Война миров.

— О, может быть я и на стороне ангелов, но даже на секунду не подумай, что я один из них! — громко кричал Лигуру в трубку Демон, ведя машину и крепко цепляясь за руль своего черного Бентли.       Его машина была старой, но не страшной. Она не старела по характеристикам и внешне, всегда была прекрасно отполирована и «божественно» красива, словно новенькая Жигули на крыльях. Божественно, конечно, сказано в переносном смысле, хотя он и не исключал факт преобразований и улучшений со стороны его друга-Ангела, однако сказать «дьявольски» у него не повернулся бы язык. Сразу вспоминается преисподняя и тухлый запах трупов, бредущих по тлеющему полу. — ЗНАЮ Я ТЕБЯ, ВЕЧНО ТЫ ЧТО-ТО ВЫТВОРЯЕШЬ… СЛУШАЙ МЕНЯ! ТЫ ДОЛЖЕН БЫТЬ НА НАШЕЙ СТОРОНЕ! «На нашей стороне… Я уже на нашей стороне с Азирафелем. Поздно вы подсуетились, дорогие мои». — На вашей я, не беспокойся, Лигур. Шутка это была. Но не называй меня «ангелом». А то ударю.       Ехидно улыбнувшись, Змий завершил звонок. После лёгкого смешка он вжался в педаль газа до са́мого основания и полностью отдался дороге.       Путь его лежал в библиотеку, где должен был быть Ази с новостями. Да и он сам хотел с ним поговорить о том, что на него напала кучка идиотов и заставила все изменить в мире. Грядут перемены. И довольно серьёзные.       Резко тормознув у библиотеки, Кроули вышел из Бентли и огляделся. Колёса его машины искрились, словно фейерверк на дне города четвёртого июля (речь идёт о Соединённых Штатах, конечно) или на Рождество, когда у каждого второго в руке бенгальские огни. — Черт… опять.       Шальная и тонкая рука Змия потянулась к колесу, которое крутилось на месте, и он, подобно магу (или чудику вроде Ази), убрал все шумы и искры, оставив лишь лёгкий дым из выхлопного отверстия с заднего прохода машины. — Прекрасно, – Демон улыбнулся, а глаза прыснули крадеными искорками. "Что ж, пора топать к моему товарищу".       Пробираясь сквозь тысячи книг, Кроули кричал имя Ангелочка, которое отзывалось гулким эхом по огромному зданию, состоящему из двух этажей, полностью заставленных стеллажами. Без единого намёка на пыль среди полок, конечно же. — Азирафель! Где ты, мать тв... – не успел было договорить Демон, как его плеча коснулась рука, тактично и мягко отводя куда-то в сторону. — Что ты творишь? — Нам не нужна огласка, так ведь? — Ангел поправил своё бежевое пальто, отряхнув невидимую для Змия пыль. — Да кто тут будет за нами следить? Не кому, Ангел, – Кроули прильнул плечом к стене, после чего быстро поправил прическу одним взмахом головы. – Ну, что ты хо... — Что ты хотел рассказать? – внезапно перебив Демона, – ой, прости, говори ты первый.       Кроули тихо рассмеялся, оскалив зубы. — Что ж, мы оба хотим что-то рассказать, но позволю тебе начать первым, ты Ангел.       