Случайный взгляд

      Сяо Чжань в очередной раз услышал механический голос оператора и с тяжёлым вздохом отложил телефон. Он уже второй день не мог дозвониться до Ван Ибо, и это начинало всерьёз тревожить. Вчера он писал парню весь день, но тот даже не читал сообщения, а сегодня, когда Чжань решил-таки набрать номер, автоответчик оповестил об отсутствии связи. Сначала мужчина предположил, что Ибо высыпается после смены, но вот уже время близилось к полуночи, а связи с ним так и не было. Что могло произойти? Пару раз Сяо Чжань намеревался просто вызвать такси и проверить лично, но потом заставлял себя остановиться и успокоиться. Может, он так сильно обидел Ван Ибо отказом о встрече? Ещё тогда парень показался ему каким-то уязвимым и ранимым. А потом Чжань просто на сутки исчез, так как график был настолько плотный, что не было возможности даже поесть нормально. Но ведь это не повод просто исчезать!       Спустя пару дней ситуация не изменилась — Ван Ибо просто пропал. До отъезда на съёмки оставалось чуть больше недели, и не хотелось заканчивать их знакомство вот так. В принципе, его вообще не хотелось заканчивать, но парень чётко дал понять, что их пути разойдутся. Возможно, надо уважать чужое мнение, но Сяо Чжань не готов был мириться с таким раскладом. В этот раз, даже не ставя менеджера Чао в известность, мужчина просто надел всевозможную экипировку и вызвал себе такси.       Уже практически родной бар-ресторан встретил Сяо Чжаня шумными битами, яркой светомузыкой и заполненным посетителями залом. Отыскав глазами барную стойку, мужчина почувствовал разочарование — Ван Ибо на рабочем месте обнаружено не было. Может быть, он готовится к выступлению?       — Добрый вечер, — бармен приветливо улыбнулся, когда Сяо Чжань подошёл к стойке, устраиваясь подальше от остальных людей. — Что предпочитаете?       — Добрый, — мужчина поспешно кивнул, поправляя на лице маску. — Я ищу Ван Ибо.       — Ясно, — бармен только кивнул и как-то тут же сник, — подождите, пожалуйста, я освобожусь и смогу уделить Вам время.       Сяо Чжань сразу понял, что творится что-то неладное. Да что могло случиться с этим пацаном опять? Резкий бит и одобрительные возгласы заставили поднять голову и посмотреть на сцену. Какой-то парень выкручивал на сцене невероятные финты, и айдол даже напряг своё не очень хорошее зрение, чтобы рассмотреть не Ибо ли это. Нет, не он. Ван Ибо более худой и немного выше. Казалось, Сяо Чжань даже вслепую каким-то шестым чувством узнает его из тысячи фигур. Стоило музыке закончиться, как этот самый танцор возник прямо перед барменом, вытирая рукавом футболки пот со лба и висков.       — Яо-гэ, налей что-нибудь прохладительного, иначе я сейчас умру, — застонал он, буквально падая на барную стойку. Тот, кого назвали Яо, украдкой кинул взгляд на Сяо Чжаня, а потом, отпустив посетителя, поставил два стакана с лимонадом на столешницу. Один из них плавно скользнул в сторону айдола.       — Спасибо, — только и кивнул он, но пить не собирался. Нервозность нарастала, а терпению приходил конец. Чжань уже было снова открыл рот, чтобы задать волнующий вопрос, но его перебили.       — Он ищет Ван Ибо, — сказал Дан Яо танцору, кивая головой в сторону Сяо Чжаня и выразительно поднимая брови. Айдол почувствовал укол раздражения. Вообще-то, он ещё тут.       — А…о! — танцор повернулся к Чжаню, окидывая его взглядом. — Меня зовут Ян Кай, а ты…? — пока мужчина вспоминал, не его ли так сильно расхваливал Ван Ибо, рассказывая о каком-то б-бое, сам танцор без стеснения рассматривал Сяо Чжаня, чуть ли не прожигая его взглядом. — Ты кажешься таким знакомым… И почему ты в маске, тут и так душно. Хотя… стоп… Я помню этот взгляд… — пока айдол молился, чтобы его не узнали, Ян Кай замер, вытянувшись в струну. Когда его рот приоткрылся в немом возгласе, а глаза округлились, мужчина не выдержал, хватая того за руку, и силой вывел из ресторана. Отойдя на приличное расстояние от главного входа, Сяо Чжань сдёрнул маску на подбородок и, наконец-то, смог глубоко вдохнул.       — Слушай, Ян Кай, — начал Сяо Чжань, не зная, как просить постороннего человека сделать вид, что он всего лишь обычный мужчина, ищущий бывшего работника бара.       — Эй-эй, я понимаю, — перебил б-бой, поднимая руки вверх, как бы сдаваясь, — я не такой уж твой фанат, чтобы творить какой-то треш, так что не переживай. Я просто не ожидал тебя увидеть в нашем баре.       — Я ищу Ван Ибо. Я знаю, что он работает здесь, — в лоб спросил Сяо Чжань, не видя больше причин тянуть резину.       — Ибо? Он уже здесь не работает. Но… разве вы знакомы? Серьёзно? — Ян Кая больше поразило не то, что китайская звезда пришла искать бывшего коллегу, а то, что они в принципе могли быть знакомы, ведь парень очень натурально недоумевал, кто такой Сяо Чжань, когда они собирались на фанмит.       — Не работает? Почему? Как давно? Где он? — спина Чжаня вмиг покрылась холодным потом. Предчувствие не подвело.       — Ну да. Он уехал несколько дней назад. Как раз в день твоего фанмита. Мы были на нём, а потом ему позвонили из дома и…       — Ван Ибо был на моём фанмите? — хрипло спросил Сяо Чжань, мечтая, чтобы Ян Кай оговорился.       — Ага. Он увидел, что я собираюсь туда, чтобы взять автограф для своей сестрёнки и захотел тоже пойти развеяться. Вот только, честно говоря, я и представить не мог, что вы знакомы. Он выглядел так, будто понятия не имеет, кто такой Сяо Чжань.       — А… — в горле перехватило, а очередной вдох застрял где-то в трахее, будто на айдола упала бетонная плита. Горечь осознания давила на череп, — а он ничего не просил передать?       — Просил! — Ян Кай громко ударил в ладони, будто вспомнил что-то важное. — Подожди здесь, я сейчас.       Сяо Чжань остался один. Он стоял без движения, чувствуя, как всё тело просто ноет от невыносимой фантомной боли. Если Ван Ибо был в тот день на его выступлении… Произошло то, чего он так сильно боялся. Парень всё узнал, но не от него. И винить в этом было некого. Только себя. Захотелось одновременно упасть в обморок и сорваться на бег, догоняя Ван Ибо, куда бы он ни направился. Остановить, упасть на колени, извиниться и объясниться. Сделать всё, чтобы это неподъёмное чувство вины хоть немного отступило и позволило дышать. Ян Кай вернулся непозволительно быстро, протягивая в руках то, что нанесло ещё десяток невидимых колющих ран.       — Он сказал, что его будет искать друг, и просил передать ему это, — Сяо Чжань сначала принял два предмета, одним из которых оказался его старенький телефон, а вторым — подписанный айдолом календарь, но сознание требовало пояснений, хотя и так всё было понятно, — может ты и не помнишь, но я лично просил подписать тебя этот календарь для Ибо. Ты ещё удивился, зачем ставить подпись, если она уже есть, — пояснил танцор. Чжань нашёл в себе силы только кивнуть. Да, он помнил. Он не запомнил лицо Ян Кая, но прекрасно помнил короткий разговор. Значит, этот автограф предназначался Ван Ибо…       — Где он?       — Ибо? Точно не знаю, он не особо разговорчив, — пожал плечами б-бой, — но в тот день, когда мы были на твоей встрече с фанатами, он сказал, что получил звонок из дома и срочно должен уехать. Он сразу уволился и собрал вещи, даже особо ничего не объяснив. Скорей всего произошло что-то серьёзное, и он уже в Лояне.       — С…спасибо, — заикаясь выдавил из себя Сяо Чжань, пряча карточку и телефон в задний карман джинсов. Продолжать диалог стало невозможным. Он автоматически натянул на лицо маску, поклонился и двинулся в сторону оставленного такси. Надо было остаться наедине и всё обдумать.

