Дар предвидения

В который раз уже Том нарушает диету. Ни на одной не продержался дольше года. Потому что сколько не пытаешься — вкусное и свежее, что каждый день маячит перед глазами, ломает к чертям выдержку. Реддл прекрасно понимал тех дам, что срывались на вкусненькое, долгое время ограничивая себя. Донорская кровь не может сравниться со свежей, что течёт по жилам. Как если бы человек ел холодную еду, которая хороша в горячем виде. Вкус есть, насытиться можно, но наслаждения никакого. Больше он так не мог. Желание вкусить настоящей крови стало слишком сильным. Том давно жил в мире, который стал супермаркетом, в который он приходил воровать, когда хотел вкусить что-то более приятное, но не мог заплатить. Человеческая жизнь ведь не имеет ценника — рабство осталось в далёком прошлом. Нечто дежурное, вроде пакетов донорской крови, он мог приобрести спокойно и законно, но всё же это не то. Ночной перекус будет в самый раз. Желательно подальше от вездесущих камер и людей. Современный мир хорош для таких созданий как он. Скрывать природную сущность нет никакого смысла. Ни один человек не взглянет с подозрением. Но в нём также есть свои минусы. Сложнее убивать и заметать следы, дабы не попасться. Сложнее проявлять свою силу, где огромен риск быть зафиксированным на камеры, тепловизоры и прочей техники, что не разглядит в тебе обычного человека. Том искал, кого будет безопаснее всего съесть. Набрасываться на первого попавшегося вкусно пахнущего человека не было ни малейшего желания. Но в нос вдруг ударил другой запах. Яркий, манящий деликатес. И совсем близко! Идя на запах, Реддл понял, что его источник дальше, чем должен быть по интенсивности. И догадка вскоре озарила. Его собрат, безликий вампирёныш, раненный в плечо, явно убегал от преследователя и использовал скорость выше человеческой. Во рту скопилась слюна, а глаза полыхнули кровавым огнём. Неправильно это было, как много раз слышал Том от своих жертв-собратов и лучшего друга, Абраксаса, которого чудом за эти двести лет ещё не высосал досуха, питаться себе подобными. Реддл каждый раз чхал на мнения других. Он испытывал определенных кайф от охоты на себе подобных. Вкус их крови был неповторим. Сложно сравнить с другими источниками. Деликатес. Он нашёл определенное название такому виду крови. Редкий продукт питания, который считается очень желанным, изысканным, но многим непонятный. Сейчас, когда сородич был уязвим, Том мог не просто начать преследовать, а догнать. Обычного, здорового вампира догнать практически невозможно, но ослабленный, держащийся за плечо и оставляющий за собой яркий запах, был лёгкой мишенью. Том не знал, кто именно предоставил угощение, но был очень благодарен. Хищник, вышедший на охоту и чувствующий кровавый шлейф жертвы, передвигался осторожно, но быстро, и точно знал, где перехватит раненного. Тот двигался, как не странно, в безлюдные переулки. Надеялся отыскать бездомного, чтобы насытиться им и залатать раны? — Наивный глупыш, — облизнулся Том и чуть ускорился. Столкновение оказалось неизбежным. Мужчина, облаченный в дорогой костюм, совершенно не вписываясь в обстановку, раскинул руки в стороны, с насмешкой приглашая в объятья. И раненный вампирёныш в него врезался. Врезался и оказался закован в стальные тиски мгновенно. — Привет, сладкий, — проворковал на ухо Том, прижимая к кирпичному зданию. — Чел, прости, но сейчас я трахаться очень не в настроении. Мне надо поесть и выковырять пулю. Давай завтра? — очарованно хлопая глазами, попросил вампир, почуяв в нём своего и не думая, что попался в руки хищника, желающего им отобедать. — О, не переживай, — оскалился Реддл и вцепился свободной рукой, которой не прижимал вампира к стене, в волосы, насильно дергая, чтобы голова оказалась вскинута. — Я голоден в другом смысле. Клыки вошли в