Холодное Солнце

Спустя два года Тихая ночь. На темном небосводе светили звезды и луна, испуская слабые лучи бледного света, освещала темное помещение, в котором находились двое. Первый был стариком, с наполовину забинтованным лицом, что сгорбившись сидел в кресле, держа в руках деревянную трость. Его холодный, но в тоже время спокойный взгляд пугал, так как мог совмещать в себе отрешенность ко всему и непоколебимую решимость. Вторым был молодой парень, с маской, которая вопреки всему была не на лице, а прицеплена к правой стороне головы. Он сидел, склонившись перед стариком, не смея даже смотреть на него. — Докладывай, Сорока — грузно и размеренно сказал Шимура. — Слушаюсь. Тренировки с Тринадцатым проходят успешно. Его умения во владении катаной заметно улучшились, показатели тайдзюцу тоже. Метание оружия на высшем уровне. Его скорость превышает скорость всех его ровесников в пять раз. По силе равен сильному Генину или чуть слабоватому Чуунину. Навыки скрытности на среднем уровне, думаю, опытные шиноби ранга Чуунина смогут его заметить. — Хн, неплохо, но могло быть и лучше. Что скажешь на счет сегодняшней тренировки? — медленно и даже слегка лениво проговорил Данзо. — На сегодняшней тренировке смог продержаться против меня ровно две минуты, при условии что я сражался в полную силу. Тишина, охватившая стены главного зала, начинала напрягать даже слишком сильно, лишь благодаря долгим тренировкам на лице Сороки не дрогнул ни один мускул. — Свободен. — Есть! — повторять дважды не пришлось. Когда молодой шиноби скрылся в Шуншине, Данзо задумался. «Хм… А его навыки все возрастают, всего полтора года назад мальчишка даже меч правильно держать не умел, а теперь его кендзюцу на уровне среднего Чуунина. Потрясающе! Воистину потрясающе! Даже без чакры этот ребенок способен удивить меня! Упрям как баран, прямо как мать. Сколько бы его не учили контролю над эмоциями, кровь Узумаки все равно дает о себе знать. Интересно, передалась ли ему гениальность его отца? Хотя… Гениальность Четвертого встала под сомнения после того открытия. Поддерживать жизнь без чакры считалось в принципе невозможным до сего момента! Это было твоей ошибкой или же еще одним гениальным ходом… Минато? Что ж, посмотрим что будет дальше»…

***

Тринадцатый возвращался с очередного задания, на которое ушло чуть больше трёх месяцев, а всё из-за того, что информация, предоставленная источниками Данзо-сама, оказалась ну просто в корне неверной! Пришлось собирать и сортировать новые сведения, на что и ушло более полутора месяца и только после приступать к основной части задания. Так что обратно в Коноху, Тайо возвращался абсолютно истощенным, как физически, так и морально. Стоило только пройти главные ворота, как Тринадцатый вдруг почувствовал неприятное жжение в области затылка. Постепенно боль начала лишь нарастать, пока не стала невыносимой. Решение остановиться оказалось такой себе идеей, ноги сразу же подкосились и все, что Тайо успел — это выставить руки вперед, чтобы не сломать себе нос при падении лицом вниз. С трудом открыв слипшиеся глаза, блондин увидел лишь белый потолок, что довольно странно. Конечно, можно предположить, что он очнулся в больнице, но потолок в медецинской палате «Корня» был серым, с потрескавшейся штукатуркой, а кое-где были желтые разводы. Не то, что бы Тайо настолько внимателен к подобным мелочам (которые, кстати, могут многое рассказать, как иногда говорил его брат), но очухиваться в «Корневской» палате парнишка уже давно привык, особенно после тренировок с Сорокой. Попытка хоть немного подняться, оперевшись локтями об кровать увенчалась… провалом. Лишь заработал головную боль, пришлось ждать, пока она стихнет, но все же кое-что не давало покоя. Какое-то странное ощущение… Раньше блондину все время казалось, что кто-то наблюдает за его действиями, а сейчас… Пустота. За дверью послышались шаги. Тринадцатый уже ожидал, что раз уж он в обычной больнице, то его, наконец, проведает медсестра, ну или, если повезёт, то и сам врач. К сожалению или к счастью, надежды парнишки не оправдались, он вообще не ожидал увидеть данной персоны. — Хокаге-сама? — перед Тайо стоял старик, облаченный в белое одеяние и красной шляпой с символом огня на ней. — Как ты себя чувствуешь? — судя по хриплому голосу и табачному запаху, старик курил. — Дееспособен. Почему я в общественной больнице, а не в госпитале «Корня»? — Потому что «Корня» больше не существует. Лидер организации был убит. Это ввело, уже бывшего бойца «Корня», в ступор. На секунду по спине прошелся холодок, но Тайо быстро совладал с собой. Каким образом такой монстр, как Шимура Данзо умер? Да всем казалось, что этот морщинистый хрен еще всех переживет! Сам факт его смерти вводил в когнитивный диссонанс. «Данзо-сама был убит? Но кем? В каких целях?» — На деревню напали? — это был самый очевидный вариант, но если бы подобное случилось, разве ему бы не прислали письмо о срочном прекращении миссии? — Нет. Его убил Учиха Итачи. В каких целях — неизвестно. Тебя скоро выпишут, когда это сделают — приходи в резиденцию. — Есть.

