Малышка Стайлз

Часть 5 Стайлз сидела в уютной комнате особняка Майклсонов, чувствуя, как напряжение, сковавшее её всё это время, немного отступает. Но внутри неё по-прежнему было много неясности. Оборотни, ведьмы, вампиры… С этим ей предстоит столкнуться, но хотя бы она не будет одна. Элайджа и Никлаус предложили свою помощь, и, хотя он казался таким непредсказуемым, она ощущала, что можно довериться ему. Она оглядела комнату, пытаясь расслабиться. Вид из окна был красивым, но не давал ей покоя. Всё было слишком новым, слишком чуждым. И тут она вспомнила разговор с Никлаусом и Элайджей за столом в Мистик Гриле. Слова Элайджи, что её жизнь теперь будет в безопасности, не успокоили её, а скорее заострили ощущение, что она погружается в ещё более опасный мир. В голове опять возникли мысли о Дереке. Его предательство оставило глубокий след. Но её мысли всегда возвращались к нему. Это мучило её, но она надеялась, что время поможет вылечить раны. – Ты в порядке? – услышала она голос Элайджи, который вошёл в комнату, прервав её раздумья. Стайлз подняла голову и увидела его спокойное лицо. Он выглядел так, как будто ничто в мире не могло вывести его из равновесия. – Всё в порядке, просто немного привыкнуть нужно. – ответила она, стараясь не выдать того, что на самом деле ей трудно понять, что происходит вокруг. – Понимаю. Я бы хотел предложить тебе кое-что, если ты не против. – Элайджа немного замолчал, наблюдая за ней. – Что именно? – спросила Стайлз, чувствуя, как в её груди снова закрадывается любопытство. – Мистик Фоллз – это не самый безопасный город, и у нас есть свои методы защиты. Возможно, тебе будет полезно познакомиться с некоторыми из них. Я могу провести небольшой инструктаж, чтобы ты знала, как справляться с местными опасностями. Стайлз кивнула. И хотя ей не нравились некоторые стороны предложенного, она понимала, что это может быть важно для её безопасности. – Я готова. – ответила она решительно, ощущая, как что-то внутри неё подсказывает, что именно здесь, в этом городе, ей предстоит найти свой новый путь.Стайлз ступила в небольшую комнату на втором этаже особняка, сразу ощутив, как атмосфера здесь отличалась от того холодного великолепия, которое окружало её в других частях здания. Мебель была старинная, но уютная, а в воздухе витал аромат трав и дерева. Всё было уединённо, как будто скрыто от посторонних глаз. Но, к сожалению, здесь посторонними были только для неё. Элайджа, который немного отставал, направился к камину, где уже горел небольшой огонь. Он не спешил и держался сдержанно, но в его глазах было что-то более личное, чем прежде. Никлаус оказался рядом с ним быстрее, его шаги звучали уверенно, а взгляд был острым, как у хищника, который точно знал, что его добыча уже в поле зрения. – Стайлз, – сказал Элайджа, его голос мягкий, но с ощутимой заботой. – Это место не для разговоров. Лучше устроимся рядом с камином, если ты не возражаешь. Она кивнула, но чувствовала, как её сердце ускоренно бьётся в груди. Присутствие обоих Майклсонов было одновременно пугающим и притягивающим. Если бы они были просто обычными мужчинами, возможно, ей было бы легче справиться с этим странным чувством. Но они не были обычными. Они были вампирами, почти бессмертными существами с огромной силой, которая могла уничтожить её за секунду. Никлаус неожиданно приблизился, его движения были быстрыми и почти незаметными. Он стоял прямо перед ней, его глаза блеснули, когда он заговорил. – Ты не такая, как все, Стайлз, – сказал он, поднимая её взгляд с темным интересом. – Ты не боишься нас, не играешь в игры, как другие. Это… интригует. Стайлз постаралась не показывать волнения, но не смогла скрыть нервный смешок. – Да, что-то в этом есть. Но ты слишком зациклен на том, чтобы меня удивить, Никлаус. Может, тебе лучше посмотреть на кого-то другого? Её слова были более защищёнными, чем она хотела признать, но именно это он и хотел. Никлаус не отводил взгляда, его лицо едва ли выражало эмоции, но что-то в его тоне стало жёстче. – Ты ещё научишься, что я всегда получаю то, что хочу, Стайлз. Может, тебе не стоит отказываться от такого предложения. – Он взял её за руку, и её тело сразу отреагировало на эту лёгкую, но властную хватку. Но она была готова отступить. Только в этот момент, как на контраст, Элайджа подошёл ближе, его взгляд был серьёзным и спокойным, как всегда, но в нём тоже читалась какая-то новая искра. – Никлаус, прекрати. Стайлз не такая, как ты думаешь. И ты тоже, наверное, не то, что кажешься. – Его голос был мягким, но в нём ощущалась уверенность. – Ты интригуешь , Стайлз. Не знаю, насколько ты это осознаёшь, но ты… не можешь остаться равнодушной. Стайлз замерла, глядя на Элайджу. Её внутреннее недовольство перешло в некую растерянность. Он говорил с такой искренностью, что у неё не было сил ответить. – Это не то, что ты думаешь, – сказала она, но слова казались слабыми. – Я просто пытаюсь выжить здесь, а вы двое — суть всего того, с чем я не могу справиться. Никлаус усмехнулся, его взгляд был остриём кинжала, но что-то в его манере изменилось. Он понял, что Стайлз не была так проста, как казалась. – Ты видишь, Элайджа? Она меня не боится. А значит, мы можем быть партнёрами, не так ли? – спросил он, не сводя взгляда с неё. Элайджа шагнул вперёд, и его тень упала на Стайлз. Его слова стали мягче, почти заботливыми. – Никлаус, ты снова упускаешь суть. Стайлз не орудие для твоих игр. Ты должен это понимать. Но я думаю, ты заслуживаешь знать её истинные намерения, Стайлз. Так что, если ты позволишь… я помогу тебе понять, что ты на самом деле здесь ищешь.