желанную плоть и добрались до безумно привлекательного источника, что дразнил обоняние довольно долгое время. Том знал, в каком положении стоит держать себе подобных, чтобы те в ответ не пожелали укусить. Или того хуже — свернуть ему голову во время приёма пищи. Крик расколол относительную тишину ночного переулка. Боль, страх, они захлестнули раненого хищника. При жизни, он никогда не верил в карму, но та настигла его самым нетривиальным образом. Себе подобный лишает жизни… каплей за каплей. Потеря огромного количества крови делает вампира недееспособным. Убить его, такого слабого и беззащитного, не сложнее, чем обычного человека. Но полная потеря! О таком и думать не приходилось никогда! Чувствуя, что остаётся совсем немного, Том не присасывался так жадно, как первые несколько секунд. Остатки жизни своего собрата он смаковал. В этом была особая прелесть. Насладиться их кровью, а затем убийством. В противном случае, последует месть. Проходили уж. Больше не надо. Отрываясь от живительного источника, Том облизнул окровавленные губы, а после провел языком по приоткрытым губам жертвы, что из последних сил дернулась, чувствуя, пусть свой собственный, но вкус крови. — Нравится? Вместо ответа послышалось хрипение и неподдельный ужас в глазах вампира застыл навсегда. Отвыкая умереть от старости или человеческой болезни, они готовились принять смерть от множества выстрелов, огня и большого количества ран от холодного оружия. Но быть выпитым досуха своим же сородичем… подготовиться к такому невозможно. Хруст от перелома шеи в ночном переулке слился с протяжным воем кота, далеко слышимой сирены, голосами людей, что доносились из приоткрытых окон, и звуками шагов, что портило идеальную симфонию. Том выпустил теперь уже мертвого собрата из рук и только начал оборачиваться, как ощутил дуло пистолета у головы. — Стой, где стоишь, сучонок, или я прошибу твой череп, — злой голос не транслировал страха. — Ты… ты сейчас внатуре его сожрал? — поражённо спросил неизвестный человек, даже не пытаясь убрать оружие. — Я у него долго и с наслаждением отсасывал, — растянул губы в насмешливой улыбке Реддл. Надо же ему было наткнуться на детектива (значок, прицепленный на пояс брюк, говорил громче любых слов), одетого как подросток и явно собравшего букет разнообразных болезней — выглядел он совсем не ахти. Но мордашка симпатичная. Тому такие нравились. — Он хотел выпить человека, а ты выпил его. Какого хуя? — спросил детектив и шутить с ним, так, по-хорошему, не стоило — пистолет снят с предохранителя. Хрен в башлыке его напрягал долгое время, но этот черт вышел на новый уровень. Кровь, оставшаяся на губах, вызывала приступ отвращения. К счастью не дрожи. Да и выглядел мужик, как гребаный косплеер вампиров в современном мире. Слишком идеально, слишком привлекательно со всеми этими серьгами, кольцами, татуировками, штангами на лице. Гарри бы не удивился, если бы узнал, что подобный индивидуум пользуется косметикой, чтобы подчеркнуть свою красоту. — Долго сидел на диете и сорвался, — чуть менее напряженно улыбнулся мужчина. — И нет, я не шучу. Детектив, вы ведь сами все видели. К чему эти вопросы? — Раз я спросил, значит отвечай, хуйло клыкастое, — рыкнул Гарри и с усилием ткнул отморозка стволом в наглый лобешник. — Хочешь сказать, ты вампир? Больше похож на косплеера, не вышедшего из образа. Гарри подозревал, что у чувака, притягательного сексуального чувака, треснул жбан. И он знал куда отвезти в таком случае. — Во-первых, «ауч». Будь нежнее, детектив, — Том перехватил ствол пистолета и в последнюю секунду, до того как был совершен выстрел, рубанувший по чувствительному слуху, отвел в сторону, — во-вторых, — как ни в чем не бывало продолжил и примирительно поднял руки, глядя на тихо матерящегося представителя закона, — я не хочу