбуса в таком состоянии. Выбирая между Минервой и Уизли я не помню, чтобы когда-либо делал так много успокаивающих зелий. Они практически разбили лагерь в Хогвартсе. Рыжие повсюду, – последние несколько слов Северус пробормотал еле слышно. Гарри фыркнул и ухмыльнулся. – Когда я был скорее в сознании, чем вне его, Рон никогда не отходил от меня. Каждое утро Поппи отодвигала его кровать, чтобы она могла поместиться между ними. – И ты уверен, что он натурал? – поддразнил его Сев. Гарри весело фыркнул. Хотя он и думал, что они с Роном были очень близки, чем большинство остальных, считающихся друзьями людей, он был уверен, что Рон натурал. – У меня много воспоминаний об этом времени. И я полагаю, это помогло мне очнуться тогда и увидеть Рона на кровати рядом с моей, как будто мы были в нашей спальне в общежитии. Он был лучшим в том, чтобы успокоить меня. – Он, определенно, начал действовать еще в Больничном крыле. Я думал, он оторвет мне руку, если я не отпущу тебя. Гарри широко улыбнулся, откусывая виноградину. – Осторожнее, Сев, твоя работа в качестве моего героя может оказаться под угрозой, – сказал он, забираясь на колени Сева. – Если придется, я соглашусь быть твоим любовником. - Северус притянул его к себе для страстного поцелуя. – Ты действительно любишь меня? – спросил Гарри с глупой ухмылкой. Северус нахмурился, но Гарри видел, что тот шутит. – Ты хочешь, чтобы я записал это для тебя, и чтобы ты сохранил это, вместе с той адской распиской, которая у тебя есть, и в которой говорится, что я не убью тебя? – Если это не доставит вам слишком много хлопот, о великий Мастер, – поддразнил Гарри. ___________________________ Гарри слонялся по своему маленькому дому, проверяя, все ли чисто и красиво для их романтического ужина с Северусом. Его несколько раз отвлекали и задерживали, когда звонили по камину друзья и приятели, желая Гарри «Счастливого дня рождения». Поскольку он впервые жил один и мог спокойно отпраздновать свой день рождения, и никакие Дурсли не могли бы ему помешать принимать поздравления от друзей как обычному, «нормальному» человеку или волшебнику, Гарри и не хотел разжигать камин, но Северус предложил ему сделать это, когда он уходил на рынок. По меньшей мере, три звонка последовали один за другим в ту же секунду, как загорелся огонь. Сначала позвонили Гермиона, Невилл и Рон. Другие звонки, которые поступили, были от разочарованных друзей, которые пропустят празднование, так как вечеринка в «Трех метлах» была отменена из-за проблем с безопасностью после недавнего нападения. Гарри разворачивал в воздухе свежую простыню, чтобы застелить постель, когда услышал еще один звонок. – Великая Моргана! Дома есть Именинники? – он услышал голос миссис Уизли, доносившийся из камина в гостиной. Он был благодарен, что Северуса там не было, так как он, возможно, не пережил бы этого. – Привет, – весело ответил Гарри, входя в поле зрения Молли с Артуром с левой стороны. – С Днем рождения, дорогой, – сказала она так весело, что практически пропела. – Мы с Артуром гуляли и нашли киоск со свежими ягодами. Я знаю, что ты их любишь. Раз уж мы здесь, в городе, я подумала, что мы могли бы тебе позвонить. Гарри наконец понял, к чему она клонит, и пригласил их войти. Молли суетилась, осматривая помещение, чтобы посмотреть, что Гарри добавил в декор. Артур гордо улыбнулся, увидев шкатулку для «Летучего пороха», которую он подарил Гарри во время ритуала Защиты. Она была в хорошей компании; единственной другой вещью на каминной полке был орден Мерлина, врученный Сириусу. Проходя за диваном, Молли провела рукой по пледу, который она связала вручную для Гарри. Он покрывал спинку дивана. Было все еще слишком тепло, чтобы спать под ним. – Подойди и взгляни на это, разве это не прелесть? – сказал Артур своей жене, любуясь часами на стене. – Подарок от Альбуса. Я не ошибаюсь, Гарри? – Да, Охранный дар, – ответил Гарри. – Ты можешь угадать, какие руки добавили Фред и Джордж? – спросил он со смешком. – Я могу догадаться, – раздраженно сказала Молли, но Гарри видел, что она притворяется. – Ужин завтра в шесть. Я ожидаю, что эта стрелка скоро начнет двигаться, – сказала она, указывая на стрелку «Время веселиться» на циферблате часов. – Я думаю, что сейчас она продвигается к нужной пометке на часовом поле, – прокомментировал Артур. – Нет, дорогой, это не близнецовая рука, за ней движется другая, – сказала она, внимательно глядя на заинтересовавшую ее руку-стрелку,. – О! – Молли улыбнулась Гарри, когда он смущенно покраснел. – Здесь написано «Время для твоего свидания». Почему ты не сказал нам, что идешь на свидание, когда мы вот так ворвались к тебе, – быстро сказала она, почти подталкивая Артура к камину и поторапливая его. – Не беспокойтесь, – заверил ее Гарри. – Рука даже не приблизилась к отметке, у меня еще есть время, чтобы как следует