Обратная сторона

      Михаила окликнули по имени, и он обернулся на источник звука — огромный, похожий на медведя, человек с длинными патлами и густой бородой, в которой пробивалась седина, задорно махал парню рукой, настойчиво подзывая подойти ближе и встать рядом с кучкой, очевидно, первокурсников. — А, ты, наверное Ми-к-хаил из Колдовстворца, да? Главное, эт самое, не обессудь, коль чо не так произнёс. Я по-вашенски не учёный, — великан добродушно улыбнулся, хлопнув своими, похожими на две лопаты, ладошами. — Меня Хагридом звать, я у тебя таво, звероведение вести буду, ну и ещё лесничий я и привратник, во! Малышню в их первый раз в замок провожаю. Ну, и тебя тож — так профессор Макгонагалл решила. Так что давай за мной, и вы тоже, ребятня, и по лодкам! Руки ноги не свешивать — спрут таво их может, и русалок не дразните! Ну, вродь всё.       Миша хмыкнул — а все не так плохо, как он думал. По крайней мере с Хагридом то он точно найдёт общий язык. Для него всегда казались родственными душами такие простаки, а значит и курс волшебной зоологии не превратится в скучную тягомотину, а наоборот, станет приятным времяпровождением с халявой.       Он сел в одну лодку с привратником, по настоянию последнего, и всю дорогу тот рассказывал парню, а заодно и первокурсникам, о замке и его истории. — Ну, значится, слушайте сюды. Вы, как приплывем, пойдёте на распределение по факультетам, и ты… — Хагрид немного замялся, явно не зная, как обратиться к мальчику с таким неудобопроизносимым именем. — Миша на английском Майкл. Так удобнее будет, наверное, — парень натянуто улыбнулся, все ещё чувствуя на себе десятки пристальных взглядов. — Во! Майк и впрямь удобней стало, — великан хохотнул и почесал бороду. — Ты тож распределение проходить бушь, так Минерва решила, вот. — Распределение? — Ну, не знаю, как у вас там, а у нас в Хогвартсе четыре факультета вот, значится. И каждый новенький общается с Распределяющей Шляпой. Она в душу смотрит, и видит, где тебе получше будет, — он многозначительно покачал огромным указательным пальцем, направленным в небо. — Ну, там сам с ней уж пообщаешься, да поймёшь, чо к чему. Ну, а мы приплыли.       За этим разговором Михаил и не заметил, как они и в правду уже пересекли легендарное озеро с, по слухам, обитающим в нём кракеном, и причалили к суше, где их уже ждала высокая пожилая женщина в зелёной мантии и прямоугольных роговых очках.       Если простодушный Хагрид внушал доверие, то тут Миша невольно поежился. Профессор очень напоминала ему женскую версию Распутина: поджатые тонкие губы, закрытая поза, и пристальный строгий взгляд слегка прищуренных глаз, неспешно осматривающий новоприбывших.       Она кивнула великану, а затем сдержанным жестом руки пригласила всех за собой внутрь замка: — Меня зовут Минерва Макгонагалл, и я — ваш директор, преподаватель трансфигурации, а также, для некоторых из вас, — она сделала паузу, немного замедлив шаг. — Ваш декан. Я отвечаю за Гриффиндор. А теперь прошу.       Мановением волшебной палочки профессор распахнула огромные двери большого зала, и дети, вместе с Михаилом, поспешили внутрь.       Помещение чем-то напоминало ему огромные своды залов родной школы: парящие под потолком свечи, величественно висящие вдоль стен знамена четырёх домов Хогвартса, и, наконец, сам потолок. Парень сначала не понял, магия это, или они и правда собрались под покровом бархатного, чёрного, усеянного мириадами звезд, бескрайнего небесного купола. Тело словно налилось свинцом, а дыхание спёрло от созерцания такой величественной красоты, и, казалось, он мог бы стоять здесь вечно, просто глядя вверх.       Из оцепенения парня вывел властный голос директрисы, громко, пусть и с небольшой ошибкой, назвавший его фамилию. Замерев на долю мгновения, Михаил, наконец, понял, что от него хотят, и спешно сел на небольшой табурет. Сморгнув капли нервного пота, мальчик почувствовал, как на его голову опускается какой-то убор из грубой и жёсткой материи.       Неожиданно, в ухе зашелестел шепот старого, неведомого ему, существа: — Не часто мне доводилось определять судьбу такого взрослого волшебника, ммм? — от невидимого собеседника веяло усталостью старика, прожившего не одну сотню лет. Но, вместе с тем, была в его голосе и успокаивающая, обволакивающая теплом родительская доброта. — Боишься их? Все эти молчаливые взгляды незнакомых тебе лиц, их перешептывания. Словно… -…Они только и ждут момента, когда я оступлюсь, чтобы… -…Выставить тебя на посмешище. У тебя доброе сердце, достойное Гриффиндора, и пытливый ум, который был бы гордостью Когтеврана, — шепот замолк, обдумывая свои следующие слова. — Но ты лжец и хитрец, Майкл, и весьма умелый. Пусть и лгущий во благо, и пользующийся хитростью, в основном, без злых намерений.       