умирать и вы, уверен, тоже. Можем обойтись без лишнего кровопролития. И в-третьих, ваша агрессия проявляется из-за недостатка внимания? У вас недотрах? — За себя говори, — рыкнул Гарри. Хотя незнакомец прав — секса давно не было. И тело реагировало соответственно. — Грубый я всегда. А смертью меня не пугай, уже пробовали. И ты так и не ответил, — не дал соскочить с темы. — Что ты такое? — Вампир. Кровосос. Дитя ночи. Упырь. Комарик. Какие ещё синонимы желаешь услышать, детектив? — переход с формальностей был плавненьким и почти незаметным, а издевка так и не пропадала из голоса. Том готов был к любым поворотам, даже к новый вспышки агрессии со стороны симпатичной мордашки. Детектив подозрительно щурился и на его лице отражалась тяжёлая работа мысли. Том почти слышал хруст, с которым правда пыталась уместиться в сводах черепа. Продолжая одной рукой держать на мушке, другой рукой смешной детектив коснулся его лба и тут же ошарашенно задохнулся, будто… видя что-то. На деле всё так и произошло. Гарри считал его природу и ахуел из-за ебучей приоткрытой завесы, за которой скрывались разного рода упыри, которые должны быть не более, чем вымыслом! — Твою мать. Только вампиров мне не хватало… — Убедился в этом после прикосновения? — вскинул брови в удивлении, но клыкастая улыбка так и не покинула чат. — Детектив, ты, случаем, не скрываешь от обычных смертных грязный секрет? — Люблю заковывать преступников в наручники, — ехидно ответил молодой мужчина, тяжело дыша. Удивительное дело, он не испытывал ни капли физической усталости, хотя обычно подобное считывание вышибало дух на несколько минут. — Руки за спину, лицом к стене. — О, ролевые игры? — облизнулся вампир и плавно развернулся, как просили. Только не прижимался щекой к грязной поверхности, а руки, набитые татуировками, с множеством колец на пальцах, вытянул немного вперёд, так и говоря: «заковывай меня, я готов подчиниться». Щелчок и холодный металл без меха замкнулся на кистях. — Вы арестованы, сэр. У вас есть право на адвоката, а если его у вас нет, вам его предоставят, и тд и тп, — детектив взял его за руки, тесно прижимая к себе, чтобы не удрал, и ответственно зачитал права, ведя на выход из переулка и берясь за телефон. Надо бы вызвать патруль. — Детектив? — обратился к нему Реддл с такой интонацией, что напряжение в паху усиливалось. — Ты ведь понимаешь, что я, как сверхъестественное существо, могу разломать эти наручники и сделать с тобой много соблазнительных вещей? Сдержать вожделеющий вздох Гарри не смог. Слишком уж был притягательным этот… вампир, мать его за ногу! — А пулю в черепе ты можешь пережить? — ехидно спросил, с трудом стряхивая с себя наваждение. Ещё не хватало поддаться и потрахаться в переулке. Впрочем, перепачканная кровью рожа мужика хорошо остужала пыл. — Могу, — Реддл повернул голову в сторону, но перехватить взгляд в таком положении было трудновато. — Но буду долго восстанавливаться. И понадобится помощь, чтобы вытащить пулю. — Ну класс, мне придётся таскать с собой дробовик, — раздосадованно проворчал Гарри. С убойной мощью оружия мало кто мог поспорить, а несколько выстрелов превращали человека в фарш. — И что мне, сука, с тобой делать? Пристрелить ты себя не дашь. Отпустить не могу, ты совершил убийство. Сбежишь — я тебя найду и посажу. Других вариантов не вижу. — Ещё нужно доказать мою вину, — добавил ухмыляющихся вампир, — я не оставляю отпечатки пальцев. Тело мёртвого вампира через пару минут становится прахом. А нет тела — нет дела. — Ты думаешь, что доказательства стоят на одних отпечатках пальцев? Не их, так что-то ещё найду, — фыркнул Гарри, но пришлось в который раз за вечер согласиться, что мужчина прав. Тело простыло, а значит конкретно это убийство ему не доказать. Во всяком случае, теми способами, которые ему доступны. Вдруг