Taken

Тебя затащили в черный фургон. Сухо оттащил твоего потерявшего сознание и истекающего кровью бойфренда на заднее сиденье и втолкнул тебя туда же. Даже сидя, можно было сказать, что водитель был высоким. Он с любопытством оглянулся на тебя, и в его больших глазах мелькнуло озорство. Его глаза задерживаются на тебе еще на секунду, прежде чем он нажимает на газ и уезжает. — Куда ты меня везёшь? — Говоришь ты, глядя на Сухо, который сидел с дробовиком. — Лучше не задавай вопросов, милая. — Он бросает на тебя равнодушный взгляд. — Или ты сделаешь свою жизнь еще труднее. Ты невозмутимо повторяешь более угрожающим тоном. — Куда ты меня везёшь? — Безжалостная. — Сухо неодобрительно цокает языком. — Упрямая. С тобой будет трудно. Парень рядом с тобой стонет и начинает просыпаться. Сухо чертыхается, прежде чем начать копаться в бардачке. Он неловко откидывается назад, отодвигая спинку сиденья, чтобы облегчить доступ. Ты видишь маленький блестящий инструмент в его руке. Шприц. — Что ты… — Начинаешь ты, но не заканчиваешь, наблюдая, как он хватает парня за руку и умело вводит ему что-то. — Просто чтобы он поспал. — Объясняет Сухо. — У тебя и так достаточно неприятностей. Он возвращается на прежнее место. — И еще, если ты хочешь знать, куда мы тебя везём. — Он одаривает тебя красивой улыбкой. — Ты попадешь в самый ад. Посмотрим, как долго продержится твоя решимость, а? Тебя отвезли в место, скрытое далеко от города, место, куда никто никогда не пойдет. Заброшенный склад. По крайней мере, так выглядело всё. Снаружи он был совершенно заброшенным, ржавым, старым и выглядел так, будто вот-вот рухнет. Никто не придет проверить это место. И эти люди использовали это в своих интересах. Тебя насильно вытащил Сухо, который легко держал твои запястья в жесткой хватке. Водитель перебросил парня через плечо, как мешок с картошкой, и последовал за ним. — Это что, твое логово? — Усмехаешься ты, несмотря на растущее беспокойство. — Умно было привести меня сюда без повязки на глазах или ещё чего-нибудь. Сухо мелодично смеется у тебя за спиной, подталкивая дальше. — Видишь ли, мне не нужно завязывать тебе глаза. — Наклоняется он, и его дыхание щекочет твою шею. — Потому что ты никогда отсюда не выйдешь. По спине непроизвольно пробегает холодок, когда ты пытаешься устоять на ногах, но Сухо гораздо сильнее, и он легко может потащить тебя за собой, если понадобится. Он приводит тебя на склад, и ты с удивлением обнаруживаешь, что внутри пусто. Сухо толкает тебя на землю, отчего ты больно падаешь на пол, ушибая плечо. Водитель сажает парня рядом с тобой. — Чанёль. — Рявкает Сухо. — Проследи, чтобы они не выкинули ничего глупого. Чанёль коротко кивает, его глаза встречаются с твоими. Ты хмуро смотришь на него, но он лишь лениво улыбается. — Никто не выйдет. Ты оборачиваешься и видишь, как Сухо уверенно подходит к стене, быстро постукивает по ней три раза, останавливается, а затем еще два раза. Когда в стене открывается дверь, Сухо оглядывается и одаривает тебя улыбкой. — Сейчас, ты пойдешь одна, как хорошая девочка, или мне придется тащить тебя за собой? Ты стискиваешь зубы и медленно встаешь. Ты ни за что не пройдешь мимо Чанёля, который пристально наблюдал за тобой сзади. Он слишком большой, и, судя по тому, как легко он нёс твоего парня, вывод один — он достаточно сильный. У тебя нет другого выбора, кроме как следовать за ним. На свою погибель. С таким же успехом можно сохранить остатки собственного достоинства. Черт возьми, ты позволишь ему тащить себя, как какое-нибудь животное. Хотя сейчас ты больше похожа на послушную собаку. У тебя даже нет решимости бороться с ним. От этой мысли у тебя неприятно сжимается желудок. — Хорошая девочка. — Говорит Сухо, когда ты подходишь к нему, и бросаешь на него уничтожающий взгляд. Он просто улыбается в ответ. — А теперь пошли. Ты входишь в темный коридор, дверь захлопывается за тобой, когда входит Чанёль, заставляя подпрыгнуть. Коридор освещен лишь несколькими тусклыми лампочками на потолке и, кажется, тянется бесконечно. Это вызывает у тебя клаустрофобию. Становится трудно дышать. После того, что казалось вечностью, ты, наконец, видишь другую металлическую