что значит любить?

парень упирается руками в кровать, сидя на постели. слева лежит полотенце, ведь он только вышел из душа. справа подушка, к которой бы наклониться, чтобы вдохнуть запах тэхена. хотя тот, итак, был повсюду. звенящий. давящий. напоминающий о произошедшем. в воздухе витает тяжесть, стойкое ощущение того, что чонгук разрушает. или уже все разрушил без возможности повернуть время вспять и исправить. хочет ли он этого? и сам понять не может, на самом деле. в голове плетут свою картинку мира его прошлое, воспоминания, напоминая о желании свободы на протяжении такого долгого времени, напоминая о ее ценности, словно то представляет из себя бриллиантовое ожерелье. но, теперь, чону это «украшение» кажется удавкой. голова говорит одно, но сердце… требует человека, его объятий, крепких рук, которые уже не раз доказали, что можно за них ухватиться в момент падения с крутой высоты в самую бездну. чонгук там был. он знает, что она представляет из себя – мрачная, недоступная пониманию для тех, кто сам не оказывался в ней, неразгаданная, и… фатальная, крайняя и самая глубокая ступень. чон знает, что руки тэхена смогут крепко его держать, пока самого парня будут оттуда вынимать. ким тэхен ни за что не отпустит. так говорило сердце. ну а голова вещала совершенно противоположное. и именно ей чонгук верил больше почему-то. ведь сердцу всегда больнее, нежели чем воспоминаниям. голову проще переубедить, чем то, что любит заходиться в быстром ритме. светлая постель уже заправлена, лишь тело чонгука мяло ее под собой. он медленно затягивает воздух в легкие, словно делает затяжку подкуренной сигареты, и задерживает дыхание. естественный запах мужчины пропитывает изнутри, строит дополнительную броню для чонгука. конец ведь близок. хочется притормозить. остановиться вот именно в эту секунду. дайте минуту, чтобы перевести дыхание, иначе он задохнется. хотелось бы, чтобы и само время застыло, застряла стрелка часов в своем положении, и не двигалась все до тех пор, пока чонгук не позволит, пока он сам не решит идти дальше. иначе время - как вода сквозь пальцы, как песок в песочных часах – неумолимо движутся вперед без возможности поймать налету и собрать абсолютная каждую мелкую частичку. чонгук хочет, чтобы время остановилось, но часы злостно отбивают свой ритм, передвигая ненавистные стрелки. темноволосый поворачивает голову. ⠀⠀⠀ «вот она обитель хена, - думает. – теплая постель, пропитанная его запахом. темно-серая мебель. диван, кресла. серые стены. картины. ему подходит, но… серое, - он смакует слово про себя. – складывается ощущение, что до моего появления комната была ярче, что в ней было много… счастья? – чонгук проводит босыми ногами по жесткому ковру. – как же я сожалею.» встает на ноги. забирает использованное полотенце и снова бросает взгляд на подушку, именно, на ту, на которой этой ночью спал хен. хочется вдохнуть, но есть ли смысл, если вся комната насыщена им. буквально, все в помещении принадлежало ему… чонгук тоже. он проводит рукой по лицу и отворачивается от постели, обходя мебель и направляясь на выход. дверца поддается его желанию (а лучше бы застряла или была вовсе закрыта на ключ снаружи, чтобы не было возможности уйти), чонгук опускает ручку, встречая на пороге, вышедшего из ванной, тэхена. снова влажные волосы. загорелая кожа. яркие губы. но уже не светящиеся счастьем глаза. ким, сложенным на плечах, полотенцем вытирает волосы и смотрит на темноволосого. тот был одет в его футболку и шорты – это казалось правильным, но абсолютной болью, ее совершенной формой – если чонгук уедет, ким больше не увидит его… такого. хозяин дома видит пухлые губы, а зрелище отдается уколом толстой иглы в самое нутро. он поджимает свои собственные уста, пробегаясь по тем языком, и опускает голову. громко вздыхает, цепляясь глазами за опущенную чонгукову руку. желание прикоснуться стало невыносимее после того, как тэхен узнал, что такое прикасаться к нему. ⠀⠀⠀ - ты куда? – спрашивает черноволосый, все также не поднимая головы. не хотелось в глазах напротив видеть все, что было у него самого внутри. нет, там не было сожаления о произошедшем – скорее, сожаление о той надежде, что еще жила в обоих. чонгук крепче сжимает полотенце, прикусывая губу. ⠀⠀⠀ - я в комнату, - сглатывает, потирая