Глава 13. Два против одного
31 января 2023 г., 16:00
Цетрион рассеяла тело Марка в Пустоте. По её словам, Би-Хана и его двойника постигла та же участь. Дочь Кроники также уничтожила и Кровофаг под пристальным надзором остальных Хранителей, дабы он не нанёс вред смертным. Извлечение скверны из источника Джинсей тоже было делом её рук, что доказывало — Цетрион и правда изменилась, встав на истинный путь добра.
Так я думала до того момента, пока Старшая Богиня не назвала имена смертных, которые, по её мнению, представляли опасность для Иного мира. Я попыталась убедить Цетрион в том, что Сати и Алексу можно доверять, но она была непреклонна. Спорить с ней было бесполезно — Цетрион твёрдо придерживалась мнения о том, что тайна Иного мира не должна выйти за пределы.
Её точку зрения разделяли и другие бойцы, например, Ночной Волк. Помню, как несогласный с ним Алекс затеял жаркий спор по этому поводу. Мы с Сати только и успевали вертеть головами, наблюдая за словесной перебранкой. Более того, нас поразило то, как говорил Алекс. Друг словно забыл, что препирается с одним из самых грозных Защитников Земного Царства. Он считал, что мы не сможем вечно утаивать существование магии, и рано или поздно должны будем рассказать миру правду. Индеец сдержанно возражал и считал, что проведённая параллель двойственна и кроет в себе не только добро и свет. Предатель Адлер, который чуть не разрушил наш мир год назад, — тому подтверждение. А теперь и его брат едва не нанёс вред невинным людям. Шаман даже процитировал слова Хаоки о том, что Иным стоило назвать наш мир.
Услышав это, Алекс на мгновение осекся, а потом сердито спросил:
— Но разве не лорд Рейден готов поставить всё на кон ради людей, которых защищает? Что выберете вы: возведение моста, который позволит вам обрести новые знания, силы и союзников, или же окончательное разрушение перехода между мирами в жалкой попытке скрыть правду?
Видимо, спор утомил Ночного Волка, поэтому шаман промолчал. В поисках поддержки Алекс посмотрел на Сати, но девушка неожиданно для всех приняла сторону индейца. Она призналась, что безумно хотела бы исследовать влияние магии на людей, объяснив это тем, что может углубиться в близкую ей сферу медицины. Но потом с огорчением добавила, что в неумелых руках такая сила способна на разрушение, поэтому её лучше сохранить в тайне. Мы с программистом сошлись во мнении, что медицина — вещь слишком сложная для наших умов, поэтому промолчали. Видя недовольство друга, я не стала расстраивать его тем, что и Скарлет находила Реальный мир омерзительным. В отличие от Би-Хана.
Впрочем, кое-кто ещё из бойцов был не против слияния миров — об этом мне рассказал лорд Рейден, когда я навестила его в Крепости Времени.
Оказавшись в зале с Песочными Часами, я снова поразилась изысканности этого места. Окружающая атмосфера будоражила своей таинственностью. Такое чувство возникает, когда наблюдаешь в телескоп за бескрайней вселенной, а по плечам бегут мурашки от осознания того, что над тобой мерцают неизведанные галактики, сбрызнутые звёздным раствором.
Впрочем, восхищение быстро сменилось на беспокойство, когда я увидела Песочные Часы и их содержимое. Кажется, я поняла, почему Громовержец попросил меня нанести официальный визит чуть раньше, до появления Фуджина и Цетрион. Вдвоём мы могли обсудить, почему в прошлый раз Пески Времени были более светлыми.
— Этого не должно было случиться, — сказал лорд Рейден, озвучив мои мысли.
— Цетрион уничтожила Кровофаг при свидетелях, — принялась размышлять вслух я. — Мы с тобой видели это своими глазами. Она сказала, что займётся Вестником Рока, и сдержала своё слово. Источник в Гроте Дракона Ву Ши тоже очищен от скверны. Я не понимаю, почему…
— Я бы не стал слепо верить Цетрион, — ответил Рейден, рассеянно поглаживая пальцами посох, — даже если она извлекла тьму из святых мест. Скверна могла испортить её разум. Именно поэтому я хотел попросить тебя об одолжении.
