Жизнь странная штука

— С Хосоком все будет в порядке. Нож повредил плечевую артерию, но не разрезал. Операция закончилась, так что Хосок сейчас отдыхает. Юнги, что произошло? — Отец Хосока садится рядом. — Это моя вина. Я должен был к вам прислушаться. Сэра в чем-то замешана с этим психом. Дэймоном Мерриком. — Я прекрасно знаю, кто такой Дэймон Меррик. Начни сначала и расскажи все по порядку. Вы с Хосоком попытались связаться с Сэрой? Я не собираюсь бранить или обвинять тебя, Юнги, но мне нужна полная картина произошедшего. — Ну… я уговорил своего торгаша встретиться с нами, так как он знает Сэру… — Ким Сокджина? — Ага, именно. Но с ним пришел Дэймон. — И чего же хотел Меррик? — Думаю, он хотел нас запугать, чтобы мы перестали лезть в его дела. — Так все дошло до насилия? — Когда он узнал, что Хосок — сын прокурора, он захотел информацию на вас. — И как же он прознал, что я его отец? — Я назвал его Хосоком… а дальше он сам понял. — Это не твоя вина. Что произошло дальше? — Дэймон выхватил нож, мы все видели… но потом он сказал что-то, что взбесило Хосока. Он просто схватил деревяшку и вмазал ему, а потом Дэймон его пырнул. Я все время думаю, что мог бы что-то сделать, но… когда он напал на него, я просто застыл. — Это не твоя вина. — Потом Джин его задержал, чтобы мы могли добраться до пикапа. Я услышал крик, но не знаю, что произошло. А потом мы оказались здесь. — Спасибо, что рассказал правду. Я могу повлиять на Хо, может, получится вернуть тебе место в Блэквелле. — А с Дэймоном что делать будете? — Сначала узнаю, жив ли он вообще. Мое отделение уже давно за ним следит. Мне сказали, что если бы Хосока привезли на пару минут позже, то он мог бы не, эм… Спасибо, Юнги. Ты спас мою вселенную. Хосок еще не скоро проснется. Обещаю, что сразу же дам тебе знать. — Хорошо. Спасибо. Отец уходит. Юнги закрывает лицо, но подходит Стеф. — Привет. — Стеф! Как там Майки? — Юнги старается говорить четко, чтобы голос не дрожал. — Неплохо. Миссис Чон мне только что рассказала, что Хосок выкарабкается. Я очень рада. — Ага. — Ну, наша палата чуть дальше по коридору. Заходи на огонек. — Да, хорошо. Обязательно. Стеф уходит, а Юнги еще сидит. Спустя какое-то время он все же идет к ним в палату. — Юнги! — Удивляется Майки. — О, ты пришел. — Говорит Стеф. — Привет, Юнги. — Приветствует качок Дрю. — Привет, Майки! Как твоя рука? — Ну, я бы предпочел сломать другую, чтобы иметь возможность рисовать и все такое, а не считая этого… она просто сломана. — Здоровский цвет, к слову. — Говорит Стеф про волосы. — Ты смог бы закосплеить Сейлор Меркурий в мужской версии. — Ну спасибо. — Что слышно о Хосоке? Его мама вроде оптимистично настроена. — Интересуется Стеф. — А что с ним произошло? — Подает голос Дрю. — Когда я расскажу вам, вы решите, что это шутка, но нет. — Почему? Что случилось? — Его пырнул ножом Дэймон блядский Меррик. — Да, не смешно. — Бля, ты серьезно? — На хуй его! Но это же не из-за меня? — Надеется Дрю. — О нет. У нас с ним свои проблемы. — Это безумие. — Говорит Майки. — Мне просто хочется… клянусь, попадись мне этот урод… я… — Злится Стеф. — Что? Что ты сделаешь, если тебе попадется Дэймон Меррик? — Издевается Майки. — Что-нибудь ужасное. Я серьезно! Например… — Вызовешь его на караоке-баттл? — Перебивает Юнги. — Ага, так мы разбираемся с этим на улицах, да? — Говорит