***

Через два дня блондина выписали, ибо тот порядком заебал весь медперсонал своими «невинными» вопросами и в итоге его выпнули, мол, здоров ваш усатик! Первым делом юный мечник направился в здание Хокаге. Конечно, не было приказа явиться туда в срочном порядке после выписки, но идти все равно некуда, если лидера «Корня» больше нет, то саму организацию скорее всего расформируют. Кабинет главы деревни был с большими окнами, которые свободно пропускали не только солнечные лучи, но и, в основном, шиноби, что решили воспользоваться «коротким путем». Возле окон располагался удобный деревянный стол, за которым и сидел достопочтенный глава, также здесь был небольшой кожаный диванчик и шкафы, заполненные всякими папками и свитками. Их было так много, что некоторые лежали прямо на полу. Сам Хокаге сидел над столом с кучей бумаг и курил какую то палку, из которой шел дым. Вид у него был одновременно уставший, грустный и заебанный. — Хокаге-сама, — привычно преклонив колени, блондин ожидал дальнейших указаний. — Думаю ты и так понимаешь о чем пойдет речь, — закурив свою трубку Сарутоби посмотрел на мальчишку, что не поднимал взгляд на него. — Поскольку месяц назад Шимура Данзо был убит, то «Корень» официально распущен, но все бойцы этой организации были распределены в АНБУ или на реабилитацию, а кто-то стал простым шиноби. С завтрашнего дня ты зачисляешься в Академию Шиноби, так как у тебя в «Корне» не было официального ранга, тебе придется получить подтверждение твоего образования и квалификации старым способом, то есть через сдачу экзаменов. Серьёзно?! Обучение в Академии? Это же просто немыслимо! Тринадцатый с самого рождения обучался, чтобы стать достойным шиноби, он проходил через адские тренировки, выполнял задания которые этим малявкам из школы даже и не снились! Сколько чужой и своей крови он пролил для защиты Конохи, а теперь его отправляют в какую-то глупую Академию?! Но высказать свое несогласие он не мог, ведь приказы Хокаге не обсуждаются. — Вот, возьми, — морщинистая рука протягивала парнишке толстую папку, обвязанную лентой. — Это твое досье. Там есть всё о тебе. Кстати, сейчас должен прийти человек, что сопроводит тебя в Академию, где ты должен будешь подписать пару бумаг и сдать небольшой тест, думаю, ты с этим справишься. Открыв первую страницу довольно тяжёлой папки и прочитав пару строк, Тринадцатый выяснил, что его полное имя Тсуметай Тайо, день рождения приходится на десятое октября. «Интересно» В кабинет зашел молодой шиноби лет двадцати пяти, с каштановыми волосами, собранными в высокий хвост, с добрым взглядом карих глаз и слегка загорелым оттенком кожи. Дополнял его образ выделяющийся шрам, пересекающий переносицу. Одет он был в стандартную форму шиноби Конохи. Уважительно поклонившись, он спросил: — Вызывали, Хокаге-сама? — до этого куривший свою трубку Хирузен, положил ее на стол, повернувшись к подчиненному лицом. — Здравствуй, Ирука, да я тебя вызывал. Я хотел сказать, что завтра в твой класс присоединится один ученик, он очень способный и тихий мальчик. Но, увы, есть одна проблема… — И какая же? — в нетерпении спросил Ирука. Если уж сам Хокаге хвалит мальчишку, то Умино просто обязан познакомится с ним! — Этот мальчик… Он бывший шиноби тайной организации Конохи, как АНБУ «Корня», скрывать о ней что-то смысла уже нет, ведь ее больше не существует. Ирука был ошарашен, когда услышал это. Нет, он предполагал, что ребенок необычный, но чтобы быть членом такой группировки, как АНБУ, пусть и не под предводительством Сандайме… В памяти сразу всплывает воспоминание двухлетней давности… Не дождавшись ответа, Хирузен продолжил:  — В связи с тем, что «Корень» расформирован, я решил дать этому мальчику шанс на нормальную жизнь шиноби. Вот досье, ознакомься с ним перед завтрашней встречей. Ирука