The flavor of love

Хватит ли смелости,

чтобы признаться?

София помнит, как оказалась здесь, на поле боя. На стадионе, где только что был уничтожен американский князь Итан Вуд. София встретила Мию в Амстердаме, куда девушка отправилась, чтобы разузнать побольше о пророчестве. Конечно, фон Гельц узнала об этом гораздо позже, а поначалу новоприбывшая смертная вызывала в обществе вампиров лишь искренне любопытство. И хотя никто не показывал этого, каждый догадывался, какие чувства испытывали остальные при появлении Мии в том отеле. София оказалась самой любопытной. К сожалению или к счастью, она первая из вампиров, кто заговорил с девушкой. Это была милая интеллигентная беседа, и смертная держалась на всём её протяжении очень даже достойно. Фон Гельц уже тогда подумала о том, что Мия стала бы прекрасным вампиром. Затем она узнала о том, что девушка знакома с Виктором Ван Артом. И это стало точкой невозврата. Именно тогда София стала гораздо внимательнее вслушиваться в то, что рассказывала Мия. Потому что знакомство с Виктором дорогого стоит. Не каждый вампир, а тем более смертный, может сойтись с Ван Артом в каких-либо отношениях. София знала это хорошо, потому что когда-то… Когда-то она сама была ближе всех к этому холодному аристократу. И эта его манерность стала ловушкой для Софии. Сначала она отрицала эти чувства, понимая, что Виктор не ищет спутницу жизни после той печальной истории с Аллегрой. А потом… Потом всё как-то запуталось, зашло слишком далеко, их отношения «между знакомыми» переросли в тёплые дружеские, и мужчина, казалось, даже и не рассматривал её в качестве любовного увлечения. Его сердце застыло далеко не тогда, когда он превратился в вампира. Нет, оно перестало биться со смертью его возлюбленной. И Софии не хотелось тревожить эту рану, причинять боль. Она стала наблюдающим. Она знала о Ван Арте почти всё, даже когда тот уехал в Америку. А затем внезапно все связи оборвались. Письма стали приходить всё реже, а когда появились телефоны, номеров друг друга у них не было. В какой-то момент София поняла, что не получала писем от него уже больше года, и осознала, что перестала быть интересным собеседником. Хотя бы потому, что расстояние между ними было слишком большим. Но чувства не угасли. По крайней мере у девушки, которая ждала и надеялась. Верила, что когда-то вампир вернётся, хотя бы на несколько дней, что они мило побеседуют за формальной чашечкой кофе. Она надеялась, что хотя бы увидит его ещё раз… Когда появилась Мия, София поняла, что это возможность встретиться с Виктором. Даже если их общение будет проходить в официальной обстановке за обсуждением плана действий, она хотя бы будет знать, что с ним всё в порядке. Она будет видеть его, ловить его взгляд, словно влюблённая девочка лет десяти. София и сама поражалась тому, что её чувства сохранились на такой большой промежуток времени. Возможно, что вампирам суждено любить дольше. Потому что у них есть эта возможность. В любом случае она отправилась в Америку. Не вслед за Мией, разумеется, но гораздо позже, чтобы помочь хотя бы в последней битве. На удачу оказалось, что их компания прибыла как раз вовремя, что ребята готовят свой план. И София добросовестно приняла участие в его исполнении. И вот теперь, когда они победили, нужно было уезжать. Не сразу, конечно, сначала необходимо было дождаться восстановления Мии, которая значительно пострадала во время битвы. Так как ухаживать за ней было некому, кроме Виктора, вампир взял на себя такую ответственность и отвёз в свой особняк, предварительно пригласив к себе и Софию, единственную, кто не отказался от визита. Девушка кивнула со сдержанной улыбкой и села на заднее сиденье, присматривая за смертной. Вся дорога прошла в молчании. Обоим нужно было время, чтобы прийти в себя после всего случившегося. В конце концов они только что покончили с одним из влиятельнейших князей. София понимала, что теперь, когда Итана Вуда больше нет, Ван Арт станет чуть ли не единственным достойным претендентом на это звание. И надо сказать, что он действительно лучше всех подходит для этой роли. Умный, сдержанный, аристократичный, неконфликтный и спокойный, он станет особенно уважаемым вампиром, и даже не только в Соединённых Штатах, но и в других странах, где и до этого к нему многие относились с почётом. – Кто теперь станет князем? – решилась всё-таки задать вопрос София. Ей было интересно узнать, что думает по этому поводу сам Виктор и какие планы у него были. – Мне кажется, твоя кандидатура идеально подходит для этой должности, – девушка улыбнулась, а затем взглянула в зеркало заднего вида, где поймала взгляд Виктора. – Многие так считают, я это знаю, – ответил он. А затем, после того как они подъехали, продолжил. – Наверное, так оно и есть, да и к тому же, я не вижу больше достойных вампиров, которые