что значит любить?

тик-так. тик-так. стук часов раздается по комнате, соединяясь воедино с звуками поцелуев, тяжелых вдохов и стонов блаженства. ночные тени ложатся на посеребренную лунным светом кожу черноволосого мужчины, который трепетно, словно касаясь хрустальной скульптуры, ведет кончиками пальцев по чонгукову телу. оставляет невидимый след, изучает и запоминает. чонгук вдыхает затхлый воздух, что сгущенным облаком скопился вокруг них, но также быстро его выдыхает, чувствуя давление мужчины, крепкую хватку его рук, которые оставляют после себя желание дрожать, отдавать себя полностью, отказаться от воздуха. зачем он ему? есть ким тэхен. более ничего не нужно. темноволосый не знает куда девать свои руки, буквально, отпечатываясь на белой простыне, на которой он лежал, на широкой спине бизнесмена, к которой желание прижаться щекой или уткнуться лицом никуда не испарилось, наоборот, приумножая свое количество в душе чонгука. он сбито дышит, цепляясь свои губами за тэхеновы уста, что соблазняли на поцелуй своей близостью, блеском. парень тянется к ним, захватывая в плен своих клыков нижнюю губу, вынуждая их хозяина низко и томно ругаться, рычать и крепче прижимать к своему телу. тэхен протискивает свою руку, горячими касаниями оглаживая нежную кожу спины, под чонгука и чуть приподнимает его, чтобы касаться грудью. казалось, там самая близкая к сердцу точка. прямой путь. хотя чонгук уже давно там – внутри. место рукам темноволосый находит на широкой шее хозяина дома, цепляется за его скулы, мажа по ним опухшими губами, крутит на пальцы волосы, сжимая те в кулак в моменты самого близкого, самого глубокого контакта. чонгук буквально не позволяет тэхену отдалиться на несчастный десяток сантиметров. ему кажется – его оставят в одиночестве, бросят, а ему так нужно тепло, осторожные цепкие объятия, губы, что будут в успокаивающем жесте говорить и целовать. черт возьми, он так в этом нуждается! потому, когда в очередной раз тэхен отстраняется в попытке поправить постель для их удобства, как чонгук резко хватается за его предплечье, сильного выгибаясь в спине. тэхен бы эту картину сравнил с тем, как балерина выгибается в момент кульминации на сцене, показывая невероятной красоты растяжку, аккурат движения, пластику тонких пальцев и пропитанный болью взгляд. но черноволосый видит, как парень под ним жмурит глаза, прокусывая губу, дрожит телом, неосознанно нажимая на поясницу мужчины, лишь бы задержать, лишь бы продлить. тэхен резко опускается лицом к чоновым губам, чтобы ловить каждый судорожный вздох парня, пока тот пребывает не в сознании, а где-то там – в мире наслаждения, достигнув эйфории, хотя бы в этот миг. ким поочередно целует губы чонгука, точно зная, что, скорее всего, эти касания он не запомнит, находясь в прострации. держит дрожащие руки, поглаживая кожу. ⠀⠀⠀ - чонгук-а, - сам хрипит, ощущения горят и каждое чонгуково касание температурой пожара оставляет красный след, подталкивая к тому же уровню блаженства, на котором остановился парень. – я… ⠀⠀⠀ - пожалуйста, хен… ким обхватывает лицо чона, целуя слезящиеся глаза. двигается, слушая высокий голос парня, его стенания, подначивающие продолжить эту секунду, растянуть ее до размера бесконечности, чтобы навсегда остаться в таком упоении, чтобы купаться в нем, как в прохладном океане, заставляющем трепетать сердце, заходясь в быстром ритме… чонгук никогда такого не испытывал, а тэхен – впервые ощутил это именно с чонгуком. тэхен резко выдыхает, замирая на вытянутых руках, щурит глаза до ярких бликов под веками и выдыхает внезапно абсолютно весь воздух из легких. судорога щупальцами захватывает его тело в свою власть, удерживая на месте, чтобы перед глазами размыть картинку, чтобы тело обдать горячей волной услады. черноволосый в