Я не хочу без твоих объятий...

Как оказалось все может быть сложнее , чем представляет твоё сознание. Насколько глубоко возможно мыслить? Человеческий разум привык принимать за реальность только то , что принято. Только то , во что привыкли верить или в то , что подкреплено фактами. Я часто не верю своим глазам. Уверена , каждый из нас тоже видел что-то невероятное , но счёл за галлюцинации или случайный блик. Или эти невообразимо точные и реальные сны... С одной стороны , наш мозг настолько плохо изучен , и это делает вероятность неизвестных человечеству возможностей настолько великим , что непонятно , чему лучше верить: высокопоставленным ученным и биологам или себе? И прямо сейчас в моей уставшей голове упрямо стучит мысль: я точно не сплю? Комната...я знала и буду знать каждый ее уголочек наизусть. Она совсем небольшая , я бы даже сказала , маленькая. Кровать , обтянутая обивкой бежевого цвета , на которой безвылазно валялось такого же цвета постельное белье , небольшой шкаф , обрамлённый зеркалом , расположился в противоположном углу , как и прикроватная тумбочка. Все стены обклеены множеством ярких плакатов с изображением любимых групп и сериалов. Часы , с облезшей от почтенных годов краской на цифрах. Бабушка всегда говорила , что когда они остановятся, она умрет... Из хрипящего горла невольно вырвался невнятный звук. —Я...дома? Невозможно. Нет , я не верю. Дом разрушен уже как 4 года , и от него точно ничего не осталось. Ни щепки , ни одной шмотки... Я на негнущихся ногах подскакиваю с постели , одним широким шагом оказываясь на другой половине комнаты. Отчаянно хватаюсь за волосы.... Это я. Да это определенно я , да вот блять небольшая деталь...здесь мне 17. Я с ужасом рассматриваю себя. С момента РПП прошло , судя по всему , полгода. Кости ярко выделяются через тонкую кожу. Синяки , полученные в результате слабости и свойственной расстройству хрупкости организма как внешне , так и внутренне , до сих пор не сошли с неестественно белой для живого человека кожи. Лицо было прекрасно украшено двумя размашистыми мешками под бездонно-грустными омутами глаз. Воспоминания о том , что мне пришлось пережить на тот момент пробили на крупную дрожь , и зябко встряхнув плечами , я развернулась от зеркала. Значит , мне не показалось. Я попала в прошлое? Бред. Во все поверю , но только не в это. Ком непонимания рос с геометрической прогрессией , вызвав сумбурные потоки мыслей. Но от одной все внезапно остановилось. —Мама...мама жива! — тихим полушепотом прохрипела я , и в силу возможностей истощенного тела ринулась по некогда родной квартире. Женщина обыденно вглядывалась в окно , но взгляд выдавал стальную серьезность. Но невзирая на эти эмоции , она все ещё была той же...мамой. Длинные , русые волосы обрамлены легкими волнами и собраны в небрежный хвост. Слегка угловатые скулы и глубокие глаза , темно-серые. Они невероятны , этот взгляд цеплял любого , но каждый предпочтёт промолчать о невероятной красоте , лишь бы не смотреть на неё ещё раз... Мама даже не поворачивается ко мне. Какой она не была родной , она не близка. Ее холод всю жизнь резал сердце на куски , я никогда не понимала...не понимала , почему самый родной человек всегда был непостижимо далеким от меня и предпочитал безразличие материнской любви. Провожу тыльной стороной ладони по щеке в попытке стряхнуть непрошеные слёзы. —Привет , мам... Женщина наконец-то поворачивается на меня , и она исключительно испуганным жестом бегает глазами по периметру комнаты. —Тебе стоит сходить к подруге после школы. Посиди у неё пару часов , хорошо? — она старается смягчить привычно леденящий тон — ты ведь знаешь , бабушка опять пытается меня проклянуть... Ее губы озаряет наигранная насмешка , но взгляд...он пропитан страхом. —А ещё...не забудь , что завтра мы можем умереть. По затылку пробегается холодок , и дрожащий голос тихо спрашивает: —А что будет завтра? Странно. Она словно говорит не с той несовершеннолетней Аней...