могли бы с этим справиться. Так что с вероятностью в почти сто процентов я стану следующим князем, – Ван Арт сдержанно улыбнулся, а затем вышел из машины, открыл дверь Софии и вытащил Мию, находившуюся без сознания. Жестом попросив помочь, Виктор направился в дом, а девушка захлопнула дверь и пошла за ним. – Она быстро восстановится, её регенерация справляется неплохо, некоторые раны уже заживают, – сказал вампир, кладя девушку на кровать в комнате для гостей. – Пожалуй, заварю ей чай, она скоро должна очнуться, а ты пока присмотри за ней, ладно? – София кивнула головой и повернулась к Мие. Та размеренно дышала, иногда посапывая. Вампирше даже показалось, что смертная просто спит, но если посмотреть на её раны… Обычный бы человек это не пережил, София понимала это. И для неё было настолько поразительным, что Мия, от которой никогда не веяло ничем вампирским, оказалась наполовину её сородичем. София была рада, что смогла помочь ей. В конце концов она чувствовала дружескую симпатию к этой девушке. Та была очень храброй, храбрее, чем некоторые вампиры, которых знала фон Гельц. Даже тот Данте, что не пожелал помочь. Хотя, если подумать, он и не должен был… И всё же София несколько презрительно относилась к таким людям и вампирам. Она всегда считала, что смелость и отвага – одно из достойнейших украшений личности. – Ей нужен отдых, – раздался за спиной тихий голос. – Если ты не против, мы бы могли пройти в гостиную, – София сначала посмотрела на Мию, которая уже почти открыла глаза, а затем обернулась на Виктора, что стоял в дверном проёме с чашкой горячего чая. Ван Арт поставил её на тумбочку рядом с изголовьем кровати и направился к выходу из комнаты. Фон Гельц лишь кивнула, встала с постели и проследовала за вампиром, напоследок оглянувшись на девушку и улыбнувшись. – Я решил, что не стоит беспокоить её сейчас нашим присутствием, она должна окрепнуть и осознать всё произошедшее за эту ночь, – София непроизвольно взглянула в окно, куда уже пробивались первые лучи солнца. Ей стало слегка неуютно, но показать это она не решилась. – Ты как всегда очень заботлив, – сказала девушка с лёгкой улыбкой. – Это, без сомнений, одна из наилучших черт твоего характера. Мечта всех девушек. Сдаётся мне, даже Мия испытывает к тебе какие-то чувства. – А ты, наверное, отличаешься от всех остальных? Всегда такая холодная, отстранённая, горделивая. Могу поклясться, что никто до сих пор не завоёвывал твоё сердце. Девушка отвела взгляд, чтобы не смотреть прямо в его глаза. Она сделала вид, что рассматривает какую-то столетнюю вазу, которая вовсе не интересовала её. О своих чувствах говорить не хотелось, увы, таков уж был её, можно сказать, «социальный статус». Так она себя зарекомендовала во всяком случае. – Был один претендент, – ответила фон Гельц, когда они уже сидели на диване перед камином. Она смотрела на пылающие языки пламени, а напротив, в кресле на неё внимательно смотрел Виктор. Казалось, он был весьма заинтересован в том, что она сейчас скажет. – Но он, к сожалению, покинул меня. Нет, не смерть забрала у меня его, но далёкое расстояние. – Но тебе ведь все дороги открыты, или чувства были настолько незначительны? – Ван Арт склонил голову, любопытно слушая откровения вампирши. – Такая девушка, как ты, способна на многое, чтобы отвоевать своё. Разве нет? – Я не хотела уезжать из Амстердама, дальние путешествия я не очень люблю и лишь в крайних случаях, как этот, могу отправиться куда-то. – Он был вампиром? – София резко подняла глаза на Виктора, удивлённо смотря на него. Почему ему вообще было интересно слушать это? – Да, – ответила девушка уже более спокойно, снова повернувшись к огню и любуясь его движением. Пламя отражалось в её кристальных глазах, и Ван Арт слишком долго просто смотрел на неё. Его взгляд она чувствовала на своей коже, он проникал ледяной иглой куда-то вглубь, так что вскоре ей стало некомфортно, и она вновь обратила свой взор на него. – Ну а ты, Виктор, – заговорила София, с любопытством прищурив глаза. – Твоё сердце свободно? – Если я отвечу положительно, это что-то изменит? – Ван Арт отвернулся и принялся разглядывать ковёр, словно в первый раз его увидел. Затем он поднял голову и хитро улыбнулся, обращаясь к девушке. – Ты не против, если я включу это? – он встал, нащупал рукой пульт, что лежал поблизости и нажал кнопку, после чего раздались первые ноты классической музыки. Это была танцевальная мелодия, так что Виктор подошёл к Софии и жестом пригласил её на танец. Девушка положила одну руку на его плечо, а вторую вложила в мягкую, но уверенную ладонь Ван Арта. Он вёл этот танец и делал это безупречно и так красиво, что Софии пришлось несколько напрячься, чтобы не оплошать. Безусловно, она знала основы танцев: в конце концов когда-то воспитывалась девочкой в семье аристократов. Но