нос. тэхен хмыкает и кивает, мол «сам догадывался». ⠀⠀⠀ - что будешь там делать? ⠀⠀⠀ - пока не знаю. ⠀⠀⠀ - может останешься? – и кто знает спрашивал ли тэхен про свою комнату или вообще говорил об их ночном разговоре. он поднимает глаза. влажные пряди спадают на лицо, дотрагиваясь до длинных ресниц. чонгуку кажется, что некогда медово-карие глаза покрылись ледяной коркой. или он просто сам себе это придумывает лишь бы не находить причину остаться здесь после? темноволосый с усилием сжимает губу и полотенце в руке, чтобы снова не дать волю чувствам. к глазам предательски подкрадывается влага. закусывает щеки изнутри. обычно ведь физическая боль перекрывает ту, что горит фиолетовым пламенем внутри? чонгук с удовольствием доказал бы эту теорию на практике. только боль просто увеличивается, никак не заглушая собой другую – она просто есть. за спиной раздается телефонная трель. чонгук выдыхает – ему не придется отвечать. только ким тэхен не спешит к аппарату - он все также стоит и смотрит на парня. ⠀⠀⠀ - ты не ответил, - низко шепчет. буквально прыскает своей надеждой. та комом встает у черноволосого в горле. ⠀⠀⠀ - у тебя… - чонгук правда не знает может ли он до сих обращаться к нему на «ты». - …звонит телефон. ⠀⠀⠀ - перезвонят. ⠀⠀⠀ - ты хочешь, чтобы я остался? ⠀⠀⠀ - да, - резко, будто ждал этого вопроса. чонгук выдыхает и опускает плечи. ему жаль, что его не понимают. ему вдвойне жаль, что он не понимает самого себя. ⠀⠀⠀ - мне нужно в комнату, хен. бизнесмен прикусывает губу и кидает взгляд в сторону. смахивает наваждение? борется с надеждой? делает шаг в сторону и пропускает чонгука в коридор. парень сначала нерешительно ступает по полу, особенно сложно было пройти мимо тэхена и его опущенной головы. почему-то чонгуку кажется, что тот даже закрыл глаза. так будет лучше. только для кого? чон младший открывает дверь собственной спальни и с тихим щелчком ту закрывает. эту ночь он провел не здесь. все кажется ему холодным и чужим. резко ощущается отсутствие тэхена, его запаха. по коже тут же бегут мурашки – холодный воздух с улицы сквозь открытое окно облюбовал каждый предмет. чонгук ради интереса дотрагивается до ближайшей поверхности тумбочки. холодная. даже ледяная. подходит и закрывает окно, заостряя внимание на летающей ткани тюля. окно закрывается, и та медленно опускается. чонгук разворачивается к постели. твердое чувство одиночества окружает. вина полюбовно гладит по плечам и спине, напоминая о своем невидимом присутствии. кровать такая же светлая, как и в спальне кима. комната освещается уличным дневным светом, а чонгуку – темно. заблудился в задымленном пугающем лабиринте. он не понимает, что правильно, а что нет. старается прислушаться к светлому и темному существам, что сидят на его плечах, перетягивая канат на свою половину, соответственно. тот, что с крыльями, говорит о правильности его ухода, ведь не здешний, все это не его жизнь, так сложились обстоятельства, раз он оказался здесь – надо уметь отпускать. а тот, чей хвост и рожки мягко намекали на свою демоническую сущность, - остаться после, он будет счастлив здесь. чонгук запутался. как минимум, в том, правильно ли он разбирается в этих существах – оба говорили нужное, но правильное ли? мотает головой из стороны в стороны, бросает на постель полотенце и сжимает до хруста пальцев кулаки. вены вздуваются под кожей, вырисовывая «дороги» от самого запястья и чуть ли не до плеча. напряжение иглами прокалывает кожу, а чонгук кривит лицо. злиться на самого себя - это не решение проблемы. как избавиться от трудностей в виде внутренней боли и вины перед человеком, который смог дать ему все? просто так проще, нежели чем плакать. глаза уже болят. бросает взгляд в угол: его дорожные сумки лежат, набиваясь пылью, как подушка – гусиным пухом. закидывает голову назад и выдыхает. может так будет правильно, но не факт. сумки уже через некоторое время раздумий приземляются на постель с тихим звоном застежки-молнии. чонгук подходит к шкафу и в порыве распахивает дверцы. вешалки с его темной одеждой, на полках пылятся футболки и спортивные штаны. он поднимает руку, чтобы достать плечики и застывает. будет ли это означать, что он не видит другого решения, кроме как собрать вещи? кроме как быть готовым потом уйти? ⠀⠀⠀ - я же