Мелодия души

      — Дедушка? — молодой демон, с тревогой в голосе, сощурив свои алые глаза, недоумённо посмотрел на слоняющуюся по комнате тень Воланда. Тот уже добрых шесть дней гостил у сына, оккупировав гостевую спальню, и его странное поведение начинало не на шутку беспокоить внука. Обычно язвительный и властный, сейчас он казался рассеянным и потерянным.       Воланд, словно очнувшись от транса, рассеянно взглянул на встревоженного внука и махнул рукой, продолжая усердно вчитываться в древний, пыльный фолиант. Книга пахла веками и тленом, а буквы плясали перед глазами, отказываясь складываться в осмысленные слова.       Сощурившись, он выглянул из-за книги и принялся исподтишка наблюдать за влюблёнными. Его внук и этот… полукровка… о чём-то увлечённо щебетали, рассматривая разные фотографии на маленьком столике у дивана. Снимки пестрели красками и улыбками, запечатлевая моменты их совместных путешествий. «Видимо, опять собрались мир посмотреть. И чего им дома-то не сидится…», — промелькнуло в голове у демона с лёгкой ворчливостью. «Вот же молодёжь, ни минуты покоя».       Но вдруг, едва не выронив книжку, демон во все глаза уставился на то, как его внуком мастерски манипулируют. «Что себе позволяет этот наглец?!» — мысленно взревел Воланд, чувствуя, как закипает кровь.       Тонкие пальчики поочерёдно проводили дорожку от колена до самой шеи Абрахама, вызывая у того мурашки. Полукровка, закусив губу, страстно начал нашептывать всякие пошлости, выгибаясь, подставляясь под ласки. Абрахам, видимо, не в силах устоять от чар своего чертёнка, сокрушённо кивнул, сдаваясь под его напором. «Поддался, глупец! Где его демоническая гордость?!» Радостный писк — и Люци уже нет в гостиной, наверное, пошёл паковать чемоданы, предвкушая скорое приключение.       Цыкнув, старший демон покачал головой. «Тряпка. Ну, ничего, молодость — дело такое», — подумал он, возвращаясь к своей книге.       — Дорогой… — чуть раздражённо прошептала на ухо рыжая демоница, вызывающе выпячивая пышную грудь вперёд. Зелёное платье из шёлка было поистине шикарным, точно вторая кожа облегая её тело, и хорошо подчёркивало все плюсы женщины. — Когда мы уже покинем этот… дом? — пренебрежительно спросила Исида, поправляя сверкающие камни на своём декольте. Её голос сочился нетерпением и лёгким презрением к обиталищу внука Воланда.       — Как только я улажу проблемы с западом, — скривив губы, демон дёрнул плечом, тем самым скидывая руку любовницы, ползущую по его груди. Та, поджав пухлые губы, кокетливо стрельнула глазками. «Вечно она со своими глупыми приставаниями», — подумал Воланд, раздражённо отворачиваясь.       — А как насчёт того, чтобы уединиться? Ты в последнее время так холоден ко мне. Позволь порадовать тебя… — томно прошептала демоница, пробираясь руками к самому сокровенному. В её глазах плясали игривые огоньки, как будто она была кошкой, играющей с мышкой.       — Исида, — зло вспыхнув, Воланд больно сжал нежную руку женщины, прерывая её ласки. — Я занят и…       Дверь в гостиную распахнулась, являя собой взволнованного Маркуса. Тот, будто пробежав полгорода, держал в руках маленький рыжий комочек, дрожащий в его руках. Его обычно собранное лицо выражало крайнюю степень растерянности.       — Люци! У меня тут это… — от стресса оборотень начал взволнованно покрываться шерстью, ещё немного, и Маркус явит миру одну из ипостасей. На его лице читался ужас. «Чёрт, что случилось?!» — промелькнуло в испуганной голове оборотня, когда он увидел Воланда и Исиду.       Воланд, растерявшись, откинул от себя Исиду, как только понял, кто пришёл. «Что за чертовщина происходит?» Его планы на спокойное чтение и отдых рушились на глазах.       Не прошло и нескольких секунд, как прибежали Абрахам и Люциус, обескураженно смотрящие на волчонка… В их глазах читалось полное недоумение. «Что это за чудо?» — казалось, кричал их общий взгляд.       — Это кто? — проблеял Абрахам, как только Маркус впихнул рыжий комочек ему в руки. Тот оказался тёплым и мягким, но Абарахам не чувствовал ничего, кроме замешательства.       — Твоя дочь! Я… Вы чего не сказали, что у Лауры гены оборотня?! — выпалил Маркус, чуть не задыхаясь. Он казался громом среди ясного неба, оглушив всех присутствующих.       — Оборотня? Но… — рыжий волчонок, пискнув, прижал ушки к голове и начал расширенными глазами посматривать на родителей. В её маленьких глазках читался страх и непонимание происходящего       — А я говорил, отец твой — дебил, всё отмахивался! Думал, что я головой поехал на старость лет, — Маркус воодушевлённо почухал внучку за ушком, а затем, прищурившись, посмотрел в сторону старшего демона. Его взгляд был полон смысла и какого-то хищного предвкушения.       Воланд, почувствовав на себе сканирующий взгляд, покрылся девичьим румянцем и нервно сглотнул. Его внутренний мир охватила настоящая буря.       «Что происходит? Почему моё тело так реагирует на эту спину?! Даже ноги дрожат, так и хотят разъехаться… Чёрт бы его побрал! А Исида не помогает, крутится, призывает! Только вот внизу у меня мертвецки тихо… будто проклят, а вот как только я почувствовал запах оборотня, так сразу же! Неужели я хочу, чтобы он снова меня?! Нет! Нет… Нет? Да, чёрт!» — раздражённо стукнув по дивану, понял, что Маркуса уже нет в комнате, как и внука. Зато пришли Лоа и Мирах. Хозяйка что-то удивлённо рассказывала супругу, поглядывая в область шеи Воланда. Замерев, Воланд медленно прикоснулся ладонью к месту, куда укусил его Маркус и застонал. Ох, ты ж! «Что он со мной сделал?!»       Подорвавшись, он, под удивлённые взгляды, вылетел в коридор, чудом не задев прислугу. Бежал, как от огня, пытаясь убежать от собственных мыслей и нахлынувших чувств. Его лицо пылало, а в голове царил полный хаос.       «Только попадись мне на глаза. Я из тебя собачью отбивную сделаю! Убью, кретина такого!» В его голове роились противоречивые мысли, гнев боролся со смущением, а похоть — с отвращением. Он чувствовал себя загнанным в угол зверем.       В ярости пыхтя от гнева, демон не заметил, как оказался возле входа в оранжерею. В беседке, подперев голову кулаком, с чуть грустной улыбкой сидел Маркус и что-то говорил уже порядком надоевшему гибриду. Тайлер, помешивая маленькой ложечкой остывший чай, понимающим кивал, а затем, положив руку на плечо собеседника, сжал его. Нахмурившись, Воланд начал незаметно пробираться вперёд, накладывая на себя маскирующие чары. Остановившись возле огромного дерева, выглянул из-за толстого ствола.       — Маркус, почему? — удивлённо вскрикнул гибрид, нарушая тишину оранжереи.       — А ты думаешь, он примет меня после этого? — оборотень с болью посмотрел в сторону. В его глазах плескалась грусть и отчаяние. — Ты же понял, что я совершил?       — Да, — спокойно произнёс Тайлер. — Но ты не контролировал себя, у Рида тоже во время гона бывает…       — Этому нет оправдания! Я не какой-то там щенок, которому, показав грудь, сорвало тормоза, я вожак с железной выдержкой! А вместо того, чтобы остановиться и уйти прочь, я… я стал животным, которому было всё равно на свою пару! Пару, которую нужно оберегать и защищать… В его голосе звучало искреннее раскаяние и самобичевание, словно он сам себя приговаривал к пожизненному заключению.       Сжав до побелевших костяшек руку, Воланд старался не упустить ни одного слова, которые будто лились водопадом. В них было столько горечи и сожаления, что становилось больно. Он, конечно, зол на него, но… прочитав несколько книг об оборотнях, Воланд понял, что Маркус ещё сдерживал себя в тот раз… Волк просто нашёл свою пару, которую искал чуть ли не всю жизнь, вот и сорвался.       Поэтому ненависти не было, лишь непонимание. Почему Маркус так долго молчал? Почему не рассказал о своих чувствах раньше?       — Он подарил мне такое чувство, когда кажется, что через минуту ты сойдёшь с ума от желания, — вспыхнув от его слов, демон чуть было не сломал вековое дерево, сжав его ствол. Его сердце бешено заколотилось в груди, точно птица, бьющаяся в клетке. — Глупо, конечно, скучать по тому, с которым ты ни фига не ладишь. Но не знаю… Всё же хорошо, когда у тебя есть кто-то, с кем в любой момент можно поругаться, — чуть хрипло засмеялся оборотень. В его смехе слышалась грусть и тоска.       — О, это да, когда вы с Воландом ругаетесь, вы похожи на кошку с собакой. Иногда это даже мило, хотя после ваших стычек приходится ремонтировать замок.       — Ладно, Тай, спасибо, что выслушал и позволил высказаться.       — Обращайтесь! — воскликнул гибрид и с улыбкой помахал на прощание. — Надеюсь, всё образуется, — прошептал в никуда Тайлер, с грустью смотря в спину оборотня.       Маркус брёл по уже давно знакомой тропинке, где то и дело выскакивало перепуганное зверьё. И что было странно, лес будто притаился. Но не это заставило оборотня со страхом замереть, а отвратительный запах гнили и несущийся напрямую зомбак с оторванной цепью, волочащейся за ним. Труп был какой-то странный, аура была другой, будто живой, словно бы его контролировала какая-то тёмная сила. Мрак окутал лес, а то, где пробегал мертвец, моментально умирало, оставляя иссохшую землю и деревья. Надвигалось что-то зловещее и опасное.       — О, Богиня… — выхватить меч было слишком поздно. Когтистая рука в нескольких сантиметрах была перед лицом, и если она коснётся… «Это конец», — пронеслось в голове оборотня с обречённостью.       Не успел оборотень проститься с жизнью, как кто-то оторвал его от земли. Шелест крыльев и судорожный вздох с мёртвой хваткой заставили Маркуса удивлённо обернуться. Кто же это мог быть? Кто решился рискнуть своей жизнью ради него?       Испуганный демон с огромными чёрными крыльями был чертовски красив, что невольно залюбовавшийся оборотень даже забыл о нависшей угрозе. В его глазах плескалась неподдельная тревога.       — Воланд? — прошептал он. Удивление и надежда прозвучали в его голосе. Неужели это действительно он?       — Он успел тебя коснуться?! — взволнованно вскрикнул демон, быстро пробегая глазами по оборотню.       — Был близок, но ты быстрее… Откуда он взялся? Некроманты редко когда разбрасываются своими ингредиентами.       — Началось… — мёртвым голосом проговорил Воланд, пустыми глазами смотря на вершину холма, где располагалась граница оборотней. В его голосе звучала обречённость, словно бы он предвидел надвигающуюся катастрофу.