Азирафель быстро прочистил горло в кулак. Руки его заметно тряслись. Ожидание неизбежного так пугало, что даже пульс подскачил до предела, а зрачки слегка расширились, что было вовсе не свойственно Ангелу. — Не томи ты, ну, – нетерпеливо буркнул Демон. — Грубо говоря, ситуация обстоит так, – Азирафель, обеспокоенно шагая по комнате, никак не находил места рукам: то скрещивания их за спиной, то водя перед собой, – на меня покушались оттуда, – он указал вверх. – Они говорили со мной по поводу Армагеддона. Заставляли начать его. Сделать непоправимое. Поддержать их идеи и отказаться от нашей с тобой...       Демон почувствовал, как его руки сжимаются в гневе. "Они не только со мной говорили? Они угрожали и моему другу?" — Ты будешь смеяться, но ко мне тоже приходили и уговаривали сделать то же самое.       На некоторое время в библиотеке повисла тишина. Настолько угнетающая и тянущая в бездну.       Внезапно раздался стук, и в здание зашёл покупатель. Громко крикнув, он хлопнул дверью, чем прервал сложившуюся атмосферу. — Не видно, что мы разговариваем?! Мы заняты! – рыкнул Ангел, сжав руку и прикрыв глаза. – То есть подождите пожалуйста у входа. У нас технический перерыв.       Паренёк с недоверием покосился на мужчин и, выйдя из библиотеки, более не возвращался. — Чего это ты? — Забу-удь, – протяжно взвыл Ангел. – Я не хотел его напугать. Нам нужно подумать, что делать с нашими нынешними врагами.       Два друга встали в стойку у книжной полки, глубоко задумавшись. — А что, если... — Нет, мы не будем их убивать, это нам не поможет, – не дав Демону договорить, заключил Азирафель. – Они найдут способ нас уничтожить. И поверь мне, Наши смогут это сделать. — А почему это Ваши? Наши тоже многое умеют. Не надо смотреть на то, что они все уже стары. Я не такой и тупой, а ведь тоже не молод. Они тухнут, а я лишь красивее с каждым днём.       Демон рассмеялся, с упоением наблюдая за Ангелом поверх спущенных очков. — Да, друг мой, ты прав. Они тоже хороши в драке. Помнишь, как нас чуть не отметелили? Ты так говорил тогда, да? — Неважно, что я говорил. Важно то, что нам нужно... Стоп. — Ты подумал о том же, о чем и я?       Глаза обоих засветились, как яркие огоньки среди ночного неба. — Мы будем ездить по странам и направлять людей на мир во всем мире! – воскликнул ангел. — Ну, твоя идея получше будет, мой вариант, конечно, ничем не хуже, но рассказывать не буду. Если что — применим его. Вдруг твоя идея провалится, и мне придется геройствовать. — Ох уж этот Демон… – прошептал себе под нос веселящийся Ангелочек. — Ты такой чудной временами. — Ты хотел сказать «чудный», а? — улыбка Демона была до ушей, которые едва заметно покраснели от случайного комплимента Ангела. — Да нет же, Кроули! Что ты, – просмеялся Ангел.       Азирафель начал шататься от рассеянного Демона из угла в угол. Запыхавшись, он сел на стул около окна, схватившись за сердце. — А я говорил: не надо было заказывать третью порцию блинчиков сегодня за завтраком! — Кроули сел рядом, облокотившись на руку Ази. — Я сейчас... отдышусь... и... пойдём. — Поедем. — Да. Поедем... по миру, – прокашлявшись, начал понемногу успокаиваться Ангел.