Лорд Рейден повернулся ко мне, и от волнения моё сердце ёкнуло. Какой бы ни была просьба Громовержца, мне не хотелось его подвести. Ссора Хранителей изменила их отношение друг к другу, и она же поспособствовала тому, что у меня с Рейденом установились более тёплые отношения. Я питала надежду, что когда-нибудь мы станем хорошими друзьями, но даже не предполагала, что мой собеседник первым заговорит о возможном сближении.
— Би-Хан уверен, что в мире, из которого ты родом, есть что-то захватывающее. Той же точки зрения придерживаются Кассандра и Жаклин. При нашей последней встрече они в два голоса уверяли меня, что мир, в которым им довелось побывать, заслуживает шанса на объединение с нашим. Что ты об этом думаешь?
— Объединение? Это ведь не значит, что нам придётся участвовать в турнире Смертельной битвы как и остальным мирам?
— Увы, это недопустимо. Как Хранитель, который поклялся охранять миры от вторжений извне, я с опаской отношусь к возможному слиянию миров. К тому же у нас остались неразрешённые вопросы с твоими друзьями, если ты понимаешь о чём я.
— Триумвират может подвергать сомнениям лояльность моих друзей, но я могу поручиться за них. Они не причинят никому вреда, клянусь.
— Проблемой для нас являются не твои друзья-смертные, а их знание о существовании Иного мира. Даже Вестник Рока не представлял для нас такой масштабной угрозы. Безусловно, Би-Хан был нашим врагом, но он один из нас. Мы все знаем его происхождение — это мир, который ты окрестила Иным.
— Но что делать, если мнения разделились? Фуджин, Би-Хан, Алекс, Кэсси и Джеки проголосовали бы за слияние миров, в то время как Скарлет, Ночной Волк, Цетрион, Сати, и даже… ты… выступили бы против объединения… Только не говори, что от моего голоса что-то зависит.
— Некоторые проблемы можно превратить в решение. Триумвират, триада или триединство — все эти слова означают одно и то же — союз, который хорош тем, что значительно приумножает умы двоих единомышленников и не оставляет права на ничью в случае спора. Подходящие союзники — это половина успешного дела.
Бог Грома замолчал, дав мне почувствовать всю значимость сказанного. Я могла поклясться, что он пытается на что-то мне намекнуть. А когда наконец поняла, что он имеет в виду, то невольно улыбнулась. Кажется, Громовержец давно догадался о том, что я хотела последовать примеру Богов, и одобрял это решение.
Слава Единой Сущности, что моя первая попытка создать союз обернулась неудачей. Никогда не забуду, как первый кандидат кидался в крякающих птиц кукурузой, а второй пытался сделать селфи на фоне озера, «по-утиному» надув губки. И в том и другом случае несчастным уткам было нанесено тяжелейшее оскорбление. Хорошо, что у меня есть на примете парочка других кандидатов…
Лорд Рейден слегка улыбался, наблюдая за мной. Возможно, это был ответ на мою ностальгическую улыбку. Или же Бог Грома хотел подбодрить меня, понимая, что ответственность за каждое принятое решение возросло в разы с тех пор, как нам стало известно о бреши между мирами.
— Почему ты решил, что создание союза — это хорошая идея? Ты ведь… тоже опасаешься того, что кроется в нашем мире. Зачем помогать мне?
— Потому что ты одна из немногих, в чьей верности я уверен, в отличие от Цетрион. Ты была свидетелем нашей ссоры и наверняка догадываешься, что её поступки тревожат меня всё сильнее. Добро может быть изменчиво, и я надеюсь, что она не уподобится своей матери в бессмысленных попытках отыскать мировой баланс.
— Вряд ли Цетрион придёт в восторг от нашей идеи, — задумчиво сказала я, прикинув возможные варианты событий. — Она убеждена, что ни один смертный из Реального мира не должен узнать об Ином мире и готова пойти на решительные меры. Моим будущим союзникам нужна гарантия неприкосновенности.
Рейден с пониманием кивнул, дав понять, что у него давно заготовлен ответ на этот случай:
— Мой хороший друг выразил желание помочь твоим друзьям. Он без колебаний согласился взять на себя эту огромную ответственность, когда я поделился с ним своими мыслями.
