Повороты судьбы

Двое вошли в кабинет оперативного директора, не размыкая рук. Мудрое лицо их старого друга озарила улыбка: он был счастлив, что они живы, здоровы, и снова вместе. Попросив секретаря принести кофе для посетителей и чай для себя, Хэндрикс показал Коннору и Линдси на уголок для частных бесед, предлагая расположиться там. — Рассказывайте, — улыбнулся Антон, беря свою чашку, — вы смогли вывезти всех? — Да, — ответил Коннор. — Рону с Миа и Питером мы прямо ночью отправили в Кент. А следующей ночью забрали остальных. Легенда проста: разгневанные духи зеркал забрали ту, над которой не смогли провести обряд, и похитили семью, куда она должна была войти. Там очень неискушенные люди — должно сработать. Конечно, Крису с семьей пришлось оставить абсолютно все, но они были согласны. У Криса есть немного денег, на первое время им хватит. Мы перевезли их на ферму в пригороде. Там о них позаботятся, а потом нам нужно будет придумать что-нибудь еще. — Я распоряжусь, — кивнул Антон. — Антон, — мягко улыбнулась Линдси, — когда Коннор говорил «нам», он имел в виду не управление, а нас с ним. Семья Кристофера нам доверяет. С другими они не пойдут. — Спасибо, Лин, буду иметь в виду. Вы говорили с мистером Карром о проведении тестов? Он рассмотрит такую возможность? — Он согласен. Крис сам предложил сделать анализ всем троим детям. Перед рождением сына Марта снова проходила обряд. — А я заручилась согласием Роны и Марты на проведение сеансов регрессивного гипноза. Сама не рискнула, а вот ты можешь попробовать, если захочешь, — вступила Линдси. — Отлично. Мне тоже приходила в голову эта мысль. Немного позже перевезете семью Карров в Чикаго, мы поработаем с ними, и поможем устроиться. — Спасибо, Антон, — улыбнулся Коннор, довольный, что старый друг, ставший непосредственным начальником, остался прежним понимающим человеком. — А теперь я хочу услышать рассказ о том, что же все-таки произошло в обрядовом доме. Твой отчет, Коннор, я вложил в дело именно с такой размытой формулировкой. Но сам хочу знать всё и подробно, — Антон был неумолим. Коннор и Линдси переглянулись и мужчина стал рассказывать. Сначала Хэндрикс просто слушал, хоть и внимательно, но довольно спокойно. Но когда прозвучали слова о преследовании отражения девушки мутным сгустком и последующем разговоре, психиатр подался вперед и сцепил руки так, что побелели костяшки пальцев. — Как давно ты чувствуешь, что тебя тянет к зеркалу? — поинтересовался Антон у сжавшейся в комок девушки. — Откуда ты знаешь? — удивлению Линдси не было предела. Даже Коннору она говорила только о страхе. Но не о том, что ее тянет подойти и прикоснуться… — Знаю. Так что? — Точно не знаю. Месяца два, может, немного больше. — После жертвоприношения? Линдси вздрогнула. А ведь Антон прав! — Да, наверное. Сначала это было мимолетно и слабо, потом стало усиливаться. — Сейчас тебе сложно справляться с желанием? — голос друга стал отстраненным и профессиональным. — Уже да. — Ты разрешишь мне проверить? Если это действительно то, о чем я думаю… — Ты знаешь, что это, Антон? — голос Коннора был полон тревоги. — Я расскажу все, что знаю. Но сначала хотел бы убедиться, что это не ошибка. — Хорошо. Что мне нужно сделать? — нервно спросила Линдси. — Ничего особенного. Смотри сюда, — Хэндрикс показал на маленький медальон, который достал из ящика стола. — Это не гипноз. Скорее способ немного расслабиться. Девушка следила глазами за раскачивающимся предметом. — Линдси, ты меня слышишь? — Да, — ее голос был спокойным, но не таким, как у загипнотизированного человека. — Скажи мне, что ты чувствуешь, когда подходишь к зеркалу? — продолжил Антон мягким негромким голосом. — Мне хочется дотронуться до гладкой поверхности. Так, чтобы серебро окружило меня, приняло. Раствориться в нем без остатка. Но одновременно мне очень страшно. Я не хочу прикасаться к зеркалу. То, что ждет меня там — притягивает и пугает. — Ты можешь определить места на своем теле, где концентрируется желание прикоснуться? — Да. Думаю, да, — задумчиво проговорила девушка. — Здесь. И еще здесь. Сначала ее рука коснулась солнечного сплетения, а потом ладонь скользнула чуть вверх и пальцы остановились в ямочке между ключицами. Антон выдохнул, но заставил себя продолжить. — Хорошо. И еще один