дверь. Рядом с ней установлена клавиатура. Сухо поворачивается к ней, стараясь прикрыть цифры другой рукой, чтобы их не было видно. Он вводит пароль, и дверь распахивается. Ты моргаешь от слепящего света, и Чанёль толкает тебя вперед с такой силой, что ты падаешь и больно приземляешься на руки, потом делаешь глубокий вдох, медленно поднимаешься осматривая место. Судя по тому, что ты видишь, оно большое. Почти как лаборатория. Оно ярко освещено электрическими синими лампами. На каждой стороне этажа есть два лифта — без сомнения, ведущие на другие этажи и люди вокруг них суетятся. Кто-то видит вас четверых в дверях и сразу же подходит поприветствовать Сухо, который в ответ только кивает. Мужчина быстро убегает. — Здесь не на что смотреть. — Бормочет Сухо, таща тебя за руку, его ногти впиваются в твою кожу. Он снова поворачивается к Чанёлю. — Отведи его в подвал. Затем он затаскивает тебя в лифт. Он нажимает кнопку, ведущую на верхний этаж, крепко удерживая тебя на месте, когда двери закрываются и лифт поднимается. — Куда ты меня ведешь? — Спрашиваешь ты у него. — Куда вы его отвели? — Там, где ему самое место. — Его глаза опасно сужаются, когда он смотрит на тебя. — И ты идешь туда, где твое место. Прорычал он. — Клянусь, если ты скажешь еще хоть слово, я выстрелю в тебя. Ты плотно сжимаешь губы, но в последний раз встряхиваешь руками в тщетной попытке вырваться из его хватки. Лифт останавливается, когда вы достигаете верхнего этажа, и снова Сухо тащит тебя силой. Он ведет тебя через ряд коридоров, прежде чем остановиться перед комнатой. — Ты должна быть благодарна. — Говорит тебе Сухо и открывает дверь. Комната выглядела простой, с письменным столом и кроватью у левой стены и ванной комнатой справа. — На других не надейся, они тебе не помогут. Скажи спасибо, что я решил присмотреть за тобой сам. — Ух ты. — Саркастически бормочешь ты. — Чего ты от меня хочешь? Поцеловать твои туфли? — Я бы не возражал. — Тошнотворно ухмыляется он, наконец-то отпуская твои руки. Ты испускаешь вздох облегчения, потирая и сгибая свои руки. — Ну и что же мне делать? — Ужасающий блеск наполняет его темные глаза, когда он делает шаг к тебе, и ты инстинктивно отступаешь назад. Широкая улыбка появляется на его лице, когда он продолжает двигаться к тебе. Наконец ты спотыкаешься о край кровати и падаешь на неё. Дерьмо. Он опускается следом. — Слезь с меня! — Кричишь ты, пытаясь ударить его, но его бедра удерживают твои ноги на месте и снова держит твои запястья в своих руках. Ты отчаянно бьешься, но он только посмеивается над тобой. — Дерзкая, да? — Нет. — Ты чувствуешь как из твоих глаз текут слезы. — Нет, пожалуйста. — Реальность ситуации давит на тебя, и становится трудно дышать. Страх и ужас наполняют твои легкие. — Теперь ты умоляешь меня. — Ухмыляется он. — Куда делось твои язвительные слова? — Пожалуйста… — Снова шепчешь ты, тихо всхлипывая. Раздается стук в дверь, и Сухо неохотно отрывается от тебя, чтобы открыть дверь. Ты выдохнула, хотя и не знала, что задерживала дыхание, но была слишком потрясена, чтобы пошевелиться. — В чем дело? — Спрашивает Сухо, приоткрывая дверь и вполголоса разговаривая с тем, кто стоит за ней. Ты видишь, как его лицо вмиг стало серьёзным. Оно ничего не выражало, когда он кивнул, прежде чем повернуться к тебе. В очередной раз, улыбка расцветает на его лице. — Похоже, мне придется сократить время, проведенное с тобой. Мне нужно кое куда, но я оставлю дверь незапертой. — Его глаза встречаются с твоими, и по спине пробегает холодок. — Но на твоем месте я бы не выходил из этой комнаты. В этой комнате ты в безопасности…пока. Но если ты уйдешь… — Мрачный смешок срывается с его губ. — Давай просто скажем, что ты долго не протянешь. С этими словами он выходит из комнаты и закрывает за собой дверь. Помня о его предупреждении, ты сканируешь комнату в поисках возможных путей побега. Ты раздраженно фыркаешь, обнаружив, что и окна, и вентиляционные отверстия завинчены. Твоя единственная надежда — это дверь. Ты осторожно подходишь к ней, проверяя ручку и дверь действительно оказывается не запертой. Ты слегка приоткрываешь её и высовываешь голову, чтобы осмотреться. Коридор кажется пустым, и