миг расслабляется, аккурат падая на разомлевшего чонгука, утыкаясь носом в солнечное сплетение. он громко выдыхает. снова тишина. тиканье часов. их окружают темные силуэты предметов мебели. белая простынь остывает, серебрясь в лучах луны. тихий выдох. свистящий от усталости вдох. чонгук вслушивается в сбитое дыхание тэхена, ощущая тяжесть его головы на своей груди. черноволосый рассыпал свои волосы по нежной коже, стараясь подстроить ритм своего дыхания с стуком чонгукова сердца. ему кажется, так будет правильно. темноволосый запускает свою ладонь в мягкие локоны, каждый пропуская сквозь пальцы. дотрагивается до виска, ведет пальцами по коже, зачесывая волосы назад, и смотрит в окно. а там темно. там темный купол с рассыпавшимися в беспорядке звездами, солнцем за горизонтом и ярко-белой луной. такой же чистой и невинной, напоминающей всем этим чонгука – тэхен тоже смотрит на нее. чонгук прикусывает губу в порыве и закрывает глаза, пытается не подавать вида. пытается не показывать своей боли, что настигает его и бьет по голове осознанием происходящего. он выдыхает с закрытыми глазами. не получается. не получается под контролем держать собственное сердце, что, прежде от наслаждения, а теперь от жгучего приступа горечи и отчаяния заходится в быстром танце. ким поднимает голову, не ощущая нежных прикосновений. перед ним – разбитый отцом и его друзьями парень, буквально снова расколовшийся сосуд. приближается к темноволосому, чтобы убрать его руки с лица. комната заполняется тяжелыми выдохами, а затем тэхен видит блеск в глазах, что рождался из самой глубины душа. из самого нутра. ⠀⠀⠀ - чонгу-ук, - тянет черноволосый, проводя рукой по его лицу. парень отворачивается в другую сторону, закрывая ладонями позорные слезы. ⠀⠀⠀ «воспользовался. воспользовался. блять, я все разрушил…» тэхен наблюдает за тем, как чонгук тут же садится быстро, но аккуратно на край кровати. на его спину тут же оседает белый свет. прямая осанка, нежный силуэт, поясница и ямки, до которых дотрагивался, трепетно касался ким. чон порывается встать, как бизнесмен хватает его за запястье. ⠀⠀⠀ - прошу, хен… - мычит парень, пока мягко прося отпустить. ⠀⠀⠀ - это я прошу тебя, чонгук! – твердо и неожиданно говорит тэхен. – если ты уйдешь, оставишь меня с мыслями о том, что я воспользовался тобой. грязно взял и использовал. не делай этого. прошу тебя. ⠀⠀⠀ - ты не понимаешь… - чонгук машет головой из стороны в сторону. бизнесмен отпускает его руку, не чувствуя сопротивления, и плюхается на спину. проводит сухими ладонями по лицу и громко вздыхает, краем глаза поглядывая на все также сидящего темноволосого. ⠀⠀⠀ - что? что я не понимаю? – в упор смотрит на поднимающиеся в вдохах плечи парня. тот закрывает снова лицо руками, пряча свои слезы. ⠀⠀⠀ - я же уеду… - хрипит. – понимаешь, я уеду. зачем сейчас? почему я позволил себе? почему я позволил прикоснуться к тебе? блять, я так не прав. и мне так жаль. – он срывается на плач, а у тэхена болит сердце, ведь чонгук все же решил его покинуть. – если бы я не п-пришел к тебе… мы не были бы связаны. и ты… и я… если бы, этого всего не б-было нам было бы проще расстаться потом. хен, прости меня! новая волна, а чонгук горбится, упираясь головой в колени. тэхен видит позвонки, что спрятаны под кожей, темные волосы, что парень тянет в порыве. слышит его судорожные хныканья, а сердце хочет коснуться: заставляет тэхена встать и провести нежно пальцами по бархатной коже, любовно коснуться каждой косточки и ямочки на спине губами, оставить поцелуй, но… ⠀⠀⠀ - значит, ты решил уехать… - черноволосый выдыхает, все же садясь на постели и складывая руки перед собой. опускает голову. взгляд цепляется за свое тело, которого душевно и требовательно недавно касался чонгук. тэхен еще помнит его тепло и