Но узнать имя предполагаемого защитника я не успела. В помещении сверкнула яркая вспышка, явившая нашим взорам Цетрион и Фуджина. Я сдержанно поприветствовала обоих, однако моё приподнявшееся настроение не укрылось ни от одного из Богов. Рейден сдержанно промолчал, Фуджин улыбнулся, а Цетрион предпочла перейти к обсуждению насущных проблем. Я хотела покинуть консилиум, чтобы дать Хранителям возможность потолковать наедине, но лорд Рейден зачем-то попросил меня остаться.
Впрочем, ничего нового я не узнала. Когда Цетрион озвучила свои тревоги по поводу моих друзей и изъявила желание поскорее покончить с этим, то мы с Фуджином переглянулись, уловив холодок в голосе Старшей Богини. Она не изменила своего мнения. Я с трудом подавила желание выругаться, видя, что Богу Ветра хочется сделать практически то же самое.
— Но непредсказуемость мира, отличающегося от нашего, нельзя игнорировать, — промолвила Цетрион. — Поэтому я требую принять меры предосторожности. Будьте благоразумны. Я уже говорила Сновидице, что между нашими мирами возможно укрепление связи и не отрекаюсь от своих слов. Однако меня тревожат смертные, которые принимали участие в недавних событиях. Можно ли им доверять?
— Этим смертным стоит дать шанс, Цетрион, — обратился Фуджин к дочери Кроники. — После достижения столь долгожданного мира мы должны двигаться вперёд, а не назад и ты должна это понимать. Союз между двумя мирами — необходимое условие для мирного сосуществования и новых возможностей.
— Фуджин прав. Нет никакой необходимости в бездумном насилии, — спокойно сказал лорд Рейден. — Кроме того, я пригласил этих смертных на наш совет. Они скоро появятся здесь в достойном сопровождении, и мы сможем взглянуть на них воочию.
Слова Громовержца повергли всех присутствующих в изумление, включая меня. Цетрион внимательно посмотрела на меня, но я и сама оказалась ошарашена этой новостью. Я растерянно переглянулась с Фуджином. Судя по его лицу, он тоже не знал о плане своего брата. Цетрион нахмурилась, однако согласилась увидеть источник своего беспокойства.
Для Старшей Богини, как и для меня, стало сюрпризом то, что Алекс и Сати появились в сопровождении Ночного Волка. После пережитых травм шаман выглядел вполне здоровым, но его повреждённая ладонь частично потеряла гибкость. Ещё одним напоминанием о бое с Би-Ханом служил свежий шрам, пересекавший смуглую грудь. Слава Старшим Богам, что энергия Джинсей вовремя спасла нас обоих — я незаметно покосилась на свою руку, которая пришла в норму относительно недавно, но всё ещё носила следы скверны.
Оказавшись в новом для них месте, Сати и Алекс потеряли дар речи. Величественность зала с Песочными Часами поразила их до глубины души. Друзья разглядывали колоссальное сооружение и обстановку, раскрыв рты. Они даже забыли поприветствовать меня! Алекс принялся тереть глаза, чтобы убедиться в том, что не спит. Впрочем, он не испугался, когда Цетрион приблизилась к нему и протянула руку. Парень бесстрашно, даже с вызовом, посмотрел на Старшую Богиню, когда она дотронулась до его лица.
— Ты не боишься меня, — спустя несколько секунд отметила та, отнимая ладонь от его лба. — Смелость — одна из твоих лучших черт. В тебе нет ни капли тьмы, несмотря на то, что ты уязвим для магии так же, как и некоторые смертные. А что насчёт тебя?
Сати пугливо вздрогнула, когда Цетрион прикоснулась к ней, но дочь Кроники тут же убрала руку. Ей не было дозволено узнать помыслы или стремления девушки. Я видела, что этот факт пришёлся не по вкусу Старшей Богине.
— Как бы мне не хотелось — я никогда не смогу повлиять на ваш мир, повернув время вспять с помощью Песочных Часов, — подытожила Цетрион, делая шаг назад. — На одного из вас не действует магия, и этот факт лишь больше усложняет ситуацию. У нас есть лишь два выхода: отпустить вас — но в этом случае нет никаких гарантий, что вы сумеете сохранить тайну о нашем хрупком мире — или же сделать так, чтобы текущие события никогда не покинули мою Крепость.
После этих слов Алекс загородил побледневшую Сати и сердито выпалил:
— Даже не думай о том, чтобы причинить ей вред!
Богиня лишь молчаливо подняла подбородок, и в её ярких зеленых глазах мелькнуло раздражение, смешанное с лёгким восхищением.