Дрю. — Ладно. — Сдается Стеф. — Кинешь в него кубиками. — Продолжает Юнги. — Раскритикуешь его кинопристрастия! — Ладно! — Расскажешь ему о какой-нибудь группе, о которой он никогда не слышал, а надо было. — Присоединяется Дрю. — Хватит уже! Все улыбаются. — Так или иначе, мы рады, что с Хосоком все хорошо. — Говорит Стеф. Они все еще сидят какое-то время. Юнги даже разукрасил гипс Майки, отчего тот был в восторге. Когда Юнги собирается уходить, то перед уходом Дрю извиняется. Все прощаются с ним. Юнги видит сообщение от матери Хосока, что он проснулся. Парень подходит к матери, а та его обнимает и благодарит. Они разговаривают про Хосока, затем Юнги входит в палату. Он видит его отца и Хосока. — Пап… я рад, что ты здесь. — Я тоже, Хосок… — Так больно. — Почти плачет Хосок. — Тс-с… боль пройдет… Они замечают Юнги. — Юнги пришел. Хочешь, чтобы я остался? — Нет, я справлюсь. Спасибо, пап. Джеймс выходит. Когда Юнги садится к Хосоку, у того моментально поднимается настроение. — Мой ангел-хранитель. — Я тут столкнулся со Стеф. Она привет передает. — Стеф такая милая. Но не такая милая, как ты. Юнги чешет шею. — Ну хватит. — Я серьезно. — Улыбается Хосок. — Хосок, мне так жаль. — Что? Почему? — Ты попал сюда из-за меня. Из-за того, что там, на свалке, я впал в ступор. — Плачет Юнги. — Что? Прекрати! — В тебе было столько ярости, а я просто застыл. Я проебался, и мне так жаль, и… — И ты спас мне жизнь. Ты. Спас. Мне. Жизнь. — Я тебя чуть не потерял. Поверить не могу, что я тебя чуть не… — Он качает головой. — Так просто ты от меня не избавишься. — Улыбается Хосок. — И хорошо. Рад, что твой отец рядом? — Успокаивается Юнги. — Ну, я на него до сих пор за все злюсь, но… Было так здорово иметь возможность на него положиться. Он мой отец, понимаешь? Я чувствовал себя в полной безопасности. — Как на Маунт-Худ. — Сделаешь для меня кое-что? — Что угодно. — Сэра. Моя мама. Так странно произносить это. Если честно, я ведь не уверен, кто она такая. Но… думаю, что все равно хочу с ней встретиться. — Ты уверен? Она может оказаться совсем не такой, как ты представляешь. — Я уверен. Я даже не знаю, не уехала ли она из Вонджу… но если не уехала, ты найдешь ее? Пожалуйста. — Ты этого на самом деле хочешь, да? — Вздыхает Юнги. — Да, Юнги. Безумно хочу. — Тогда… конечно. Чего бы это не стоило. — Уверен, у папы есть ее номер… может, в его кабинете. Ключ от нашего дома лежит под ковриком. Код — 0211. — От… кабинета твоего отца? 0211. — Ага. Мой день рождения. — Я найду ее, Хосок. И расскажу ей, насколько ты охренительный. Хосок толкает его в плечо. — Спасибо, Юнги. За… все… Хосок засыпает. Юнги наклоняется и целует в щечку. Затем уходит. В коридоре он встречает Элиота. — Привет, Элиот. — Привет. Погоди, твои волосы! Они другие. — Ага, да. — Мне нравится. Получилось, эм… здорово. — Эм, прикольный, типа, шарик. — Говорит Юнги про вещь в руках Элиота. — Ага, он для Майки. Ты к нему только что ходил? — Ну, вообще, я к Хосоку пришел. — Что? Хосок здесь? Что случилось? — Думаю, он пока не хочет разглашать. Но он в порядке. — Ну, это хорошо. Думаю, зайду к нему после Майки. — Он наверняка хочет побыть один. — Ой. Да, конечно. Вы… вы с ним вляпались в какие-то неприятности? Если это так, ты можешь мне рассказать. Осуждать я не стану. — Что? Я даже не знаю, о чем ты. — Как-то странно, что