Кладбище нашей мечты.

Он бы хотел все забыть, словно это был кошмар, но увы, этот кошмар был слишком красивым, чтобы его забыть. Он видел как искренность может быть обманчива. Как огонь, разжигаемый в его груди медленно превращается в прах, а затем развевается на ветру, как доверие становится чуждым, как любовь утекает из-под ног, а мир, такой яркий и необычный, рушится в один лишь миг, оставляя за собой ужасы. Тэхен устал думать, но не мог прекратить это делать, каждая секунда тянулась мучительно долго, а он с безумным взглядом смотрел на проходящих мимо него людей, которые шли по своим делам, пока он стоял на остановке, чтобы наконец доехать до университета. На улице стало холоднее, как и на душе. И во всем этом была лишь одна страшная сила, которая уничтожала его, но заставляла жить дальше. Он продолжал любить Чонгука, несмотря на всё то, что тот сделал, это и была та самая сила, которая пугала его, и которую он ненавидел. В университете все как обычно, Чимин незаметно подошёл к парню сзади и обнял, тот слегка улыбнулся, обернулся и прижался к нему. — А где Мэй? — неожиданно спросил Тэ. — Приболела, после пар пойду к ней. А ты как? — Голову ломит от мыслей, от страха, от мучений. Всё смешалось, словно на меня вылили всю грязь, которая была рядом. Друг положил свою руку на плечо Тэ, и сказал пару ободряющих слов. Около них прошла та самая компания, ребята с жалостью посмотрели на Тэхена и вошли внутрь, только Чонгук прикованный взглядом к Тэ остановился, будто что-то хотел сказать, но в тот же момент ушёл прочь, лишь потому что видел тот разочарованный взгляд любимого, и осуждение со стороны многих людей. На парах время шло крайне долго, Тэхен уснул, преподаватель подошёл и пытался разбудить парня, но тот никак не реагировал. Чонгук наблюдал и не предпринял никаких действий, пока учитель не толкнул Тэхена. Тот вскочил и крикнул: — Что вы делаете? Тэхен услышал это, но его реакция была совершенно никакой. — Можно я выйду? — еле слышно произнёс Тэ. Мужчина посмотрел на него и кратко кивнул. Тэхен побежал в туалет, и остановился напротив зеркала. Ему показалось, что даже его отражение смеётся над ним, от этого он горько заплакал, боль в сердце притупилась и он разбил стекло. Осколки упали на пол, а он съехал вниз по стене и не мог успокоиться. Резко забежал Чимин и обнял друга так крепко, как только мог, увидев стекло, и кровь сочащуюся из руки, он взял свой пояс и перетянул руку Тэ. — Давай. Аккуратно поднимайся, — нежно говорил Чимин, придерживая его за спину. Они дошли до медпункта, где Тэхену обработали порез, и уже с забинтованной рукой, он вошёл в кабинет вместе с Чимином. В первую очередь на него глядел Чонгук, его взгляд выдавал его на этот раз настоящие чувства, он смотрел и уже не скрывался как прежде. Увидев забинтованную кисть руки, Чонгук резко вскочил с места и перевернул стол, подошёл к преподавателю и прижал к стене, и сквозь зубы проронил: — Это вы виноваты в том, что он получил травму. Вы! — указывая пальцем в лицо мужчине. Хосок оттащил его и глядя в глаза сказал: — А ты? Ты не виноват? Чонгук сразу же успокоился и вышел из кабинета. Правда, учитель что-то крикнул в последний момент, но тот уже ничего не слышал. Все были в шоке от произошедшего. Тэ отпустили домой пораньше. Дома он просидел с полутора часа напротив стены с книгами, и поднявшись, взял самую новую, и принялся читать. Сначала это было сложно, но потом он освоился и утонул в этом произведении. Последующие три дня он не приходил в университет. Без его отсутствия там стало так пусто, как будто случилось что-то запредельно ужасное, все молчали. Мир окрасился серым, для людей вокруг лишь из-за прихода холодов и плохой погоды, но для других героев была лишь одна причина. Юнги не приходил ровно такое же время, однако спустя ещё два дня, когда Хосок в очередной раз остался у него дома, все поменялось. В тот день Хосок проснулся и не увидел рядом Юнги, позже подумал, что тот просто отошел в ванную, не более. Спустя ещё полчаса, он заволновался, представляя самые ужасные вещи в своей голове, он вышел из комнаты и в нос ударил приятный запах еды. В квартире пахло свежесваренным кофе и какой-то еды, это были то-ли блинчики, то-ли яичница, он не мог понять. На кухне играла спокойная, счастливая музыка, Юнги пританцовывая жарил блинчики, и подпевал также ярко. Хосок смотрел с некоторым непониманием всего того, что видел, на очередном повороте вокруг себя, Юнги увидел его, отошел от плиты и смотрел на него с эйфорией. — Садись за стол, завтрак почти готов. — сказал, с какой-то резкостью, но она не была столь агрессивной, как могло показаться, наоборот более радостная. Хосок сел за стол и долго разглядывал Юнги, до сих пор ничего не осознавая. «Может у него закончилась депрессия? Да, нет, не может быть, чтобы тяжёлая депрессия прошла быстро, так ещё и без лечения, хотя кто знает».