она словно понимает , что рядом я. —Завтра 14 января. Я вздрагиваю , уже не пытаясь скрыть потока устрашающе-горячих слез. Я подхожу ближе , беря ее за плечи и вынуждая смотреть четко в глаза. —Прошу , объясни , что случилось , почему все рухнуло? Мама смотрит большими от страха и удивления глазами , и шепчет: —Она сама виновата... Я ослабляю хватку , и воспользовавшись моментом , мама быстрым шагом покидает комнату , оставляя за собой шлейф разочарования и глубокой задумчивости. * * * Аня снова отключилась. Я не знаю , почему. Да , блять , я впервые настолько беспомощен. Это невозможно. Хаос кружит вокруг меня хищным орлом , так и наровясь вцепится когтистыми лапами в плечи. Ее голос раздаётся внезапно , заставляя вздрогнуть и перевести полный недоумения взгляд вбок. Я хочу сделать шаг к ней , но болезненное предчувствие , сдавившее грудь не даёт и двинуться с места. —Что случилось? — я задаю первый пришедший в голову вопрос , ожидая дальнейшего. —Просто перенервничала. Я знаю Аню чертовски мало , но не заметить разительного изменения в голосе буквально невозможно. Он приобрёл небольшую хрипотцу и тон погрубел , словно от простуды. Блондинка выжидающе выгибает бровь. А я вдруг понимаю , что мертвые , стоящие вокруг пропали. Нет никого , словно все скрылись в страхе. Я вновь смотрю на неё...странно. Одна деталь никак не даёт удостоверится в личности. Понимание постепенно возрастает. —Алевтина Блейт? Блондинка усмехается , проницательно всматриваясь в бездну глаз: —Олег Шепс? Молчание послужило своеобразным кивком головы. Она расслабляет давление челюстей , опуская голову вниз. Лже Аня прекрасно понимает и сидит мое замешательство. А я ведь снова бессилен... —Что ты хочешь? Почему ты решила мучать бессильную девушку? Глаза зябко пробегаются по мне , оставляя незримые дорожки холода по коже. —Она ведьма. —Бред. Будь она ведьмой , я бы понял это ещё при первой встрече. Забавно...я снова безразличен к тому факту , что Алевтина совершает невозможное. Она дух. Умершая душа. Я как никто другой знаю их возможности , привелегии и запреты. Основные возможности известны любому медиуму — душа , не совершившая суицида , может говорить , являться в когда-то родной им мир в виде фантома и не имеют права причинять вреда нынеживущим людям. Слегка грубый голос вырывает из раздумий , отталкиваясь от бетонных стен и разрезая плотную тишину. —Если ты думаешь , что я стану припираться с тобой... — насмешливо улыбаясь и вновь смотря на меня будто свысока , "Аня" делает шаг ближе — заблуждаешься. —И куда? Блондинка останавливается , видимо возмущённая моим непростительно грубым поведением , бросает: —Забрать свои годы. Я настолько сильно похож на долбоёба? —Нет. Вы же связаны с магией — глаза наполняются решимостью , и я подступаю все ближе к ведьме — знаете о факте того , что если жизнь заканчивается , она должна закончится. На лице мелькнула тень. Если я сумел вывести ее на эмоции , то это невероятно... Неужели эту умнейшую женщину века задели слова малолетнего недомедиума? —Что ты делаешь с Аней? Ведьма не сдерживает плотоядной усмешки , и резво взмахивает рукой , указывая в сторону окна. Внутри все похолодело. Неужели она?... —Да , мальчик. Ты все верно понял. Я принимаю решение тянуть время , заполняя его разговорами. —И как же? — облизываю пересохшие губы , и осмеливаюсь посмотреть ей в глаза — изменишь ход истории? Блейт недовольно поджимает губы , но ее недобрая усмешка значительно преобладает. —Лучше. Она сделает все за меня — руки вычерчивают в воздухе понятную лишь ей линию — это все ментальная программа. Все переживания и стресс отразятся на ее психике настолько , что она умрет от остановки сердца. Сердце предательски пропускает громкий удар. Я обещал ей помочь , но даже сам не смог разобраться в проблеме... И пока блондинка ослабляет давление вокруг своего энергетического кольца , я делаю ещё один шаг , скрывая это за неосторожным жестом. Она молчит , бездействуя. Неужели , поверила? —И как тебе удаётся такие действия? Ты же фантом. Видимо , эти слова задевают ее , и она полностью сосредотачивает слегка рассеянный взгляд на мне. —Я величайшая ведьма века. Жила около 150 лет — тешится она , окончательно расслабляя давление. Думает , что я такой слабый? —и возможности после смерти возрастают автоматически. Пока она говорит все то , что мне безумно важно , я снова делая шаг. Слишком смело... Но об этом поздно думать. Женщина замечает мои действия , и в глазах вспыхивает огни агрессиии и мести. Блять...