вопрос. Назови любое число до ста. — Девяносто четыре, — моментально отозвалась Линдси. Хэндрикс поперхнулся, а потом вполголоса выругался, да так, что внутренний голос Дойла восхищенно присвистнул, явно запомнив на будущее пару-тройку особенно витиеватых оборотов. — Линдси, вернись. Сейчас, — четко проговорил психиатр и щелкнул пальцами. Девушка тряхнула головой и встретилась глазами с взволнованным взглядом Коннора. — Антон, что это значит? Ты что-то понял из ее ответов? — К сожалению, — вздохнул Хэндрикс. — Черт, хотел бы я ошибиться… Но, похоже, мы имеем дело с классическим «проклятием зеркал». — Что? — Вы когда-нибудь слышали, что раньше барышни, особенно принадлежащие к высшему свету, проводили ритуалы по призыву различных сущностей? Черная или Пиковая дама, разные мелкие демоны, и тому подобное? — Да, — кивнула Линдси. — Только не всегда это были именно великосветские дамы. — Не спорю. Но в основном. В сферу исследований попадали именно они, потому что простые девушки проводили ритуалы более правильно, и у них была более мощная защита — религия. Во что бы человек ни верил, это дает ему дополнительную возможность уберечься. Так вот. Для основной массы таких призывающих ритуалов было необходимо зеркало. Это объяснимо: создать Пробой легче именно в зеркале, чем на каком-либо другом материале. Конечно, вызываемые сущности были слабыми, но для их призыва и не нужна была человеческая жертва. Так вот, если ритуал был проведен не совсем правильно, на девушку обрушивалось так называемое «проклятие зеркал» — ее тянуло подойти и коснуться отражающей поверхности. Все просто: зеркало, отдавшее свою энергию на создание тоннеля между мирами, стремилось ее восполнить, а лучшим способом это сделать было забрать человека, который пытался создать тоннель. И если уступить своему желанию, человеческая суть — то, что мы привыкли называть душой — растворится в Зазеркалье. А здесь, в нашем мире, останется пустая физическая оболочка, которая тоже довольно быстро погибнет. — И что, нет никакой надежды? — мертвым голосом проговорила Линдси. — Есть. Существовала определенная церемония, позволяющая восполнить энергию зеркала, чтобы оно больше не требовало энергетической платы. Церемония слияния душ и тел. Считалось, что барышни проводили ритуалы вызова в одиночку, но это не совсем верно. Ведь им было элементарно страшно. Поэтому присутствовала либо служанка, либо, чаще всего, слуга, чтобы в случае неожиданностей он мог физически защитить хозяйку. Для проведения церемонии нужно, чтобы те, кто проводил ритуал, соединили души и тела у того самого зеркала, которое использовалось при проведении вызова. — То есть это Магистр? — Не думаю, Линдси, — мягко ответил Антон. — Магистр мертв. Он пострадал больше всех. — Значит, Фрэнк? — Коннор от страха и ярости сжал кулаки. — Боюсь, что ты прав. — Но Элсингер исчез, ведь так? Где мы будем его искать? — Хотел бы я знать. У меня нет ни малейших предположений. — Антон, — вдруг выговорил Коннор, — а что значил последний вопрос? — Это я проверил одну гипотезу. Один из исследователей, изучавших «проклятие зеркал», предположил, что цифра, названная в состоянии полугипноза, означает, насколько человек готов поддаться проклятию. Но я удивлен. Никогда не слышал, чтобы кто-то называл больше семидесяти. Линдси что-то держит здесь, в нашем мире. Или кто-то. Девушка подняла голову и вымученно улыбнулась любимому. Это его присутствие не давало ей поддаться. — Антон, что будет, если я сама стану перед зеркалом? — Точно не знаю. Кто-то пишет, что ничего. А кто-то — что разделенная сущность может ответить на вопросы. Я склонен верить второму варианту. После того, что случилось в обрядовом доме. — Тогда поехали туда, в особняк, — встрепенулась девушка. — Может, нам помогут найти второго. — Линдси, это опасно. Для тебя в первую очередь. Притяжение усилится и ты можешь не справиться. А я помочь не смогу, мне нужно будет контролировать Дарителя, чтобы он ответил на вопросы, если соизволит это сделать. — Коннор, — Лин повернулась к мужчине, — ты поможешь? Удержишь меня? Чтобы я физически не смогла подойти к зеркалу? — Конечно, — уверенно проговорил Дойл. — Я не позволю тебе до него дотронуться. — Вот и отлично. Давайте рискнем. Иначе это притяжение сведет меня с ума…