Случайный взгляд

      Утро оказалось далеко не таким, каким обычно рисуют в красивых историях о любви. Разве не должны герои проснуться в объятиях друг друга, нежно поцеловаться и повторить первый акт любви для закрепления? Ну, или, на крайний случай, один просыпается раньше и решается разбудить второго очень интересным и жарким способом…       Сяо Чжань, к своему несчастью, проснулся первым. Не почувствовав тепла под боком, он пошарил рядом с собой рукой, но так и не обнаружил то, что должен был. Тогда пришлось открыть глаза, отыскивая совсем неромантичного Ван Ибо. Тот обнаружился на самом краю кровати, лежа на животе. Его голова, рука и нога были свешены, вторая рука обхватывала подушку. Одно нелепое движение, и парень окажется на полу. Сяо Чжань хохотнул, придвинулся поближе, обхватил Ибо поперёк спины и потянул на себя, надеясь спасти его от неминуемой участи оказаться на полу.       — А-ауч! — оказавшись на спине, Ван Ибо тут же проснулся, тихо шипя от боли. Он тяжело перевалился на бок, лицом к Чжаню, и хрипло откашлялся.       — Доброе утро, малыш, — улыбнулся мужчина. Он понимал, что парень будет чувствовать дискомфорт, но мог только сочувственно улыбаться.       — Иди к чёрту, Сяо Чжань! — парень попытался встать, но выдержки хватило только на то, чтобы приподняться на локте, после чего он с очередным стоном рухнул обратно.       — Сильно болит, да? Хочешь, я отнесу тебя в ванную на руках? — Сяо Чжань понимал, что Ибо переигрывает. У всех бывает первый раз. Конечно, последствия болезненные, но не настолько, насколько это пытается показать парень. К тому же, он же мужчина, мог бы с чувством достоинства вообще не показывать своей слабости. — А вообще, я был нежен с тобой, диди, не притворяйся, будто тебе так больно.       — Ненавижу тебя!       — Вчера ты стонал совсем другое…       — Иди в жопу! — Ван Ибо мило покраснел, а Сяо Чжань разразился громким неприличным хохотом, открыто заявляя, что с удовольствием пойдёт туда, куда его послали.       После перепалки Сяо Чжань всё-таки отнёс брыкающегося парня в горячую ванну, дав ему время понежиться и расслабиться. После чего отрыл в своей аптечке обезболивающее и накормил Ибо завтраком. Тот смягчился только после того, как боль отступила, заверив, что больше никогда не подпустит член гэгэ к своей заднице. Расставались они жаркими поцелуями и обещаниями скорой встречи.       Скорой, естественно, не получилось. В те дни, когда Сяо Чжань мог выкроить хотя бы несколько часов, у Ван Ибо были смены. Меняться тот категорически отказывался, всё ещё обижаясь на то, что старший просто не мог прийти в бар, чтобы посидеть за барной стойкой или посмотреть его выступление. Всё, что удалось за две недели — это одна короткая встреча ночью, когда Сяо Чжань просто внаглую уведомил работающего парня о своём приезде, попросив выйти на улицу. А потом затолкал в машину, предварительно попросив водителя погулять полчаса по округе, и целовал так, будто воздуха для жизнедеятельности совершенно не требовалось. Тогда Ван Ибо, раздражённый очередной выходкой друга, попытался высказать всю накопившуюся обиду, но в итоге вернулся к работе растрёпанный, с глупой улыбкой на лице и удовлетворённый наглым ртом Сяо Чжаня.