я же знаю , что она сделает. Оскаливая губы и обнажая ряд зубов , женщина взмахивает ладонью в сторону , и слух улавливает щелчок замка. Я понимаю , что она разительно сильнее меня. Но у меня есть та привелегия , о какой она знает. В голове с нереальной скоростью проносятся все воспоминания. —Мне приятно понимать , что я могу убить тебя собственноручно...будет весело. Она берет стеклянную вазу , так и не сводя с меня безумного взгляда. Воздух разрезает дробный звон , а в ее руках оказывается острый осколок , вполне способный распороть вены... * * * Меня поставили перед фактом: я в прошлом , а завтра произойдёт сложнейшее событие жизни и роковой день в судьбе , способный разветвиться на множества протоков , определенным образом попавших в каждый период. Я выглядываю в окно , показывающее мне панорамный вид на пустынную и словно заброшенную улицу. Холодные блики фонарей по сей момент не перестают оставлять тени на полу-раздроблённом асфальте. Россия. Такова наша Россия. Я встряхиваю копной непривычно русых (я настолько давно перекрасилась?) волос , и тут же вскакиваю с пола. Что мне делать? Каждая мысль коротко простреливает в голову , усиливая и без того гудящую боль. Мама ушла. Я осталась одна , и судя по всему , я либо сплю , либо мне действительно нужно что-то делать. Но что? Что мне блять делать? Я , наверное , в сотый раз измеряю комнату шагами. Я допускаю тот факт , что сейчас моя замечательная бабуля находится в настоящем времени и использует мое тело. Ощущение...оно словно не моего тела. Я передвигаюсь сама , и разум также отвечает исключительно на мой зов...но запястья буквально сковали жесткими наручниками. Я перебираю тысячу вариантов , среди которых натыкаюсь и на адекватные , но с каждой секундой все возвращается к одному. Собственные шаги гулко раздаются по квартире , пока я держу однозначное направление. Ноги ватно переплетаются , когда я натягиваю джинсы. Прошлое. Уверена , как бы не лукавил каждый из нас , говоря о том , что прошлое всегда в прошлом , оно всегда живёт внутри , выскребая протяженные рубцы. Я вспоминаю все те дни...это больно. Никто со мной не остался , хотя они клялись быть рядом до последнего вздоха. Цепляю на худощавое тело футболку , и кидаю последний взгляд на зеркальное отражение. То чего же тошно... В кости и кожу отдаёт невыносимо острой болью при каждом резком движении. А куда я собралась?... Замерев , прокручиваю все ещё раз. Я ведь совсем не продумала , как мне бать. Вся соль ситуации заключается в том , что когда скелет , покрытый тонкой пленкой кожи (а проще говоря — я) , попыталась отпереть дверь квартиры , безупречно потерпела провал и скиталась по городу в поисках жилья или просто временного ночлега. Суки и никто другой. Как так можно поступить с худощавой девочкой-подростком? А в это время я смотрю на приоткрытое окно четвёртого этажа. Ничего особенного , просто окно... Но подсознание , блядски сворованное из моей же хватки шепчет иное... —Ты здесь лишняя. Разве ты забыла , что придётся пережить?... Все тело пробирает крупной дрожью. Я словно ненормальная , жмурю веки и сжимаю голову , пытаясь собрать ее на две половины. Но теперь здесь главная не я... В один широкий шаг я преодолеваю расстояние между кроватью и окном. Судорожно дергаю ручку окна , и та с протяжным скрипом поддаётся , впуская в комнату вихрь холодного ветра и парящие снежинки. Я кричу. Кричу так громко , но с губ лишь слетает беззвучный шёпот. Из глаз отчаянно текут слёзы , которые я больше не в силах держать. Сейчас идёт завораживающе тихий снег. Он не вызывает успокоения , наслаждения...