***

      Сяо Чжань не придумал ничего лучше, чем совершить одну ошибку, чтобы исправить другую. Сообщение менеджеру Чао он отправлял, уже пройдя регистрацию на ближайший рейс до Лояна. Просто попросил прикрыть и обещал вернуться завтра к утру, благо авиасообщение между крупными городами Китая было налажено отлично. Не дожидаясь посадки в самолёт, он сразу отключил телефон, дабы не дать никому возможности его переубедить. Ван Ибо не позвонит, а Чао он всё объяснит по возвращению, возможно, даже придётся заплатить неустойку за сорванный фотосет. Впервые в жизни Сяо Чжань действует настолько безрассудно и это, к удивлению, приятно повышает его адреналин. Всё наладится. Он извинится перед парнем, всё объяснит, и они обязательно придут к общему знаменателю. Реакция на последние новости показала, что без Ибо уже сложно представить какое-то светлое будущее. Вот правильно говорят, что достаточно просто встретить свою родную душу, чтобы понять, насколько это «твой» человек.       Полёт оказался лёгким и без каких-либо задержек, будто сама судьба расчищала для Сяо Чжаня путь. Некоторые сложности возникли уже в Лояне — Ван Ибо рассказывал, что дом его родителей находится возле восточного парка, но точного адреса не знал. Пришлось хорошенько походить, чтобы обнаружить примерно с десяток частных домов с северной стороны того самого парка. Что ж, всего десять дверей, это не так уж и много. Сяо Чжань внимательно рассматривал разноцветные крыши, прикидывая в голове, какая может принадлежать семье Ван. Он уже представлял, что будет, если натолкнётся на какую-нибудь фанатку, которая узнает его даже сквозь всю амуницию. Вот будет что рассказать друзьям… Сидела в комнате, укрывшись пледиком, попивала какао и читала романтические новеллы, как в дверь постучали. Открыла двери и увидела на пороге самого Сяо Чжаня. Дальше только сладкий обморок. Фыркнув на подобную глупость, возникшую в воспалённом мозгу, айдол поправил на себе кепку и тяжело вздохнул, подходя к ближайшему от него дому.       Первые две попытки оказались ошибочными, но не фатальными. В первом доме ему открыла дверь глуховатая бабушка, которая даже не расслышала вопроса и просто хлопнула дверью, а во-втором — серьёзный мужчина в строгом костюме. На вопрос, здесь ли проживает Ван Ибо, тот только покачал головой и указал рукой на дом четы Ван. О, как же Сяо Чжань был ему благодарен! Уже на крыльце небольшого дома с красной черепицей мужчина почувствовал, как участилось сердцебиение. Ладно, он справится, не время терять драгоценные минуты! Он уже занёс руку для стука, как та сама резко отворилась, сначала предоставляя обзор на чёрный рукав.       — Мам, я вернусь примерно через пару часов. Ушёл! — дверь отворилась сильнее, являя взору Ван Ибо. Тот, не видя незваного гостя, сделал шаг за порог, чуть ли не натыкаясь на замершую фигуру. Тихо ойкнув, парень поднял взгляд и замер.       — Сяо Чжань?       — Привет, — Сяо Чжань сглотнул, про себя отмечая, как обратился к нему Ибо. Без привычной милой приставки сердце тоскливо заныло.       — Какого чёрта ты здесь делаешь? С ума сошёл? — парень нахмурился, захлопнул за собой дверь и быстро спустился по ступенькам, просто обойдя мужчину сбоку.       — Ибо, подожди! Надо поговорить.       — Да неужели? — Ван Ибо стремительно шёл куда-то, остановившись только возле кромки парка. На нём был чёрный спортивный костюм, на шее выделялся белый провод от наушников. Наверняка направлялся в парк, чтобы заняться бегом и попрактиковать какие-нибудь движения. Удивление и раздражение на его лице сменились на уже знакомую пугающую холодную маску. Ибо смотрел на Чжаня отстранённо и даже как-то… с пренебрежением.       — Да, — справившись с собой выдавил айдол, — мне жаль, что тебе пришлось узнать обо мне вот… так. Я много раз хотел признаться, но не мог подобрать случай, ведь ты так остро реагировал на эту тему…       — Сяо Чжань, ты взрослый мужчина, а говоришь, как провинившийся школьник, — Ван Ибо неприятно хмыкнул, складывая руки на груди, — я сто раз сам задавал тебе вопросы, не надо было ждать случая. Надо было просто ответить правду, а не врать в лицо.       — Я знаю, диди, знаю! Мне, правда, очень жаль. Иначе, я бы не прилетел в Лоян первым же рейсом после того, как узнал.       — О, героический поступок Сяо Чжаня засчитан кармически. А теперь, просто отвали, окей? — Ван Ибо снова собрался уйти, но теперь уже мужчина сориентировался и успел схватить того за локоть.       — Ибо, просто выслушай меня…       — Неинтересно.       — Да не может этого быть, и я не верю тебе! — пришлось применить силу, чтобы остановить парня, довольно грубо дёргая его на себя и заставляя повернуться. Честно говоря, Сяо Чжань понятия не имел, какие слова подобрать, чтобы донести Ибо всё, что чувствовал от всей этой ситуации, но было просто жизненно необходимо обратить на себя внимание. Парень несколько секунд смотрел на грубый захват на своей руке, после чего поднял взгляд, без проблем освобождаясь и делая шаг назад.       — Ложь — это твоя фишка. Всё, что ты сейчас скажешь, не будет нести никакой ценности. Я больше не верю тебе.       — Просто дай мне слово, — устало вздохнул Сяо Чжань. От слов Ибо все силы и настрой вмиг испарились, будто из него через трубочку высосали всю энергию. — Я знаю, что поступил, как козёл. Но ты сразу дал понять, что моя известность будет нам… мешать. Я просто хотел продлить момент, диди, я не…       — Ты прав, — перебил парень, — я не понимаю, зачем ты тут передо мной распинаешься, если исход был решён заранее.       — Бо-ди, прости меня! Хватит мучить, просто возьми и прости! Мне, правда, жаль, — Чжань закусил губу, чувствуя, как холодное отчаяние рвётся наружу. Да как же пробить эту ледяную стену, что Ибо уже успел возвести?!       — Прощаю, — парень серьёзно кивнул, — вот серьёзно, я прощаю тебя, Сяо Чжань. Только это ничего не меняет. Если опустить этот момент, я сразу сказал, что наши пути рано или поздно разойдутся. Случилось «рано», но с этим уже ничего не поделаешь, — Ван Ибо отвёл взгляд, будто ему требовалось перевести дух. Не прошло и десяти секунд, как он снова собрался. — Кстати, — рука скользнула в карман, выуживая из него несколько купюр, — возвращаю часть долга. Надеюсь, вторую ты мне простишь, потому что с собой у меня больше нет, а встречаться ещё раз не хотелось бы, — парень на секунду нахмурился, будто его мучила головная боль, а потом снова посмотрел на Чжаня так, что у того по спине прибежали неприятные мурашки. — И… я искренне желаю тебе успехов в карьере. Я обещал тебе, что буду следить за твоими работами. Удачи.       Сяо Чжань почувствовал себя героем драмы. Той, где зрителей заставляют глотать стекло и заливаться слезами, где крошечная надежда на хэппи-энд — единственная вещь, которая заставляет досмотреть до конца. Именно в таких драмах обязательно есть момент, когда любовь всей жизни одного из главных героев разворачивается, вот прямо так, как это сделал Ван Ибо, и уходит. А страдальцу только и остаётся смотреть в удаляющуюся спину, то и дело просматривая в голове последний кадр, успевший отпечататься в голове, когда ещё удавалось ловить чужой взгляд. И Сяо Чжань прокручивал. Он не мог забыть выражение лица парня, только сейчас удивлённо понимая, что что-то было не так. Ибо был отстранён, равнодушен и холоден, как айсберг. Но его глаза… всё это время его взгляд просто кричал… умолял о чём-то. Мужчина сглотнул тяжёлый ком в горле и запрокинул голову, через резь в глазах смотря на яркое солнечное небо. Нет, ему не могло показаться. Ибо действительно что-то хотел донести ему взглядом. Что-то, что противоречило его словам, его разуму и его жёстким решениям. Пришлось закрыть глаза, чтобы ещё раз убедиться. Да. Ошибки быть не могло.

***

      Ван Ибо не смог собраться с мыслями и остановился, тяжело дыша и упираясь в колени ладонями. Он пробежал всего пару километров, а чувствовал себя так, будто преодолел Эверест. Организм сопротивлялся наравне с мыслями, но парень запрещал себе зарываться в болезненный разговор, состоявшийся ранее. Следующие несколько метров дались ещё тяжелее. Раздражённо выдернув наушники и вытерев рукавом пот с висков, он быстрым шагом направился в сторону дома.       — Блять! — от души высказался парень, оказавшись в своей комнате. Эмоции требовали выхода, поэтому наушники полетели в стену, а книга, с помощью руки Ибо, с грохотом рухнула на пол, несколько раз перевернулась и ударилась об стену. — Чёртов Сяо Чжань!       Злость Ван Ибо имела интересную особенность — она ярко вспыхивала где-то внутри, распространяя отравляющие волны по всему телу, и так же быстро гасла, уступая место чувству вины и смирению. Спустя десять минут парень уже устроился на кровати, одно рукой листая ленту новостей в вэйбо, где уже успел подписаться на Сяо Чжаня, а второй — задумчиво поглаживал исписанную обычной ручкой обложку паспорта.