поклонился и взяв папку со стола вышел из кабинета, пытаясь переварить услышанное. Выйдя из кабинета Хокаге, Ирука направлялся в сторону своего дома. Ему вспомнился тот злополучный день, когда был убит его лучший друг. Боль от смерти такого близкого человека оставалась, хоть тот и был предателем и как потом выяснилось, только притворялся другом. Он помнил и то, кем он был убит. Странные шиноби, в плащах и масках… Позже, он признал в них членов АНБУ, должно быть, выполнявших миссию. Ируку больше удивил тот, кто убил Мизуки. Он был такого маленького роста и телосложения… Неужели ребенок? Но как тогда его допустили к такому заданию? Он помнил, как этот неизвестный ребёнок (а в этом Умино точно не сомневался) без тени сомнений отрубил предателю голову. Он видел, как тело его бывшего друга, обезглавленное, упало на землю. Как в порыве ветра, капюшон плаща упал и бордовые капли, сорвавшиеся с катаны окропили золотистые волосы… *** Ирука проснулся от лучей восходящего солнца, привычка вставать с восходом была полезной, особенно среди шиноби. Встав, он как и всегда заправил постель и пошел умываться. Неспешно позавтракав, Чуунин собрался на свою работу, Академию Шиноби, где он работал преподавателем одного из классов. Но на пути к зданию, его подловил АНБУ, сказав, что Хокаге его вызывает. Придя туда, Ирука зашёл в здание и стал неспешным шагом подниматься по лестнице вверх. Подойдя к кабинету, он постучал в дверь и, услышав разрешение войти, открыл дверь. В кабинете, кроме Хирузена, была ещё одна персона. Мальчишка невысокого роста, одетый в тёмно-зеленую накидку и плотно облегающую одежду, чёрную кофту с горлом и такого же цвета штаны, высотой чуть ниже колен. На нем также были закрытые ботинки и бинты, обвязанные на ногах и запястьях, и кожаные наручи на обоих предплечьях, из которых тянулись проводки с кольцами на конце, одетые на безымянные пальцы. На поясе висела катана, а за спиной небольшое танто. Так как он стоял спиной к нему, Чуунин не смог разглядеть его лицо, но золотистые волосы собранные в низкий хвост, заставили вспомнить неприятное. Отогнав наваждение, Ирука подошел к столу и вежливо поклонился. — Хокаге-сама, вызывали? — Да, Ирука, этот мальчик теперь будет учится в Академии, сопроводи его туда, заодно и познакомитесь, — добродушно улыбнулся старик и вновь закурил свою трубку. — Слушаюсь! — Умино взглядом показал парню идти за ним и вышел из кабинета. Направляясь в сторону Академии, Ирука решил последовать совету Сарутоби и узнать паренька побольше, всё-таки теперь он его ученик. — Меня зовут Умино Ирука, я — твой сенсей, а как тебя зовут? — Чуунин решил начать с самого обычного, то есть с имени. — Меня зовут Тсуметай Тайо. «Интересное имя… Но его голос меня настораживает, слишком уж он пустой. Да и эти глаза… Словно у мёртвой рыбы» *** К тому моменту, как Умино привёл нового ученика в Академию, прошло уже пару уроков и наступил обед, а после него будет последний урок — Тайдзюцу. Вообще, Ирука хотел отпустить мальчишку, после того, как тот заполнил все нужные документы, но Тайо отказался, сказав, что хочет посмотреть на своих новых одноклассников. Сенсей не был против, наоборот, даже рад, что мальчик хочет влиться в коллектив, ведь ему и так будет непросто, все-таки он пропустил два года обучения, и Ирука опасался, как бы детишки не относились к мальчику враждебно. Как только прозвенел звонок, все ученики, зайдя в класс, расселись по своим местам, только Тсуметай продолжил стоять возле учителя и смотрел на детей. Учащиеся состояли в основном из клановых детей, но его внимание привлёк парнишка, что на фоне остальных казался уж слишком отчужденным. Рассматривая свою цель, Тринадцатый даже не заметил, как ученики стали разглядывать его самого, кто-то даже осмелился и спросил у Ируки-сенсея: «кто это нахрен такой?». — Прекратите шуметь! — когда шум прекратился, Ирука продолжил. — Хочу вам представить нового ученика, Тсуметай Тайо, к сожалению, из-за некоторых причин он не смог обучаться в Академии с первого года. Тайо, расскажи немного о себе. Пару минут Тайо молчал, осматривая каждого внимательным взглядом и анализируя, кто из них самый сильный, но решив, что узнает это на спаррингах, поспешил ответить на вопросы учителя. — Моё имя Тсуметай Тайо, как сказал Ирука-сенсей, по некоторым причинам я не мог посещать Академию первые два года, но я постараюсь нагнать весь пройденный вами материал — и улыбнулся. Как говорил Сорока-сан улыбка успокаивает ну и усыпляет бдительность тоже. Дети не стесняясь начали обсуждать новенького, какие-то девочки даже вскользь назвали его красавчиком, но с Саске-куном не сравнится — Итак, сейчас начнутся спарринги. Я поделю вас на пары, разрешается использовать только тайдзюцу. — пока Ирука объяснял правила, Тайо пинал ху-… Считал ворон. Он, с уже приросшим выражением лица, полное безразличия, смотрел на драку ребятишек. Честно говоря все бои выглядели… Мягко говоря не очень. Одни не хотели бить друзей и сдавались, другие дрались вполсилы и т.д. Смотреть за этим «зрелищем» было невероятно скучно, это было видно по лицам более сильных, клановых детей, уровень подготовки которых был на голову выше безклановых сверстников. Лишь некоторые стояли со спокойными лицами. И вот, когда все это шоу грозилось повалить всех с ног, силой своей скукоты, пришло время зрелища. — Учиха Саске против Тсуметай Тайо. Прошу выйти на арену. И наступила гробовая тишина, после которых пошел такой ультразвук, что им можно было стекло резать: — Саске-кун ты лучший! Саске-кун ты выиграешь! Саске-кун я тебя люблю! — отовсюду слышались подбадривающие изречения фанаток последнего Учихи, которые создавали гомон, бьющий по ушам не хуже звуковой техники. Если Саске все это раздражало, но он старался скрыть это за маской хладнокровия, то блондину было пофиг в квадрате. И вот, лучший ученик академии и новичок вышли на арену, став против друг-друга и сложив печать «конфронтации». Саске встал в стойку кланового тайдзюцу, а Тайо в стандартную. Когда Ирука дал отмашку, никто не сдвинулся с места, выжидая пока противник не нападет. Первым не выдержал Учиха, быстро побежав в сторону противника, замахнувшись чтобы провести обманный маневр. Блондин ожидаемо увернулся, на что и надеялся Саске. «Ха! Попался в такую простую обманку» — подумал он, уже предвкушая победу над придурком. Этот новенький успел начать раздражать его, с этим своим выражением лица. Но, уже настоящий удар ногой с разворота, быстро летящий в сторону головы Тайо, был встречен мгновенно выставленным блоком, а потом Саске почувствовал смачный пинок в живот, который заставил его согнуться пополам. За ним последовал удар коленом в лицо, сломавший Учихе нос, и завершило это комбо, подсечка. Брюнет упал наземь, после чего Тайо оказался над ним, прижав его горло одной рукой и выставив для удара вторую, ознаменовав свою победу. Такой быстрой победы над гением, никто не ожидал. Даже клановые дети пооткрывали рты. «Невероятная скорость!» — поражался Ирука — «До него таким быстрым был только Рок Ли! А его движения… Мне кажется, я когда-то уже видел их, но не могу вспомнить, когда именно». — Бой окончен! Победитель — Тсуметай Тайо! — и тут пошло поехало, стихший буквально на десять минут ультразвук опять начался, только теперь он был не такой интенсивный, ведь кричали только новообретенные фанатки блондина, в то время как фанатки Учихи не могли поверить, что их кумира положили на лопатки за пару минут, а сделал это новичок, появившийся неведомо откуда. А в это время Тайо, дравшегося даже не вполсилы, облепили фанатки, то ли поздравляя, то ли еще что.