хлопья кружат в воздухе , принося за собой тревогу и панику. Я смотрю вниз , а завоеватель моего разума уже изнемогает , с явным вожделением ожидая того , как я распластаюсь в этом унылом дворике. Снизу не так много метров , но для девушки , что не всегда может самостоятельно передвигаться по земле , и падения с двухметровой вышки — смертельный приговор. Я мимолётно наслаждаюсь видом , пытаясь отвелечься от неминуемо приближающейся смерти: эстетика уныния , страха и паники. И когда ноги начинает покалывать от холода , и я уже на краю , в голове проскальзывает последняя мысль , которую я также беззвучно шепчу: э т о к о н е ц ? ? ? * * * Она все также надвигается на меня , зажимая в ладони осколок и наверняка намеренно режет ее нежную кожу. А в моей голове медленно вертится последовательность сложнейшего ритуала. Судя логике , хотя сейчас ее стоит заснуть и надолго , Алевтина фактически поменялась местами с Аней ценой ее же жизни. Проще говоря , жертвоприношение... Значит , что сейчас я могу вернуть Аню в физическую оболочку тем же способом , каким призываю любого духа. Действовать нужно быстро. Латынь...я стараюсь как можно чётче говорить каждый мнимый звук , каждое произношения , пытался представить , как собственный голос раздаётся в острой и густой тишине , резонируя середи бетонных стен. С каждой секундой расстояние между раззадоренной ведьмой мной уменьшается. Она рычит , плотоядно и зло , в любую секунду готовая набросится на жертву , но снова неполучение желаемого. Последние слова , которые я громко выкрикиваю , уворачиваясь от сверкнувшего в бликах света осколка были произнесены победно. Она зла , ее распирает от эмоций. Но она не сможет пойти против сильнейшей магии... Действительно , не может. Сжимает челюсти , нечеловечески царапает пол. Но ведьма не так проста. Она снова хватает осколок , чувствительно впившийся в кожу. Сердце испуганно трепещет: она может ранить не только меня , но и Аню... Видимо , Алевтина и не задумывалась о своей внучке , тянет руку с оружием ко мне. Я безрассуден , недвижим и молчалив. Она вглядывается в мои глаза , а подсознание кричит о необходимости отвернутся и запахнуть веки. Но ведьма опоздала. Я завороженно замираю , ожидая ее действий. Женщине плевать , она готова растерзать меня на куски , словно забыв о том, что это запрещено в мире мертвых , и о том , что она заведомо проиграла , когда подверглась заклинанию. Ее хищные зрачки бегают по мне , а я мысленно ликую. Своей гордостью и чрезмерной эмоциональностью она просто проебет все , а я дам ей фору. Неестественно горячие пальцы прикасаются ко мне , ощупывая плечевую артерию. Сука , она готовилась. Женщина знает , что так я умру почти мгновенно , потеряв кровь. Заносит лезвие , а я понимаю , что этот риск не может быть неоправдан. Слишком сильная магия , которая и без того высосала из меня все силы не даёт сбоев даже на ней. Ее сильная и грубая энергия разгуливает по телу , раздавая по всем участкам тела леденящие удары. Из последних сил дёргаюсь , стряхивалась магические действия и вижу , как она медленно сползает на пол. Глаза , почти недвижимые и мертвые заставляют сердце забиться в быстром ритме: Аня слаба , я могу убить ее.. Эти мысли отвлекли , оказывая незаменимую услугу Алевтине. Снова взмахивает руку , и... Холодный металл входит под мою кожу , заставляя вскрикнуть. Я не могу быть уверенным ни в чем , но венозная кровопотеря грозит мне смертью.. Эта мысль оказывается решающей перед той непроглядной тьмой , завлекшая меня к себе. э т о к о н е ц ? ? ? * * * Черт...почему так болит голова? Знакомая ситуация: я валяюсь на полу , пока голова так и направится взорваться от боли. Тело переполняет странные эмоции , особенно при учёте того , что секунду назад была готова умереть. Но самым странным была необъяснимая тревога , заполняющая грудь. Она вынуждает вскочить , невзирая на препятствующую боль и колкость в конечностях. Не зря...в полуметре лежит Шепс , а точнее его тряпичное тело. Боль отошла на второй план , когда я заметила постепенно стекающую с ладони кровь. Медлить непозволительно. К счастью , ничего в жизни не бывает зря...