Поколение Убийц. Шухов, часть третья: Специальные операции.

Так прошло ещё три дня. Рука Шухова почти перестала болеть, а заветный нож был припрятан в стоге сена — на тот самый день. Басаев разрешил прогулки по территории аула. Ещё бы, он насквозь просматривался боевиками и сделать лишнее движение было нельзя. Вскоре он приказал остричь наголо пленников, чтобы не завелись вши. Стоя перед зеркалом, Сергей осторожно брил отросшие волосы штык-ножом. Рядом стоящий боевик чутко смотрел за ним. — Ну ты скоро там? — Сейчас, подожди… Всё. — он отдал нож чеченцу и потёр лысую голову. Прогуливаясь по кишлаку, Сергей внимательно смотрел под ноги. Вдруг к нему подбежал мальчик, что-то держа в руках. Вид у него был грустный. — Извините, можете мне помочь? — спросил он Шухова. Старлей разглядел в его руках сломанную игрушечную машинку. Сергей присел на одно колено. — Ну давай, посмотрим. — Шаман взял игрушку в руки и оглядел. Как оказалось — рама была погнута. — Что там? — У тебя есть отвёртка? Тут раскрутить надо. — пожал плечами Шухов. — Сейчас! — мальчик убежал к себе в дом. Вскоре он вернулся с небольшой плоской отвёрткой. После недолгой возни Сергей выправил раму и закрутил всё обратно. — Забирай, дружище. Как новая. — улыбнулся Шаман. Ребёнок сразу просиял и забрал игрушку. — Эй, отвёртку-то забери. Родители ругать будут. — Сергей протянул ему инструмент. — Ага, спасибо! — мальчик убежал куда-то прочь. Басаев сидел в своём доме и работал с компьютером. В нём находились все контакты с остальными полевыми командирами, которых ещё не поймало КГБ. Общение происходило на закрытом канале, который было очень трудно взломать. — Хм… От Радуева есть новости. — Какие? — в комнату заглянул его помощник. — Свиньи из КГБ как с цепи сорвались. Начали отлов наших в Нальчике, Орджоникидзе, Дербенте. Они уже предотвратили две наших акции. — Что вы предлагаете? — Залечь на дно и не высовываться. Их разведчики работают как надо, и не побрезгуют никакими методами. — Понятно. Я передам нашим на соседних участках. Шухов стоял около его дома и всё прекрасно услышал. — Значит, они начали охоту. Надо бы им подсобить… Но не сегодня. Степан молча курил и смотрел на горный пейзаж. К нему подошёл Махмуд. — Слушай, чеченец… А вот в чём ваша идея? За что воюете? — За свободу чеченского народа. Вот выгоним советских — и заживём как надо. Будет у нас своё государство, своя валюта. — А ты не думал, что вашим командирам нужно не отделение? Они просто хотят устроить хаос, чтобы их боялись. Эти теракты, взрывы… Зачем это всё? — Это нужно для того, чтобы с нами считались. Дай-ка прикурить… — Махмуд поднёс свою сигарету к тлеющей сигарете Леонтьева. — Ну вот будут с вами считаться. Вы же не перестанете народ пугать. Это всё ради бабла делается, ради наркоты. Ты понял, наверное. — Не нравится мне всё это… Мой дед сражался за Красную Армию, а отец прошёл Афганистан. Только я пошёл против советской власти и ушёл к Басаеву. Думаешь, не надо было этого делать? — Махмуд, ты весьма слабовольный. Сразу засомневался в своих идеалах, которых возможно и не было. Сложно это всё… — Степан затянулся и выдохнул. Сергей тем временем спустился к горной реке попить. Река была бурная, нужно было обладать должной ловкостью чтобы не сорваться с камней. — Слава Богу… Наконец-то попью. — он принялся осторожно пить воду из сложенных ладоней. Бинты на левой руке размыло, и пришлось перетянуть их потуже. Проступила тёмно-красная кровь. — Ч-чёрт… Ладно. — он пошёл обратно. В ауле его уже ждали двое боевиков с автоматами. И судя по их лицам — они были явно недовольны его уходом. — Куда