Хосок так закрывается. Не думаешь? — Нет, совсем не странно. — Юнги, я за тебя очень беспокоюсь. — Ну… не беспокойся — То есть, ты же в последнее время постоянно с Чон Хосоком тусишь, так? — И что с того? — Ну… это значит, что что-то происходит. — Клянусь, чувак, абсолютно все в порядке. — Ладно, я тебе доверяю. Просто помни, что я рядом, ладно? Если тебе внезапно понадобится помощь. — Спасибо. Ладно, еще увидимся. Парень уходит. Юнги осторожно входит в дом и убеждается, что никого нет. Он сразу подходит к кабинету и вводит код 0211. Маленькая полоска экрана загорается зеленым и парень идет внутрь. Он осматривается, затем подходит к столу и открывает все ящики. Только последний ящик был закрыт. Я не смогу просто выломать ящик. Надеюсь, где-то тут найдется ключ. Он открывает все документы и книги, другие ящики и статуэтки. Он берет статуэтку и видит надпись «Лучший отец» — Лучший отец? Пф-ф. А, все равно эти награды больше политика, чем что-то реальное. Юнги ставит ее обратно и слышит какой-то странный звук железа. Он снова берет статуэтку и трясет ее. Слышится тот самый звук. Парень открывает дно и достает там ключ. — Попался. Он открывает тот ящик и видит коробку. — Добро пожаловать в Тайнвиль. В коробке лежат пару бумажек. И телефон. Джеймс работает с… Дэймоном Мерриком? Какое-то безумие. О чем они говорили? Я в любом случае должен узнать, в курсе ли Дэймон, где Сэра. Но как заставить его расколоться? Юнги пишет ему. Я: Где Сэра? Неизвестный: Так мы теперь используем имена? Расслабься, мужик. Неизвестный: Все просто — либо ты делаешь то, что я хочу, либо твоя маленькая проблема становится большой. Неизвестный: Итак, ты позаботился о вещдоке или нет? Черт, что мне ответить? Я: Позаботился. Неизвестный: Знаю, ты в этом деле новенький, но вот как это работает. Ты показываешь мне доказательства. Я даю тебе то, что ты хочешь. Юнги надеется, что Джеймс и вправду позаботился об этом. Он открывает еще одну коробку и ищет то, что нужно. Неизвестный: Я жду… Я: Что? Это нужный вещдок, так? Неизвестный: Да, и теперь ты, блядь, должен его уничтожить. Почему ты так плох в этом деле? Я: Сейчас займусь. Юнги ставит мусорку посреди комнаты. Он поджигает вещдок и кидает туда. Затем фотографирует и отправляет. Неизвестный: Ты о нем позаботился, хорошо. Я: Итак… Неизвестный: Раз уж ты уничтожил вещдок, можешь еще и сказать, кто из моих людей стукач. Я: Где она? Хватит игр. Неизвестный: Уж прости, шеф, но я все-таки думаю, что ты сделаешь, что я прошу. Скажи мне, кто это. Или ты предпочел бы разбираться со своей проблемой сам? Юнги вздыхает и думает, что делать. Он подходит к доске и видит фотографии людей и какую-то информацию. Один из людей это тот парень, которого облил Юнги на концерте. Я: Информатор — Шелдон Пайк. Неизвестный: Черт, серьезно? Я его едва знаю. Неизвестный: А теперь он захочет, чтобы мы вообще не встречались. Хорошая работа. Неизвестный: Выходит, остался только наш с тобой обмен налом. Покажи мне оплату, и я скажу, где мы встретимся. Я: Твои деньги у меня… Неизвестный: Хорошо! Отправь фото, и по рукам. Юнги предполагает, что деньги спрятаны тут же и угадывает. Он замечает за книгами фальшивую стенку. Парень достает деньги и фотографирует. Неизвестный: Ладно, хорошо сработано! А вот твоя девчонка в подарочной упаковке. Дэймон присылает фотографию, на