пока сердце гулко отбивает понятный только ему ритм , я вспоминаю нравоучения того самого преподавателя , от которого на немалом диаметре несло крепким и дешевым виски и сигаретами. —Если человек каким-то невероятным образом получил ранение , приводящее к кровопотере — мужчина покрутил пальцами где-то у запястья — то первым делом вам , остолопам и тугодумам нужно завязать жгут ниже ранения. Выхватываю из шкафчика небольшого размера аптечку , которая тут же оказывается опустошённой. Как же трясутся руки... Но это не является помехой , и выхватив слегка пожелтевший от старости жгут , я вновь падаю на колени , напрочь забытая о собственной же хрупкости. Все как говорил этот ненавидящий детей старик...крепко , насколько возможно затягиваю жгут ниже локтевого разреза. Руки нещадно пачкает кровь , багрово-бурого оттенка. Еще более крепкие узел , и моим недавним сомнениям нет места: поток крови по-немного успокаивается. Все словно тумане. Я неразборчиво говорю какие-то дежурные фразы в трубку скорой , слыша: —Время ожидания от 20 минут. Из глаз текут слёзы , я так боюсь.. Словно это не тот незнакомый медиум , вызвавшийся помочь. Не тот парень с экрана , внезапно протянувший руку помощи. Дежавю. Успокаивающе приглаживаю его темны , почти угольные волосы назад , задумчиво вспоминаю ту ситуацию 3 дня назад. Ту необычную душу , характер , черты. Те пару случаев. Все это...невероятно. Как можно объяснить эти словно связанные разумы? Те воспоминания. Желание...я столько должна ему , за всю ту помощь. Мысли лихорадочно роятся в черепной коробке. Я чувствую эту призрачную обязанность забрать все то, что с ним было. Этот брюнет явно сумасшедший. Шепс , словно убитая временем кукла. Парень начинает холодеть , а лицо бледнеть. Минуты текут , перетекая в десятки... Российская скорая. Им плевать , абсолютно плевать на то , что я дала показание на венозное кровотечение красного уровня. На то , что парень может умереть сегодня же , да что уж там сейчас. Мысли зациклились только на одном , на его бездыханном теле. бездыханном?... Дыхание безропотно участилось , когда я медленно и нерешительно тянусь пальцами к сонной артерии. Сердце сжалось. Я не чувствую этих характерных толчков , его сердце остановилось? Пелена покрывает все зрительные контакты , но вот слышится единый стук , переходящий в более быстрый. Облегчённый выдох выбрался из груди. Но рано. Очень рано. Сердце бьется в таком медленном темпе только тогда , когда смерть близка и почти неминуема. Я дрожу...все настолько плохо? Нет , нет , нет!!! Я должна умереть , но только не он. Желание пробивается сквозь легкие , щеки , заставляя их зардеться и напряженных плечей. Силы ускользают из тела , мне хочется кричать от боли. Но чувство долга не позволяет остановится , и я снова продолжаю. Ритм его сердца начинает биться неровно и компульсивно , а я окончательно теряю голову. Сердце снова перестаёт биться. Совсем. Нет. Не может быть , если я приложила такие усилия , все окупится! С новой силой сдавливаю его здоровую руку. Минута , вторая , третья... Голова почти окончательно помутнела , а вот Олег выглядит значительно лучше. Лицо приобрело более человеческий , не схожий с чистым листом бумаги цвет , а тело стало слегка вздыматься вверх , глотая необходимое количество кислорода. Для осознания того , что произошло потребовалось не меньше минуты. Руки дрожат настолько крупно , что отдаёт в другие конечности. Неужели это не совпадения , и разумы каким-то образом связаны? Он не дышал...