ходил? — К реке. Воды захотелось попить. — ответил Шухов, выправляя карманы комбинезона. Чеченцы обратили внимание на его мокрые руки. — Хм… Ладно, но в следующий раз не уходи так далеко без присмотра. Басаев будет недоволен. — Ага, да пусть хоть треснет… — прошептал Сергей, проходя мимо них. Вольф занял своё место в штабе и тут же открыл компьютер. Шаманов присел рядом. — Так, сейчас я перекачаю данные с КПК на компьютер, и мы сможем обработать эту информацию куда подробнее. — Да, отлично. Самое главное узнать — куда же подевался мой боец. Такие специалисты просто так не пропадают. — Успокойтесь, генерал. Я начинаю. — Вольф с помощью USB-провода подключил КПК. На экране компьютера где-то минуту загружались данные, а после показались и папки с текстовыми документами, изображениями, координатами. Шаманов вытаращил глаза от увиденного. — Господи Боже… Откуда у них это всё? — Товарищ генерал, у них широкая сеть информаторов и кротов. И один из таких информаторов сдал Шухова. — Да я его… Голыми руками придушу! — Оставьте это дело нам. Всё же это наша работа. — хмыкнул Вольф и открыл один из текстовых документов. Перед ним тут же возникли списки всех полевых командиров боевиков. Зачёркнутые имена, наверняка, обозначали уже убитых. Борис пробежался глазами по списку и закрыл его. — Половина здесь присутствующих уже у нас на крючке. Они не мертвы только потому, что пока нам нужны. — А вот тот документ с картами? Там же что-то должно быть? — Сейчас узнаем. На карте были помечены все занятые боевиками аулы. Красным кругом были обведены те, в которых не было мирных жителей, а жёлтые — с мирными. — Отлично. Отправляйте координаты «красных» нашим ВВС, пора устроить им тёплую встречу. — Пиманов, приступить! Данные у вас перед глазами? — Так точно, уже работаем! На аэродроме «Ханкала» самолёты уже готовились к вылету. Командир соединения, майор Грызлов, едва успевал раздавать ориентировки. — Товарищ генерал, сегодня просто какой-то праздник! Откуда столько вражеских целей? — Мы раскопали ранее недоступную информацию, майор. — Вас понял, мы отправили всех свободных пилотов. Ждите сообщений об уничтожении целей. Небо над Грозным вдруг разорвал рёв десятка реактивных двигателей — штурмовики СУ-25 расходились в разные стороны, будто на шоу высшего пилотажа. Боевики в Грозном, едва отбившись от очередной атаки русских, подняли головы. — Это ещё что… — Не спрашивай. А лучше донеси патроны до передовых позиций. У одного из аулов дежурила группа разведчиков. Тут они услышали шум двигателей. — Приём, База, это Гром. У нас на сегодня были назначены авианалёты? — Вам не сообщили. Из главного штаба пришла наводка на целую кучу вражеских целей, дескать они раскололи какого-то вражеского офицера. — Есть. Только разведчик положил рацию, как аул был разнесён с воздуха неуправляемыми ракетами и зажигательными баками. Было слышно, как горящие боевики агонизировали, падая один за другим. — Товарищ капитан, аул уничтожен. Повторяю, аул уничтожен. Радиоэфир тут же разорвали сообщения об уничтожении вражеских целей. — Это Заря! Вражеская цель уничтожена! — Докладывает Молот! Цель уничтожена, выживших не наблюдаю! — На связи Барс! Всё горит, противников не вижу. Возвращаюсь на базу. Шаманов довольно потёр руки, прослушивая радиоэфир. — Отлично. Ну и навели же мы шороху… — Да. Но это ещё не всё. Особняком стоит задача по уничтожению полевых командиров, а это уже не за авиацией. — Вольф помотал головой и что-то пометил в своей записной книжке. — Если Шухова всё же пленил Басаев, то будьте уверены — одного уже можно вычёркивать. Шухов сидел у своего