Атака удовольствия

      Микаса хотела отдохнуть. Она так устала от тренировок за прошедшую неделю, что ей требовалось расслабиться в купальнях.       Уже был вечер, когда Микаса пришла в старое здание бани. Там уже собрались все девушки из её корпуса. И первым делом в раздевалке взгляд Микасы приковался к невысокой девушке, медленно спускавшей с себя штаны. Наблюдая за тем, как Энни постепенно избавляется от одежды, обнажая своё соблазнительное тело, Микаса забыла, что ей самой нужно раздеться. И только когда Энни, виляя своей аппетитной задницей, скрылась за дверями в купальню, Микаса смогла придти в себя.       Когда Аккерман освободилась от одежды, она последовала за объектом своего вожделения. Не обращая внимания на других девушек, Микаса погрузилась в воду так, чтобы можно было хорошенько рассмотреть все интимные места сидевшей неподалеку Энни. Но ничего интересного Микаса увидеть пока не могла: бо́льшая часть тела Леонхарт скрывалась под водой. Однако формы её восхитительной груди просматривались очень чётко, из-за чего Аккерман, и так возбуждённая из-за близости к Энни, ещё более возбуждалась.       Микаса поглядела по сторонам и, убедившись, что на неё никто не смотрит, не спеша потянула руку в сторону своей промежности. Она больше не могла сдерживаться, ей было необходимо снять накопившееся от мыслей об Энни напряжение.       Когда рука Микасы наконец добралась до вагины, Аккерман, аккуратно раздвинув половые губы, принялась ласкать себя. Она думала об Энни, прямо сейчас сидевшей рядом с ней, закинув голову назад. Микаса закрыла глаза. Её мозг в тот же момент стал представлять крошку Энни в таких пикантных и непристойных позах, что Микасе даже стыдно стало за подобные мысли. Однако они так заводили её, что она не могла прекратить мастурбировать прямо под носом у девушек из своего корпуса.       Медленно поглаживая клитор, Микаса просунула два пальца во влагалище. Это действие вызвало у неё тихий стон, который она не сумела сдержать. Конечно же, это действие никак не могло остаться незамеченным.       — Микаса, ты чего? — спросила отдыхающая напротив в компании с Кристой Имир.       — Просто вода до жути приятная, — оправдалась Аккерман, бросив краткий взгляд на Энни. Та тоже повернулась на стон, однако быстро потеряла к Микасе всякий интерес и снова закинула голову назад.       — Да, вода действительно что надо, — согласилась Имир.       Далее она вернулась к разговору с Кристой, поэтому Микаса, сумевшая скрыть факт своей прилюдной мастурбации, могла спокойно вздохнуть и продолжить заниматься самоудовлетворением.       Аккерман снова засунула в себя два пальца, но на сей раз сдержала стон — девушки ничего не заметили. Большой палец она вернула к клитору, который не торопясь ласкала по часовой стрелке. Когда это действие перестало приносить ей желаемое удовольствие, Микаса решила поработать пальцами, находившимися сейчас в её вагине. Она стала вновь и вновь вставлять и вытаскивать их из себя, постепенно повышая темп. Про клитор она не забыла — его она дрочила с той же скоростью, что и влагалище.       Чувствуя приближение оргазма, Микаса закрыла рот свободной рукой и максимально быстро заработала пальцами другой руки. Смущаясь от того, что делает, она вскоре кончила, заглушив вырывающиеся стоны. Улыбнувшись, что Микаса в присутствии девушек делала редко, она вытянула руки в стороны и положила их на борт ванны. Подобно боготворимой ею Энни, Микаса закинула голову назад и закрыла глаза.       Она наконец чувствовала себя расслаблено. Впервые за несколько мучительных недель тренировок. Иногда нужно выпускать пар подобным образом. Только следует быть аккуратней с этим — вдруг заметят ещё, что она в общей ванне непотребствами занимается.