***

«Странно это… Просто сидеть, смотря на закат, без цели и задания. Просто так, для «удовольствия», как все это называют. Интересно, а как это, чувствовать удовольствие? Я уже и позабыть успел, каково это… Цучиноэ говорил, что можно наслаждаться даже просто общаясь с близким человеком… Наверное, когда мы с ним говорили, я тоже «наслаждался» Тайо сидел на поляне, немного отдаленной от горы с лицами Хокаге, наблюдая за красивым закатом. Он все еще не мог привыкнуть к тому, что ему не обязательно сидеть на базе «Корня» и штудировать свитки, и не обязательно каждый день выполнять какое-либо задание по слежке. Не мог привыкнуть к тому, что им никто не потакает, никто не следит за каждым его действием, и ему можно просто посидеть на свежем воздухе, думать о жизни и побездельничать. Когда солнце почти ушло за горизонт, парень поднялся, отряхнул брюки и, взяв катану, прикрепил ее к поясу. Решив пройти до дома прогулочным шагом, Тайо двинулся туда, откуда пришел. Примерно через минут пятнадцать ходьбы, в очередном шаге под его ногами что-то хрустнуло и с грохотом обломалось. Лишь невероятная скорость реакции позволила ему быстро перегруппироваться и приземлиться на ноги. Место, куда Тсуметай свалился, было мрачным, и чем-то напоминало кабинет Данзо. Привыкнув к освещению, Тайо начал осматривать помещение. Строение было до боли знакомым, те же серые высокие стены, та же мрачная атмосфера и кое-где протекавшие трубы. «База Корня? Нет, я не помню таких проходов на базу. Тогда что? Если только не…» Услышав быстро приближающиеся шаги, Тринадцатый вскочил и встал в стойку, приготовившись к бою. Вскоре из одного из проемов, вышли те люди в смешных масках с мордами животных, на подобие тех, что блондин видел в кабинете Хокаге. Он узнал животных, изображенных на масках, а именно Птица и Кот… или это Тигр? Они постояли с минуту, и вдруг та что была в маске Кота (или Тигра?!) подала голос: — Тринадцатый? Названный удивился до боли знакомому женскому голосу и присмотрелся, к снявшей с себя маску, шиноби. — Укова-сан? — повернув голову, он посмотрел на второго и заметил знакомые каштановые волосы — Момоиро-сан? Второй тоже снял маску, раздраженно проговорив: — Говорил же, называй меня Сорокой, а не по имени. Ты как здесь оказался, проказа?! — Упал, — ох уж это невозмутимое лицо, иногда оно творит чудеса. — Ой, прям как маленький ангелочек? — Укова как всегда в своём репертуаре. — Скорее, как дьяволёнок! Я уж вздохнул с облегчением, думал, что тебя сбагрили, но нет! Этот мелкий говнюк нашёл меня даже под землёй! — Приятно знать, что хоть что-то не меняется, слюной не подавитесь, — доброжелательно улыбнулся блондинчик. — Малявка! — единственное, что сдерживало Момоиро от уничтожения Тайо, это Укова. — Так вас перевели в АНБУ? А я то думал, стариков отправляют на пенсию, поди с вас уже песок скоро посыпется, но вы это скрываете, Сорока-сан. — С огнём играешь, Тринадцатый! — Так как мне отсюда выйти? Пока мужчина ворчал что-то про неблагодарных учеников, Укова повела за собой мальчишку попутно рассказывая, что да как изменилось в их жизнях и жизнях других «корешков». — Просто представь выражение лица Хокаге, когда ему сказали сортировать целую толпу этих дебилов! Давно мне не было так смешно! — Укова никогда не испытывала преданности к «Корню» или к Данзо поэтому и не испытывала отрицательных чувств, когда раскрылась смерть Шимуры. Пока Укова без умолку трещала к ним пришли другие члены АНБУ. — Что за посторонний? — Он, можно сказать свой. И он уже уходит, — Момоиро недвусмысленно толкал блондина к выходу — Все таки форма «Корня» мне нравилась больше. А здесь какой-то зоопарк. — И