что значит любить?

пена давно сползла с тела чонгука, потому он уже не видит смысла таким образом оправдываться. он просто здесь: аккурат стоит обнаженный и телом, и душой перед ким тэхеном; смотрит, ощущая больное желание внутри, в голове дотронуться до такого же открытого человека, нагого духа, лишь бы ощутить заслуженное тепло, ласку, самозабвение и благоволение. темноволосый тянется рукой к мужчине, нежно касается его предплечья и тянет на себя. тэхен снова чувствует бегущую в никуда воду, которая стекает по приоткрытым губам, но не смеет закрывать глаза. боится, что все это сон, что тот раствориться под закрытыми веками, как некогда пена на теле под напором воды. он смотрит сверху вниз в темные глаза чонгука, где бьются в ритме страстного танца искры. искушающее чувство. проверка на прочность. а ким тэхен трещит по швам. ⠀⠀⠀ - я… - чонгук шепчет. хозяин дома его не слышит, потому обводит руками тело парня, не смея касаться и разрушить тем самым иллюзию, и выключает поток воды. дает еще один шанс. – я х-хочу позволить… ⠀⠀⠀ - не переступай через себя, чонгук, - низко и хрипло – абсолютно все в мужчине напротив заставляет младшего чона почувствовать нужду, потребность в человеке. давление в груди мягко походит на страх в отказе, но чон не смеет отступить. не сейчас – он не заслуживает этого страха. ким хмурится еще сильнее, снова делая шаг назад, но хватка на руке останавливает, заставляет прислушаться и подчиниться желанию темноволосого. ⠀⠀⠀ - я и не переступаю, - снова тянет тэхена на себя, но еще ближе, чем было прежде. заглядывает в глаза, наблюдая за чернотой, что многократно ежесекундно увеличивается в них. чонгук чувствует напряжение и остроту мышц хена, который с усилием отводит ладонь в сторону, лишь бы не коснуться недоступного, до этого момента, тела. нельзя разрушить. нельзя давить и ломать. слишком хрупко – буквально тонкий слой сурьмы… мужчина не может себе позволить самовольно сломать парня, подчинившись собственному, пусть и безумно кричащему, желанию, которое крепко окольцевало его сердечную мышцу, которое, буквально, угрожает перерезать все главные вены… чон все понимает и принимает, но не отходит, не пытается остановить пульсирующую на кончиках пальцев потребность, которая заставляет с усердием сжимать тэхенову руку и стоять так близко, выдыхая обжигающий газ из легких. они чувствует выдохи друг друга, но чону кажется, будто мужчина старается не вдыхать, вовсе не дышать. ⠀⠀⠀ «ему неприятно?» надо бы спросить напрямую, но чонгук решает, что правильнее практическая проверка. он чуть поднимается на носочки и целует уголок кимовых губ. сначала касается еле ощутимо, затем давит на мягкую кожу до судорожного вздоха черноволосого. тот прикрывает глаза, переживая волну дрожи. чон отстраняется, уже приближаясь к своей настоящей цели. ⠀⠀⠀ - твое правило… - шепчет низко ким, а чонгук ловит каждое слово, находясь так близко. – мне нельзя тебя целовать. ⠀⠀⠀ - тебя целую я, хен, - он снова видит судорожный вздох и трепещущие ресницы приоткрытых глаз. губы кима большие, горячие, заставляющие привыкнуть к себе, как к нечто необходимому, словно физиологическая потребность. губы тэхена для чонгука становятся в эту секунду пристрастием, непреодолимым аппетитом, которые пока не удовлетворишь и не утолишь, не сможешь думать ни о чем абсолютно. чонгук тянет нижнюю губу – дарит всю доброту, что когда-то было подарено ему, побитому щенку; целует верхнюю – яростно показывает свое желание, кое до этого момента было заперто где-то внутри, и благодарность за помощь по избавлению от страхов, от самой страшной фобии в виде чон хведжуна. приоткрывает свои глаза, встречаясь с туманом, что рассеивается дымкой в кимовых. отступает, оценивая реакцию своего хена – может тот не позволит зайти дальше, дойти до самого желанного душой и телом. чонгук видит вздымающуюся грудь, четко очерченную ребрами и мышцами, которых хочется коснуться, тем самым достав до сердца, до души. тэхен все также его не трогает, не смеет ощутить. обещал ведь. ⠀⠀⠀ - хен, - шепчет, но даже так пускает разряды тока между ними, заставляя сердца обоих биться быстрее положенного. чон берет руку кима за запястье, прикладывая ту к своему лицу, ластиться к расслабленным пальцам, которые тут же хотят сжаться в кулак – темноволосый не позволяет, вкладывая вторую руку в ладонь, образуя замок. трется нежно щекой, ловя под полуприкрытыми веками яркие всполохи и искры. ⠀⠀⠀ «так нужно. и так хорошо.» ⠀⠀⠀ - не сомневайся, - говорит чонгук твердо и решительно, ловя сосредоточенный, пусть и туманный, взгляд на своем лице, мечущийся от губ к глазам. – я уже нарушил все возможные правила, пренебрег своими принципами. ⠀⠀⠀ - я обещал тебе не делать больно, - хрипло с надрывом и выдохом. парень машет головой, все также прижимая горячую ладонь к щеке. ⠀⠀⠀ - а ты и не делаешь. ⠀⠀⠀ «я сделаю это сам.» чонгук прижимается губами к тэхеновым пальцам, которые касались его кожи, потом подходит, чтобы оставить ощутимые поцелуи на скулах, на губах, подбородке, спуститься с их помощью к кадыку и пульсирующим венам и артериям, адамову яблоку, которому дарит особую ласку широкими мазками языка. отпускает тэхенову руку, та аккуратно опускается на плечо парня, мягко, практически неощутимо, поглаживая. касания чона к хену были же уверенными, страстными, пусть и аккуратными: он рисует на коже прозрачные узоры, вылепливает ими глубокие ямки ключиц, их остроту; вырезает на коже ореолы темных сосков, выкручивая те пальцами и мажа по ним ребром ладони; шлифует живот и впадины между мышцами, словно, будучи создателем, творит идеал. чонгук исследует тело тэхена губами, зацеловывая то, что обследовал руками. слушает тихие выдохи, которые подначивают продолжать и никогда, черт возьми, не останавливаться. чувствует горячие ладони, что аккуратно сжимают талию, считают ребра, не изучая их глазами, оставляют следы на груди и спине. ⠀⠀⠀ «он не опускается ниже. и не трогает выше плеч. – подмечает про себя чонгук, грустно улыбаясь. – выполняет обещание.» ⠀⠀⠀ - я хочу греться тобой в постели, хен, - чон чувствует, как его кожа охладела - вода его уже не грела, да и вся душевая давно успела остыть. ким прижимается лбом к его лбу и аккуратно кивает. словно разрешая себе все дальнейшие действия. тэхен идет спиной по коридору к своей двери, а чонгук его ведет, сжимая пальцы в своей ладони. просит, чтобы тот расслабился, чтобы позволил себе ощутить, позволил сделать то, что желают внутренние чувства. знает, что желает его душа. чонгук толкает дверь ногой, та с щелчком закрывается. решает, что этим вечером он перейдет все возможные границы, что бы быть с тэхеном, чтобы узнать его настоящего, его сущность и душу, чтобы отблагодарить его. потому что только в своей откровенности, только в демонстрации своих чувств видит эту благодарность. ким садится на мягкую поверхность постели, рассматривая парня уже снизу вверх. а для чонгука это впервые – когда он идет на такой шаг сам, когда сам хочет и искренне желает человека, чтобы тот оказался под кожей, почувствовал его изнутри. жгучее тепло заперто в области паха и живота – а желание сводит с ума. темноволосый садится на крепкие бедра, сразу же затягивая в поцелуй. он чувствует животом трение своего и кимова тел. чувства горят, опаляя его легкие, заставляя те сжиматься. так хочется почувствовать пылкость касаний чужих рук и горячего тела. так хочется самому оставить следы и застолбить человека. присвоить. приручить. оставить себе. заставить остаться. давление руки и вот, тэхен лежит на постели, а чонгук снова рисует, как создатель, тело кима и свои чувства. только сейчас, в эти мгновения, в моменты касаний и искренних внутренних душевных судорог он может вытащить из глубины и осознать свое отношение, влечение, позволить себе самому по-настоящему полюбить. чон чувствует сладкую истому, растекающуюся по всему телу, по напряженным мышцам тэхена, на которых он сидит, которые вырисовывает своим пальцем, словно художник карандашом. это томление и расцветающие чувства заставляют неметь абсолютно все, кроме бушующих внутри наслаждения и мыслей, подобно цветку, под лучами солнца расцветающего, раскрывая свои бутоны и являя миру свой настоящий аромат, свои искренние абсолют и природу. солнечными лучами выступали руки тэхена, которые щекотали тазобедренные косточки, и его взгляд, наполненный… любовью? чон замечает ее в чужих глазах, отрываясь от исследования тела поцелуями. он ставит руки по обе стороны от головы хена и наклоняется к его лицу. сцеловывает с каждого глаза этот взгляд, который, словно стрела