***

      Сяо Чжань дремал с открытыми глазами, пока их минивэн тащился по пробкам мегаполиса со скоростью черепахи. Когда в тонированное окно врывался слишком яркий рекламный экран, он вздрагивал, подтягивался на сиденье и мысленно умолял себя не отключаться. На сегодня работа ещё не закончена, а спать хочется так, что мужчина реально переживал за свою дееспособность. Менеджер Чао сидел возле водителя и тихо с кем-то переговаривался по телефону. Потерев ладонями лицо, и даже пару раз ощутимо ударив себя по щекам, Сяо Чжань вытащил из кармана телефон, намереваясь проверить ленту. Неожиданно гаджет завибрировал и завис, после чего на экране появилось имя «Ван Ибо». Мужчина сам подвис, потому что Ибо лишь единожды звонил первым, переживая, что может отвлечь от важных дел. Да, собственно, они вообще крайне редко созванивались, предпочитая переписку, а уж если была необходимость, то всегда предварительно уточняли, когда это будет удобно обоим. Неужели что-то случилось? Сяо Чжань кинул взгляд на менеджера, который всё ещё с кем-то разговаривал, и принял вызов.       — Алло?       — Привет, Чжань-гэ, — отозвался Ван Ибо. Его голос звучал как-то тихо и неуверенно. — Не отвлекаю?       — Что-то случилось, Ибо? — внутренняя тревога только усилилась.       — Ничего… Мы можем встретиться?       — Что случилось? — чуть громче спросил Сяо Чжань, кидая опасливый взгляд на менеджера. Пришлось сильнее сжать в пальцах смартфон, чтобы хоть как-то унять дрожь. Да что, чёрт подери, могло случиться?!       — Ничего, правда, ничего, — затараторил парень на том конце связи, — я просто… соскучился. У меня сегодня выходной, вот я и подумал… Ты всегда приезжаешь ко мне, когда у тебя есть свободная минутка, вот я и решил, что могу поступить так же. Даже если ты сможешь выкроить всего несколько минут, оно того стоит. Подъеду, куда скажешь.       К концу короткого монолога Сяо Чжань уже чувствовал себя так, будто все силы испарились прямо через кожу. Он растёкся на кожаном сиденье, расфокусированно пялясь в окно.       — Чжань-гэ? Ты меня слышишь?       — Слышу, — глухо отозвался он, фиксируя взгляд на огромном плакате с его физиономией. Ван Ибо ни в коем случае нельзя оказаться в центре Пекина. — Прости, но сегодня не получится. Я всё ещё не закончил с работой, а судя по пробкам, она затянется до глубокой ночи.       — Оу… — Ван Ибо шумно вздохнул, — раз так, то извини, что побеспокоил. Просто… накатило.       — И… — Сяо Чжань хотел было позвать парня по имени, найти хоть какие-то слова поддержки, потому что от такого Ван Ибо в груди неприятно заныло, но менеджер Чао закончил свой разговор и явно начал прислушиваться к чужому. — Прости, мне, правда, пора. Хорошего вечера, — мужчина поспешно скинул вызов, с силой ударяясь головой о подголовник, и зажмурился. Сейчас он просто ненавидел себя за свои тайны, за ложь, за невозможность быть рядом с тем, кто в нём нуждался. Даже прекрасно понимая, что дальше будет ещё хуже, всё равно отказываться от призрачных отношений он просто не мог. Он готов терпеть все неудобства. Оставалось надеяться, что Ван Ибо с ним солидарен. Ближайшие дни они больше не созванивались.

***

      — Вау, это сложно! — простонал Ван Ибо, распластавшись на полу зала. Он уже второй час пытался выучить непростой по его мнению и очень простой по словам Ян Кая мувиз. Движение действительно казалось незаурядным, но чтобы выполнить его чисто, приходилось прикладывать усилия всем телом одновременно.       — У тебя уже получается, только ты немного заваливаешься набок, поэтому теряешь равновесие в конце, — б-бой подбадривающе похлопал по плечу, поднимаясь с прохладного паркета. — Давай ещё повторим, через двадцать минут надо сворачиваться, пока Суй Бин нас не уволил. Точнее, тебя уволил, а меня выгнал, — Ван Ибо только хмыкнул и встал в стойку.       