дрожь, но почему-то в эту секунду все кажется сном. чертовым кошмаром. – почему? чонгук не может вынести такого опечаленного голоса, полного, как бокал вина, через край безысходности и некой скорби. знал же! знал, что так будет. даже не предполагал, что может что-то изменится. он никогда не видел свободы, потому она ему нужна, как тэхен в прошедшие минуты. он снова заходится в истерике, потому что не имеет права, да и не имел вовсе, теперь нуждаться в черноволосом, потому что разбил… потому что стал глубже, оттого рана, полученная от него, может быть еще опаснее, еще больнее. невыносимее. ⠀⠀⠀ - я уеду, - повторяет, шмыгая громко носом. – хочу покинуть этот город. не хочу возвращаться в сеул. хочу покинуть этих людей. это место давно прогнило. б-боюсь… боюсь, что не справлюсь без тебя. ⠀⠀⠀ - и при этом ты хочешь оставить меня, - досадливо хмыкает ким, сам еле держась над пропастью. выпустить эмоции хочется, но он правда надеялся на положительных для них финал, даже на самый лучший. тэхен поворачивает голову. чонгук все также сидит на краю кровати, свесив ноги вниз, опустив голову, упираясь руками в каркас постели, будто стоит на старте, будто осталось только встать. только не может. потому что не хочет. потому что нужно остаться здесь, ведь внутри будет биться только в этой комнате, только рядом с этим человеком, только в этом доме. темноволосый мотает головой, словно не соглашаясь, а тэхен понимает – борется с самим собой. внутри хозяина дома теплилась надежда на то, что сейчас чонгук повернется, обнимет, уткнувшись в шею и скажет «хен, я передумал», «хен, мне не нужны другие», «хен, мне нужен, черт возьми, ты». но чонгук все также не поднимался с постели и не разворачивался к нему. казалось, он сидит где-то по середине: впереди дверь, а за спиной - ким тэхен. ⠀⠀⠀ - куда? – молчание разрезает голос. – куда ты поедешь? хозяин дома поднимает руку, приближая ее к чонгуковой спине. фантомно ощущает касания до нее, оглаживая взглядом светящееся тело, каждый его изгиб. ⠀⠀⠀ - я не знаю, - выдыхает чон, вытирая мокрые щеки, а ким опускает руку – не этого ответа он ждал. ⠀⠀⠀ - или говорить не хочешь… - черноволосый уже было хочет сесть на другой край кровати, но сердце не дает. внутренние ощущения замораживают все его действия, ведь он должен сидеть именно здесь, так близко к чонгуку, чтобы тот могу чувствовать его, его присутствие, чтобы мог… вернуться. ⠀⠀⠀ - я… прости меня, тэхен, - парень поднимает голову к потолку. новая волна истерики приближалась, а глаза предательски слезятся от обиды и отчаяния. – если ты думаешь, что это все же моя благодарность за все, что ты сделал… нет. это не так. я сделал, потому что хотел. потому что возжелал. мне так было нужно. я… - чон выдыхает, прикрывая глаза. – я не знаю, что должен чувствовать человек, которому кто-то нравится. бабочки в животе? покалывание? смущение? всю сознательную жизнь я жил в неприязни и ненависти к отцу, к людям… и к себе. я не знаю, что такое любить. я не знаю, что должен ощущать. то, что я ощущаю сейчас? сейчас мне невыносимо больно, потому что голова требует одного, а вот это, - чонгук в темноту тычет пальцем в область сердца, а ким его, итак, понимает. – требует остаться здесь. я к тебе что-то чувствую, но не знаю что. просто… блять, я просто не знаю. я точно знаю, что ты помог мне, что изменил меня, мое отношение к миру, буквально, чуть ли не перевернув его с ног на голову. ты изменил абсолютно все, в тому числе мои чувства. буквально, заставил работать по-другому мое сердце. раньше я только знал и ощущал ненависть и горечь от несправедливости мира, а сейчас… есть ты, есть мирэ, есть твои люди, которые показали другую его сторону. я… я так благодарен. я в таком неоплатном долгу перед тобой, - шепчет, досадно выдыхая. тэхен