— Полагаю, ты не настолько глуп, чтобы думать, что сможешь одолеть меня. Мой свет способен рассеять тебя в прах за считанные секунды.
— Способен, — согласился шаман, сохранявший молчание до этого момента. — Но я не допущу этого.
Воистину, этот день становится ещё интереснее. Я заметила, как Ночной Волк положил руку на пояс, ближе к томагавку. Заметила и то, что Цетрион впервые проявила видимые признаки недовольства: она сжала губы, а живые завитки за её спиной нервно дёрнулись.
Трудно сказать, кто бы одержал верх: Ночной Волк или Цетрион. Я уже видела обоих в бою, поэтому представить очередную схватку труда не составило. Грация не покинула бы Цетрион даже во время боя, наделяя движения Богини легкостью и эфемерностью танцовщицы. Несмотря на это ей бы не хватило мощи и выносливости, которые преобладали у Ночного Волка. Сила природы была подвластна каждому из бойцов, разделяясь на флору и фауну, поэтому зрелище должно было поразить нас своей эффектностью.
Но этого не произошло. Мудрость Старшей Богини не позволила выплеснуться недовольству. Цетрион взвесила все «за» и «против», но принять поражение не посмела. Я видела это по её глазам, которые сверкали, словно уральские самоцветы, поэтому выступила вперёд и, придав голосу невинный тон, предложила:
— Думаю есть и другое решение. Мы можем хранить тайну Разрывов до тех пор, пока обе стороны не будут готовы принять факт сосуществования. Но сделать это мы должны сообща. Каждый из нас должен помочь другому со своей стороны. Мы можем заключить соглашение, если потребуется. Что-то вроде Пакта Рейко… Если, конечно, никто не против.
Сказав это, я посмотрела на Алекса, зная, что он в любом случае согласится. Сати колебалась, но сказанное мной нравилось ей больше, чем сказанное Цетрион. Боги переглянулись, но сочли моё предложение не лишённым смысла. Я незаметно перевела дыхание, видя, что Цетрион хоть и обеспокоена сложившейся ситуацией, но возражать не стала.
После того, как мы приняли и обсудили окончательное решение, она проводила моих друзей, возвращающихся обратно через портал, задумчивым изумрудным взглядом. Я последовала за ними, но прежде обернулась, сделав вид, что хочу улыбнуться Фуджину напоследок.
Отыскать взглядом лорда Рейдена не составило труда. Он едва заметно кивнул мне, соглашаясь с тем, что зарождение союза знаменует собой начало Новой Эры.
***
Реальный мир встретил нас привычной рыжиной листьев и холодными капельками мелкого дождя. Наши шаги мягко отдавались в сонной утренней тишине, когда мы вышли из незаметного переулка. От переизбытка впечатлений Алекс и Сати молчали. Они до сих пор были поражены увиденным и услышанным. Я тоже не проронила ни слова, думая о словах Рейдена. Вот что он имел в виду, когда сказал, что некоторые проблемы можно превратить в решение. Ха, оказывается, Громовержец не так уж и прост… Сложив все кусочки головоломки воедино, я посмотрела на друзей. Алекс усиленно о чём-то думал, морща лоб и почёсывая затылок. Сати поступила куда проще. Она повернулась ко мне и робко спросила: — Ты, правда, не знала о том, что мы придём? У тебя было такое удивлённое лицо… Я думала, лорд Рейден сообщил тебе о нашем визите. — Он специально не сказал мне об этом. Ему было нужно, чтобы Цетрион увидела моё искреннее удивление и поняла, что идея пригласить вас принадлежит не мне. Лорд Рейден предусмотрел всё. — Прямо всё-всё? — недоверчиво сузив глаза, спросил Алекс. — Намерения Цетрион чересчур устремлены к добродетели, и я бы не удивилась, узнав, что она решила методично устранить всех, кто знает о тайне Иного мира. И, зная это, лорд Рейден сделал так, чтобы вы сами продемонстрировали свою силу. Твоя смелость вместе с неуязвимостью Сати — это предупреждение, которое Цетрион должна была увидеть и почувствовать сама. — За нас заступился и Ночной Волк, — вспомнила Сати. — Почему? Он ведь тоже не хочет, чтобы наши миры объединились. — Может быть, идея объединения миров и не пришлась ему по душе, но нет ничего плохого в том, чтобы