голову захлестнуло видение — взрыв в огромном концертном зале с кучей народа. — А ну-ка стоять! — рявкнул Гарри, не зная даже кому именно — видению или вампиру. Образы удивительно покорно замерли, позволяя себя рассмотреть. Стоять, когда на глазах творится странное явление? Ни за что и никогда. Том обернулся и одним рывком поломал наручники, что слишком быстро осточертели. Детектив оказался с изюминкой. Перед его глазами явно что-то мелькало, да и запах… манящий, тонкий запах, не похожий на еду, но несомненно привлекательный, стал исходить. Том невольно облизнулся и оказался вплотную к молодому мужчине, что ростом едва доходил ему до носа. — Что за даром ты обладаешь? — Кое-что вижу… Непонятно, ему ответил или же себе. Глаза будто смотрели на что-то нематериальное. — Кирпичные стены… Афиша попсятины… «Всадники облаков» — концерт сегодня… Двенадцать дня… — сбивчиво бормотал Гарри, стискивая руку мужчины. Его присутствие помогало не потеряться в энергетических потоках множества жизней, которые могли пострадать. Гарри видел все в мельчайших деталях, много кадров рябили перед глазами, множество лиц яркими пятнами маячили. Подобные веденья он терпеть не мог. Когда слишком много кадров. Слишком всего много! А последствия «остановки»… — «Всадники облаков» — популярная музыкальная группа, не так давно прибывшая из Норвегии. Вокалист у них скандальная личность. И ты видишь их смерть? — Не только их. Множество людей. Теракт… будет взрыв. И те кто не погибнут при взрыве, будут раздавлены обломками. Нужно найти бомбу… а может и не одну, — прошептал Гарри, видя несколько точек детонации. Одна точно под потолком. Ещё одна под сценой… — Какая жалость, — усмехнулся Реддл. — Тогда тебе следует поспешить, детектив. До взрыва осталось десять с половиной часов. Гарри вернулся в реальность, причём очень легко и без проблем. И даже состояние было приемлемым! А ведь после того ковыряния в видении, которое похоже на поиск иголки в стоге сена, подхваченного ураганом, парня должно убить в щи. Этому есть только одно объяснение… — И ты меня туда отнесёшь. — Ха? — теперь удивление было самым натуральным. Наглость детектива оказалась поразительной. — С транспортом не путаешь? — Транспорт надо ловить, да и ехать не ближний свет. А раз ты догнал того, кого сожрал, значит очень шустрый, что мне и надо. Речь идёт о тысячи человеческих жизней. Твоя же еда уйдёт, — сурово сказал Гарри, сверля взглядом, что смотрелось скорее умилительно, чем строго, беря во внимание его внешность. — Или мне тебя реквизировать? — В этом городе полно еды… Том поймал взгляд детектива… такой уверенный, и не смог противиться, хоть это и шло против его принципов. Остатки наручников Реддл растянул и поломал окончательно. То, что от них осталось — отдал детективу. И, конечно, привёл себя в презентабельный вид, поправляя пиджак, прическу, и избавляясь от крови. — Чтобы не испортить себе костюм, я буду вынужден держать тебя на руках, детектив. Твоё мужское эго вынесет подобное унижение? — Я тебя сильно удивлю, если скажу, что именно на это и рассчитывал? — усмехнулся Гарри, не представляя иного варианта в такой ситуации. К тому, что его таскают — он давно привык и не имел ничего против. Частые обмороки заставили смириться. И хотя картина того, как мужчина ломает наручники и вручает остатки, была откровенно жуткой, и любой нормальный человек трижды бы подумал, стоит ли доверять такому монстру, Гарри нормальным не был. И выбора у него не было. Поможет вампир спасти тысячу невинных жизней — заслужит прощение. Гарри закроет глаза на его преступление. Мёртвый ублюдок в любом случае был нелюдем. Да и по-настоящему опытные детективы никогда не гнушались брать в оборот мелкого преступника, чтобы поймать большого. И хотя убийство оценивалось весьма тяжело, теракт был хуже.