Пользуясь тем, что до определённого времени бар-ресторан не функционирует, Ван Ибо выпросил у руководства возможность заниматься в главном помещении. Просторный зал, если предварительно убрать все столы и стулья, идеально подходил для утренних и дневных тренировок. Места хватало всем, кому это требовалось. Именно поэтому парень с радостью практиковался с Ян Каем в брейкинге, систематически отбивая свои колени и чуть ли не сворачивая шею. Выполнив новое движение практически без заминок, в самом конце он рухнул на пол, больно ударяясь головой о пол.       — Ну почти, — хохотнул Ян Кай. — Если мозги не отбил, то можно считать, что с заданием справился. Немного практики и будет идеально.       — Я потратил на это слишком много времени, а ведь хотел ещё хэд спин попробовать.       — Эй, притормози, Ибо. Ты нам нужен ещё целым и невредимым. Вон, смотри, твои фанаты занервничали, — б-бой махнул рукой в сторону небольшого балкона на втором этаже, где толпились повара и официанты. Парень только улыбнулся и помахал им рукой, он уже привык к зрителям, когда дело касалось его тренировок.       — Сможешь показать завтра? — спросил неугомонный Ибо, когда они вместе составили столы обратно, освобождая зал для плановой уборки, и вышли на улицу.       — Прости, чувак, завтра не смогу. Планирую на пару дней съездить домой, а тут узнал, что любимый актёр сестрёнки устраивает встречу с фанатами и раздаёт всякие плюшки. Может, получится получить хотя бы автограф. Вот Лия обрадуется! Уже представляю её лицо, когда она увидит автограф или фото своего Сяо Чжаня.       — А? — если сначала Ван Ибо слушал друга с лёгкой улыбкой на лице, то заслышав знакомое имя, тут же почувствовал, как по спине пробежали холодные мурашки. — Сяо Чжань?       — Ну да, новая звезда нашего поколения. Все девчонки сейчас тащатся от него, — Ян Кай изобразил зависть.       — И… сильно он знаменит? — дрожащим голосом спросил парень.       — Ты что, давно не был в центре? Все улицы обвешаны его плакатами.       — Не был, — на автомате кивнул Ван Ибо, чувствуя, как по телу от ног к голове разливается какое-то оцепенение. Он пошатнулся и облокотился о стену здания.       — Эй, ты чего? — Ян Кай тут же придержал его, беспокойно заглядывая в глаза.       — Голова закружилась, уже всё нормально, — парень улыбнулся, выпрямляясь, но взгляд отвёл. — Так что там с Сяо Чжанем?       — Да мне откуда знать, я не фанат. Так, чисто смотрел с ним несколько дорам, да в интернете мелькают новости постоянно. Все рекламные компании и режиссёры хотят заполучить его к себе, рейтинги высокие, ещё и поёт красиво. Раньше был солистом в бойз-бенде, сейчас больше выступает соло на всяких фестивалях да фанмитах. Обычно он не устраивает встреч с фанатами, хоть по словам сестры очень мил со своими поклонниками и постоянно делает им сюрпризы, но вот в этот раз что-то будет, и я хочу рискнуть достать автограф. Слушай, Ибо, ты что-то бледный. Сильно ударился головой, что ли?       — Нормально, — отмахнулся Ван Ибо, ощущая, как мурашки превратились в холодный пот. — Пойду схожу в душ и немного отдохну до смены. Спасибо за тренировку.       — Да без проблем, мне даже в кайф. Я ведь тоже учусь у тебя, — Ян Кай снова хлопнул парня по плечу и улыбнулся.       — Тогда до встречи, — Ван Ибо медленно повернулся, пытаясь справиться с внезапной слабостью, и направился к двери.       — Ибо?       — Что?       — Хочешь пойти завтра со мной? Покажу тебе этого Сяо Чжаня, — спросил Ян Кай, уставившись в напряжённую спину парня. Ван Ибо на несколько секунд закрыл глаза, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце.       — Да. Давай пойдём вместе.