защитить людей, которые практически стали его друзьями. Пусть даже они — волчата из другого мира. — А если бы Цетрион не убедили наши силы? — Ну, если вам недостаточно этих аргументов, то знайте, что у лорда Рейдена оставался ещё один козырь в рукаве. — Какой? — в два голоса спросили Сати и Алекс. — Фуджин ни за что не согласился бы рассеять вас в Пустоте, — улыбнулась я. — Два против одного, помните? Друзья окончательно потеряли дар речи. Посмеиваясь, я подняла глаза к небу, оплетённому кружевами облаков. На мой взгляд, бледному небосводу катастрофически не хватало красок. Это навело меня на одну здравую мысль, и я повернулась к Сати, чтобы попросить её об одной услуге. — Конечно! — воскликнула она и повернулась к Алексу. — Отвезёшь нас туда? Там дел всего-то на две минуты. Где мы оставили машину? По пути в Академический район, Сати немного пришла в себя и поделилась со мной своими недавними открытиями. Она уверяла меня, что нашла три заметки, упоминающие Иной мир, в учебниках истории, и пять — в научных трудах. Девушка была убеждена, что на протяжении долгих лет историки, философы и учёные описывали другой мир, даже не догадываясь, что он и впрямь существует. Наш водитель снисходительно выслушал монолог подруги, но не вмешивался. Алекс по-прежнему думал, что медицина и магия — вещи совершенно неэквивалентные, поэтому не стремился объединять их между собой. Куда больше его интересовало другое: — То есть в том мире существует некий Турнир, который определяет судьбы всех царств? И бойцы всех миров встречаются в смертельных, боевых поединках, чтобы не допустить Вторжения? Офигенно! А сейчас он проводится? — Турнир Смертельной Битвы лишь одна из первооснов, на которой держится вся эта история. Если бы ты спросил жителей Иного мира об их истории, то любой из них начал бы свой рассказ с Турнира. Однако со временем всё завертелось и закрутилось так, что это событие отошло на второй план, уступив место тому, что происходит сейчас. — Отстой! — фыркнул Алекс, но тут же здраво поинтересовался. — А что насчет нас? Разве мы теперь не должны участвовать в так называемой Смертельной битве? — Нет, — поёжилась я. — И надеюсь, что никто и никогда не додумается начать Вторжение в наш мир. — А если твои предки узнают об этом, айтишница? Тебе не приходило в голову, что ты подвергаешь их опасности? Родители? Программист продолжал что-то говорить, чуть сбавив скорость, но я его не слушала. Моё сердце на минуту застучало сильнее от беспокойства. Конечно же, моя семья до сих пор ничего не знает… Но ведь я как раз хочу обеспечить их защиту, изучив неизведанное! Об этом я и заявила Алексу и, к своему удивлению, увидела, что он едва сдерживает смех. — Проверка на вшивость? — догадалась я, и он кивнул. — Ты серьёзно решил проверить меня? Меня, Алекс? — Ладно, извини, — примиряюще сказал собеседник и тут же перевёл тему: — А знаешь, что бы я хотел заиметь? Пресс, как у Ночного Волка. И ещё помощника-Тень, как у Би-Хана. Это же так круто. Только представьте себе, сколько вещей он бы мог для меня сделать… — Например? — нахмурилась Сати. — Он бы чесал мне спину в том месте, до которого я не могу дотянуться, — мечтательно протянул Алекс, паркуя своего верного «железного коня». — Или играл бы со мной в шахматы. Умеешь играть, айтишница? Нет? Научу как-нибудь. Сати только головой покачала, выпрыгивая из автомобиля. Алекс, не понимающий женских забав с прихорашиванием, достал из рюкзака ноутбук, откинул спинку сиденья назад и поёрзал. Я вышла из автомобиля навстречу сырости, холоду и той самой подруге Сати, которая, по её словам, творила чудеса с волосами. Свою ошибку я осознала позже, когда мы поднялись в одну из многочисленных светло-коричневых многоэтажек. Увидев человека, который открыл нам дверь, я резко остановилась. Нас встретила прекрасная девушка в платье из мягкой шерсти. Стройненькая, хитро улыбающаяся и невероятно красивая — она была живым воплощением изящества. Её тщательно уложенные волосы напоминали мягкое