прикосновения Виктора обжигали ярким пламенем, и ей приходилось контролировать себя. Это было так чуждо для Софии. Эти чувства, бесконтрольно преследовавшие её, сейчас разгорелись ещё ярче. Она никогда не была настолько близка с этим вампиром. Честно говоря, ни с кем она ещё не была так близка духовно. Всю свою жизнь фон Гельц отвергала любовные связи, как ментальные, так и физические. Даже до превращения девушка вела себя несколько отстранённо и холодно с претендентами на её руку. Тогда ей было это совсем не нужно. Но сейчас… – Почему ты так взволнованна? – спросил Виктор шёпотом, наклонившись к самому уху своей партнёрши по танцу. Если бы София была чувствительней, она бы обязательно вздрогнула и почувствовала бы, как ёкнуло сердце. Но от его голоса у неё всего лишь расплылось тепло по всему телу, а губы так и тянулись улыбнуться. – Почему ты так решил? – ответила вопросом на вопрос девушка, осмелившись заглянуть ему в глаза. Он был спокоен, как и обычно, но ей почему-то показалось, что где-то глубоко Ван Арт был в таком же состоянии, что и она. – Я это чувствую, – улыбнулся Виктор. – И я знаю причину этого. София вздрогнула и опустила взгляд, но затем одёрнула себя и снова посмотрела в его глаза с лёгким вопросом. Она не желала раскрывать все карты, наоборот, хотела дольше остаться загадочной и отстранённой, какой её знали все окружающие. – У нас была тяжёлая битва, которая извела меня морально… – начала отвечать фон Гельц, но её перебил Виктор. – Ты можешь не притворяться, София, не здесь и не сейчас. Мы всегда были близки, и поверь, то, в чём ты сейчас не можешь признаться, скажем так… – он помолчал, находя нужные слова. – имеет отклик. – Если бы это имело отклик, – начала вести игру девушка, – я была бы здесь не гостьей. – Так было нужно, – прошептал Виктор, наклонившись к ней и выдыхая прямо в губы. – Я всегда знал, что ты чувствуешь ко мне. Но до сих пор не признавался себе сам, что и я чувствую то же самое. – Я не верю тебе, – ответила София, остановив свой взгляд на приближающихся губах Ван Арта. От самого только осознания, что это происходит здесь, а не в каком-то сне, срывало крышу. –Ты же так любишь играть. – Я никогда не стал бы играть на чувствах моих близких, – Виктор сперва помедлил, а затем, осмелившись, коснулся губами её губ, словно спрашивая разрешение. Девушка чуть подалась вперёд, проявляя инициативу. Она первая начала этот поцелуй, и вампир чувствовал всю её напористость и хорошо спрятанные за много лет чувства. София в беспамятстве никак не могла отойти от Ван Арта, но затем она одёрнула себя и взяла в руки, понимая, что повела себя не самым лучшим образом. Она отстранилась и оценивающим взглядом посмотрела на вампира, пытаясь понять, как он относится к тому, что сейчас между ними произошло. Однако их прервали. Послышался звон упавшей посуды из комнаты, где находилась Мия, и оба вампира стремительно направились туда, надеясь, что ничего страшного не произошло. Когда они вошли, то увидели полусидящую девушку, испуганно смотревшую на разбитую чашку. Мия подняла глаза на двух прибывших вампиров и начала было извиняться. – Как ты себя чувствуешь? – перебил её Виктор, словно говоря, что чашка – это всего лишь пустяки. Хотя так и было на самом деле. Вампиру не составило бы труда купить новый сервиз или отдельно именно чашку, нет, для него гораздо важнее было состояние Мии. Он был многим ей обязан: в конце концов без неё никто бы не узнал о том, что планировал Вуд. И кто знает, что было бы, если бы не появилась Мия. – Я устала, очень устала, –девушка опустила потерянный взгляд. Ей пришлось очень тяжело, и оба, Виктор и София, понимали, что будет лучше оставить её одну, пока она приходит в себя. – Нет-нет, не уходите, всё в порядке, –Мия умоляюще посмотрела на пару вампиров. – Вы не мешаете мне. Напротив, я хочу, чтобы кто-то был рядом. София улыбнулась и прошла к кровати, садясь рядом с девушкой. Она положила свою руку рядом с ладонью Мии и в знак поддержки сжала её. – Ты очень храбрая, Мия. Я мало встречала подобных вампиров, не говоря уже о смертных. То, что ты показала сегодня, поистине достойно уважения. Знай, что высший свет Европы склоняет головы перед тобой. Склонит, вернее, когда узнает обо всём. – Ты уезжаешь? – казалось, девушка не хотела, чтобы фон Гельц покидала Штаты. Собственно говоря, самой Софии тоже теперь не хотелось возвращаться домой. Она загадочно улыбнулась и мельком посмотрела на Виктора. – Не могу сказать точно, но, возможно, я останусь здесь. София подмигнула Мии, а затем продолжила разговор в обычном русле. И в самом деле, когда пришло время, она никуда не поехала. Лишь сопроводила в аэропорту прибывших с ней друзей. А затем распрощалась с ними, ведь Виктор, наконец осмелившись, попросил её остаться здесь. Теперь это – её дом. И наконец она будет счастлива.