он был буквально мёртв , несостоятельно лежал на холодном кафеле , когда силы покинули всего его. Я смогла.... * * * Мужчины , облачённые в белые костюмы кружат возле медиума. Взгляд тяжело буравит пол. Мне больно смотреть на него... За всеми тревогами я забыла о самой себе. Мне до сих пор плохо , я чувствую нарастающие шумы и шорохи в голове. Руки все ещё в крови , слегка подсохшей на коже. —Извините , но Вам нельзя ехать с нами. Ситуация в больнице и без того обострена. —Что? Как не могу? Я должна видеть его состояние! Врач устало выдыхает , опуская голову. —Я дам Вам номер телефона больницы , когда будет возможно , навестите его. Его не менее усталые глаза вновь опускаются в пол , и положив большую руку на плечо , тихо проговорил: —Вам не стоит так волноваться. Хоть кровотечение неслабое , он на удивление в нормальном состоянии. Зачастую люди умирают , а тут временная потеря сознания. Пару дней , и ждите молодого человека дома. Я облегченно выдыхаю , понимая , насколько вовремя я подумала о этой способности... Уже спустя пару минут дверь , недавно починенная Евой , громко захлопывается , вызвав легкие подрагивание. Ева...я скучаю по ней. Последние три недели мы буквально перестали общаться. Я вожусь со своим недорасстройством , пока она пропадает у Дани. Даня — наш общий знакомый , ее лучший друг , которого она держит 3 года во френдзоне. Около пары месяцев назад я стала все чаще слышать о нем , пока я не добилась тех слов: она влюбилась. От Дани не слышно ни одного слова о чувствах , а Ева , как истинный ценитель дружбы боится разрушить ее тремя словами: "Ты мне нравишься" Но теперь я зачастую вижу, как они гуляют под руку , но от подруги слышно лишь многозначительное: "все сложно.» В теле не остаётся буквально ни капли бодрости , и быстро и как-то туманно для памяти приняв холодный душ , я уваливаюсь спать , встречая третий час ночи. * * * спустя три дня Утро привычно встречено с тяжелой головой , набитой мыслями. О смерти , о жизни , да обо всем блять. Пока от кружки с кофе сочится тонкий столбик дыма , расползаясь на небольшой диаметр ,быстро вынимаю из ящика зажигалку и сигареты. Испускаю громкий мат , понимая , что сигарета опять гадкая и дешевая. Бонд с виноградной кнопкой...фу , боже , кому это нравится...когда я вообще это купила? Нет , я это не собираюсь даже в руки брать. Вспоминаю о существовании давно забытого hqd , лежащего в том же ящике. И вот он , прекрасный спаситель: небольшого размера «флешка» со вкусом орехового табака. Затягиваюсь , ощущая легкие покалывания в легких. Привкус мягкий , почти неощутимый , но с поставленной задачей более чем справляется: тревожность ненадолго отплывает в сторону , отдавая место приятному головокружению. Эти три дня я не иначе , как проебалась. Хоть учеба и стоит на первом плане , я всегда брала дополнительные задания и просила отнести ее Еве. Кстати , о ней. Подруга вернулась вчера вечером , любезно прося не будить ее до часов 12. Запиваю дым уже почти остывшим кофе , понимая, что так нельзя. Блять , Олег... Меня до сих пор не пускали к нему. Невзирая на его поправку , он все также лежит в больницам подозрением....на COVID-19. Боже , врачи видимо ебнулись по полной программе , иначе обьяснить этот вброс невозможно. То есть...человек с серьезной потерей крови на грани перевода в отделение другого вида? Я созвонилась с ним около пары раз , а он заверял о полной стабильности своего состояния. Действительно , всего-то истекал кровью на полу моей квартиры пару дней назад.. В общем-то , все мысли заняты лишь тем днём. Я не могу обьяснить все это...просто страшно. Я не ведьма. Это точно, ни капли не подлежит сомнениям даже со стороны медиума. —Смотри — парень прищелкнул пальцами по ту сторону трубки — магия в каждом из нас и без исключения , но в твоём случае силы либо настолько малы , либо ты очень слаба как эзотерик. Такую силу , о какой тебе говорят , можно держать в теле только если ты давно практикуешься и умеешь управлять самой собой. Ты можешь не волноваться на этот счёт. Признаться честно , его слова действительно успокоили. Не понаслышке я знаю , что магия — это не шутки или игрушки. За каждый малейший повод использования магии отдаётся хоть и малейшая , но плата. Как плата здоровьем , так и успехом или даже жизнью других. Обыденно я слышала отголоски голосов с кухни , когда клиенты вздрагивали от услышанных цен. —Невежество! —Вы сдираете с людей бешеные деньги , хотя хотите помочь! Поставим альтернативу: вы крутитесь в