облачко, лежащее на покатых плечах. При моём появлении аккуратно подведённая карандашом бровь изящно вздёрнулась вверх. Сати представила нас друг другу, но мы обе промолчали, отнюдь не обрадованные встречей. Наконец, Виола склонила голову набок и с иронией осведомилась: — Сати, неужели это и есть та самая девушка, о которой ты говорила? — А вы разве знакомы? Получив сухой ответ, Сати слегка расстроилась — она не ожидала увидеть довольно натянутые отношения между своими подругами. Я по привычке попыталась сравнить себя с Виолой, но вышло плоховато. По правде говоря, в этом больше не было необходимости. Я была собой, Виола — тоже. С таким же успехом можно сравнить грандмастеров Куай Ляна и Ханзо Хасаши, зная, что индивидуальность каждого не поддаётся описанию. Но отступать назад я не стала. Виола пропустила нас внутрь квартиры, где слегка пахло благовониями. Оказавшись в помещении, я огляделась. На полноценную парикмахерскую ярко освещённая комната не тянула, но от обилия тюбиков и баночек на полках разбегались глаза. На стене над голубым туалетным столиком висело небольшое зеркало. Напротив стоял мягкий стул, на который Виола меня и усадила. — Интере-е-сно! — протянула старая знакомая, перебирая мои поседевшие волосы. Закончив осмотр, она обвела рукой многочисленные коробочки с краской и спросила: — Что ж, выбирай цвет. Хочешь замаскировать под свой естественный оттенок? Или хочется чего-то яркого, например, изумрудного? Он сейчас в моде, несмотря на свою эпатажность. Зелёный цвет, как у падших душ из Внешнего Мира? Нет уж, спасибо. Виола предложила красный, но быстро пошла на попятный, увидев, как яростно я замотала головой. Я скользнула взглядом по рядам коробочек и замерла, увидев нужный цвет. Среди многообразия всевозможных красок он казался родным и притягательным. Виола равнодушно пожала плечами, не удивившись моему выбору. Она набросила на мои плечи накидку и принялась колдовать над волосами, мурлыча какую-то песенку. Сати села на диванчик и принялась листать цветной журнал, иногда поглядывая на нас. Какое-то время мы все молчали. Лично мне разговаривать не хотелось. Но тишина всё же была нарушена. Виола пару раз провела кистью по моим волосам прежде, чем задать неожиданно признаться: — Ты была права. — О чём ты? — спросила я, совсем забыв, что дала себе обещание не открывать рта. — О моём бывшем, — хмыкнула Виола. — Ты сказала, что ему нельзя доверять. Знаешь, я тогда не придала значения твоим словам. Подумала, что такая тихая мышка, как ты, ничего не знает о любви. Но, кажется, я ошибалась в тебе. Сейчас передо мной не та милая и беззаботная девочка, которая пугливо прячется за спину подруги при малейшей опасности. Я чувствую ауру совершенно другого человека. Что-то сломалось внутри тебя. А сломанные кости всегда становятся крепче. Так в чём же дело? Ты нашла что-то, что изменило твою жизнь? Все предложения Виола произносила тоном, к которому обычно прибегают ясновидящие или гадалки. Он подействовал даже на Сати — девушка отвлеклась от пёстрых страничек и прислушалась к нашему разговору. Меня это позабавило, но я ответила серьёзно и честно: — Нашла. Нечто большее, чем хотела. — Хм. А кто ты по знаку зодиака? Я слегка вздохнула. Начинается… — Весы. — Так и думала, — манерно кивнула Виола. — Невесомый поток воздуха на одной чаше весов и разрушительный — на другой. Хорошая стихия. Больше девушка-астролог не произнесла ни слова. А когда она подвела меня к зеркалу и отошла на шаг, любуясь своей работой, то я замерла, глядя на своё отражение. Не знаю, что именно сделала Виола, но окрашенные пряди на ощупь напоминали мягкий шёлк. Интересно, что скажет Фуджин? Наверное, удивится, когда увидит цвет Джинсей и неба. Отринь чёрное, выбери между алым и белым. Самый главный секрет кроется в том, что мир не монохромен. Он не ограничен только тремя цветами. Каждый человек волен выбирать то, что ему хочется. Во что верить, чем заниматься и кого любить. Я выбрала Старших Богов, защиту миров и ветер.