которой Сэра сидит связанная на лесопилке. Блядь, это Сэра. И… она на лесопилке. Что он с ней делает? Неизвестный: Принеси мне деньги, и можем закончить дело. Я: Уже в пути. Не предпринимай ничего до моего прихода. Неизвестный: А ты правда в этом новенький. Лучше поторопись, эта цыпа начинает действовать мне на нервы. Блин, надо двигать туда быстрее. — Юнги? — Слышится голос. — Элиот?.. — Эй. — Элиот проходит в кабинет. — Элиот, что ты тут делаешь? — Это ты что здесь делаешь? Это же дом Хосока, так? Он правда за мной шел? — Ты шел за мной с больницы? — Да. Я беспокоюсь за тебя. — Я в порядке. Это ты творишь фиг знает что. Ты не должен здесь находиться. — Юнги, что это… — Элиот кидает взгляд на деньги. Юнги пытается их схватить, но Элиот реагирует быстрее. Юнги бьет по столу. — Элиот, положи их на место. Ты понятия не имеешь, во что ввязываешься. — А ты? Юнги, во что ты впутался? — Ты не поймешь. Юнги пытается ухватить деньги, но Элиот поднимает руку вверх. Затем он кладет их на стол и подходит к Юнги ближе. — Дай мне шанс! Какого черта ты делаешь? — Я не могу рассказать. Но ситуевина серьезная, это, я думаю, очевидно. Поэтому мне нужно немедленно уходить. — Ты хочешь сказать, серьезная для Хосока, так? Но опасности себя подвергаешь ты. Опять. Как же меня достало то, что ты не видишь, кто Хосок на самом деле такой. Когда же поймешь, что он с тобой делает? — Элиот, просто отойди… — Нет! Ты должен меня выслушать. К чему тебя привели отношения с ним? — Ты не понимаешь, о чем говоришь… — Что случилось, когда вы впервые вместе затусили? Ты ввязался в драку. — Ты не понимаешь, о чем говоришь. Хосок спас меня. — Не сомневаюсь, так тебе и кажется. — Хватит… хватит намекать, что он как-то плохо на… — На следующий день он уговаривает тебя пропустить уроки. И, о чудо, у него проблем никаких. А тебя отчисляют. — Я взял на себя вину, потому что хотел этого. Хосок пытался меня защитить. — Но в итоге у него все каким-то образом сложилось прекрасно. Как обычно. — Ты не понимаешь. Тебя там не было! — А когда он против твоего желания заставил тебя поучаствовать в пьесе, он тоже тебя защищал? — Слушай. Мне жаль, что я кинул тебя с пьесой, но… — Дело не в этом! — Чувак, я серьезно. Тебе бы заткнуться на хрен, пока не… — Я достаточно молчал! Послушай, Хосок — прекрасный актер. И я не про сцену говорю. Он фальшивка. Ты — настоящий. Мне больно смотреть, как он тобой манипулирует. — Элиот, клянусь, никто мной не манипулирует. — Нет? Глянь, где ты оказался. Недоучка, якшаешься с уголовниками, вламываешься в чужие дома. Это безумие! В больнице сегодня запросто мог оказаться ты. Если это когда-нибудь произойдет… — Слушай, я понимаю. Ценю твое беспокойство. — Я так не думаю. — Элиот. — Это я — тот, кому ты не безразличен, Юнги. Я. Не Хосок. Пора тебе посмотреть правде в глаза. — Что это значит? — Это значит, что сейчас ты должен перестать думать о Хосоке и послушать меня. Хоть раз. — Слушай, мне жаль. Но мне правда нужно идти. — Юнги направляется к двери, но Элиот толкает его за плечи. Юнги врезается в стол, но удерживается руками. — Зачем ты заставил меня это сделать? Ты не можешь меня просто выслушать? Элиот совсем поехал. Нужно вызвать полицию — и так, чтобы до него не дошло. — Кто тебя поддерживал? Когда уехал Тэхен? Когда погиб твой отец? Всем было наплевать на тебя, кроме