***

      Время шло, и девушки постепенно стали покидать купальню. Микаса уходить не спешила — Энни ещё никуда не собиралась, поэтому и она решила немного задержаться. И вот, когда успевшая проголодаться Саша вышла из бани, прикрыв дверь, Микаса осталась в ванне с Энни наедине. С Энни. В ванне. Наедине. О большем Аккерман и мечтать не могла!       Микаса начала волноваться. Всё же редко ей удаётся попадать в такие удачные ситуации. Она не знала, стоит ли ей начинать с Энни разговор, или всё же лучше ей было уйти. Однако Леонхарт, похоже, подобные мысли совсем не волновали. Она продолжала пялить в потолок, опрокинув голову на борт ванны, будто Микасы тут и вовсе не было.       — Эй, — резко произнесла Энни, из-за чего Аккерман даже вздрогнула.       — Да? — быстро вернув самообладание и сделав серьёзное лицо, невозмутимо спросила Микаса.       — А ты смелая.       Этот вопрос Аккерман был совершенно непонятен, поэтому она поспешила уточнить:       — В каком смысле?       — Ну, знаешь, не каждый осмелиться дрочить в бане, полной людей, — безэмоционально ответила Энни.       Сначала Микаса не могла поверить своим ушам. Она думала, что ей показалось. Но нет, Энни действительно сказала именно то, что она услышала. И от осознания этого факта Микасу охватил такой стыд, что она, никак не ответив, начала вылазить из ванны. Однако Аккерман остановила Энни, взявшая её за руку мёртвой хваткой.       — Подожди, — спокойно сказала она.       — Нет, отпусти! — закричала сгорающая от стыда Микаса. — Немедленно!       — Прекрати орать.       — Нет, я сказала! Отпусти!       — Да перестань ты вопить и залезь обратно в ванну уже.       Энни силой потянула Микасу обратно в воду, и та смачно плюхнулась в неё.       — Ты что творишь, ненормальная?! — восклицала Аккерман.       — По-твоему, это я ненормальная? — с удивлением посмотрела на Микасу Энни, продолжая держать ту за запястье.       — А как тебя ещё назвать?       Энни отвечать не стала. Вместо этого она ослабила хватку, что позволило Микасе наконец отпустить руку. Она уже собиралась это как-нибудь прокомментировать, как вдруг Энни прильнула своими мягкими губами к её губам. Изначально Микаса ошалела и не могла поверить в то, что это происходит. Но она быстра сумела придти в себя и ответила на поцелуй.       Такого удовольствия Микаса уже давно не испытывала. Ощущение близости с покорившей её сердце девушкой, которая сейчас, как и сама Аккерман, была голая, чувство стыда, которое добавляло адреналина и заставляло сердце биться ещё чаще, и наконец поцелуй, просто сводивший девушку с ума — всё это казалось Микасе сном.       Аккерман испытывала такое блаженство, что она о большем и мечтать не могла. Однако дальше интересней — руки Энни скользнули по внушительных размеров груди Микасы. Это действие заставило её громко застонать, благо уже можно было не сдерживаться — свидетелей всё равно нет. Энни, не обрывая страстный поцелуй, принялась руками ласкать сиськи Микасы. Она аккуратно водила пальцами по всей их поверхности, не задерживаясь только на одних сосках.       Впоследствии это ей надоело, поэтому одна рука спустилась к вагине Аккерман. Та, извиваясь от удовольствия, ещё громче застонала. Кто бы мог подумать, что Микаса Аккерман — лучший боец 104-го кадетского корпуса, прирождённая машина для убийства титанов, холодная со всеми, кроме Армина и своего драгоценного Эрена, способна издавать подобные звуки. Начав мастурбировать киску Микасы, Энни прервала поцелуй.       — Что… ты… делаешь?.. — прерываясь на стоны, спросила Аккерман.       — Думаешь, я не заметила, как ты в последнее время смотришь на меня? — сказала Энни и увеличила скорость движения находящихся внутри вагины Микасы пальцев.       — Я…       — Сначала я думала, что мне кажется. Но потом я всё поняла.       — Энни…       — Я ждала тот день, когда наконец смогу остаться в подобном месте с тобой наедине и показать тебе то, на что способна.       Леонхарт спустилась к груди Микасы и яростно принялась её сосать. Аккерман, находящаяся в полном экстазе от происходящего, просто продолжила стонать, никак не ответив на слова девушки. Энни вцепилась в сиськи Микасы с такой жадностью, будто та была её матерью, а она — её малышом, сосущим грудное молоко. Она с неимоверной скоростью двигала языком по соскам Аккерман, а левой рукой сжимала грудь, пока правая ласкала девушке киску.       Микаса, почувствовав, что нужно как-то отблагодарить удовлетворявшую её Энни, правой рукой схватила её за грудь, почти не уступавшей по размерам её сиськам.       Это действие изумило Леонхарт, которая даже на пару секунд перестала двигать пальцами и удивлённо посмотрела на Аккерман. Та молча ей улыбнулась, после чего Энни, ответив тем же, вернулась к прежнему занятию.       