правда, мне моя маска больше нравилась! — Укова! Не поддерживай эту крысу! А ты, вон отсюда! Пока мужчина безуспешно пытался выгнать мальчишку, Укова смеялась, а другие АНБУ, окружающие их, недоуменно на них смотрели. «Надо же… Я думал у них эмоций нет, а оно вон как оказывается» — подумалось им. — Господи, Тринадцатый, что мне сделать, чтобы ты съебался и больше не возвращался? Немного подумав, Тайо без сомнений ответил… — Спарринг! *** Зачем я это сказал? *** Неспешно шагая по берегу озера, Тайо потирал ушибы, оставленные Сорокой во время спарринга и думал о смысле жизни, о том, почему трава зелёная и небо голубое. Обо всем короче. Золотые волосы, подпаленные Катоном и не сдерживаемые резинкой так и норовили залезть в рот, подгоняемые ветром. Посмотрев в сторону озера, Тайо заметил силуэт парня, сидящего на берегу. Он сосредоточенно смотрел на горизонт, погрузившись в свои раздумья. Луна отражалась на спокойной водной глади, а ветер носил туда-сюда свежие зеленые листья, рядом с людьми, сидящими на берегу озера. Один из них, был жилистым парнем с каштановыми вьющимися волосами. Он был одет в странную форму, а на спине висело красивое танто. Вторым был парень в зелёном одеянии, с прямыми волосами, золотистого цвета, доходящими до лопаток. Он увлеченно подбирал плоские камешки и кидал их в озеро пуская «блинчики» по воде, пока его не окликнул напарник. — Слушай Тайо — названный отвлекся от кидания камней и вопросительно посмотрел на напарника — А у тебя есть мечта? Вопрос поставил Тайо в тупик. И в правду, он никогда о таком не задумывался, и наверное даже не понимал толком, что это такое, поэтому задал встречный вопрос. — А что такое мечта? — лицо Цучиноэ удивленно вытянулось. — Ты что, не знаешь?! — Ну как бы смутно понимаю, но хочу узнать что ты думаешь на этот счет? Нулевой задумался и после недолгого молчания ответил: — Думаю… Мечта — это заветное желание, ради которого человек может свернуть горы и находить силы, одно за другим преодолевать препятствия. Мечтать — значит стать сильным. — Вот как… — задумчиво произнес Тайо. «Заветное желание, ради которого можно одолеть любое препятствие? А какое он у меня?» — А какая у тебя мечта? — вдруг спросил Тринадцатый. Цучиноэ помолчал, а после ответил. — Моя мечта, это мир в котором не будет места войнам. Мир где не будет жестоких кровопролитных сражений которые приносят только боль и страдание. Мир где дети не будут жить, готовясь к тому, чтобы вырастая, становится убийцами, с руками, по локоть погруженными в кровь. Наступило молчание. Оба парня понимали, что увы подобная мечта вряд ли сбудется. Только если не исчезнет чакра… Хотя люди и без чакры прекрасно уничтожают друг друга. Может тогда должны исчезнуть шиноби? А может… Сразу люди? — Так, какая же мечта у тебя? — Моя мечта не такая глобальная как у тебя, и может даже показаться детской… Я не знал что такое семья, пока в моей жизни не появился ты. Луч света, подаривший мне столько незнакомых мне чувств, что даже описать трудно. Ты стал мне лучшим другом и даже братом. Я понял что, ты стал мне семьёй, первой и единственной, и моя мечта — защищать тебя, единственного кому я могу доверится и открыть свою душу. Единственного кого я могу любить по настоящему… На секунду показалось, что это его брат сидит там на берегу, прямо как тогда, и Тайо даже захотелось побежать туда, но он быстро отдернул себя когда парнишка посмотрел в его сторону. Его взгляд, полный холодного отчуждения и презрения, совершенно не похожий на тот с которым на него смотрел Цучиноэ… Отвернувшись, Тайо пошёл изначальной дорогой, положив руку к сердцу, и пытаясь понять, почему оно так бешено забилось?