сарая и смотрел на дом Басаева. Он вышел из него, громко ругаясь на арабском с кем-то по телефону. Боевики смотрели на своего командира и пожимали плечами. — Стёп, как думаешь — что у него случилось? — Не знаю. Может, что-то у его друзей не так. Увидев Сергея, он пошёл к нему и убрал телефон. — Ты что натворил?! Ты что, кафир проклятый натворил?! — А что я сделал? — равнодушно посмотрел на него Шухов. — Наши аулы бомбят как в тире! Как будто кто-то пометил наши пункты и расстреливает их даже не пугаясь последствий! Это вызвало у Сергея улыбку. — Ты чего улыбаешься?! — Сбываются мои слова, Шамиль. Вас всех скоро убьют, мне даже ничего делать не надо будет. Не будите спящего медведя… В бессильной злобе Басаев разбил телефон и ушёл прочь. Степан косо посмотрел на Шухова. — И что же ты такого сделал, что он тебя винит в своих бедах? — Потом узнаешь. Через два дня наступил тот самый праздник, о котором говорили боевики. Шухов и Леонтьев сидели в хлеву и уминали за обе щеки осетинский пирог, который достался им со стола. — Когда ж ещё так вкусно поедим? — Как на волю выберемся — тогда и поедим. Не расслабляйся. — отрезал Сергей. Наступил вечер, и на улице стемнело. Боевики у костра начали выпивать, обсуждать что-то постороннее, смеяться. Шухов смотрел за ними через окошко. — Отлично, всё как я и рассчитывал… — он достал из стога сена припасённый нож и перехватил его лезвием вниз. Дверь хлева открылась, и внутрь ввалился боевик. — Эй, русские… Вам тут убрать надо, может и вам дадим выпить… — Ага, без сомнения. — Шухов притянул его левой рукой за плечо и вонзил нож в глотку. Он не успел издать ни звука и тут же обмяк. С чеченца Шаман забрал себе автомат АКМ, а Степан прихватил пистолет ТТ с одним магазином и пару гранат. — Что дальше? — Всё как планировали. Выходим, я выношу пулемётчиков на вышке, ты гранатами выносишь тех у костра. Потом видно будет. Поехали? — Да. Веди, командир. — улыбнулся Леонтьев. Они резко вышли из хлева, и Шухов двумя меткими выстрелами убил сидящего на вышке пулемётчика. — Что за… — боевики у костра едва успели похвататься за оружие. Степан бросил гранату аккурат им под ноги, и их тут же раскидало в стороны. — Отлично, Серёг! — Молодец. Хватай пулемёт и займи позицию у стены. Я займусь дальней вышкой. — он поднял с трупа боевика винтовку Мосина с оптикой. В темноте было сложно что-то разглядеть, но сидящий на дальней вышке снайпер выдал себя огоньком сигареты. Выстрел — и он упал с пробитой головой. — Отлично. — Шухов вытащил стреляную гильзу и снова взял АКМ. Тут же из дома вышел Махмуд без оружия. Увидев автомат у Сергея, он поднял руки. — Не стреляй! Я без оружия! Шаман спокойно подошёл к нему и опустил автомат. — Я не собираюсь тебя убивать. Ты не чинил мне зла, и за это я тебя награжу. Вместе с муллой потом уйдёте в сторону ближайшего мирного поселения. А теперь подожди, мне надо кое-что закончить… — он снял с рядом лежащего трупа гранаты и пошёл к дому Басаева. Первым делом гранаты полетели в ближайшие окна. Раздались два глухих взрыва, и из одного окна выпал боевик без руки — Сергей молча добил его из автомата. — Шамиль, ты не забыл что я тебе обещал?! Я иду! — он поднялся по ступенькам и зашёл в дом. Внутри было чисто — лишь в одной из комнат орал раненый гранатой чеченец, ощупывая утыканное осколками лицо. Шухов пожал плечами и пошёл вглубь дома, крепко сжимая автомат правой рукой. Басаев заперся в своей комнате, трясущимися руками сжимая пистолет. И тут в дверь постучали. — Шамиль, ну это не смешно. Ты со мной биться будешь или предпочтёшь сдохнуть? — Уходи! Я не буду тебе