***

      Тем временем ангельские враги наших товарищей сейчас обсуждали записку, которая выпала из единственного экземпляра «Точных и верных пророчеств Агнессы Псих».       В записке было сказано: "Жизнь, а не смерть Азирафеля – ключ к миру во всём мире".       Первые три слова были кем-то зачеркнуты простым карандашом. — Давайте сделаем вид, что зачеркнутых слов мы не видим, – предложил Гавриил, нервно двигая по столу куском старой бумаги. — Но как же... — Не перечь старшим, Мирена! – внезапно появившись, заявила Она. – Мы же все хотим убить его, ведь так? – несомненно каждый поддержал Её, выдавая одно лишь только «Да». — Тогда чего мы ждём?       Гавриил томно вздохнул, рассматривая приближенных. Казалось, ещё чуть-чуть, и он точно кого-нибудь прибьёт. — Подождите. Это неправильно. Вдруг эти зачеркнутые слова действительно важны? Вдруг Всевышний хотел, что бы этот самолюб Азирафель жил? – выдержав небольшую паузу, англел продолжил. – И хорошо жил, если уж он был записан в точные пророчества Агнессы Псих.       Все вмиг задрожали в неведении. Страх окутал каждого. А страшнее было Азирафелю и Кроули, которые сидели в машине и ели какие-то булки. — Мы проехали уже сто километров, Кроули! Я проголодался, – Ангел уплетал за обе щёки булочку, запивая её при этом сладкой водой. – Не сердись, пожа-а-алуйста!       Демон сидел, серьёзно смотря в лобовое стекло. Дыхание было сбивчивым. Не понятно из-за чего он так злится. — Рас-с-слабся, – взвыл Змий, ненадолго превратившись в змею, – я лишь злюсь из-за того, что ты съел мою булку, которую себе купил.       Азирафель перестал жевать и тяжело сглотнул, поперхнувшись. Осмотревшись, он увидел, что схватил хот-дог Кроули, а собственного пекана уже давным давно и след простыл. — Ой, прости! Я сейчас тебе новый куплю! — неловко усмехнувшись, Ангел опешил и тут же положил половину хот-дога, которую безжалостно поглощал ранее. Немного закопошившись, он резко открыл дверь, отчего не удержал равновесие.       Рука Змия в ту же секунду схватилась за дорогой бежевый пиджак, который начал трескаться, вследствие чего в районе позвоночника начал немного расходиться. Демон быстро поднял Азирафеля и вернул пиджаку прежний вид. — Спасибо, Кроули, – запыхавшись, он тяжело вздохнул, – я... — Прекрати, Азирафель, я пошутил. И нисколько не обижался. Закрой дверь. Поедем в Беренбург.       Город Беренбург – центр столицы Свитвилля, самой чистой столицы в мире, который не забывается и всегда убирается, дабы занимать первое место в Топе «Самых чистых мест, городов и других местностей в мире» (без учёта реально чистых мест Аделаиды и Киринии).       В Свитвилле гордились своим положением. Кроули же, при каждом его посещении, всегда смеялся с тамошнего правительства. Хотелось бы поуправлять ими, но такой задачи не было поставлено, поэтому он просто проезжал мимо (не упуская возможности заскочить в пару баров, естественно) и даже слегка печалился, что ничего не делает с этим городом. Он мог вмиг его испортить, везде накидать мусора руками жителей… Эх-х...       Сейчас у друзей стоит задача как-либо вразумить живущих в столице и пригородных поселениях, что война миров не требуется, что все могут жить в мире и согласии.       Этим они займутся, как только доедут до города. А ведь их уже искали ангелы и демоны… — ПОРА БЫ ПОСПЕШИТЬ, ДРУЗЬЯ МОИ, – с усмешкой напомнил Смерть, держа в руках сверкающую косу. Он смотрел вдаль удаляющейся машине по шоссе Бродвилль 16 и чесал острым концом оружия свою и до того короткую бороду; черная кровь полилась из венок на лице, а сам Всадник Апокалипсиса хрустел челюстью, явно наслаждаясь при этом своим отражением в косе.       Ангел достал из своей сумки пустой блокнот с карандашом и огляделся по сторонам. Думая, что бы эдакого нарисовать, его глаза пали на волосы Кроули, а тот, в свою очередь, был сконцентрирован на дороге, что совершенно противоречило его взглядам. "Этому Демону чертовски повезло с внешним обликом. Он выглядит так, как он себя представлял более шести тысяч лет назад в душе́, перед перерождением. И что со мной. Я, конечно, не рассчитывал быть худым или что-то вроде этого…»       Размышления Ангелочка прервались тяжёлым и непонимающим взглядом Змия. Он смотрел на того проницательно, как умел только он: молча, с лёгким непониманием... Да, без осуждения. Грубо говоря, его взгляд выражал полное понимание того, что он ничего не понимал в данный конкретный момент. — Чего смотришь, Ангел? — Кроули, протянув последнее слово, улыбнулся, и, поправив очки на переносице, вжался в педаль газа до упора, разгоняясь до ста семидесяти.