жмурит глаза, бросает последний взгляд на спину и сам пересаживается на край постели. чонгук сидел с закрытыми глазами и опущенной головой. черноволосый аккуратно прикрывает его наготу одеялом и смотрит, смотрит. смотрит… опухшие глаза, дрожащие губы и вздымающаяся грудь. ему также больно, как и чону. кажется, что отрывается часть сердце прямо так, без какого-либо наркоза. хочется самому плакать, а сначала лучше побить что-нибудь, чтобы выпустить пар. сначала хочется вернуться в момент, когда ким целовал чонгука, касался его тела, а потом уже подумать – стоит ли продолжать? а может стоило остановиться? сомнения ведь были. а он поджимает губы. ему нужен был чонгук тогда, а он был необходим темноволосому. он бы не смог поступить иначе. хозяин дома приближается к опущенному плечу. коротко его целует и упирается лбом. снова слышит хныканье парня – того разбивала эта наглядность привязанности, что теперь существовала между ними. ведь было правило – «не привязываться», чтобы быть чужими людьми, чтобы была возможность разойтись без проблем. сам позволил. сам откинул, как ненужное. ⠀⠀⠀ «пожинай плоды своего труда», - мелькает в его голове. тэхен дотрагивается кончиками пальцев до холодного уха, убирая отросшие темные пряди за него, а потом кладет большую ладонь на плечо. второй рукой находит ладонь чонгука, немного липкую и холодную от слез. сжимает. ему нужно, чтобы чонгук в ответ ее держал, но он борется. он не может решить. ⠀⠀⠀ - ты ничего не должен мне, чонгук, - тэхен обхватывает ладонью шею парня и нажимает. чонгук падает на его плечо и тут же поворачивается, чтобы дышать ему прямо в кожу. – я… я лишь надеюсь, что смог и еще смогу дать то, чего ты достоен. по коже катятся слезы. их блеск даже в темноте слепит черноволосого. он поднимает руку и их замком, тыльной стороной своей ладони, убирает те. подносит к губам. чонгук не сопротивляется, но и не сжимает свою руку, дабы обхватить пальцами горячую ладонь его хена. ⠀⠀⠀ - прости меня, хен, - повторяет. в пустоту. в кимову кожу, насыщая ту своей искренностью. ему правда жаль. тэхен утыкается носом в пахнущую макушку. он пытается там ощутить чистый запах чонгука, но может лишь найти следы своего собственного, ведь чон пах именно им. а это… было еще больнее касания ножа или выстрелянной пули. тэхен, как делал до этого, берет чонгука под коленками и поворачивает лицом к себе, складывая его ноги на свои прикрытые белоснежным одеялом. чон утыкается носом в косточку ключицы и закрывает глаза – на тэхена смотреть значит терпеть наживое ранение, значит мучаться, а он боится. ему чертовски жаль. ⠀⠀⠀ «трус! такой трус! посмотри теперь ему в глаза. не хочешь видеть в них боль? безысходность? сокрушение? посмотри, ведь это он так из-за тебя!» - жалят, кусают и травят чонгука мысли, зажимая петлю. черноволосый цепляет его подбородок и поднимает голову. ⠀⠀⠀ - пожалуйста… ⠀⠀⠀ - чонгук-а, - шепчет бизнесмен. знает, что не смеет касаться, потому что самому себе сделает больно. – посмотри. я прошу тебя. чон сначала поднимает глаза в потолок, затем устремляя их в глаза черноволосого. в его глазах было также темно, как и в душе чонгука – печально, безвыходно, скорбящее чувство. пытается снова опустить голову, но тэхен держит. ⠀⠀⠀ - не опускай голову, - трепетно ведет кончиками пальцев по холодной раскрасневшейся от слез щеке. - я… хотел бы сказать, что отпущу тебя. но… у меня есть гордость, чонгук. я до конца буду надеяться, что ты изменишь свое мнение. ⠀⠀⠀ - что ты ко мне чувствуешь, тэхен? – черноволосый проводит по щеке, на которую падал белый свет. ⠀⠀⠀ - ты не готов узнать. а чонгук и без его ответа, похоже, догадывается. ночь перешагивает за цифру 12, а это значит, что осталось... ⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀ 3 дня до конца