препятствовать, просто уходи! Ответа не последовало, и тень ниже двери куда-то пропала. Басаев уже спокойно вздохнул и убрал пистолет. Но внезапно Сергей вынес дверь с ноги и выстрелом пробил руку террориста. Он тут же заорал от боли, выронив оружие. — Ну-ну… И это тот самый полевой командир, имя которого вгоняет в ужас всех врагов свободной Ичкерии? Смешно. — Не убивай… Возьми в плен, но не убивай… — сдерживая слёзы, бормотал Шамиль. — Нет, я сделаю лучше. — Шаман убрал автомат за спину и встал перед ним на одно колено. Басаев попытался отодвинуться — но Шухов положил ему на глаза большие пальцы обеих рук. — Каково это — встретиться с тем, чьих родителей ты убил несколько лет назад? Ну вспомни, Будённовск… — Твою ж… Я вспомнил… — Ну и молодец. А теперь — прощай. — он вдавил пальцы в его глазницы. Из глаз тут же хлынула кровь. Шамиль дико заорал от невыносимой боли, а Сергей, уходя, забрал его вещи — ноутбук, спутниковый телефон, берет и позолоченный «Кольт». Немного повозившись у дверного проёма, он встал. — Увидимся в аду. — уходя, бросил Шаман. Уже на улице лежала куча трупов боевиков — он не заметил, как их со Степаном попыталась остановить толпа вооружённых чеченцев. Махмуд сидел рядом с Леонтьевым и закрывал уши. — Серёг, ты не поверишь… Такая толпа сюда ломанулась, ну я их и… — похлопал Степан свой ПКМ. — Молодец. А сейчас подожди, мне надо кое-кого вызвонить. Набрав знакомый по памяти номер, он приложил трубку к уху. В штабе Вольф всё-таки закончил изучение файлов с КПК. — Всё намёки да намёки… Где эти командиры прячутся? — он выдохнул и осел в кресле. Тут его мобильный зазвонил. — Да, Вольф у аппарата. — Здарова, Борян. Это Серёга. Волка будто ударило током — с ним вышел на связь Шухов. — Серёга?! Точно ты? Тебя тут все обыскались! — Ещё бы не обыскались, ё-моё. Где генерал Шаманов? — Э… Он рядом на диване спит, мы весь день изучали данные с КПК того снайпера. — Хуясе. Разбуди его, нужно ему кое-что сказать. Вольф растолкал Шаманова и отдал ему телефон. — Да, генерал Шаманов слушает… — Товарищ генерал, докладывает Шаман. Я убил его. Генерал покосился на телефонную трубку. — Серёг, это… Ты чё, живой? — Так точно, товарищ генерал. Мы зачистили аул, Басаев мёртв. У меня его вещи, там вся нужная документация. — Ну нихрена себе… Вы где, вам нужна эвакуация? — Какая эвакуация ночью, товарищ генерал… Дойдём пешком до ближайшего блокпоста, а оттуда домой. Как поняли? — Понял. Хорошо, что ты жив. До связи. — он отключил телефон. Когда Леонтьев и Шухов закончили собирать вещи, к ним подошёл мулла. — Вы убили их всех? — Да, отец. Это было необходимо. — Махмуд всё мне рассказал. Мы уйдём отсюда со всеми жителями, и найдём новое поселение. — Удачи вам. — Сергей развернулся и пошёл в другую сторону. Следом за ним поковылял и Степан, стараясь сильно не наступать на больную ногу. — Слушай, Шухов… А ты точно мотострелок? — Нет, Стёпа. Я старший лейтенант ГРУ, долго объяснять. Давай уже пойдём? — Так точно, товарищ старший лейтенант. — кивнул Леонтьев. Басаев всё же поднялся на ноги. Он огляделся, ища врага — но перед глазами была сплошная темнота. — Урод… Я убью тебя! — боевик бросился вперёд, смотря куда-то невидящими глазами. Тут под его ногами что-то лязгнуло. Шамиль не успел даже подумать, что это. Раздался оглушительный взрыв — вместе с растяжкой сдетонировали боеприпасы в доме. Над аулом поднялся густой столб дыма. Недалеко от аула сидела разведгруппа с приборами ночного видения. — Приём, База, это Нефрит. Аул уничтожен. Вижу двоих вооружённых бойцов, запрашиваю разрешение открыть огонь. — Отставить, Нефрит. Это не боевики.