буду жалеть потом, да? – в пустоту, хватаясь сразу за четыре вещи, висящих в гардеробе. одна за другой предметы одежды падали на заправленную, все также, холодную постель. он быстро снимает их с плечиков, словно самостоятельно уменьшая время для препираний с самим собой, чтобы не передумать. решает, что лучше отмучиться сейчас, чем потом, когда отрываться от ким тэхена будет еще больнее. аккурат складывает в сумку и застегивает. одна собрана. сбрасывает вещи с полок и упаковывает те в вторую, резко застегивая. одежда покоится внутри, а чонгуку неспокойно. кажется, что так не должно быть. он так не должен ведь поступать. как же он запутался! слышит стук. в спешке закрывает дверцы шкафа и кладет сумки обратно в угол. трет лицо ладонями, сбивая угрюмую физиономию. ⠀⠀⠀ «я не должен показывать то, что у меня внутри, - думает. – хен знает. а остальные не должны.» открывает дверь, встречая стража кана на пороге. черный костюм, руки в замок скреплены перед собой. настроение нечитаемое. чонгук только и успевает заметить на миг его вздернутые брови при взгляде на свое, немного опухшее, лицо. опускает голову и дотрагивается до носа. ведет носком по полу. ⠀⠀⠀ «главное, чтобы не задавал вопросы», - мелькает. ⠀⠀⠀ - господин чон, - кланяются друг другу в приветствии. – спуститесь на кухню. из комнаты в коридор, затем на лестницу. идти отчего-то вниз совсем не хотелось. ни то предчувствие, ни то интуиция трепетали рядом с сердцем, раскрывая для последнего свои объятия. чонгук начинает обливаться холодным потом. тошнота подкатывает к горлу – завтракать тоже не хочется. обидно. не заслуживает. не смог заслужить. ⠀⠀⠀ «сейчас мне хотелось бы одиночества. мне нужно время. может я передумаю, но, черт возьми! – темноволосый сжимает кулак и бьет им по своей ноге. идет за широкой спиной, облаченной в черный пиджак. с лестницы сразу на порог кухни. чонгук останавливается, даже не проходя в дверной проем. вокруг их обеденного стола собралось, по меньшей мере, человек двенадцать, одетых подобно стражу кану: черный костюм, наушник в ухе, на поясах ремни, к которым прикреплены кобура с тяжелым пистолетом и резинка с рацией. парень переводит взгляд с одного на другого, точно узнавая троих, что обычно находились рядом, тех, с кем чонгук знаком: кангиля выдавал его рост; кан обходит группу мужчин, а третий страж согласно кивает незнакомцу. около холодильника крутится мирэ. чон младший видит, как она упирается руками в коленки, наклоняясь к одной из полок, дергает край фартука. она закрывает холодную дверцу и замечает темноволосого. ⠀⠀⠀ - чонгук-а! – сквозь низкие мужские голоса ее голос ярко выделялся. парень ей кивает. – завтракать будешь? ⠀⠀⠀ - мирэ! – голос хозяина дома раздается из самого центра группы. охрана расступается, чтобы аджумма смогла найти свое начальство и посмотреть ему в глаза. - сначала дела, а потом завтрак. оставь нас. женщина хмыкает, но чонгук замечает в ней взволнованность, совершенно не похожую на радостную, светлую. он ее понимает – эти мужчины наводили страх. мирэ обеспокоенно обходит парня, сжимая на ходу его плечо и закрывает за собой дверь. ⠀⠀⠀ - чонгук, - более спокойно, и в тоже время печальнее тэхен обращается к парню. чон младший переводит взгляд с закрытой белой двери на телохранителей, что строго оценивали его внешний вид (одежду ким тэхена), чуть смущенную и замятую позу, бегающие глаза. большинство видели его в первый раз. – присядь, пожалуйста. страж кан касается единственного свободного стула, стоящего прямо напротив ким тэхена. чонгук аккурат на него садится, сразу же встречаясь с черной серьезностью в чужих глазах, поджатыми губами. весь вид хозяина дома показывает могущество и занятое им место на социальной лестнице. только взглянув на него, точно можно было понять – ким тэхен смотрит на всех с самой последней ступени. мужчина бросает взгляд на свою футболку, что облегала чонгуковы плечи и грудь. тихо вздыхает и опускает глаза на раскинутые по столу карты, а чонгук замечает на краю, прямо подле тэхеновой напряженной руки, пистолет. блеск металла пугает и завораживает одновременно – только вчера он пользовался таким же. ⠀⠀⠀ - завтра, - на выдохе говорит бизнесмен. ловит взгляд темных круглых глаз и подвисает на секунду. снова вздыхает и облизывает губы. – завтра