Хорошо приспосабливающийся, как хамелеон, к любой ситуации, и с весьма спорной моралью.       Шляпа тяжело вздохнула ему на ухо, словно сочувствующе положила руку на плечо: — Одинокий в кругу друзей, скрывающий весьма опасные секреты. Не доверяешь даже семье, ммм? — Хватит копаться в моих мозгах. Ты не мой личный психиатр. — Знаешь, в Пуффендуе тебе бы могли помочь, и эти отметины бы перестали украшать твои руки, а вино и табак ушли бы в прошлое. Ах, как бы, в кругу верных друзей, заблестела эта черная ч… — Довольно! — мысль эхом прокатилась по черепной коробке, заставляя голос умолкнуть. — Такая самоуверенность может однажды завести тебя не на ту дорогу, — Шляпа набрала воздуха и громогласно объявила. — СЛИЗЕРИН!       На ватных ногах Михаил кое-как дошёл до стола своего новообретенного факультета и плюхнулся на скамью, рефлекторно натягивая рукава посильнее, до самых костяшек пальцев. Голова все ещё побаливала после сеанса терапии со шляпой, и к горлу подступил ком.       Его соседом оказался невысокий темнокожий парень с короткой стрижкой, который, не дав Михаилу прийти в себя, ткнул его локтем в бок: — Это было странно, мужик. Сколько тебе лет? Выглядишь на все восемнадцать. А ещё ты похож на вампира. Слу-ушай, так ты вампир? Я слышал, что их дети растут быстрее, а потом не стареют. Трудно тебе с первашами тусить будет, наверное. А чего ты такой молчаливый? А-а, ты как Влад Цепеш! Мрачный тёмный лорд, ужас ночи во плоти, — парень ухмыльнулся. — А ты откуда? У тебя имя похоже на румынское, или болгарское. Я дофига спрашиваю? Чел, надеюсь, ты мне не откусишь ночью голову, да? — Слышь, Эминем, кончай. Заколебал уже, — от этой тараторки с диким британским акцентом голова стала болеть ещё сильнее. — Нихрена я не вампир, и ни из какой я не из Румынии. А разве мадам Макгонагалл не говорила про меня ничего такого? — Слушай, вот с Эминемом обидно было. Я так-то полукровка, и знаю, кто это такой. Так что не делай так больше, — он осуждающе посмотрел на собеседника, но лукавая ухмылка выдавала, что он ни капли не обижается. — А насчёт объявлений. А ты какая-то важная птица, или…       Договорить он не успел — профессор Макгонагалл поднялась над преподавательским столом, призывая к тишине звонкими стуком ложечки о свой хрустальный бокал: — Итак, когда процедура отбора завершена, а первокурсники уже успели немного познакомиться со старшими курсами, я хотела бы сообщить вам важную новость.       Как вы могли заметить, сегодня отбор на факультеты был весьма необычным из-за одной детали, — Миша почувствовал, как постепенно весь зал переводит на него свои взгляды, и ему очень захотелось трансгрессировать отсюда куда подальше. — У шестого курса Слизерина пополнение. Из Колдовстворца, по новый программе обмена между многими волшебными школами, приехал… Кхм. Михаил Гадюкин.       Надо отдать должное — директор действительно постаралась, и даже смогла правильно выговорить его имя. — Он будет учиться с вами весь год, наравне с остальными. Надеюсь, это укрепит отношения между нашими школами, а вам, в свою очередь, даст много нового опыта. Не думаю, что новоприбывший, — ловко она избежала повторного выговаривания его фамилии. — Будет против поделиться с вами тем, чему он научился дома. На этом всё, и да начнётся пир!       Только сейчас парень заметил, что все это время он сидел за столом с абсолютно пустой посудой. И вдруг, словно по мановению руки, на тарелках начали появляться различные лакомства, от обилия которых разбегались глаза.       Сосед вновь толкнул его локтем, привлекая внимание. — Так ты не вампир! Ну, это многое объясняет. Я, кстати, Нил. Но, вообще, все зовут меня Лисом, — Миша открыл было рот, но тут же был перебит. — Это от того, что я тип, ну знаешь, могу достать что угодно. Почти что угодно.       Кстати имя у тебя ничешное. Звучит как непростительное заклинание. Без обид — с Эминемом это 1:1. — Просто Майкл. И я не обижаюсь, правда, — парень пожал плечами. — А откуда… — А, да за шесть то лет так, или иначе, выучишь все тайные ходы в замке. Поэтому вот такая вот тема. И нет, «за так», и «по-братски» я тебе их не покажу. Ну, разве что самые основные, о которых должен знать каждый… — Нил вдруг замолчал, поджал губы, и посмотрел куда-то в сторону.       