— думал Хосок и это напрягало его. — Как у тебя дела? — осторожно спросил Хосок. — Прекрасно, не поверишь, но я проснулся сегодня с такой необычайной энергией, мне сразу же захотелось сделать так много дел. Я сразу же собрался и отправился на пробежку, и пусть на улице было холодно, я даже его не почувствовал. Потом пришёл сюда и немного убрался, а позже стал готовить нам завтрак. Кстати, сегодня будет выставка, хочешь пойти со мной? — Да. — со странным выражением лица отвечал Хосок. — Так круто, что ты здесь, — протягивая тарелку с красиво оформленными панкейками, политыми мёдом и украшенными голубикой и клубникой, а также небольшой веточкой размарина. — Спасибо. — Ты чего такой грустный? — спросил Юнги. — У тебя что-то случилось? — Нет, все нормально. — улыбнулся Хосок. Он был счастлив, что Юнги полегчало, и все равно в голову закрадывались мысли о том, что что-то не так. Они сидели за столом, и Юнги все рассказывал о чём-то без остановки, вскоре они начали одеваться на учёбу. По дороге туда, Юнги то и дело был чем-то занят и много шутил. Хосок смеялся вместе с ним. В здании Юнги увидел Тэхена, но это не повлияло на него вообще никак, тот сидел на подоконнике и читал. — Вау, привет, как у тебя дела? — Мэй подошла к Юнги и обняла, за ней стоял Чимин и также обнял его. Они не ожидали увидеть такого Юнги, это было так странно, видеть его улыбку, слышать смех, и замечать резкие жесты и непонятное состояние приподнятого настроения, в которой он пребывал. — Ладно, я пожалуй пойду в кабинет, ещё увидимся, — быстро проговорил Юнги и ушёл. Уже там, со всеми поздоровавшись, он не умолкал. Когда преподаватель что-то спрашивал, он всегда отвечал, был впереди всех. — Может сегодня соберёмся? — спросил Джин, когда они стояли в коридоре. — Мы хотели в музей с Юнги сходить. — ответил Хосок. — Разве, что ближе к вечеру. Часов в 8 мы можем прийти, да? — глядя на Юнги говорил тот. — Да. — кратко с лёгким безумием ответил Юнги. —Ладно. Все замечали эти изменения и насторожились, ведь действительно не может быть так, что человек резко меняется. В таком случае должно было пройти хотя бы недели две, но тут так быстро. После музея они направились на встречу, там все проходило спокойно, однако чуть позже, они начали выпивать, танцевать и делать различные странные вещи. Лишь один человек в этой компании никак не реагировал на все происходящее. Это был Чонгук. Он сидел на диване в гордом одиночестве, и отвергал всех людей, которые подходили к нему для «веселья» и тому подобное. Он не отгонял только своих друзей, старался общаться с ними. Чонгук, не зная всей ситуации, подошёл к Юнги и хотел поговорить. — Привет, я знаю мы не часто общались, и мне жаль, что все так сложилось, мы можем отойти на пару минут, поговорить? — На счёт чего? — О Тэхене. — прошептал Чонгук. Юнги посмотрел на него со злобой, но все же согласился. — И что же мы будем обсуждать? — Можешь поговорить с ним, я понимаю, что это ужасно звучит, тем более просить тебя это плохая затея, но я очень прошу. — Это ужасная идея! — с ухмылкой ответил Юнги и отвёл взгляд. — Прошу. — буквально умоляя того. — Ты стал жалким. Сам, Чонгук~а, как-нибудь сам. Чонгук в бешенстве схватил того за рубашку, а Юнги лишь посмеялся и вызывающе отвечал: — Ударь, чего ждёшь? Чонгук продолжал смотреть тому в глаза, но Юнги на этот раз крикнул: — Ударь! — Ты хочешь этого? Юнги странно посмеялся, истерически, а потом сделал свою излюбленную ухмылку. Чонгук посмотрел на него, отпустил и ушёл. — Я же говорил, ты даже этого сделать не можешь, что уж говорить о Тэхене. Чонгук накинулся на него и навалился сверху, попытался ударить, но тот перевернул его и слегка нажал на кадык, тот закашлял, а после они катались по полу, врезались в тумбочку, на которой стояла ваза, она разбилась в дребезги, однако они не останавливались. Чонгук ударил противника в бок, но Юнги сильно ударил того по лицу, все сбежались на мат и звуки разбившегося стекла, на грохот и тому подобное. — Успокойтесь — крикнул Намджун, но те не обращали внимания. Их начали разнимать. После они переговаривались. Всё закончилось. После всего этого Чонгук покинул дом, хотя ребята предлагали ему остаться и помочь с ссадиной на щеке. Юнги же от помощи отказался, в ванной сам обработал рану и смотрел на себя в зеркало, в нем кипела злоба, ещё немного и он бы разбил зеркало, но вошёл Хосок и обнял его со спины. Юнги, ничего не сказав, развернулся к нему и жадно поцеловал, Хосок отпрянул на пару секунд, посмотрел на него и в тот же момент продолжил поцелуй, прижав старшего к стене. Они вышли из ванны и присоединились ко всем, танцевали и все это время смотрели друг на друга, потом короткий поцелуй и следом взгляды окружающих. Заиграла музыка из 80-х и они закружились, большую часть всех движений делал Хосок, он давно занимался танцами, а Юнги старался повторить за ним, и у него это получалось.