последний день месяца, данного мной для уплаты долга чон хведжуну. ⠀⠀⠀ - уже месяц прошел? – шепчет чон младший, опуская голову. никто, кроме ким тэхена на вопрос и интонацию чонгукова голоса не обращает внимание. хозяин дома грустно кивает с опозданием. – так быстро. ⠀⠀⠀ - есть план, господин чон, - кангиль складывает руки на груди. кивком указывает на карту. страж, стоящий рядом с парнем, пододвигает ту ближе и указывает пальцем. – это карта игорного заведения под названием «paradise casino walkerhill», находится в сеуле. слышали о таком? чонгук кивает. ⠀⠀⠀ - лет пять назад чон хведжун часто проводил свое время там, не так ли? - чон снова кивает. слышал, знает. именно, те долги платила его мать. – по найденной информации, за прошедший месяц, то есть за этот, - уточняет страж, смотря на чонгука. – чон хведжун побывал в нем не менее десяти раз… ⠀⠀⠀ - и именно там мы с ним встретимся, - продолжает тэхен. – пока мы с тобой разговаривали наверху… - мужчина закусывает губу. – именно чон хведжун звонил. хотел назначить встречу, - чонгук переводит на него взгляд, замечая печаль, бьющуюся в глазах, словно волны об скалы во время начала грозы или шторма – также беспокойно, воспалённо и лихорадочно. – ты не передумал? темно-карий холодный взор липким ощущением скользит по чонгуковой коже. тэхен знает, что ему страшно. и сам боится того, что может произойти. парень бегает глазами по серьезным лицам охраны. в комнате ощущается избыток этой серьезности и беспокойства. или последнего именно в чонгуке было слишком много? словно он единственный был на кухне источником этого страха и трусости. отчего-то эта мысль кажется давно доказанной. блеск металла привлекает его внимание. он смотрит на блестящую в свете ламп рукоять оружия, фантомно ощущает ее тяжесть. он тянется за оружием через весь стол. некоторая охрана тут же реагирует и хватает его за голую руку. чонгук испуганно дергается назад, округляя свои глаза. холодная дрожь дробью пробегается по спине. парень двигает плечами, сбрасывая ту с себя, как невидимую пыль. затем чувствует горячую ладонь поверх своей – тэхен смотрит на пугающих мужчин и хмурится. пальцами придвигает оружие ближе к чонгуковой руке. ⠀⠀⠀ - пусть делает то, что считает нужным, - словно предупреждение звучит голос начальства. охрана отпускает руку из своего плена, позволяя добраться до холодного металла, что может отобрать жизнь. темноволосый приближает пистолет ближе к лицу, открывает магазин, проверяя наличие патронов внутри. с щелчком закрывает тот ладонью. со всех сторон осматривает так, словно ищет неисправности. а на самом деле представляет завтрашний день в самом лучшем исполнении. «завтра все закончится!» ⠀⠀⠀ - только, если конец будет за мной, хен, - на обращении поднимает голову и демонстративно складывает холодное оружие перед собой на поверхность стола. ким поджимает губы. ⠀⠀⠀ - тогда тебе стоит решать именно сейчас, каков будет конец, - хозяин дома выпрямляется, взмахивая рукой над пистолетом. чонгук неосознанно пробегается языком по губам и кивает, бросая взгляд на черный блеск. ⠀⠀⠀ - я давно все решил. ⠀⠀⠀ - все-все? ⠀⠀⠀ - что касается моего отца – да, - на словах о родне с чон хведжуном некоторые телохранители в удивлении поднимают брови и хмурятся, смотря на свое начальство. только ким тэхен почему-то весело усмехается и в порыве убирает черные волосы назад пальцами. ⠀⠀⠀ - значит, так тому и быть. только, чонгук, - тэхен забирает пистолет и отдает его кангилю. теперь черный металл блестит в плотной кобуре. – ошибка одного приведет к гибели абсолютно всех. будь аккуратен. если решишь отступить… - вздыхает, смотря на нахмуренные брови чонгука. парню кажется, что тэхен старается к нему специально холодно относиться, но это осознание неприятной тяжестью оседает на языке. горький вкус ему никогда не нравился. - сделай это раньше, чем мы переступим порог заведения. ⠀⠀⠀ - я не мой отец, ким тэхен, - огорченно отвечает темноволосый, специально обращаясь по имени. – я не трус. и вам не советую считать меня таковым. хозяин дома сглатывает, смотря в черные глаза. чонгук смог доказать, что изменился. он впервые с ним разговаривает так, словно находится там же, где и ким. тэхену это нравится. ⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀ 2 дня до конца