Вскоре девушки решили, что пора перейти к более активным действиям. Микаса сделала пару шагов назад села на борт ванны. Раздвинув ноги, она схватилась одной рукой за грудь, а другой за вагину, после чего начала ласкать себя. Эти дразнения сработали на Энни, которая в стороне долго оставаться не могла. Она наклонилась к влагалищу Микасы и прильнула к нему губами. Стоны Аккерман вновь заполнили баню, в то время как Энни активно стимулировала её клитор своим маленьким, но ловким язычком. Леонхарт не забыла и о себе: параллельно ублажая Микасу, она мастурбировала свою киску, скрывавшуюся под водой.       — Думаю, пора и мне поработать языком, — произнесла Аккерман.       Энни прекратила ласкать её вагину и потянулась к её губам. Вновь слившись в поцелуе с Леонхарт, Микаса совсем потеряла голову. Страсть и желание завладеть телом блондинки переполняли её, поэтому она, не задумываясь, обняла Энни и рывком вытащила её из воды. Удивлённая Леонхарт даже моргнуть не успела, как оказалась на деревянном полу бани.       — Как же ты прекрасна… — прошептала Микаса, после чего раздвинула ноги Энни.       Опустив свой взгляд на копну светлых волос, находящихся на лобке у Леонхарт, Аккерман облизнулась и, склонившись над киской блондинки, припала губами к ней. Теперь стоны издавала уже Энни, ублажаемая ненасытной Микасой, которая невероятно быстро работала своим языком. Она в считанные доли секунды успевала около десятка раз пройтись по всей площади вагины Энни, особо останавливаясь на мегачувствительном клиторе.       Тут к Микасе пришла идея, как бы им доставить друг другу максимальное удовольствие. Отпрянув от киски Леонхарт, она задрала вверх её правую ногу и, подвинувшись вперёд, прильнула своей вагиной к вагине Энни. Девушки заполнили от такого контакта всё помещение стонами, и Микаса, которая теперь перехватила доминирующую роль, начала совершать медленные движение тазом, доставляя удовольствие и себе, и корчащейся от блаженства на полу Энни. Желая насладиться процессом ещё сильнее, та спустила руку к своей киске и стала рьяно её дрочить.       Постепенно Микаса увеличивала темп, от чего их с Энни вопли стали настолько громкими, что их могли услышать даже в казарме. Но им было плевать, так как получаемое удовольствие было настолько крышесносным, что думать о возможном обнаружении другими кадетами они не могли.       Наконец, когда Микаса разогналась до такой степени, что у Энни от наслаждения стали закатываться глаза, они обе феерично кончили. Поцеловав Леонахарт, Аккерман откинулась назад, чтобы перевести дух. Внезапный секс, который истощил её сильнее, чем какие бы то ни было тренировки, был на редкость страстным и потрясающим. Микаса и подумать не могла, что с другой девушкой она сможет испытать такие эмоции, которые прежде не испытывала во время секса с Эреном.       Первой с пола поднялась Энни.       — Я пойду в душ, — сообщила она.       — Да, конечно, — ответила Микаса. — А я пока ещё полежу немного.       — Как-нибудь повторим?       — Обязательно.       Поцеловав оставшуюся на полу Аккерман, Энни, как и сказала, пошла в душ. Микаса в это время вспоминала произошедшее только что перед ними и, краснея, улыбалась. Случившееся было странным, но невероятным событием, который опечатается в её памяти навсегда. Но можно ли будет сделать такой шикарный секс ещё более шикарным?       И тут Микасу осенило. Встав с пола, она побежала к Леонхарт, которая уже направлялась к выходу.       — Ты чего? — спросила Энни.       — Слушай, — начала Аккерман. — А не хотела бы ты составить завтра ночью нам с Эреном компанию?       — Что?       — Хочешь заняться сексом со мной и Эреном?       Леонхарт ошарашенно взглянула на смущённую от собственных слов Микасу. Ей, конечно, Йегер был симпатичен, и она была не против с ним переспать, однако она на такое и не надеялась, так как считала парня исключительно собственностью Микасы. Поэтому подобное предложение было для Энни неожиданностью.       — Ты правда предлагаешь мне такое? — уточнила она.       — Тебе можно, — ответила Микаса. — Я не против поделиться своим парнем с такой красивой блондинкой…       Аккерман игриво поводила пальцем по предплечью Энни и принялась целовать её шею. Такой способ убеждения на неё просто обязан был подействовать.       — Конечно, я согласна… — простонала Леонхарт и прильнула к губам Микасы.       Через несколько минут они уже лежали в своих койках в казарме. Однако в ту ночь они долго не могли уснуть — всё же прошедшей вечер был настолько необыкновенен, что так просто отбросить мысли о нём было невозможно. Поэтому девушки, чтобы расслабиться, прибегли к уже проверенному методу — мастурбации. И только после этого им в конце концов удалось погрузиться в сон.