подготовиться. Он затащил их на кухню, где все еще светило солнце, и налил каждому по стакану холодного лимонада. Молли взволнованно оглядела всю кухню. Она была удивлена, увидев, что он так хорошо укомплектован всем кухонным оборудованием и имеет под рукой большое разнообразие специй и трав. Гарри показал ей ящик на окне, где он посадил всего несколько трав. – Там внизу целый неухоженный сад, – он указал на маленький дворик. – Я хотел спросить мистера Дженнингса, моего домовладельца, могу ли я немного там посадить трав и овощей, чтобы нужная зелень была всегда под рукой. Но у меня так и не дошли руки до этого. – Я слышал, Северус Снейп и Киран Доннелли заставляли тебя усердно тренироваться все лето, – прокомментировал Артур. – Ты пропустил последнее собрание Ордена, пока выздоравливал, и, конечно, возникла тема твоего обучения. Альбус рассказал о твоих действиях во время нападения. Он был очень доволен тем, как далеко ты продвинулся в своем обучении. Когда Северуса попросили дать отчет, он сообщил, что ты превзошел любого другого их подопечного, кого они обучали до сих пор. Это настоящий комплимент, исходящий от него и который он позволяет себе говоря о чьих либо успехах, – похвалил Артур. – Они держат меня в напряжении, – скромно сказал Гарри. – Это интересная команда учителей, от них никогда неизвестно чего ожидать, особенно, когда они в "игровом" настроении, не говоря уж о "боевом" . Много тяжелой работы, но и "хорошие времена" тоже бывают. На самом деле только прошлой ночью они напали на меня здесь, в моем собственном доме, похитили меня и заставили выйти и выпить огневиски на мой день рождения, – засмеялся Гарри. – Когда вы в последний раз были в Норе, я заметила, что вы двое, казалось, ладили намного лучше, – сказала Молли. Гарри не знал, как сказать им, что он и Северус были парой. – У нас действительно намного лучшие отношения, теперь, когда я больше не студент, и я по крайней мере, не в Хогвартсе, – сказал Гарри, делая большой глоток лимонада. Он знал, что выражается туманно и путанно, но не знал, как сменить тему. Они много значили для него, и он не был уверен, какой будет их реакция. – Я полагаю, что вы должны были это сделать. Рональд сказал мне сегодня утром, что пригласил Северуса в Нору на празднование твоего дня рождения. Я была, мягко говоря, ошеломлена. – Молли поставила свой пустой стакан в раковину. Она тоже начала его мыть, когда Гарри остановил ее. Молли знала, что ее сын был самоуверен и чересчур драматичен. И чтобы он пригласил своего, с самой школы, ненавистного профессора Зелий, что-то точно, должно было измениться в его мировоззрении. Когда она спросила Рона, он отказался отвечать, сказав, что они все поладили во время каникул, когда Снейп был моложе, и что Гарри и Северус также подружились во время тех каникул и тренировок по квиддичу. Она думала, что это еще не все, но не собиралась давить на Рона; она была рада, что он проявил такую зрелость, отпустив школьную ненависть к Мастеру Зелий. Назначив дату, когда Уизли придут на ужин, они еще раз попрощались и поздравили Гарри с днем рождения. Артур вежливо подавал шкатулку с летучим порохом своей жене, когда Северус аппарировал всего в нескольких футах от них. В одной руке он держал несколько маленьких квадратных коробочек, а в другой – большой пакет с рынка. – Боже мой, ты напугал меня! Как ты, Северус? – спросила Молли. – Хорошо, спасибо. Молли, Артур, – Северус приветствовал их вежливым поклоном. – Для тебя, от Альбуса, – сказал Северус, протягивая Гарри несколько небольших коробочек. – Он просил меня напомнить вам, мистер Поттер, что обед завтра в полдень. Гарри пошел, чтобы положить коробки в ящик прикроватной тумбочки, и вернулся как раз вовремя, чтобы услышать, как Артур предупреждает Северуса. – Мы сейчас пойдем. Северус, не задерживай его слишком долго, у Гарри свидание, – сказал Артур, ухмыляясь, и указал на часы. Рука, которая объявила, что пришло время для его свидания, теперь была на отметке. – Так и есть, – промурлыкал Северус, передавая Гарри пакет. Гарри полез в сумку и вытащил длинную зеленую бутылку с виноградным листом на этикетке. – Отлично! У тебя есть мое любимое вино, – сказал он с волнением. Именно Молли первой сложила два и два вместе. Северус был впечатлен; ей удалось не выглядеть шокированной. Хотя, может быть, она и не была так уж шокирована. В конце концов, у этой женщины было семеро детей. Быть на несколько шагов впереди было очень важно для мамы такой многочисленной семьи. Она крепко обняла Гарри, прежде чем повернуться, чтобы уйти. – Мы увидимся с вами обоими завтра. Приятного свидания, – она направила последнюю фразу Северусу. Когда она подтолкнула мужа к камину, было слышно, как Артур спрашивает. – Разве не у Гарри было свидание? Молли следовала за ним по пятам. Она объяснит ему ситуацию, когда они вернутся домой.