малоизученной сфере , о которой никто не имении малейшего понятия. Только вам и немногим похожим на вас известны все тонкости. И вдруг вы слышите подобное , как то , что это все это детский лепет и вы просто шарлатаны. Конечно, ведь люди не привыкли воспринимать то , что не доказано. Так же и у эзотериков и экстрасенсов: вы и не можете представить , насколько жертвенны те , кто готов помочь вам даже за деньги. Но пока такие диванные критики со слюной у рта доказывают то, что не понимают , хочется въебать по морде. Поэтому я и не стану пытаться влезать в этот неумолимый поток , слишком сложный. Я хочу быть простым человеком. Возможно , что тяга к такому роду деятельности есть в потаенных уголках души. Но мне страшно погружаться в неизвестную сферу...может и зря. Мысли заканчиваются громкой трелью телефона. Цифры номера подаются тяжелым ударом в сердце. Больница. Я выдыхаю , стараясь настроится на нужный лад. Как бы кто не заверял меня о том , что у брюнета все в порядке , я не могу не бояться. —Да? Голос дрожит, но сейчас это неважно. Одной фразы будет достаточно, чтобы узнать его состояние. —Приезжайте в больницу через пару часов , у Олега Шепса выписка. Я произношу что-то несуразно-лепечущее , и нажимая на кнопку сброса вызова, радостно подскакиваю со стула. Все эти дни сердце было сдавленно непонятной тоской , я хотела увидеть его... Мне больно слышать его охрипший и уставший голос: в больницах сейчас очень неприятная ситуация , и это известно абсолютно всем. Один из выпусков был временно отменён , и люди , безусловно , взбудоражились: каждый пытался собственноручно узнать , в чем причина , но информаторы упрямо молчали. Смотря на часы, прикидываю , сколько времени займёт дорога. Больница находится на немалом расстоянии , и пока приедет такси , по всем этим московским пробкам: около полутора часов я буду только ожидать такси , а дорога займёт столько же. В эту же секунду звоню на номер диспетчера , и переговорив с приветливой девушкой , понимаю , что делать абсолютно нечего. Но зеркало , висящее сбоку говорит само за себя: я выгляжу потрепанной и убитой. Нужно убить лишнее время хотя бы приведением себя в порядок. Макияж занимает не менее получаса: но я так довольна , что время окупается результатом. Стрелки , идеально подходящие под тип глаз и века , хорошо прокрашенные ресницы и главное , что я люблю ,это губы: они имеют оттенок сладкой багровой черешни , в матовом и стойком оттенке. Вставляю в нос любимую сережку-септум. Идеально. На губах сверкает слегка взволнованная улыбка. Волосы наспех опылены сухим шампунем. Образ нисколько не загружен. Чёрные , слегка широкие джинсы и такого же цвета футболка , а сверху бежевое пальто. Слегка раздраженно подмечаю , что снова опаздываю: такси прибыло к подъезду минут десять назад: быстро натягиваю на ступни мартинцы , ветром выбегая из квартиры. Улица встречает меня легким покалывающим холодом. Как никак , в Москве уже наступил ноябрь , холодный и промозглый. Такси везёт меня по улицам и проспектам вечно оживленной столицы. Циферблат в смартфоне отображает 12:37 , а мне почему-то так страшно. Параноик , боже. С Олегом все более , чем хорошо , и мне просто нужно прийти к нему на выписку. Потягиваю ещё неостывший (ничего себе , у меня бывает что-то неостывшее) латте на кокосовом , стараясь вспомнить , когда в последний раз вела себя как живой социализированный человек. Наверное , недели две назад я спокойно шла по улице , участливо болтая с подругами. Никаких ведьм , предсказаний...когда уже все наладится? Рассчитавшись с таксистом и отчего-то щедро докинув на карту лишние 200 рублей , остановилась возле широкой арки больницы. Необъяснимый страх снова обхватывает плечи ледяными и костлявыми пальцами. Главное , не поддаваться страху... Вот я сижу на лавочке , ожидая пациента с фамилией Шепс. И я дождалась. Он небыстро шагает ко мне , выдавив на губах кривую улыбку. Даже на немалом расстоянии заметны его внушительные мешки под глазами и легкую бледность. Теперь моя очередь возвращать его в жизнь.