В этих словах был какой-то намёк на поддержку, на то, что Элайджа мог бы быть тем, кто предложит ей больше, чем просто опасную игру. И в этом его голосе было что-то гораздо более важное, чем просто попытка быть другом. Стайлз почувствовала, как её нервы начали утихать. С ними было не легко, но каждый из них предлагал что-то особенное, а ей нужно было выбрать, с кем ей продолжить этот странный, опасный путь. Стайлз чувствовала, как время вокруг неё замедляется. Мгновение становилось вечностью, и в этом пространстве, где всё казалось возможным, она оказалась между двумя мирами, между двумя мужчинами, которые оба вели её на этот опасный, интригующий путь. Никлаус был искушением, с его темной, манящей харизмой, а Элайджа — стойким, как непокорённая скала, с которым всё казалось… легче, но одновременно ещё более трудным. С каждым мгновением её тело ощущало тяжесть их присутствия, не только физическую, но и эмоциональную. Стайлз пыталась понять, что именно ей нужно. Никлаус уже не пытался скрывать своего желания. Он был уверен в своём контроле, в своей власти. Его взгляд, тёмный и полный искушения, не оставлял ей места для сомнений. Он мог бы забрать её, как приз, как трофей, и она знала, что это было бы легко. Но за этим было что-то большее — его желание не было простым; это была игра, игра, в которую она могла бы попасть. И она знала, что хочет быть в ней. – Ты знаешь, что тебе нужно, Стайлз, – его голос был тягучим, как мёд, но в нём было столько тёмной силы, что её живот сводило от напряжения. – Я могу дать тебе то, что ты хочешь. Вкус этого будет сладким. Ты не пожалеешь. Её сердце сбилось с ритма. Но до того как она могла что-то ответить, в комнате появился Элайджа, и всё снова затихло. Он стоял там, с его спокойной уверенностью, не пытаясь навязать свой выбор, но он был здесь, рядом, как каменная статуя, но с огнём внутри. – Не торопись, Стайлз, – его голос был мягким, почти ласковым, но в нём не было силы контроля, как у Никлауса. – Тебе не нужно делать выбор прямо сейчас. Я здесь, чтобы ты могла принять его в своё время. Ты заслуживаешь больше, чем просто быть чьей-то игрушкой. Стайлз не знала, как реагировать. Оба брата — и Никлаус, и Элайджа — предлагали ей свою силу, свои чувства, но в разных формах. Никлаус говорил о её желаниях, о том, что она могла бы почувствовать его мир, опасный, но безмерно привлекательный. Элайджа был о другом — о том, чтобы она чувствовала себя защищённой, чтобы она могла быть собой. Но разве она могла отказаться от того, что было так близко? Так напряжённо, так… соблазнительно? И разве она не чувствовала, как сердце её стучит, как кровь пульсирует в венах, когда она была рядом с ними? Тот вечер стал тем, что она не могла забыть. Никлаус не ждал приглашения. Он был рядом с ней почти мгновенно, его руки скользнули по её коже, как огонь, но не обжигали, а только разжигали желание. Его губы были жёсткими, но полными страсти, и Стайлз почувствовала, как её контроль исчезает, как она теряет себя в нём. И это было прекрасно. Это было опасно. Однако, когда всё было уже не так важно, когда она была лишь между ними, когда она ощущала, что сама уже не может остановиться, Элайджа был рядом. Его глаза были полны понимания, но в них был и скрытый вопрос, который он не задавал вслух. Он подошёл к ней, тихо, без лишних слов, и всё это казалось таким природным, таким искренним. Он знал её, он видел её душу, и она была ему не чужда. Элайджа всё делал с такой нежностью, что это вызывало ещё больше метаний. И вот теперь она была между ними — в тени ночи, с их телами, их жгучими поцелуями, их обещаниями. Один — опасный и импульсивный, другой — спокойный и разумный, но оба тянули её к себе, как магнит. Когда всё закончилось, и она осталась одна в пустой комнате, в её голове был лишь хаос. Всё казалось слишком настоящим, слишком реальным, и это не могло быть её. Но она не могла стереть эти воспоминания, не могла забыть запах их кожи, тепло их дыхания. Это было за гранью того, что она могла бы себе позволить. И в этом был её главный страх — она могла бы хотеть их обоих, но что ей теперь с этим делать? Стайлз сидела на краю кровати, чувствуя, как её руки начинают дрожать. Она пыталась понять, что происходит с ней, но это было выше её понимания. Что делать, если ты так сильно хочешь двух разных людей, но после этого не знаешь, как взглянуть в глаза ни одному из них? – Что я натворила…? — прошептала она, глядя в пустоту. В её глазах была тень стыда, но что-то внутри всё равно манило. Её тело помнило каждое прикосновение, каждый взгляд, каждое слово, и теперь она не могла выбрать. Стайлз закрыла глаза, пытаясь успокоиться, но её мир вновь раскололся на части.