Проследив его взгляд, Михаил напоролся на пару глубоких ярко-голубых глаз, смотрящих на него с неприкрытым интересом и враждебностью. — Чел, не смотри туда. Уткнись в тарелку и не отсвечивай. А ещё лучше сделай вид, что изначально смотрел на что-то другое, — Лис ощутимо вдавил каблук своего ботинка в кроссовок Майкла, а девушка, с темными и заплетенными на манер викингских, во множество косичек, волосами, надменно усмехнулась и повернулась к своим подругам, сидящим рядом. — Ну-у все-е… Обещаю притащить тебе лучший венок на похороны. Тут два варианта — ты либо ей понравился, либо не понравился. И в обоих случаях гаси свечи. — Да че я сделал то? Она сама… — Не не не, даже не вздумай. Это Мэйв О’Мордред — чудовище Салазара Слизерина. Чистокровка и лучшая на курсе защиты от тёмных искусств. А ещё любит болтать, что её предок — тот самый Мордред из свиты Артура. И знаешь, я читал эти легенды, и он был полный мудак, так что в этом я ей верю.       Если перейдешь ей дорогу — ищи лопату. Мэйв превратит твою жизнь в ад. — А в голову ей дать? Религия не позволяет девку какую-то наказать? — от пристального взгляда Мэйв, которая опять их разглядывала, уверенность Майкла в его последних словах как-то поугасла. — Ага, десять раз. Она — лучший дуэлянт, с предками, сидящими в Азкабане за войну на стороне Тёмного Лорда. Если ей приспичило окунуть тебя в сортир под смех Миртл — она это сделает.       Остаток ужина они провели молча, перебросившись с Нилом лишь парой коротких фраз, пока староста вел их в гостиную факультета, расположенную в глубинах подземелья школы.       Идея с личными гостиными, защищенными паролем, была нова для Михаила, и весьма ему понравилась. Как и роскошная спальня в серебристо-зеленых оттенках с огромными кроватями — дома условия были немного более приземленными. Ведь, как говорил Дмитрий Григорьевич, волшебника делает не красота его дома, отделанного золотом, а его умения и воля.       Впрочем, спокойствие не продлилось долго. Разобрав свои вещи, Майк решил найти Нила, чтобы поговорить о школе, но, выйдя из спален, тут же наткнулся на Мэйв в окружении двух, незнакомых ему, девушек.       Даже несмотря на жуткие истории друга, выглядела она весьма неплохо, и вовсе не походила на злобную кривую ведьму. Высокая, лишь немногим ниже Майкла, а это при его то 188 сантиметрах роста, с острыми чертами лица, спортивной фигурой и гривой чёрных волос, заплетенных во множество косичек, как у дев щита на старых скандинавских фресках. Но сильнее всего привлекали внимание глаза — голубые, словно лёд, и такие же холодные, всегда немного прищуренные в неприязненном жесте в сторону собеседника. — Так ты, значит, новичок из России? — ирландский говор с надменным тоном резанул по ушам словно бритва. — Интересная у твоего рода фамилия. — А-а-э-э… Рода? — парень потерялся от такого утверждения в лоб и поскреб затылок, стараясь выглядеть непринужденно. — Я не из этих, ну, чистых магов голубых кровей, и все такое прочее.       Он неловко улыбнулся, а затем увидел стоящего за спинами девушек Нила с выпученными от ужаса глазами и мечущимся туда-сюда взглядом. — Не из «этих»? Хочешь сказать, что на Слизерин проскочила вонючая грязнокровка? — глаза сощурились, подобно змеиным, а лицо Мэйв исказила гримаса отвращения. — - Съеби с дороги, и даже не смей смотреть на меня, отброс.       Она плюнула ему под ноги и спешно удалилась под аккомпанемент мерзкого хохота своих подруг. — Прости, чел, но венок тебе уже не нужен. Но, знаешь, мы в том году проходили на трансфигурации создание урн и ваз, так что могу оформить одну. Ты вообще имбецил, или да?! — Лис схватил Майкла за плечи и тряхнул со всей силы. — Я тебе весь сраный ужин объясняю, что эта сука даже полукровкам проходу то не даёт, а ты просто берёшь и заходишь в долбанное гетто с табличкой " Я ненавижу чёрных» как Брюс Уиллис в Крепком Орешке! — Да что я, блять, не так сказал? Просто немного затупил от неожиданности, вот и все! — он с силой сдернул с себя руки Нила. — Я тут и дня не проучился, а мне уже угрожает какая-то девка, решившая, что она тут пиздец какой эталон качества. Да пусть нахер идёт, мразина! — Это будет оч-чень долгий учебный год… Или очень короткий. В зависимости от того, как вы продержитесь, и кто кого по итогу убьет. Если что — ставлю на тебя десять сиклей. — А че мало так?! — А вдруг ты инвалид сквиб, просто смелый очень? Всегда надо подстраховаться.       На этой невеселой ноте они вернулись обратно в спальню, где Миша ещё несколько часов безмолвной смотрел в потолок, одолеваемый тяжелыми мыслями о предстоящей учёбе. В голове вновь прозвучали слова Нила: «Это будет очень долгий учебный год…»