ты не знаешь, сбежать ли тебе или послушать Сухо. Но если ты останешься здесь, то можешь никогда не выбраться. С другой стороны, что, если тебя поймают? Кто-то другой, кроме Сухо? Ты действительно не знаешь, что хуже. Может быть, тебе удастся наткнуться на кого-то более приятного, чем Сухо, который пытался изнасиловать тебя. Ты вздрагиваешь при этой мысли, представляя, что было бы, если бы в дверь не постучали. Решив рискнуть, ты открываешь дверь чуть шире и осторожно входишь в пустой коридор. Ты останавливаешься ожидая услышать звук шагов или увидеть чью-нибудь тень, но ничего не происходит. Может быть, Сухо просто пытался напугать тебя. Ты делаешь шаг вперед в том направлении, окуда привел тебя Сухо, но тут же замираешь, услышав крик, доносящийся из комнат внизу. Каждая клеточка твоего тела встает дыбом, когда снова раздается крик, более громкий и болезненный, чем первый. Это был женский голос. Болезненный, душераздирающий крик сменился яростными рыданиями. Твое сердце сжимается от сочувствия и страха, и ты думаешь, стоит ли тебе вместо этого послушать Сухо. Может быть, все остальные здесь еще хуже, чем он. Если эти люди хуже Сухо, то попытка изнасилования не последняя из твоих забот. Ты быстро проскальзываешь обратно в комнату, вздыхая с облегчением, но ненадолго. Тебя наполняет ужас. В любом случае ты мертва.

***

Сухо входит в комнату и слегка удивляется, увидев, что ты все еще там, свернулась калачиком в углу. — Я не ожидал, что ты будешь такой послушной. — Весело замечает он. Ты даже не реагируешь на его слова. Ты устала от всего, что произошло, и не хочешь сейчас разговаривать со своим похитителем. Сухо прищуривается на тебя, но не утруждает себя тратить на тебя время. Ты слышите какое-то шарканье и, любопытно поднимаешь голову с колен только для того, чтобы покраснеть от его вида. — Что ты делаешь? — Переодеваюсь. — Небрежно ответил он, продолжая стягивать с себя рубашку. — Здесь? Прямо передо мной? — Говоришь ты недоверчиво, а он просто бросает на тебя странный взгляд, рубашка наполовину спадает с него. — Это моя комната, если ты не поняла. Я могу делать все, что захочу. — Он полностью снял с себя рубашку и бросил ее в корзину для белья, прежде чем найти более чистую рубашку. Надо признать, у него красивое тело. Ты быстро стряхиваешь эту мысль, проклиная себя за то, что вообще так думаешь. Он похитил тебя. Он пытался изнасиловать тебя. Этот человек — зло. Кстати говоря, ты в ужасной опасности, когда он в комнате. Ты крепче прижимаешь колени к груди и обхватываешь себя руками. Теперь на нем чёрная рубашка, и он с усталым вздохом плюхается на кровать. — Эй. — Зовет он тебя, а ты упрямо сидишь на месте, не двигаясь. Он становится немного нетерпеливым. — Я с тобой разговариваю. Ты не отвечаешь. — Просто чтобы ты знала, завтра ты идешь к своему парню. Ты собираешься убедить его работать на нас, чтобы вернуть долг. — На его лице появляется ухмылка. — Или, может быть, ты решишь попытаться спасти его? Но только ты знаешь, ни тебе, ни ему будет выбраться тяжело отсюда…по крайней мере живыми. Ты вздрагиваешь на месте, и он это видит. — Выбор за тобой. — Ты слышишь шарканье и думаешь, что он сейчас лежит на кровати. –Только не говори, что я тебе его не давал. Выбор. То, что он дал тебе, даже не было выбором. Это были угрозы: работай на нас или встретишь свой конец. Он выключает свет, и комната погружаешься в темноту. Ты слышишь его медленное дыхание, но ты ни за что не сможешь заснуть в таком состоянии. Не тогда, когда твой похититель так близко. Закрыв глаза даже на секунду, ты можешь умереть. Или что-нибудь похуже. Ты даже думать об этом не хочешь. На долю секунды ты задаешься вопросом, сможешь ли ты задушить его. Может быть, ты могла бы взять рубашку и задушить его ею? В конце концов, ты решаешь, что это не стоит риска. Он сильнее и больше тебя, так что вполне может сбросить тебя с себя и вместо этого задушить. Ты испустила приглушенный вздох, боясь разбудить его. Ты чувствовала себя такой одинокой, такой беспомощной. Всё твоё тело ломит. Твои глаза медленно привыкают к темноте комнаты. Каждая мелочь заставляет тебя подпрыгивать. Ты прикусываешь губу. Это будет долгая ночь.