купидона, простреливает сердце. заставляет лежать с закрытыми веками, пока целует манящие губы. а внутренности разрываются – понимает, что не останется, что скоро все закончится. отрывается и выпрямляется, чтобы под черным взглядом коснуться лежащих на талии рук, а затем спуститься к ягодицам. чонгук хочет, чтобы ким следил за всеми его вдохами, когда пальцы аккуратно будут скользить внутри, чтобы запоминал, как грудь его будет вздыматься, а голова запрокидываться чуть назад. растяжка все также неприятна, но с хеном… внутри парня желание было сильнее, нежели чем неприятные воспоминания о боли и слезах. возможно, они будут потом. но не сейчас. чонгук не может позволить внутренним страхам съесть его и оскорбить тем самым черноволосого. ⠀⠀⠀ - ты заставляешь себя, чонгук, - хрипит ким, чувствую то, как елозит чон по его телу, задевая чувствительные места. ⠀⠀⠀ - все, что я сейчас делаю… - он упирается одной рукой в грудь мужчины, приближаясь к его глазам. грустно улыбается и нежно целует в кончик носа. – я хочу этого, хен. ⠀⠀⠀ - я могу тебе помочь? – тянется к той руке чонгука, пальцами которой он растягивал себя. парень машет головой. ⠀⠀⠀ - нет, - затягивает в поцелуй, позволяя себе перейти еще одну черту – проталкивает свой язык, чтобы показать, мол бояться нечего, ведь он не разобьется. из фарфоровой куклы он смог превратиться в закаленного сталью мужчину. – благодаря тебе, я сейчас не плачу и не испытываю отвращения. потому что я хочу, тэхен. потому что ты нужен мне. чонгук локтями упирается по обе стороны от головы тэхена, чтобы уверенно поцеловать. все также чувствует метания хена, его сомнения, что проступают в легких касаниях, а не сильных объятиях. ким сдерживается, не потому что ему все равно на происходящее, а потому что боится не сдержать обещание, боится сделать больно, как физически, так и морально, боится расколоть этот сосуд. как матери кажется, что ее ребенок навсегда останется ребенком, так и ему теперь кажется, что он всегда в чонгуке будет видеть расколотого жизнью парня с шрамами и синяками, в слезах и истерике. он видел его таким, потому считал - эта слабость навсегда оставила на парне свой отпечаток, который может в одночасье разрушить его, все построенные стены, всю защиту и броню. темноволосый ведет рукой по заходящейся в вдохах груди, чувствует сумасшедший ритм сердца, оставляет следы, доходя до лобка и возбуждения кима. секундное сомнения проскальзывает в закусывании губ, но чон отбрасывает все ненужное, ведя пальцем по всей кимовской длине, чтобы затем пересесть чуть повыше. парень никогда до этого не брал инициативу в свои руки: его всегда грубо брали сзади, прижимая большими ладонями к смятой простыни. потому сейчас, видя в глазах тэхена желание и огонь, что сжирает его изнутри, он тормозит. боится. а чего боится – сам не понимает. ⠀⠀⠀ - знаешь, - чон наклоняется к лицу мужчины, коротко целуя. – я никогда раньше не любил контроль, но сейчас… я прошу тебя сделать все самому. я боюсь сделать что-то не так. фактически это был первый осознанный чонгуком секс, который происходит у него по желанию. его сомнения и страхи оправданы. хозяин дома замечает в глазах напротив растерянность, что, словно клякса, растекается по манящей черноте. он складывает свою большую руку на плечо парню, мягко поглаживает. затем кончиками пальцев, словно по клавишам рояля, ведет по заметным ребрам, заканчивая «аккорд» в момент касания к тазобедренной косточке. не видит смущения, что всегда красило чонгуково лицо, подкрашивало кончики ушей. взгляд темноволосого был ясен, как безоблачное небо летом, с ярко светящим солнцем, с насыщенно зелеными деревьями и травой. все было до дрожи просто, примитивно и наивно, но именно это играет с сердцем тэхена ужасную шутку – ему все это нужно, в этом он не может отказать чонгуку. ему до трясущихся рук нравится взаимность. ким медленно выпрямляется, большими ладонями подхватывает чона под коленками и переворачивает. темноволосому непривычно смотреть на человека вот так – снизу вверх, чтобы и его видели раскрытым и возбужденным. но глаза хена… с теплотой, нежностью, искрящихся где-то в уголках… дают все основания, чтобы верить, чтобы отбрасывать всю скромность и боязнь. ⠀⠀⠀ «все будет хорошо.» глаза тэхена не врут. ⠀⠀⠀ «я знаю. я верю.»