***

      Дневной Пекин отличался от вечернего, который плотно засел в воспоминаниях Ван Ибо. По пути в Сеул у него была здесь пересадка, и парень, воспользовавшись случаем, прогуливался по центру. Тогда город светился сотнями неоновых вывесок, а весёлая толпа галдела на широких проспектах. Шумно и ярко. Сейчас же высокие небоскрёбы только угнетали, давя на сознание с высоты птичьего полёта, а семенящие туда-сюда люди казались хмурыми и безмолвными. А может, это именно настроение Ван Ибо рисовало такую утопическую картину. Единственное, что украшало этот сюрреализм — бесконечные плакаты с Сяо Чжанем. Казалось, он был повсюду: огромные баннеры или небольшие сити-лайты, рекламные ролики и призывающие вывески. Парень старался не засматриваться на ужасающий его душу пейзаж, чувствуя, как у него развивается мания преследования. Почему Сяо Чжань не сказал? Почему врал ему и скрывал? Почему это выглядит, как предательство? Ведь Ибо неоднократно спрашивал и интересовался его успехами.       — Пришли, — весело сказал Ян Кай, когда они остановились перед дверьми какого-то вычурного здания. — Ты как? Выглядишь бледновато.       — Да нормально всё со мной, вчера, и правда, нехило приложился головой, но нет повода для беспокойства. Идём, а то мест не останется, — Ван Ибо первым дёрнул на себя ручку, проникая внутрь. Как он понял, концепцией фанмита была благотворительность и, несмотря на бесплатные билеты, в холле стояли длинные столы с продукцией айдола.       — Я бы мог купить подписанную открытку, но хочу, чтобы ты заснял то, как он будет подписывать лично. Поможешь? — спросил Ян Кай, приобретая плакат с изображением улыбающегося Сяо Чжаня.       — Без проблем, но ты тогда подпишешь и для меня сразу, — Ван Ибо тоже купил небольшой календарик, с которого ему теперь уже подмигивал странно разодетый айдол.       — Тут же есть подпись, — друг повертел в руках карточку, осматривая со всех сторон.       — Хочу личную подпись. Мне тоже есть, кому подарить. Неожиданно вспомнил.       — Хорошо-хорошо, пошли уже.       В небольшом зале царил настоящий хаос. Людей было столько, что становилось тяжело дышать. Все стулья были заняты ещё с утра, как он расслышал из разговора двух фанаток, а свободное пространство забито плакатами и светящимися табличками. Ван Ибо и Ян Кай устроились сбоку от небольшой сцены, практически полностью скрываясь за техникой. Сяо Чжань появился с опозданием в двадцать минут. Извинившись перед толпой фанатов, он начал что-то рассказывать, но Ван Ибо не слушал. Он с болезненным сожалением рассматривал мужчину на сцене, понимая, что это вовсе не тот Сяо Чжань, который помог ему. В дорогой брендовой одежде, которая светилась в искусственном свете, яркая, но не настоящая улыбка на лице, весь этот какой-то специфический пафос… Сяо Чжань сам был будто искусственный. Кто-то из зала выкрикнул слова любви. Айдол засмущался, а потом предложил поиграть.       — Хочешь на сцену? — хихикнул Ян Кай, толкая Ван Ибо в плечо. — Будет шанс обняться с самим Сяо Чжанем! Не упусти удачу, Ван Ибо!       — Нет, спасибо, я не обнимаюсь с мужчинами, — на автомате ответил парень. Как же хотелось просто уйти… Не смотреть, не ревновать ко всем этим взглядам и прикосновениям, забыть о Сяо Чжане, как о страшном сне. Но вместо этого, Ван Ибо стоял неподвижно, будто врос в пол, и неотрывно смотрел за каждой эмоцией на лице айдола, а память предательски рисовала картины, как эти самые взгляды и прикосновения были направлены только ему, когда они оставались наедине. Когда Сяо Чжань самозабвенно целовал его. Крепко прижимал к себе. Ласкал, проникал в него, исступленно любил его в постели. Чёрт, да он лишил его девственности, можно сказать! Ван Ибо резко затошнило.       — Я отойду на пять минут, — кинул парень, потом круто развернулся и начал пробираться сквозь толпу. Туалет нашёлся сразу за поворотом и был абсолютно пуст. Конечно, кто же рискнёт пропустить такое желанное выступление. Очередной рвотный позыв заставил Ван Ибо склониться над раковиной, но вырвать не получилось. Он стоял над белоснежным фаянсом, тяжело дыша и пытаясь откашлять липкую дурноту. Спустя несколько минут он открутил кран и окунул лицо в ледяную воду. Немного полегчало. Убрав лишнюю влагу с кожи, парень скомкал в руке салфетку и позволил себе с чувством бросить её в очередной рекламный плакат Сяо Чжаня, рекламирующий эти самые салфетки.       — Предатель, — выдохнул Ибо, после чего заглянул в буфет и приобрёл бутылку воды. Не видя причин больше тянуть время, он вернулся в душный зал, с трудом пробираясь обратно к Ян Каю.       — Ну, наконец-то! — товарищ впихнул ему в руку свой телефон и внаглую направился к сцене, со всей грацией танцора расталкивая фанаток. Надо отдать ему должное — к Сяо Чжаню он подошёл в первой десятке желающих получить автограф, вопя что-то об опоздании на рейс. Ван Ибо следил через камеру, как б-бой задерживается возле айдола дольше остальных, как Сяо Чжань что-то удивлённо спрашивает у него, а тот со смехом отвечает. После того, как Ян Кай материализовался рядом и победно вскинул вверх руку со своими трофеями, Ван Ибо молча передал ему телефон и забрал свой календарь. Возле пропечатанной подписи красовалась такая же, подписанная ручкой. Рядом стояла приписка: «великому танцору от Сяо Чжаня». Парень поспешно запихал календарь в задний карман джинсов.       — Он спросил, зачем подписывать уже подписанный атрибут, — хохотнул б-бой, — я сказал, что мой друг — странный, не спрашивай.       Ван Ибо не успел ничего ответить, потому что свет в зале приглушили, а из колонок, за которыми они так комфортно устроились, заиграла музыка. Сяо Чжань подошёл к самому краю сцены, держа в одной руке микрофон. Он будет петь?       Сяо Чжань запел. Запел так, что все мурашки мира устроили дефиле по телу Ван Ибо.       -… Самая яркая звезда в ночном небе… Слышен ли тебе одиночества вздох… из самой глубины сердца…       Ван Ибо резко сорвался с места, покидая это злосчастное место со слезами на глазах.       Несмотря на то, что парень привык обдумывать свои решения, именно это далось чисто на эмоциях. Первым делом Ван Ибо зашёл в администрацию, улаживая вопрос своего внезапного увольнения. Он мысленно попросил прощения у своих родителей за ложь, придуманную на ходу. Руководству ничего не оставалось, как рассчитать работника и отпустить с наилучшими пожеланиями. Дабы не устраивать всеобщие проводы, Ван Ибо в сжатые сроки собрал свои немногочисленные вещи и хотел было тихо уйти, но неожиданно остановился, только занесся ногу на лестнице. Ну конечно!       Дан Яо нашёлся на первом этаже, только что вернувшийся откуда-то и разговаривающий с одним из официантов. Завидев Ван Ибо, оба замолчали, с печалью во взгляде опуская головы. О, слухи распространяются так быстро!       — Можно тебя на пару слов? — спросил Ибо, поравнявшись с ними.       — Да, конечно, идём.       Они вышли на улицу, отходя дальше от входной двери, чтобы при всём желании никто не смог их подслушать.       — Ты уже в курсе, что мне срочно надо уехать? — получив кивок, Ван Ибо продолжил: — Хочу попросить тебя об одолжении. Один товарищ дал мне телефон во временное пользование, но сейчас он не в Пекине, чтобы я мог отдать его ему лично. Если он всё-таки заедет… — парень замолчал, обдумывая этот момент. Вряд ли такой человек, как Сяо Чжань, ЛИЧНО заедет в ресторан. Скорей всего, поняв, что Ван Ибо не на связи, он просто пришлёт кого-нибудь на разведку, — или попросит кого-нибудь другого… В общем, просто отдай телефон тому, кто спросит меня, хорошо? Это может быть только он или кто-то из его свиты, больше о том, что я здесь работаю, никто не знает, — парень быстро извлёк из телефона симку и передал аппарат молчаливому Дан Яо, потом, подумав немного, достал из кармана подписанный календарь и тоже отдал коллеге. — И это. Даже не спрашивай, просто передай, окей?       — Ибо, — Дан Яо со вздохом положил телефон и карточку в карман толстовки и неожиданно обнял парня, похлопав того по плечу. — Просто возвращайся, когда всё уладишь, окей? Хотя бы загляни в гости.       — Договорились. И… спасибо.       Больше Ван Ибо ничего не останавливало. Развернувшись на пятках, он поспешно направился на автовокзал.