меня. Нам нужно о многом поговорить, и меня не волнует, сколько это займет. Мы не уйдем, пока ты не поймешь, что я прав. — Элиот снова уходит к стене, а Юнги незаметно хватает телефон и набирает полицию. Он ставит телефон на стол и облокачивается руками. Элиот закрывает дверь и подходит к парню. — Ладно, Элиот. Ты так сильно хочешь поговорить? Поговорим. — Что тут происходит на самом деле? Мне ты можешь сказать. — В смысле «тут», вот прям тут? Типа в доме Чонов? — Я имею ввиду твою ситуацию. Хосок опасен. Тебе нужно понять это. — Ты прав, Элиот. Не хотел признаваться, но это правда: моя жизнь в опасности. — Юнги специально говорит так, и очень надеется, что полиция все-таки приедет. — Спасибо тебе, Юнги. Я всего лишь хочу помочь. Рад, что ты это наконец-то увидел. — Ты прав. Мне правда нужна помощь. Мне нужна помощь немедленно. — Эй, все в порядке. Я никуда не уйду. — Чувствую себя загнанным. Как будто в ловушке. Как же я хочу выбраться из этой ситуации. — Ты храбро поступил, все мне рассказав. И… я хочу, чтобы ты знал, я всегда готов тебя поддержать. Несмотря ни на что. — Элиот медленно подходит к нему и обнимает, но тут за окном слышатся сирены полиции. — Это полиция! — Удивляется Юнги. — Ладно, без паники. Уверен, они… они просто хотят спросить, что мы тут делаем. — Что нам делать? — Я поговорю с ними. Э-э… беспокоиться не о чем. — Спасибо, Элиот. Ты отличный друг. Элиот хватается за ручку двери, но она пищит. Юнги хватает деньги и убегает. В машине играет громкая музыка. Пока он бросал взгляд на деньги и пятно крови, то грузовик чуть не врезается в него. Юнги останавливает машину на обочине. — Столько разрушений… и все потому, что Хосок разозлился на своего отца. Который врал ему всю его жизнь. И все еще продолжает врать. Юнги оглядывает весь сгоревший лес вокруг него. — Эй, отцом быть тяжело. — Слышится голос сзади. — Это не оправдывает его действий. — Я лишь говорю… что сделал бы все, чтобы защитить тебя. — Эй, пап? — Да? — Ты когда-нибудь врал мне? Я не про тот случай, когда ты сказал, что пепельница, которую я сделал для мамы, не полное дерьмо. Я, типа, про серьезную ложь. О чем-то, что могло бы сделать мне больно. — Как ты думаешь? — Видимо, все врут о крупных вещах. Да взять хотя бы то, сколько всего обо мне не знает мама… Значит, ты, наверное, тоже врал. — Любил бы ты меня меньше? — Конечно нет! — Ты говоришь очень уверенно, милый. Ты также был уверен, что мама не влюбится в кого-то вроде Чанбина. Действительно ли ты готов услышать ответ на свой вопрос? — Готов, насколько это возможно. — Проблема в том, что я мертв. Как же я тебе хоть что-то расскажу? Юнги оборачивается и разочарованно вздыхает. Он садится в машину. — Я хотел бы, чтобы ты рассказал мне, когда еще мог. — Тебе не нравятся наши идеальные отношения? — Я хотел бы, чтобы ты дожил до момента, когда наши отношения успели бы пойти по пизде. Юнги включает музыку, но там играет любимая песня отца. Парень смотрит на него и отец улыбается. — Ну уж нет. Моя тачка — мой музон. Юнги трогается с места. — Я серьезно собираюсь встретиться с Дэймоном Мерриком лицом к лицу? И все ради Хосока. Я совсем поехавший? — Жесть какой поехавший. — Я рад, что ты здесь, пап. — Не хочешь, чтобы я уходил? — Не, в компании веселее. Кроме того, ты точно не захочешь такое пропустить. Сейчас начнется самое интересное.